Сосед снизу

Остаток вечера прошел прекрасно, поев в теплом семейном кругу и обсудив всё, что только можно было, все плавно перешли в гостиную, решив перед сном посмотреть семейную комедию. Отец и мама Хана в обнимку сели на диван и к ним сразу же прибежал Суни, и, ласкаясь и мурлыча, лег на ноги к маме Джисона, а Минхо с Джисоном разместились на полу, Минхо облокотился на диван, а Хан сел между его ногами, откинувшись на крепкую грудь своего парня. Все сошлись на том, что не посмотреть в рождество «Один дома» будет преступлением, поэтому свет в гостинной померк, а лица окружающих освещал лишь свет яркой гирлянды, а на экране уже появился юный Маколей Калкин, будет разносить весь дом совместно с бандитами. Минхо никогда еще не чувствовал себя так уютно и по-домашнему, у него дома не было традиции отмечать новый год и рождество, его родители каждые праздники уходили куда-то и проводили их вместе, оставляя маленького Минхо одного. Конечно, поначалу было грустно слышать истории друзей о том, как весело у них прошел праздник в кругу семьи, но со временем он привык. И сейчас, ощущая эту атмосферу счастья и любви и погрузившись в нее, Минхо наконец смог по-настоящему прочувствовать эту семейную атмосферу праздника. Поддавшись порыву, Минхо крепко обнял за талию посмеивающегося над фильмом Джисона, который удивленно посмотрел на старшего. — Ты чего? — Ничего, просто вдруг осознал, насколько сильно мне с тобой повезло. — эти слова совместно с пронзительным взглядом кошачьих глаз, заставили Джисона покраснеть. И не сдержавшись, он украдкой поцеловал старшего в губы, выражая в этом поцелуе благодарность и ответное «мне тоже». Родители Джисона, наблюдавшие эту сцену, выглядели невероятно счастливыми. Мама Джисона, поглаживая мурлычащего и сладко спящего Суни, вдруг с заговорческой улыбкой потянулась и показательно зевнула. — Я так устала, фильм уже все равно заканчивается, а конец мы и так все знаем, так что мы с отцом пойдем спать — с этими словами она встала, мягко перекладывая Суни на лежанку — Джисони, твою спальню я уже подготовила, не засиживайтесь долго. — с этими словами она поцеловала Минхо и Джисона в макушку и, пожелав друг другу сладких снов, родители Хана ушли в свою комнату. — Твои родители невероятные, Бельчонок, — прошептал Минхо, глядя в глаза Джисону и убирая с его лица прядку волос. — Это правда, они чудесные, я рад, что вы наконец познакомились — с яркой улыбкой произнес Хан, полностью развернувшись к Минхо и сев к нему на колени. Чувства обоих били через край, вечер был слишком эмоционально-насыщенным и, оставшись одни, парни наконец поддались их порыву. Джисон обнял старшего за шею и впился в губы Минхо чувственным поцелуем, на который тот сразу же ответил, углубляя его и вырывая из Джисона полувыдох, полустон. Минхо, довольно ухмыльнувшись, придвинул Джисона вплотную к своему телу, чувствуя насколько его парень возбужден и слегка двинул бедрами, создавая трение, на что Джисон укусил Минхо за губу, еле успев подавить рвущийся наружу стон. — Мы в гостинной твоих родителей, детка, ты же не хочешь, чтобы они тебя услышали— игриво произнес Минхо между поцелуями в шею. — Хо, клянусь, ты ведь доиграешься, — с томным выдохом произнес Джисон, ерзая на бедрах парня и еле сдерживая стоны. — И что вообще за «детка», говоришь как гопник на районе. — Как гопник значит? — с этими словами, Минхо с невинной улыбкой отодвинул от себя возмущенного Джисона и встал, направляясь в их спальню — Пора спать, дорогой, спокойной ночи. Но не успел Минхо войти в комнату Джисона, как следом за ним забежал разъяренный Джисон, закрывая за собой дверь и прижимая старшего к стенке, прижимаясь к нему всем телом. — За стенкой твои родители — самодовольно прошептал Минхо, чувствуя себя снова выигравшим в этой битве, на что Джисон с дьявольской улыбкой наклонился к уху Минхо, и касаясь мочки уха губами, прошептал: — Я музыкант, дорогой, стены тут звукоизолированные. После чего с нетерпением накрыл губы Минхо своими, сразу же углубляя поцелуй и передавая в нем всё своё нетерпение. В ответ Минхо поднял его на руки, прижав к себе так, что не осталось ни миллиметра и перенес их на кровать, вдавливая все тело Джисона в неё. Внезапно Джисон перевернул Минхо и навис над ним сверху, перемещаясь поцелуями с губ Минхо на его шею, а затем и на грудь, сняв кофту Минхо и откинув ее подальше. Но как только Джисон коснулся ладонями груди Минхо, тот издал судорожный вздох. Хан понял, что это означало и хищно улыбнулся. Чувствительная грудь. Минхо, увидев его взгляд ругнулся, понимая, что теперь пришла очередь младшего издеваться над ним. Так и было, потому что Джисон тут же накрыл грудь Минхо губами, слегка покусывая ее, чем вырывал у Минхо громкие мелодичные стоны, затем Джисон накрыл губами сосок Минхо, и старший взмолился — Твою мать, Джисон, я сейчас кончу лишь от твоих игр с моей грудью — но не успел он договорить, как Джисон слегка прикусил бусинку соска Минхо, на что получил от старшего громкий стон и, не выдержав пыток, Минхо перевернул Джисона, снова нависнув над ним, перехватывая его руки над головой так, чтобы тот не мог пошевелиться и прижался плотно своими бедрами к его бедрам, начиная безостановочно двигать ими, вырывая теперь уже из Джисона громкие стоны и ругань. — Ли-лучшие в мире бедра-Минхо, я выйду за них замуж блять. — в перерыве между всхлипами и стонами произнес Джисон, выгибаясь в спине, когда Минхо в очередной раз потерся своими бедрами о, уже болезненную, выпуклость на штанах Хана. — и если ты сейчас же не снимешь с нас одежду, я клянусь, я вернусь к твоей груди и заставлю тебя кончить в штаны от игр с ней! Угроза подействовала, потому что Минхо, ухмыльнувшись, наконец снял с Джисона эти злосчастные штаны вместе с нижним бельем. И сделав то же самое и со своей одеждой, вернулся к Джисону, и, уже не держа его руки, начал покрывать тело младшего поцелуями, постепенно спускаясь вниз. Комната наполнилась звуками поцелуев и стонами наслаждения. Когда Джисон вытащил смазку и презервативы из тумбочки, Минхо вопросительно на него взглянул. — Я уже сказал, что хочу твои бедра, так что я снизу, — ответил Джисон, без слов поняв взгляд Минхо. В этот момент Минхо открыл баночку смазки и, нанеся ее на свои пальцы, начал целовать Джисона, постепенно вводя один палец, но почувствовав, что тот подозрительно легко зашел, ухмыльнулся и прошептал в губы младшему, начиная двигать пальцем внутри: — Так вот насколько ты хотел мои бедра, детка? — Гопник — Но тебе ведь это нравится — с ухмылкой произнес Минхо, добавляя еще один палец, который также легко вошел, вырывая из груди Джисона соблазнительные всхлипы. — Черт, Хо, чего ты ждешь — со стоном произнес Джисон, когда внутри появился третий палец Минхо и, наконец, коснулся точки наслаждения. — Вот чего — напряженно прошептал Минхо, уже тоже находясь на грани. Стоны и всхлипы Джисона, то, каким податливым он был, настолько возбуждали Минхо, что ему казалось, что он мог кончить только от этого вида. Поэтому он встал и, быстро надев презерватив и смазав его обильным количеством смазки, заменил свои пальцы членом, плавно входя в Джисон и следя за малейшими изменениями в его лице, чтобы ни в коем случае не принести ему дискомфорт. Но громкие стоны младшего говорили о том, что все более чем в порядке. — Блятьбоже Минхо — Джисон не мог справиться с эмоциями, накрывающими его, поэтому Минхо остановился, дав младшему привыкнуть к ощущениям и вернуться в реальность. — Все хорошо? — Минхо наклонился к лицу Джисона, мягко поцеловав его во вспотевший лоб — Мой Джисони. — Ты же знаешь, что я тебя люблю? — тяжело дыша произнес Хан, смотря на Минхо в ответ сияющими от наслаждения глазами. — Так вот, с этого дня я тебя люблю еще больше — после этой фразы и глубокого поцелуя, послужившими сигналом к продолжению, Минхо чуть вышел из Джисона, снова полностью входя и попадая прямо по точке наслаждения, что вырвало из младшего полукрик полустон. Минхо двигал бедрами сначала медленно, постепенно ускоряясь и доводя своего парня до пика своими движениями и хаотичными поцелуями. Звуки которые исходили из комнаты явно не предназначались для чужих ушей, это были звуки наслаждения двух влюбленных друг в друга людей, которые были в своем моменте единения. -Хо... я сейчас… — Минхо сам уже был на грани, поэтому ускорившись и сделав еще пару ударов бедрами о бедра Джисона, кончил одновременно с младшим. Минхо пытался отдышаться и прийти в себя после яркого оргазма, наслаждаясь неприкрытым искренним счастьем в глазах напротив. Выкинув использованный презерватив, Минхо вернулся к Хану, крепко прижимая хрупкое тело к себе. — Я люблю тебя, бельчонок.- поцеловав своего любимого парня в макушку, со счастливым вздохом произносит Минхо. — Что будет дальше? — откуда-то из груди Минхо доносится голос Джисона — А дальше мы женимся, рожаем детей, сажаем дерево и умираем естественной смертью, сидя в кресле-качалке и держась за руки перед камином — ухмыляясь произносит Минхо, целуя в макушку своего любимого бельчонка. — Я серьезно. — Хани, я люблю тебя, ты любишь меня, мы провели чудесный вечер в компании твоих родителей, у нас был потрясающий секс и определенно не последний и мы с тобой счастливы. Что еще нужно? Давай просто быть счастливыми вместе и дальше. — Я люблю тебя, мой дьявольский кролик.