Ах, я страдаю!

И вот я сижу на подготовительных по истории. Я думала, народу будет больше. По крайней мере, что не буду одна. Но видимо, все, кто рассчитывал на добрые отношения с Валентиной Ивановной и лёгкий экзамен с ней, поняли, что с Охотовой им это не светит. Она дала мне несколько отксеренных тестов и села за свой стол: - Вопросов будет 20 в каждом варианте. - Она подперла рукой подбородок, глядя на меня. - Охват будет по древнейшей истории, античной, средним векам, ренессансу, вплоть до начала двадцатого века в России. Допустим, вопросы о Великой Отечественной Войне с датами и ходом войны. Или дата официального распада СССР. Вопросов по Афганской войне и Чеченской не будет. Я кивнула и опустила взгляд на тесты. Вопросы большей частью были легкими, практически детскими, из оперы: какой полководец провёл армию через Альпы? Хах. Ещё бы спросили в честь кого построено суворовское училище. Я быстро проставила галочки в тестах и, подойдя к ее столу, сдала. Она пробежалась глазами, потом посмотрела на свои «Эппал Ватч», а потом на меня. Времени прошло всего 10 минут от подготовительных. - Вот зачем тебе подготовительные, если ты все знаешь? - устало спросила она, облокачиваясь на спинку стула. - Классная заставила. - пожимаю плечами. - Говорит, так положено. - Положено тем, кто будет сдавать, но ничего не знает. - фыркнула недовольно Охотова и посмотрела в окно, за которым уже растапливался снег. Все же март на дворе. - Учителям за подготовительные доплачивают, но я не вижу смысла торчать здесь с тобой до вечера и гонять по истории, которую ты и так хорошо знаешь. Повисла тишина, в которой меня так и подмывало спросить: «и чем тогда займёмся? И где?», но я сдержалась. - Как твоя сестра? - вдруг спросила она. - В порядке. От сотрясения вряд ли умирают. - я посмотрела в сторону своей парты, а потом двери. Интересно, она меня отпустит? - Это да. Не умирают. - усмехнулась Охотова и снова посмотрела на меня. - Вы очень похожи внешне. Однояйцевые? Киваю и пристально смотрю на неё, ожидая подвоха. - Знаешь, я где-то слышала, что однояйцевые близнецы очень похожи не только внешне, но и в поведении и во вкусах. Но гляжу я на тебя и твою сестру и прям... пропасть. Она надеюсь, не планирует сдавать историю? - Она планирует сдавать литературу. А вот насчёт истории не знаю. Мы с ней не так близки, чтобы говорить об этом. Как бы мне ее спросить о том, можно ли сваливать домой? Или помолчать? - О чем вы вообще думаете в 16 лет? - тяжело вздохнула Охотова и снова уставилась в окно. - Вот ты, Ведьмина, о чем думаешь? О своём будущем? Об экзаменах? О сестре? - Полагаю, большая часть думает о любви. - хмыкаю я. - И мало кто о будущем. Да и зачем им думать об этом, если их содержат родители? Большая часть ещё даже не знает, кем хочет стать, искренне веруя, что могут ещё и в космос полететь, было бы их на то желание. - Ха-ха-ха! - Охотова громко рассмеялась и, широко улыбаясь, посмотрела на меня. - А ты не хочешь полететь в космос, значит? - Полагаю, пока в Роскосмосе главный Рогозин, мы никуда не полетим, даже если очень-очень сильно захотим. - я усмехнулась и Охотова снова рассмеялась. - Печальная веха нашей истории. - смешок. - Ты можешь переехать в США, слышала, Илон Маск с удовольствием отправляет желающих в космос. - У меня нет столько денег, сколько берет Маск, - вздыхаю. - А ведь в шестидесятых годах СССР был лидером космической отрасли. Дату знаешь Гагарина? - она с улыбкой посмотрела на меня и я, кивнув, выдала из закромов своей памяти: - 12 апреля 1961 года. - Молодец. - она усмехнулась и снова уставилась в окно. - О любви… значит. Хах. Отпущу тебя, и ты тоже побежишь думать о любви? Я удивлённо дёрнула бровью, встречаясь с ней взглядом. Обычно в фанфиках главная героиня уже давно бы совращала учительницу прикосновениями и похабными взглядами с облизыванием губ и так далее. Я практически уверена, что моя сестра подобно главной героине, давно бы начала сыпать намёками и двусмысленностями. А я не могу даже флиртовать. Могу только сшибать словно фурой словами. Раз и навсегда. - О сексе, скорее. Охотова задумчиво промычала, оглядывая меня таким взглядом, словно была продавец-консультант в примерочной «Виктории Секрет». - И что ты думаешь о нем? Ищешь себе напарника, хах? Или уже нашла? - она оскалилась, и я подумала снова о том, как же все легко у этих чертовых школьниц в фанфиках! Тут же за каждым словом приходится следить! А там - бац, и они уже на столе и уже трахаются как одержимые. Можно же как-то попробовать перейти на полуфлирт с ней? А потом предложить просто трахаться, без избиений и так далее? Просто секс! - Скорее, напарницу. - озвучила я то, за что любой другой учитель погнал бы меня знаменитыми «ссаными тряпками» прочь из школы и вообще из города. Зуб даю, Валентина Ивановна так бы и сделала: взяла бы ту тряпку у доски, намочила тем, чем нужно и погнала. Но Охотова не Валентина Ивановна. - Ха, значит ты лесбиянка? Или бисексуалка, м? - она с улыбкой смотрела на меня, подперев рукой подбородок. - Полагаю, первый вариант мне ближе. - в упор смотрю на неё и ломаю голову как ей предложить «просто секс». Без обязательств и прочего, потому что через пару лет я свалю в Москву учиться и там мне точно не будет дела до какой-то учительницы истории, которая старше меня на лет 10-15. - И как твои поиски? - смешок. - Все боятся связываться с несовершеннолетней. Полагаю, о сексе я узнаю только в универе. - я тоже усмехнулась и оглянулась на свое место. Ладно, если она не решится, то надо сваливать домой и снова регаться на форуме. - Потому что ты не даёшь никаких гарантий, что не будет пьяных истерик, потребительского отношения и тупой, ничем не обоснованной ревности. Все взрослые женщины опасаются этого. - задумчиво сказала она и я повернулась к ней. - И вы? - И я. - она пристально посмотрела на меня. - Хочешь уйти? - Можно заключить договор, если так опасаетесь. - пропускаю ее вопрос мимо ушей. - Хм, допустим, не каждый пойдёт на это. Для всех важна любовь, а не какие-то там бумажки. - ухмылка. - Вот ты бы подписала? - Если бы там были пункты о неприменении насилия в случае отказа - то почему нет? - с улыбкой смотрю на неё. Она мне гипотетически предложила договор? - И пункты о неразглашении, в случае нарушения которого и применяется насилие. - кивнула она. - Только секс. - выношу я вердикт. - Без всех этих розовых соплей. - Именно. - снова кивает она. - Что ж, раз вы мне дали такую хорошую подсказку, то так и сделаю. - иду к парте и, подхватив рюкзак, направляюсь к двери, смотря на ее растерянное выражение лица. - До свидания, Виктория Альбертовна. Не получив ответа, я вышла за дверь и быстрым шагом направилась по пустым школьным коридорам к лестнице. Я поставила ее перед выбором. И оставила пути отступления себе. Интересно, она сейчас улыбается или злится?