Сон

      Старый рыбак с недовольством посмотрел на небо и покачал головой. Рассвет пылал красными языками пламени, что предвещало плохую для рыболовства погоду. Но выйти в море придётся, ведь потерять заказчика, в силу практического отсутствия оных, было бы просто возмутительно. Надо работать, чтобы выйти на рынок и заработать хотя бы на ужин. Собрав необходимый инвентарь, он погрузил всё в лодку и направился по своему отработанному маршруту, проверяя сетки и выискивая место, куда закинуть невод. Через пару часов старик обречённо вздохнул. Сегодня явно не его день. Закупорив в импровизированной бочке скудный улов, рыбак собирался уже вернуться на берег, как вдруг подул сильный восточный ветер, где-то вдали громыхнуло, а первые капли начали срываться с неба.       — Чёрт бы побрал эту грозу. Надеюсь, после стихии рыбу прибьёт к берегам, — одновременно выругался и помолился пожилой мужчина, пытаясь вести лодку в направлении старой хижины на причале. Неожиданно в поле зрения попал какой-то неопознанный объект, который при внимательном рассмотрении оказался старой и маленькой лодкой. Похоже, кто-то попал в беду! Несколько попыток подплыть ближе не увенчались успехом — лодку постоянно откидывало волнами, на крики и зов никто не откликался. Как только рыбак решил направить лодку к берегам, пока сам не потерпел катастрофу, ветер внезапно стих, а дождь прекратился, хотя небо оставалось хмурым. — Что же это за чертовщина, — снова выругался обессиленный рыбак, наконец-то добираясь до лодки и заглядывая внутрь. От увиденного пришлось отскочить назад и тщательно потереть глаза. Правда, это не особо изменило суть того, что в деревянной разбитой лодке лежал крошечный, голый младенец. По приоткрытому рту, с капелькой скопившейся слюны в уголке губ, и по мерно вздымающейся груди было понятно, что ребёнок жив и видит свои детские сны.       — Эй! Есть кто живой? — что было мочи закричал старый рыбак, оглядываясь по сторонам. Ни души. Но не мог же ребёнок оказаться здесь совсем один… Старик ещё раз взглянул на младенца: ни одежды, ни одеяла, никаких признаков присутствия людей. — Что же мне с тобой делать-то, — мужчина поднял находку на руки, размышляя, как поступить. Оставить ребёнка себе казалось чем-то фантастическим. Нет ни времени, ни средств. Отдать кому-то? У него нет таких знакомых, которые смогли бы хорошо позаботиться о нём. То, что это мальчишка, было понятно. Оставить его здесь, в этой маленькой лодочке, казалось ещё бесчеловечнее, чем утопить. Даже если его найдёт живым кто-то другой, вряд ли в сегодняшнем мире найдётся человек, который сможет воспитать чужого ребёнка. Скорее его отдадут в рабство двору. А там уж и издевательства, и насилие. — Не в то время ты родился, малыш, прости, — чтобы не передумать, старик опустил руки в воду, утягивая младенца в море. — Вот так, ты даже не проснёшься и ничего не почувствуешь, да простят меня небеса! — старый рыбак готов уже был отпустить ребенка и дать ему пойти ко дну, как малыш неожиданно открыл глаза, внимательно смотря на мужчину своими ярко-синими, даже с каким-то свечением, глазами. Такое ощущение, что старик смотрел не в глаза ребёнку, а на самое яркое весеннее небо или в спокойное летнее море. А может и в сам космос, в само бытие, саму суть. Тяжело вздохнув, рыбак закрыл глаза и…       Резкий звук рингтона заставил Итана подскочить на кровати, пережидая резкий всплеск адреналина. На осознание того, что он находился у себя в кровати, и всё увиденное ранее оказалось всего лишь сном, ушло не меньше минуты.       — Вау, вот это сон, — выдохнул парень, вспоминая о причине резкого пробуждения. Он потянулся к смартфону, взглянул на имя уже переставшего звонить абонента и откинул аппарат обратно на тумбочку. Перезвонит потом, когда приведёт себя в порядок. Ванная комната встретила хозяина квартиры отражением помятого после крепкого сна лица. — Доброе утро, Итан, — подмигнул он сам себе, потом включил душ и, припевая себе под нос, встал под тёплые струи воды, уже более осознанно врываясь в этот новый судьбоносный день.       Итак, Итан Янг, американец с китайским происхождением. Студент четвертого курса университета искусств по специальности «Актёрское мастерство». Совершенно не умеет петь, но хорошо танцует, из-за чего может участвовать даже в мюзиклах. Высокий и стройный красавчик-брюнет, который умеет пользоваться своей харизмой и обаянием в своих собственных эгоистичных целях. И сегодня ему исполняется двадцать один год, что означает, что он совершеннолетний и полностью свободный по всем законам человек. Соответственно, настроение было на высоте, предвкушение крутой вечеринки щекотали нервы, вот только какое-то иррациональное и непонятное послевкусие не покидало парня, то и дело кадрами всплывая в голове.       — Эй, ты чего задумался? — пихнул Итана его лучший друг Саймон.       — Да ничего, вот думаю, как бы Джесси не пришла одновременно с Линдси, — соврал парень, пытаясь переключить сознание на реальные проблемы.       — Ты пригласил обеих? — друг в ужасе округлил глаза.       — А что я мог сделать, они обе знают, что у меня день рождения. К тому же, я заранее им говорил, какие у меня намерения, если они надумали, что меня кроме их сисек волнует что-то ещё, то это их проблемы. Но на всякий случай я сказал им разное время, — оба заржали, продолжая путь уже под более расслабляющие темы. Итан в последний момент решил, что будет праздновать в клубе, а не в съёмной квартире, потому что, зная своих товарищей, без происшествий не обойдётся. По крайней мере сам именинник решил, что оторвётся на полную, игнорируя какие-то рамки морали. Первые четыре клуба оказались неподходящими. Два из них слишком маленькие, так как толпа обещала собраться около сотни человек, а других — бар и танцевальная площадка оказались скудными по мнению избалованного Итана и его товарища.       — Есть ещё в восточной части на окраине крутой клуб, рейтинг высокий, — Саймон уткнулся в смартфон, выискивая ещё варианты.       — Если бы он был крутой, мы бы его знали, — хмыкнул Итан, но весь подобрался на сиденье, чтобы заглянуть в экран к другу. Впустую тратить время ему порядком надоело, учитывая то, что все ждали адрес вечерней вечеринки.       — Так говоришь, будто мы часто тусим. Ты же сам заладил со своим «Парадизом» из-за той барменши. Когда последний раз мы были где-то в другом месте?       — Ой, только не нуди, поехали уже, — парень снова пристегнулся и откинулся на спинку, чуть опуская её ниже. Поездка до места обещала быть долгой, учитывая то, что они попадут сейчас в самый пик городского трафика. — Если вариант будет провальный, тогда потусим у тебя дома.       — Ты охренел?! — возмутился Саймон, дёргая на эмоциях руль.       — Эй, следи за дорогой. Разбудишь, как доберёмся.

***

      — Ну па-а-а-ап, — обиженно протянул черноволосый мальчишка, шмыгая носом.       — Вернись в угол. Ты провинился.       — Прости, — хныкнул мальчик, быстро поворачиваясь и повисая на шее старого рыбака. Он прекрасно понимал причину расстройства отца, но действовал на эмоциях, когда рука сама потянулась и взяла ароматную булку с прилавка на рынке. — Я просто хотел тебя порадовать, хотел, чтобы ты насладился вкусняшкой, а не этим, — он кивнул на уже ссохшийся кусок хлеба, что лежал на столе.       — Ты не прав, — вздохнул старший, но ребёнка обнял в ответ. Слишком уж мягкосердечным был старик. — Во-первых, еда — это уже дар, надо относиться к ней уважительно, какой бы она не была. Во-вторых, кража — это преступление, которое карается законом. Тебя могли поймать и отобрать у меня, а меня лишить места на рынке. Ты же понимаешь, какая это катастрофа? — дождавшись утвердительного и виноватого кивка, рыбак продолжил: — В-третьих, мы живём в жестоком мире, малыш, тебя могли даже убить за такое, а я не могу тебя потерять.       — Прости, пап, я не подумал. Прости-прости-прости, — запричитал мальчишка, крепче прижимая к себе отца.       — Хорошо, главное, что ты понял, — мужчина в ответ притянул к себе сына и закрыл глаза. По телу прокатилась тёплая волна умиротворения, мышцы расслабились, в голове стало ясно и свободно. Старик называл эти ощущения счастьем. Посидев так ещё несколько минут, он всё-таки отстранил мальчишку. — А теперь ты вернёшь кражу владельцу.       — Пап! Если я верну булку, то все узнают, что я её украл, и у тебя будут проблемы!       — Ох, ты прав. Тогда… возьми булку, раздели на несколько кусков и отдай нуждающимся на улице.       — Ладно-ладно, скоро вернусь, — мальчик спрыгнул с колен, натянул на себя потрепанную тёмную кофту и выбежал во двор.       — Будь осторожен!       — Ага, — дойдя до брусчатки, мальчишка сразу свернул на знакомую узкую улочку, по которой каждый день ходил с отцом на рынок. Найти бездомных проблем не составило, их было в центральной части города достаточно, но он решил, что им и так что-то где-то перепадает, или они тоже крадут себе еду, поэтому, свернув вправо, он направился вглубь восточной части королевства. За несколькими большими постройками взору открылся небольшой сад, а чуть далее и небольшое, но красивое озеро с вычурным мостик через него.       — Ва-а-ау, — протянул ребёнок, оглядываясь по сторонам. Он никогда не видел ничего подобного за все свои восемь лет. Он видел бескрайнее море, шумный рынок, бедных и богатых людей, доброту и любовь отца, преданных животных, красивые цветы на балкончиках домов. Но такое… такое он видел впервые. Прищурив глаза от яркого солнца, сын старого рыбака медленно двинулся в сторону воды, но остановился, будто натыкаясь на невидимую преграду. Оставшийся кусок мучного выпал из руки, но мальчишка быстро поднял его. Он не закончил указание отца, это важнее, чем созерцание неизведанных красот. — Я не должен разочаровывать папу, — уже развернувшись для того, чтобы вернуться в знакомую часть города, и сделав пару шагов, он услышал из-за угла топот ног, отрывистый вскрик и почувствовал удар, который сбил его с ног. — О-о-ой, простите… — по инерции извинился парнишка, хотя и не был виноват в столкновении. Поднявшись, он поднял глаза на своего оппонента. Перед ним сидел в луже грязи мальчик, примерно такого же возраста, и обиженно потирал бок, стреляя большими тёмными глазами.       — Откуда ты только взялся! Ох! Сильно я тебя ушиб?       — Нет, всё в порядке, — отмахнулся сын рыбака и улыбнулся, глядя, как новый знакомый пытается оттереть грязь с одежды. Только сейчас он заметил, что мальчик дорого одет, хоть и не выглядит элитно с растрепанными волосами и сияющими искорками глазами. За то время, которое он торговал с отцом на рынке, ему приходилось созерцать элиту общества и сложилось впечатление, что все аристократы холодны, сдержанны и неприятны. — А ты?       — Кажется, у меня на заднице будет синяк, — протянул жалобно он, бросив бесполезное дело по приведению одежды в нормальный вид. — И как я так теперь домой пойду? Отец меня убьёт!       — Снимай штаны, — спокойно сказал сын рыбака.       — А?       — Снимай-снимай, это быстро.       — Э-э, да так сойдёт. Ты чего удумал? — мальчик начал пятиться назад, косясь на нового знакомого и кривя губы в неправдоподобной улыбке.       — Я просто хотел помочь с одеждой и постирать её, чтобы папа тебя не ругал.       — Не надо, я прошмыгну домой незаметно и переоденусь, — мальчишка снова улыбнулся, на его щеках заиграли солнечные ямочки. — Можно мне кусочек булки? Я так голоден.       — Ой, конечно, ешь всю, — сын рыбака проследил, как новый друг деловито отряхнул грязь с корочки, а потом оторвал маленький кусочек и кинул в озеро. — Рыбкам, — пояснил он, видя нотку осуждения во взгляде напротив. — Где ты живешь? И сколько тебе лет?       — Мне почти девять. И живу я возле моря в рыбацкой хижине.       — О, вот почему от тебя так пахнет рыбой, — хохотнул наглый мальчишка, запихивая большой кусок булочки в рот и прикрывая глаза от наслаждения. — Так вкусно! И почему у нас не дают такого на завтрак?! Кстати, мне только семь. Значит, ты старше меня. Ты часто ешь такие булки?       — Никогда.       — В смысле? — мальчик аж поперхнулся последним кусочком. — А эта откуда?       — Я украл её для своего папы. Мы бедные и не можем позволить себе выпечку, но папа был такой грустный, я хотел его порадовать и украл.       — И как? Порадовал?       — Нет, папа меня наругал и сказал раздать булку нуждающимся. Этим я и занимался, пока не столкнулся с тобой.       — О-ой, значит я бедняк? — оскорбился паренёк, проверяя свои вещи и доставая из кармана монетку. — Вот. Купи папе булку законно и порадуй. Но мне пора идти, пока за мной не послали поисковых собак, — хохотнул он, оттряхивая многострадальные штаны. — Давай встретимся здесь через три дня? Я постараюсь принести что-нибудь вкусненькое для тебя и твоего отца. А? Ну дава-а-а-ай!       — А ты не хочешь прийти ко мне в гости? — тут же отреагировал сын рыбака. У него никогда не было друзей, и сейчас он испытывал какой-то фантастический трепет.       — Это не очень хорошая идея, — тут же поник младший.       — Почему?       — У вас с папой могут быть неприятности, если меня заметят, — детское личико приняло серьёзное выражение лица.       — Ладно, тогда увидимся здесь через три дня, — старший поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы новый друг грустил. Пусть лучше улыбается, озаряя своими ямочками на щеках. — Только скажи, как тебя зовут?       — Меня зовут Кристофер. А тебя?       — А меня…       — ИТАН, мать твою! — грубый тычок в плечо заставил парня резко подскочить на сиденье, шипя от боли в шее. — Я, блять, тебя уже пять минут разбудить не могу, думал скорую помощь вызывать.       — Да сон какой-то странный уже второй раз за сегодня снится, — Итан принялся разнимать затёкшие мышцы, постанывая от боли.       — Может, это знак? Сегодня тебе исполнилось двадцать один, и спавшая всё это время магия пробудилась?       — Да пошёл ты, — фыркнул Итан, возвращая другу тычок. Саймон только расхохотался, и они вдвоем направились внутрь очередного клуба, на котором в конечном счёте и остановились.

***

      — Охрененная вечеринка, бро! — Пирс хлопнул именинника по спине, чуть не сделав того инвалидом. Этот здоровяк никак не мог принять тот факт, что не все парни должны быть силачами и качками.       — Ага, — кисло ответил Итан, делая очередной глоток коктейля. Праздник в разгаре, а он всё никак не мог расслабиться и начать получать кайф. Пришли все его друзья и приятели, играла отличная музыка, алкоголь лился рекой, поздравления сыпались со всех сторон, а вон та красотка уже некоторое время строила ему глазки, намекая на то, что не против познакомиться поближе. А он всё сидел за барной стойкой, глуша напитки, и пытался вспомнить имя мальчишки из дурацкого сна.       — Не хочешь подкатить? — хмыкнул Пирс, прослеживая установленный только что зрительный контакт между другом и брюнеткой.       — С кем она пришла? — безразлично спросил Итан. Если вдруг он всё-таки захочет поразвлечься, то лучше знать заранее, какие риски его могут подстерегать. Сейчас не так легко встретить красивую девчонку двадцатилетнего возраста, которая была бы свободна.       — Это Тора, она двоюродная сестра моей Кэрри, — поведал Пирс, а потом, выждав небольшую интригу, продолжил: — Я не в курсе, есть ли у неё кто-то, но послезавтра она уезжает обратно в Париж, где и учится.       — Идеально, — Итан опрокинул стопку очередного шота, кажется, одиннадцатого по счету, и неуклюже слез со стула, пробираясь между толпой развлекающейся молодёжи к столику Торы.       — Добрый вечер, мадемуазель. Не составите ли вы мне компанию на медленный танец, — Итан обольстительно улыбнулся, сразу используя свои козыря. — Обещаю после этого угостить вас самым вкусным и дорогим коктейлем этой вечеринки.       Тора оказалась девушкой без комплексов, поэтому дело до коктейля не дошло. После медленного танца пришлось потратить энергию ещё на парочку более энергичных и довольно горячих, запивая движения виски. Неудивительно, что у опытного ловеласа возникли некоторые проблемы с физиологией уже в кабинке туалета, но не менее опытная Тора справилась с техническими неполадками. Спустя десять минут Итан поймал себя на мысли, что он неудовлетворён. Может, поймать какого-нибудь красавца? Да нет, вроде не хочется… Тогда какого хрена вообще происходит, это же его день, он должен быть получить всё!       — Саймон, — еле волоча языком, пробормотал себе под нос Итан, бестолково озираясь по сторонам. Он не знал, зачем ему понадобился друг, но для чего-то он же решил его искать. Значит, так было нужно. Найдёт, потом вспомнит.       — Итан, с Днём рождения, — послышалось откуда-то справа, а потом гомон голосов подхватил поздравления и начал хаотично осыпать его пожеланиями и скандированием имени. Кто-то даже прикоснулся к нему и, кажется, обнял.       — Почему так громко, — пожаловался Итан. У него начала болеть голова, пульсировало в висках и, вообще, стало как-то тяжело дышать.       — Итан? — послышался рядом знакомый голос. А кто это? Саймон? Или тот парень из сна? Очень знакомый голос. Реальность смазалась. Он что, принял что-то? Громкие крики что-то взорвали в голове и, спустя секунду, наступила тишина.