Огненный феникс

»… Демон страха, первый атаковал его, но защитник выдержал. В карих глазах, обращенных на врага, всё так же светилась решительность и твёрдость…» — читал пергамент вслух, Сириус поднял глаза на соратников из Ордена Феникса. — Мне стало известно, что оригинал купола исчезло с Министерства. — Это означает только одно. Битва началась — поделился мнением Грозный Грюм. — Да, оно вернулось — согласился Люпин. — Как оно попало к тебе? — обратился к молчаливому советнику магии. — Не важно, как я достал его. Главное состоится в том, что Министерство магии уже послало своего агента. Он лучший для такого выполнения задания — повторил свой монолог Кингсли, первый раз он говорил, едва они вошли в комнату. — Да-да, ты прав. Но, ты забыл называть его имя. — Его? Хм, я думаю, что это может быть и «она». Но в любом случае, имя засекречено. — Интересно, почему именно сейчас они решили послать в Хогвартс своего человека? Почему не раньше? Чего они опасаются? Что должно произойти? — Ты знаешь, что должно произойти. Вопрос в том, не является ли этот человек связным с пергаментом кивнул на лежащие перед ними пророчество. Если нет, то может он знает того, кто связан с ним или с ней? * Хогсмет. Странное название для маленького городка, больше напоминавшего деревню. Ученики Хогвартса проводили экскурсию для гостей. Для каждого факультета выбирали по характеру. Гриффендорцам попался Истланд. В группе по вылазке находились не только семья НаЁн, но и Мины. Ещё не видя её, но уже зная, что проведет с ней весь день, НаЁн готовилась. Мина. Перед мысленным взором предстала девушка с видения. Волнистые черные волосы, что плавно скользили на плечи. Карие глаза, что звали за собой, проникали в самую глубину её естества. Девушка с фотографии. Девушка, для которой она готова была отдать сердце, душу и жизнь свою. Мина. Имя девушки застревало в горле, дыхание прерывалось. Который раз подряд НаЁн спрашивала себя, глядя в зеркало, где достать ей смелости для разговора с ней? Она и сама не знала, что творится с ней. Почему сейчас любое трудное задание казалось лёгким по сравнению со встречей с девушкой? Почему выполняя сложные миссии раньше, она проявляла твердость духа, а рядом с 16-летней девушкой она теряет себя? Почему она замирает на месте, стоит только к ней подойти? Почему? — Первое задание вы узнаете после того, как вернетесь с прогулки, — сказала Момо внимательно всматриваясь в окно на двор. Там уже собрались все факультеты, кроме них и гриффендора. Хотя Момо заметила черные волосы девушки, так взволновавшее сердце подруги. — Пока меня не будет ты остаешься за главную, Момо. Попытайся проникнуть в те двери, которые всегда остаются закрытыми поправляя мантию, — проговорила НаЁн. — Мы должны знать, с чем имеем дело. — Верно. Конечно, я доверяю словам маэстро, но он что-то не договаривает — согласилась Момо. — Лучше завершить нашу миссию подготовленными к неожиданностям — высказался Керк за остальных «братьев и сестёр». Они всегда знали, что их командир права, даже если противоречит правилам. Они присягнули в верности. Они единая команда. Так было всегда и так будет. * Всё чаще Мина и НаЁн оказывались рядом. Каждый из них реагировал по-разному, но сходились в одном, каждый раз, когда их взгляды пересекались, оба застенчиво отворачивались, скрывая свой румянец. Мина показывала завывающую башню, её голос звучал сладкой музыкой в ушах НаЁн. Она готова была слушать его вечность. Девушка косо поглядывала на неё. Она видела её сосредоточенное лицо, внимательные глаза. НаЁн внимала то, о чём Мина говорила! НаЁн оказалась намного лучшим собеседником, хотя в основном она молчала. Но молчание не было бездушным. Молчание можно было признать за голос, только тихий. — Может, хочешь поближе подойти? — после минутного отдыха, предложила Мина. — Нет, спасибо. Мне и здесь хорошо — девушка смутилась от её ответа. Её сердце, не зная причины заколотилось, меняя спокойный ритм, на быстрый. — Первое задание не должно быть сложным — проговорила она, меняя тему, всё, что угодно, только не молчать. — Они всегда пугают, а оказывается всё наоборот. — На этот раз всё будет так, как решат судьи — отозвалась НаЁн после долгого молчание. — Такой турнир, как завоевание кубка Огненного Феникса, очень трудно пройти простому волшебнику. Даже могущественные маги, что были одобренные огнём, не могли справиться с первым заданием. Думаешь почему для проведения турнира выбрали Хогвартс… — Неужели они считают, что здесь есть волшебники, что смогут преодолеть все три задания? — Да. Потому, что здесь вырастает новое поколение магов. — Откуда ты все это знаешь? — поинтересовалась Мина, переводя свой взгляд от строчки в книге, которую перечитывала несколько раз на НаЁн, стоявшую в паре шагов от неё, прислонившись к стеллажам. — Не важно — отвела от себя переключилась на другое: — Мина, может покажешь Горбатую скалу, прежде чем мы вернемся? — Конечно, — понимая, что больше не вытянуть из молчаливой девушки, вставая и закрывая книгу, сказала Мина, — пойдем. Им не хотелось возвращаться в деревню. Они не хотели расставаться друг с другом. Но все же им пришлось прервать единение, едва они переступили границу между Хогометом и Хогварстом. Они стали вновь разными, хотя души оставались равными между собой. Мина долго провожала, взглядом буравя спину таинственной по своей природе участницу Истланда. Неужели их общая прогулка ничего не оставила в её душе? Неужели НаЁн ждала момента, чтобы избавится от неё? Но нет, она ошибалась. Она обернулась и их глаза встретились. Впервые после знакомства она заметила, как губы расходятся в улыбке. Её улыбка светила даже когда НаЁн исчезла за поворотом. Глупо. Её улыбка не угасала до тех пор, пока Дамбладор не произнес первое задание: — Все участники турнира должны победить «хомтела», чтобы достать следующую подсказку. Хомстел пронеслось в её сознание. — Самый опасный среди деметров. Поцелуй смерти. От него не уходил на двух ногах — спокойно продолжила НаЁн, словно ничего страшного в этом не видела. О, нет! Я не хочу терять её! Почему? Почему она так сказала? Почему она стал так для неё важна? НаЁн… Мина… Два сердца бились в унисон, зовя друг друга. Две судьбы крепко переплелись. Оба хотели одно и то же. Остаться живым после первого раунда. Встретится вновь. * — Первые признаки непокорны были выявлены в древности, когда миром живых и мертвых правил маг Темной и Белой Магии. Тогда две силы хранились в одном теле, в оном мире. Дне силы контролировали друг друга. Две силы давали советы для души молодого императора, пока третья оборона не взбунтовалась. Тогда миры разделились и оба приобрели демона Метиас, что мог принимать различные лица, мог уживаться не только в мире живых, но и в мире мертвых. Известно, что древнейший советник министерства магии запланировал отряд защитников. Это отряд, не знавший боли, с очень сильной магией, как белой, так и черной. Они могли принимать образ хищника или невинного младенца. Чтобы оставаться всесильным, Метиас послал своих слуг в деревни, уничтожая всех, кто казался подозрительным. Началась битва. Чем больше Метиас превращал в свою веру людей, тем слабее становились ряды защитников. Пока не остался один. Именно он смог продержаться до нашего времени. Ходят слухи, что его скоро заменит преемника. Поговаривают, что Метиас начал охоту на него, но пока ему не удалось его найти — закончил свою речь Сириус, проводя горящими глазами с камина гостиной, где собрались все участники Отряда Дамбладора. — Мы всеми силами пытаемся узнать имя преемника или преемницу, чтобы предложить свою помощь. — Сириус, почему в моём сне я слышала, как его называли защитник Хогвартса? — нарушила тишину ДаХён, ближе подвигаясь к огненным глазам. ЧжиХё бессознательно сжала её ладонь. Мина, скрестив на груди руки, сосредоточено ждала ответа Сириуса. Они все давно показали свою отвагу во время последней битвы. Они заслужили, чтобы достойно называться отрядом Дамбладора. — Мы не знаем, но мне кажется, что Министерство послало сюда человека, который либо знает приемника, либо это он и есть. — Понятно. Значит, нам просто нужно определиться с именем. — Я советовал бы вам присмотреться к гостям. — Ты думаешь, что он или она находится среди них? — спросила Мина, почему-то подумав о НаЁн с Истланда. О ней подумала не только она, но и ЧжиХё. — Вот именно — Сириус прислушался, уловил колебание ветра в комнате. — Кто-то идёт. Сейчас вы останетесь сами. Едва огонь в камине затих, и они не успели разойтись, как возле них материализовались участники из Истланда. Они, не останавливаясь, будто тени промелькнули. Сейчас они не были похожи на приветливых участников. Их темные мантии, будто крылья летучей мыши, оттеняли хмурые лица девушек и юношей. Их предводительница, НаЁн, о которой Мина не могла забыть ни на минуту, прошла так близко от того места, где она стояла, и не взглянула на неё, словно она не существовала. — Вы знаете, что делать — услышали отрывистый приказ. ЧжиХё не могла поверить, что таким жестоким голосом, может говорить Её родная сестра, НаЁн. Но это был она. Её каменное лицо не выражало ничего, словно на черты лица одета стальная маска. От неё веяло ледяным ветром и на какой-то миг ЧжиХё стало страшно. Она испугалась. — Сегодня или никогда — кивнули в ответ её сотоварищи, испаряясь в воздухе, оставляя за собой Момо и НаЁн, которые не сговариваясь подошли к камину. Все с интересом наблюдала за тем, как Момо нагнулась, провела ладонью по воздуху возле пепла, потом взяла жменьку и поднесла на уровень глаз. Раскрыла ладонь, опустила глаза и начала что-то читать. НаЁн слушала, потом ни к кому конкретно не обращаясь, прошептала: -Ночная прохлада остудит горячее сердце. Всю ночь Мина ворочалась в постели, покручивая слова сказанные в конце вечера НаЁн. Эти слова, где она их слышала? Знакомые, недавно прочитанные. Она уверенна в этом. Мысль не давало покоя, в конце концов, Мина открыла глаза и села в постели. Посмотрела на настольные часы. Стрелка показывала полночь. Да, не долго она спала. Полчаса максимум. Она вновь закрыла глаза, но, поняла, что сон прошел. Что делать? Осторожно, чтобы не разбудить соседок, она накинула на себя халат, вышла. Её ноги, повинуясь внутреннему импульсу, спустились в гостиную. Оказалась она не одна такая, что не может уснуть. Возле камина, держа в руках толстую книгу, сидела НаЁн. Сейчас на её лице отразилась улыбка, видно что-то интересное. * Как бы тихо она ни шла, НаЁн её услышала. Ещё одно умение опознавать противника раньше её самой. Она отложила книгу, подняла на неё карий взгляд, и Мине показалось, что её поглотили. Сердце проснулось, ритм убыстрился, приливая краску к щекам. Она неуверенно улыбнулась. — Привет — единственное слово, но как тяжело его выговорить. Девушка приблизилась, устроилась на диване, напротив НаЁн. Так близко, так далеко. Им обоим хотелось еще теснее оказаться рядом. Бессознательно, следуя только потребности, они придвинулись почти вплотную. Их сейчас разделял сантиметр, который они, не замедляя движение преодолели. Губы НаЁн легким касанием приложились к живительной влаге, к её мягким, податливым устам. Это было необходимо им обоим. Они наслаждались первым ощущением нежности и чистоты поцелуя. Мина ощущала, что в такой момент глаза НаЁн открыты и следят за её реакцией на поцелуй. Сейчас было такое ощущение, что НаЁн читает её сердце, управляет её ритмом. Необъяснимое начало чего-то. Она приоткрыла карие глаза, и встретила глубину взгляда НаЁн. Они поглотили друг друга. И хотя их уста уже не соединялись, но поцелуй продолжал жить в подсознании. * Утром быстро причесав свои ещё влажные после душа волосы, надев аккуратную школьную форму, выбежала в холл. Завернув за угол, первое, что заметила девушку очень похожую на НаЁн, которая стояла в очень близком расстоянии от светловолосой миниатюрной девушкой. Ещё толком не разобравшись, Мину будто врезался нож с заостренным концом. Ей стало не выносимо больно, душа разрывалась. Мучимая подозрениями, что вчерашняя ночь была только шуткой, девушка медленно подходила к паре. — Мина — кто-то тихо позвал её. От шума в ушах она не разобрала интонацию голоса, но все же решила повернуться. Какое же было Её удивление и невероятное облегчение, рядом с ней стояла НаЁн. Но… Девушка пригляделась к фигуре. Это была ЧжиХё не НаЁн. Значит, она ошиблась. О, слава Мерлину, она ошиблась! Она смогла свободно выдохнуть, еле заметная улыбка, предназначенная только ей, озарила лицо. Они стояли очень близко друг от друга, но недостаточно. Не так, как вчера, перед камином, освещенные только их тенями. Сейчас, объявят кто идет первым, девушка молча продолжала ждать, боясь, что сможет сорваться и все испортит. Мине так хотелось обнять НаЁн, защитить её. Мине так хотелось не отпускать её! Только не сейчас, только не так. Смотреть на возможную её гибель… Нет, нет! — Пожелай мне удачи, Мина — НаЁн не удержалась, наклонилась к ней и обняла. Мерлин, я должна выжить! Я не могу её потерять, только не сейчас, когда после стольких лет нашла её. Девушка с фотографии. Мию Мина. Мина…. — Итак, кто участвует в первом задании прошу сделать, шаг вперёд — проговорил профессор Дамбладор, подходя к участникам турнира. — Всех остальных, прошу освободить холл. Мина отступила, позволила директору Хогвартса забрать НаЁн. Её тень последовала за девушкой, преодолев три ступеньки вниз, потом взлетела по крутым поворотам коридорам, пока не достигла широкого пространства в виде отдельной подземной комнаты, где существовал полумрак. — Участники турнира Огненный Феникс. Первое задание не самое жестокое по отношению с другими заданиями. Огонь выбрал вас, значит он сделал выбор. Поэтому, судьи решили испытать его выбор, проверив вашу находчивость и знание магического заклинание. Думаю, что объяснять значение хогмета не нужно. Что же первым, после трех выстрелов в воздух, пойдет участник из Думстранга. Удачи — крепко пожал руку, когда услышали громкие выстрелы. Прошло много времени, участники сменяли друг друга, делая шаг неизвестному. Никто из не знал выживут ли они в схватке или нет. Она слышала поддержку зрителей, среди которых находились её семья, её сотоварищи и Мина… «Им НаЁн» только имя, где можно услышать звучание страха и неопределенность в судьбе, что приготовлена ей. Настоящее имя — это правда. Истина, в которую она верила, с которой жила до 11 лет, пока не нашла фотокарточку с портретом девочки. * Она знала, что не одинока, но сейчас отбросила в сторону все чувства, мысли превратились в ледяной шар, что строился на протяжении 4 лет, где присутствовал страх, унижение и неуверенность. Она знала, как нужно действовать. Но она также знала, что те заклинание, которым её научили, применять нельзя. Иначе, все усилия пропадут даром. А этого она допустить не могла. Поэтому… — Следующая участница, что испытает свои силы, НаЁн из Истланда!!! — Настал мой черед побороться — НаЁн дала себе минуту для концентрации всего тела и силовых мышц. Она распрямила спину, гордо подняла голову, в её карих глазах промелькнула решительность и там осталась. Сегодня или никогда произнес девиз своей группы, сделала шаг на встречу к врагу, что, как трус прятался за углом. Найти смелость в сердце и не потерять её. Идти вперёд и никогда не сдаваться. Окей, я готова глубокий вдох. Её встретила угнетающая тишина. Прежде чем открыться, НаЁн мысленно вызвала эпизод посещения в древний храм. «У каждого свой метод битвы» так однажды сказал древнейший, когда, не касаясь противника, одолел его. «Сила твоя заключается не в мышцах и не в заклинании, здесь важна мысль сердца, его биения, его ритм. Пройдись по ступенькам прошлого, впитай в себя счастливые моменты, дай душе насладиться, ощутить себя частью тебя самого. Только познав себя, ты выйдешь победителем». * О том, что НаЁн встречалась с древнейшем не знал никто. Таково было условия послушника. В тот день она впервые солгала Мастфу и друзьям, сказала, что ходила на правый ход оборванной скалы. Её привели в храм безмятежности и спокойствия. В храм, где когда-то обитал её предшественник, именно там, она услышала легенду о защитниках двух миров. Именно там, раскрыли ей глаза на ложь Министерства и покрывательстве Темного пророчества молодого императора. Напоследок древнейший напутствовал НаЁн о стиле битвы. Поэтому, когда на неё напал хоғмет, оплел его чернотой, НаЁн не сделала попытки вырваться. Она дала себя «поцеловать». «Ни с чем не сравнимое чувство смерти» промелькнула мысль и испарилась в вечности. Она ощущала, как с неё выкачивают жизненную энергию. Зная, что ещё чуть-чуть и она окажется в ловушки собственного тела, НаЁн все равно оставалась неподвижной. Она исчезала на глазах завороженной толпы, её тело безвольно плавала на волнах смерти. Её душа покинуло тело, она умерла. Было очевидно, что поединок закончен, что на этот раз победил хосмет. Но никто не двинулся с места, они с надеждой ожидали, что все это окажется розыгрышем. Они ждали много, пока в их душе что-то не надломилось. Тогда прозвучал протяжный крик, испугавший всех. На поле появлялись семья Им в полном составе. Сегодня они пришли на турнир, чтобы убедиться в правильности сообщения от ЧжиХё. НаЁн действительно была, и вот, её не стало за каких-то 10 секунд. Секунды забрали жизнь сестру и дочери. Обрести и потерять. Обрести и потерять. Мина смотрела на тело девушки, которую начала только-только узнавать, понимать, ощущать. Прозрачной водой по щекам катились слезы, не давая облегчению сердцу. Словно тиски сжимала боль, и девушка не делала ничего, чтобы прекратить терзание. Только вчера их судьба соединила казалось навек, но не прошла и ночь, как наступило утро и забрала её. Забрала НаЁн от неё. Н-н-н-н-е-е-е-е-т-т-т-т!!! * Древнейший сказал: «В твоей смерти заключается переход от одного пространства, где существует необъятная вселенная и переход в измерение пустоты, где твоя душа может жить отдельно от тела». «Я не понимаю, учитель. Не означает ли это смерть без возвращения в реальность?» «Смерть только одна и все же с неё есть выходы. Порой бывает, что сила превосходит тебя. Так для того, чтобы убедить противника в его превосходстве, в его победе, ты должна умереть». «Если я умру, то как выиграю поединок?» Теперь она знала ответ на свой вопрос. Её невидимая душа скользила над телом девушки, наблюдая за реакцией хогмета. Если то, что она слышала правда, то хогмет скоро поймет свою оплошность. Нужно действовать, и немедленно. Набрав прозрачный воздух, душа подлетела очень близко к хогмету: — Метерло вептало друнсе!!! Не только семья Им увидели, как хогмет растворился. Он исчез странно, будто его кто-то насильно вызвал. Профессор Дамбладор опустился на колени возле тела девушки из Истланда, осторожно прикоснулся. Кожа НаЁн было теплым, пульс не пробивался по венам, но все же, директор вдруг понял, осознал. — Проклятье змеи — прошептал он, повинуясь интуиции попросил всех отойти. — Поединок продолжается. Хогмет провалился в подготовленный сгусток не живой темноты, по пути превращаясь в человека. Сейчас перед светлой душой НаЁн стоял низкий, брезгливого вида полуэльф и полудемон. Черные пустые зарницы, без век, надорванный шрам. Он криво усмехнулся, показав дыру, вместо рта. Скрывая от него отвращения, НаЁн твердо встретила взгляд пустоты. Древнейший прочитал первые строчки легенды: «Первым противником защитника двух миров предстал демон Страха. Чем дольше человеческая душа вглядывалась в черноту пустоты, тем сильнее становился страх. Он предвкушал легкую победу…» Отложив в сторону пергамент, монах забыв о посетители начал молиться. Тогда НаЁн не поняла слова молитвы, она молча встала и ушла, не дослушав до конца. Сейчас молитва всплыла в памяти, обрывочными заклинаниями. Селенто аραπο βορτε!!! — это заставило демона застыть. Фустило Рентэл Мекус!!! — хогмет скрючился от невыносимой боли, будто сквозь него пропустили заряд состоявших из миллионы уничтоженных душ. Тито Алькус Ютэс!!! — душа НаЁн взорвалась на несколько кусочков, окружила кольцом хогмета и… Находясь в невесомости между двумя мирами, НаЁн отчетливо поняла слова древнейшего о ритме сердца. «Важна мысль сердца». Первый, глубокий стук она услышала, когда семья окружила её, будто предлагая защиту от одиночества… Второй, сладкий стук она услышала, когда девушка с фотографии наклонилась над ним и Её локон черных волос прикоснулся к её щеке… Третий, живительный, убыстрённый стук она услышала, когда рядом с собой увидела светящий шар, который принял очертания Мины… Светлые частички души медленно возвращались в мир живых, прогоняя остатки тяжести темноты. Семья Им так и не поняла, что было важнее для них, когда Дамбладор сказал: «Поединок продолжается» или когда НаЁн сделала первый вдох? Наверное, то и другое. Ведь они уже не надеялись поговорить, выяснить все обстоятельства её решение. Они хотели знать, что она больше не исчезнет. Им столько вместе предстоит сделать. — Доченька — НаЁн услышала тихий голос матери, но открыв глаза она не видела её лица. Радостные лица близких меркли в тумане. Единственное что сейчас ощущала это огненные стрелы, что съедали изнутри её тело. Прежде чем, потерять контроль над телом, НаЁн повела взглядом на Мину, попыталась ей улыбнуться. Она смотрела на НаЁн и не могла насмотреться. Ею приподняли чувства радости, счастливого единения. НаЁн рядом. Она здесь. Она жива. * Очнулась она в больничной комнате Хогвартса. Её вырвали с бессознательного состояния шум голосов. На секунду она разрешила себе почувствовать счастливым, ощутить заботу близких, насладиться полноценной жизнью. Но секунда прошла, и вновь превратилась в маску. Превозмогая ужасную боль, НаЁн открыла тяжелые веки и встретила тревожные лица матери и отца. — НаЁн — теплая ладонь матери прошлась по её лицу, будто заново её изучая. НаЁн приняла ласку, но очень глубоко в том месте, где хранились воспоминания. Тем не менее лицо ничего не выразило. Она читала в глазах матери вопрос, но знала, что не в праве отвечать на него. Не сейчас. Поэтому она отвела взгляд и наткнулась на тревожно-радостные лица братьев и сестры. Невыносимо видеть их ожидаемые лица. «Боль — это слабость. Слабость мешает делу. Твоя миссия важнее твоей боли, твоего страдания» припомнила наставление мастера, когда после первого задание, её принесли всею окровавленную. Мастер тогда наклонился над ней, его серые глаза внедрялись не только в сознание, но за пределы души. Они резали её, мешали упасть в пропасть, погрузится в безумство. День за днем. Ночь за ночью. Пока она не поднялась на ноги. — Я должна идти. — Вы еще очень слабы, мисс Им — ниоткуда появился профессор Дамбладор, опустился рядом с ней, внимательно изучая выражение её состояния. — Я должен идти — повторила НаЁн, поднимаясь в постели, закусывая до крови губы, чтобы сдержать вскрик. Её ослабевшее тело покачнулось, но НаЁн устояла. Со свистом вырвалось дыхание, но НаЁн сделала шаг к выходу. — Спасибо за заботу, но дальше я справлюсь сама. — НаЁн! Что с тобой? Ты не могла так измениться за 4 года! — Им Джон положил руку на плече и заставил её остановиться. Развернул лицом к себе. — Неужели ты не рада нас видеть? — Почему не рада? Я вас увидела, мне этого достаточно — хмыкнула НаЁн, прищурив глаза до мелкой щелочки. Не много подождала, чтобы собрать остатки храбрости и равновесия, отчеканила каждое последующее слово: — Боль. Это. Слабость. — Слабость? Но это же естественно! Ты чуть не умерла! — Отец — покачала головой НаЁн, произнося так, будто старший Им не то сказал. — У каждой битвы свой метод. Я избрала сложный, и прошла его. А теперь, мне нужно готовиться к следующему — закрыла глаза, шепотом что-то прочитала на иностранном языке и.… испарилась в воздухе. Момо ожидала её у входа в больничное здание. Её лицо не выдало тех гаммы чувств, что творилось в душе, когда она увидела стоящую на ногах подругу. Так не было принято в Истланде. Они очень хорошо усвоили простую истину, едва переступили порог школы. В первую очередь им показали представление, битву между чернокрылым Драконом и волшебником. Как было интересно следить за разворачиваемыми событиями, пока не стало совсем поздно, волшебник проиграл, и его сожгли живьем. Их детские сердца пережили первый ужасный шок, они не могли отвести взгляд от безжизненного тела. Первое правило. Если хочешь стать магом, ты должен терпеть боль. Второе правило. Если хочешь, чтобы тебя уважали здесь, ты должен идти через боль к цели. Как видите, не у всех получается. Третье правило. Если ты уверен, что стал магом-воином, но ты слаб, тебя уничтожают. Четвертое правило и оно самое первое в списке. Не показывать эмоции ни в коем случае. Иначе, кто-то использует их против вас… НаЁн обессилено прислонилась к стене, прикрыла ладонью глаза, глубоко вдохнула воздух, пропитанный больничными медикаментами. Маленькое перемещение далось не легко и забрала больше сил, чем она думала. Прислушалась, за стеной, где раньше была она, раздавались голоса близких людей. Вместе с воздухом вышел горький стон. Не глядя на Момо, сделала шаг. Не произнося слов, Момо последовала за своим лидером, ибо сейчас перед ней не было подруги. Такое выражение лица она изучила детально за последние 4 года, когда НаЁн стала их лидером. Когда назначили её, невысокую ростом девочку, которая всего боялась, ввести грушу из 5 человек на первое задание. Никто потом не делился воспоминаниями о том, что произошло там, но никто не забывал о боевом крещение. Запретный лес. Ах, как сладко звучало в сердцах 12-летних мальчишек и девчонок название первого задание! Первые года в школе их обучали теоретическими заклинаниями. И вот, шанс, использовать их на практике. Приключение начиналось. Радостные лица светились гордостью, что их первыми выбрали среди остальных учеников. Значит, они достойны, они заслужили право. Они шли по тропинке, что спускалась в ущелье, где находился проход в Темный Лес. Их детские голоса раздавались по всему участку. Каждый из них вспоминал слова Корнелия Мастфа: — Ваше первое задание очень лёгкое. Уничтожить демтора, он меньше, чем обычная крыса. Он не доставит вам проблем, если вы правильно используете заклинание. По тому порядку, что с вами проходили весь год. Миссия продлится не дольше 2 дней — добавил он, затем задумчиво замолчал, прекрасно осознавая, что все от него ждут. Конечно же, кто будет лидером в их группе. Он хмыкнул, осознавая, какой фурор произведёт, когда называл имя: — Первую группу поведёт НаЁн. Гул недовольных голосов, недовольные смешки, Мастф не мешал, наслаждаясь этим, потом со всей серьёзностью добавил: — Вы знаете, что это означает. О, да, они знали! 12-летняя, не высокого роста черноволосая девочка с двумя выступающими зубами, которые она бессознательно от нервозности выдвинула ещё дальше, превращая себя больше похожую на зайчика, поднялась со своего места, не уверено прошла к середине и со страхом посмотрела на величавого мужчину, который брезгливо прожигал её своим взглядом. Не только Момо считала, что она не справится с лидерством, она уже думала, что их первое задание провалится. Но всё равно последовала за ней, когда НаЁн вышла со школы. Как и говорили профессора, они достигли ущелья за полчаса. А ещё через час они нашли норку, где, если верить книге, прятался демтор. — Я думала, что норка это что-то маленькое — пробормотала НаЁн, поднимая голову и делая шаг назад, чтобы рассмотреть высокую и широкую пещеру. В этом она была права. — Хорошо устроился наш маленький друг. Может, норка находится в пещере? — присвистнул Керк, мальчик-альбинос. — Давайте проверим — и первой смело вошла в пещеру девочка по имени ЧеЁн. В темноте только полыхали огнем её разноцветные волосы. — Подожди! — запоздало крикнула вдогонку НаЁн, уже не надеясь, что она услышит. Но девочка услышала и остановилась. Ослушаться, означает позор для всей группы. Мальчик боязливо улыбнулся, оглянулся на остальную группу. — Начинается наша охота. Держимся вместе, будьте внимательны. 5 человек поочередно прошли в тёмную пещеру, замыкала шествие НаЁн, озираясь по сторонам. — Диффендо! — шепотом проговорила заклинание огня. Волшебные палочки засверкали, давая огненный свет. «Лучше б мы это не делали» успела промелькнуть мысль, когда черная масса их атаковала. — Ложись!!! — испугано воскликнула она, падая на землю и закрывая руками голову. Все последовали приказу, но ЧеЁн оказалась в ловушки. Её крик ужасом заполнял стены пещеры. И снова НаЁн показала, что она настоящий лидер. Не заботясь о себе, она побежала к девочке, помогая, избавится от летучих мышей, прикрыла собой. — Никому не двигаться. Лежать — тихо прозвучал приглушенный голос лидера. Сколько минут прошло неизвестно. Они не поднимали головы даже тогда, когда услышали последний взмах крыльев, что означало «опасность миновала». — Керк, вызывай огонь. Что он и сделал. Подняв глаза к потолку пещеры, никого, вздох облегчения сорвались с пересохших губ. Все обратились к лидеру, НаЁн, что помогала подняться девочке. Их лидер была изранена, летучие мыши не пощадили её. — Ничего — отмахнулась НаЁн, но так сильно побледнела, словно собралась упасть в обморок. — Идёмте искать нашего маленького друга. Я прошу вас, сделайте одолжение, никому не отлучаться от группы, даже, если захотите в туалет — в просьбе слышался приказ, и они без спора последовали дальше по туннелю. В дальнейшем Момо была благодарена Мастфу, что назначил лидером НаЁн, а не её или кого-нибудь ещё из их группы. Пока они добрались до демтора, их одежда стала похожа на лохмотья, а лица… Они не были похожи на детей… Но для них в тот момент самым главное являлась жизнь, а не их природная красота. Адское ущелье. Так теперь называлась норка демтора. Ведь ад, разворачиваемый перед ними, позволил на собственной коже ощутить то, о чем говорил Маэстро при поступлении в школу. Идти сквозь боль и усталость, переборов в себе ту частичку, где существовал страх, унижение, радость, ожидание… Демтор. Маленькое существо, которое с большим аппетитом поджарила волшебника вовремя представление. Они уже не удивлялись. Те жалкие, пустые заклинание, которые преподавали в школе, ничто не стоили. Израненные, измученные они стояли напротив демтора, наставив на него волшебные палочки. Огонь окружил их, устрашающе надвигался на них. Они твердо стояли на месте, ожидали приказа от лидера. НаЁн быстро соображала, что делать дальше. Ещё одна опасность. Ещё один выбор. Сдаться или победить? — Как думаете, справимся? Не для того я выбрала Истланд, чтобы умереть. А вы? Черт! Мы прорвёмся, если понадобится, поджаримся, но вырвемся! Меня интересует одно — она встала перед ними, окровавленные потные струйки облепили её лицо, волосы, пропитанные сажей и грязью, но глаза. Карий взгляд оставался решительным, выстоять любой ценой. — Вы готовы идти за мной. — Сначала нам казалось, что ты не справишься. Но теперь… Да, мы готовы последовать за тобой, даже в ад — за всех произнесла Момо. — Мы, итак, в аду, »сестра» — усмехнулся Керк, ЧеЁн вдруг рассмеялась, все её поддержали. — Ещё одно — будто не замечая, что языки пламени подкрались до её ног, НаЁн подняла руку. — Меня интересует, вы готовы подчиняться моим приказ, какими бы странными они не казались? Готовы ли вы, если понадобится ослушаться приказа Маэстро? — Ты наш лидер, а не он. Так, зачем спрашивать? — на этот раз ответила ЧеЁн, чем не сказано порадовала НаЁн. — Тогда держитесь. Битва будет не из лёгких. Если им раньше казалось, что страшнее наказание Мастфа ничего не существует, то, пройдя адское пламя, использовали только одно заклинание, намного хуже. Группа из 5 человек не только выжила в первой схватке, но и навсегда приобрела лидера, за которой действительно готовы идти за пределы жизни или смерти. И вот, они сейчас все здесь. Хотя, как они слышали ещё в Истланде, Мастф не хотел, чтобы они последовали за НаЁн в Хогвартс. Но таково было условие НаЁн. Хотя, надо признать, что они и без разрешения б последовали за лидером. — НаЁн! Момо! Подождите! — позвал их задиристый голос ЧеЁн. Девушки приостановили быстрый шаг и оглянулись на зов. ЧеЁн. Девушка с разноцветными волосами и необычно красивым тёмно-карим взглядом, в которых так и плясали дьявольские огни. Много раз она выручала их, как и они её. Девушка, которой можно доверить не только жизнь, но и более личное, своё сердце. ЧеЁн, для Момо была тем, кем является для НаЁн Мина. Она давно, но тайно любила её. — Я думала, что ты сейчас на занятии Хагрида — Момо вспомнила, почему так долго её не было видно. — Была. Но мне стало не интересно — ЧеЁн передернула плечами, от чего дикая грива перемахнула на левую сторону. Она заметила, как перекосилось лицо НаЁн от сдерживаемой боли, но ничего не сказала. Только переглянулась с Момо. — Кого на этот раз показывал Хагрид? — полюбопытствовала НаЁн, говорить о чем-нибудь, лишь не думать о поединке. — Мы их проходили во втором семестре. Гиппогриф. -Да, интересного ничего нет — согласилась Момо, вызывая в памяти крюкокрылатого существа в крапинку. Она делала всё, чтобы поддержать не чего значивший разговор, только подольше оттянуть мысли о поединке. Такими темпами, перескакивая с одного существа на другое, они дошли до Астрономической башни. Здесь они могли свободный переход, поэтому бразды правление взяла на себя ЧеЁн, опередив Момо на доли секунды. — Мы проверили комнату замолчала, прислушиваясь к шорохам вокруг башни. — Что-нибудь удалось найти? — Нет, но мы знаем… Черт! — воскликнула девушка, подскакивая на месте. Там, где она стояла, образовался маленький муравейник. Только они двое знали, что ЧеЁн, не может терпеть насекомых. Нет, не боится, ненавидит. Не меняя положения, НаЁн провела ладонью возле горки, его голос нараспев пропел: — Авар Сул! — нежные, спокойные нотки подействовали на насекомых чудным образом. Насекомые перестали сноваться туда-сюда и постепенно исчезли с горизонта. Момо всегда удивляло, откуда НаЁн знает столько заклинаний. Книжки, что лежали в библиотеки, не позволяли узнать на много больше, чем давали преподаватели. Момо проверяла. И, тем не менее, НаЁн знала. — Спасибо — свободно вдохнула ЧеЁн, потом её тёмно-карий взгляд насторожено провела на то место, где остался след от муравьев. — Это не случайно. Кто-то знает, зачем мы здесь. — Ничего менять не будем, — опережая НаЁн, сказала Момо, правда потом не уверено посмотрела на лидера, не слишком ли далеко зашла. НаЁн пристально вглядывалась в ином направлении. Момо понимающе кивнула, когда заметила Мину, что вела разговор с Цзыюй и семьей Им. — Почему ты не скажешь ей о своих чувствах — тихо спросила ЧеЁн, тоже оглядываясь на девушку. — Каждая минута дорога. — Поэтому ей и не нужно знать, ЧеЁн. Или ты забыла, чему нас учили? Я не забыла. Я должна отгородить их от себя, как можно дальше. — Даже если от этого страдает твоё сердце — понимающе добавила Момо, ведь так она делала каждый раз, когда хотела раскрыться перед ЧеЁн. Не которое время они провели в молчании. Каждый думал о своём. — Я слышала, что второе задание будет намного сложнее первого. Простыми заклинаниями не отделаешься — поведала ЧеЁн, положив на плечи старших подруг руки, не показывая личный страх. Страх, что съедал её изнутри, готовясь вырваться наружу. Вот, рядом с ней стоят лучшие и самые близкие друзья, о которых она знала всё и за одним последовала сюда. Ей была знакома смерть, каждый раз проходя тёмные закоулки души, она была уверена, что НаЁн выведет их. Так всегда и проходило. Столько ран, столько боли, столько ужасных воспоминаний. Она привыкла жить с ними. Кошмары, что мучили с детских лет, перестали беспокоить её. Она научилась справляться с болью, пряча её в отдаленные уголки, запирая её за миллионными замками, заполняя пробелы счастливыми моментами. Девушка понимала чувства НаЁн, и всё равно ей хотелось, чтобы, кроме битвы, у неё была личная жизнь или хотя бы личные, ведомые только ей, воспоминание. Такие, как например, влюбленные взгляды Момо, которая думала, что её не замечают. Они оба знали, что никогда не будут вместе, даже если б у них был шанс, они б им не воспользовались. Потому что, поступив в Истланд, они сделали выбор. Выбор смерти. И всё же, всё же, ЧеЁн хотела помочь НаЁн, даже если, она нарушит все правила Истланда. НаЁн, лидер их команды. Она наблюдала за ней всю жизнь, но пока менялись они, не менялась она. Непоколебимая в своих силах и своих возможностях. Лидер, которая должна оставаться лидером при любых обстоятельствах. ЧеЁн уже начиналось казаться, что и сердце её превратилось в камень, пока однажды, когда НаЁн попросила ЧеЁн принести с её комнаты пергамент, она не заметила на столе фотографию девочки с гривой черных волос и прекрасными тёмными глазами. Фотография была затёртая со всех сторон, будто здесь пролежала больше 10 лет. Кто она? И что она значит для НаЁн? Вопрос заинтересовал её настолько, что она начала присматриваться к старшей девушке, отмечая про себя все не понятные случаи. Она думала, возможно, эта девочка одна со школы, но проведенное исследование не принесло результатов. Наблюдая за тем, как она выполняла каждое новое задание, ЧеЁн стало казаться, если б не эта фотография, она давно бы умерла. Она давно б сдалась, ещё на первом задании. И вот оказывается, кто эта девочка с фотографии. Первая ученица Хогвардса. Мию Мина. Только сейчас она начинала понимать, почему их лидер так быстро согласилась на смертельное задание. Первыми в списке стояла семья Им. Второй, девушка с фотографии. — Огненный Феникс… — протянула НаЁн, задумчиво глядя на высокие стены замка. — Почему решили проводить турнир здесь? Я никогда не поверю, что из-за магических сил — нахмурив брови, её передние зубы неосознанно выступили вперёд (так случалось, когда их лидер была слишком сосредоточена на своих мыслях, что забывала контролировать себя. В такие моменты НаЁн выглядела симпатичной и милой, что многим хотелось ущипнуть за округлые щёчки. Редкие явления). — Здесь, что-то иное. И, возможно, оно и связано с нашей пропажей. — Вы заметили, как Маэстро изменился, едва мы переступили порог Хогвардса? И почему отправили именно нас? Ведь мы работаем на ином уровне — поделилась давно вынашиваемыми сомнениями Момо. — Да. Или работали — согласилась девушка, глядя на то, как ученики прогулочным шагом возвращаются с урока Хагрида. За ними возвышается и сам егерь. Его лицо светится гордостью. Зато выражения лиц учеников не трудно было определить: испуганные, бледные. Среди учеников она заметила одного, мальчика без имени. Сразу вспомнила, при каких обстоятельствах погибли его родители. Ведь тогда им 11-летним детям пришлось видеть. Им пришлось привыкать. Тайна убийства навсегда запечатало их рты. — Всё повторяется. Только на этот раз мы подготовлены намного лучше. Они проверяют наши силы, наши знание. Они готовят нас к чему-то, известному только им. — И мне кажется, я знаю к чему — медленно, словно проверяя на ходу свои мысли, отозвалась НаЁн. -Вечером — внезапно бросила она, и не сказав более не слово поспешно удалилась. — Как всегда, она знает больше, чем мы. Ладно, вечером, так, вечером. До него ещё время есть. Моё задание займет ещё меньше времени. — Всё-таки ты решила ей помочь, — мягко улыбнулась Момо, глядя на то, как девушка решительно направляется в сторону Мины и её семьи. — Нужно же когда-нибудь начинать — улыбнулась в ответ ЧеЁн, весело подмигивая: — Ты со мной?