Кажется, они счастливы

       Нападение произошло неожиданно. Все сидели за столом в Норе, когда послышался крик и громкий взрыв. Гарри и все Уизли, вооружившись палочками, выбежали на улицу и ужаснулись. У крыльца, с огромной раной на животе и груди, лежала Гермиона, а рядом стояла группа неизвестных в масках. Они сразу напали, началась перестрелка. Гарри и Рон, как Авроры, взяли командование на себя, быстро обезопасив зону вокруг дома и обезоружив преступников.       Когда первый адреналин исчез, все вспомнили о Грейнджер, над которой, заливаясь слезами, сидели Молли и Джинни. Гарри опытным взглядом определил, что подруга на грани. С трудом собрав остатки самообладания, он аппарировал в Мунго, в кабинет Теодора Нотта, который так часто вытаскивал его с того света. Без слов он схватил колдомедика и аппарировал обратно. Тео, оценив обстановку, скомандовал:       — Пусть все отойдут, Гарри.       Поттер почти насильно увёл свою жену, стараясь не терять надежды, но вид смертельно бледной Гермионы ужасно пугал его. Все Уизли уже не сдерживали слёз, когда Тео пытался услышать ее сердце и сосредоточенно хмурился, останавливая кровотечение.       Вдруг Артур вскрикнул:       — Кто-то прорывается через защиту!        Это было странно. Преступники могли ухватиться за аппарацию Гермионы и попасть сюда, но узнать местоположение и пытаться целенаправленно проникнуть было невозможно. Ещё со времён войны Нора охранялась фиделиусом.       Но вот купол треснул, и рядом с Тео возник белый, как смерть, Малфой. Он обвёл всех безумным взглядом и, наконец, остановился на Гермионе. Гарри поднял руку вверх, заставляя всех не двигаться и опустить палочки, потому что увидел, как затряслись руки Драко. Он упал рядом с ней на колени, безудержно повторяя одно и то же:       — Нет, нет, нет. Ты не можешь, не можешь.        Голос его все набирал силу, а из глаз потекли слёзы, когда Нотт поджал губы и отрицательно покачал головой. На заднем фоне Джинни забилась в истерике, и Рон со слезами на глазах пытался удержать её. Гарри же не мог пошевелиться вообще. Осознание ещё не пришло к нему.       Малфой подтянул Гермиону так, чтобы держать ее голову на своих коленях. Он сидел в профиль ко всем, сам Поттер видел лишь чуть больше. Нотт что-то сделал, и Гермиона застонала.       — Ей осталось недолго. Если хотите поговорить… - тихо сказал он.        Все приблизились, вставая около Гарри и совершенно не понимая, почему Малфой тут и почему он так убит горем по ней. Как он вообще узнал? Но почему-то никто не мог подойти.        Гермиона открыла глаза и уставилась прямо наверх. Она с трудом приподняла руку и положила на щеку Драко, но та соскользнула, оставив кровавый след. Он поймал и сжал ее ладошку, судорожно сказав:       — Этого не должно было произойти. Не должно.       — Ты… — хрипло и тихо попыталась сказать она, но Малфой мотнул головой, продолжая:       — Ты должна была жить, а я умереть. Так какого черта! — рыкнул он, совершенно не стесняясь своих слез.       — Ты бы мне сказал? — спросила через силу Гермиона и закашлялась.       Тео тут же облегчил ей дыхание, все еще поддерживая ее своей магией, чтобы она могла попрощаться.       — Нет, — покачал головой Драко.       — Почему?       — Ты должна была прожить жизнь, самостоятельно принимая решения. Я бы умер, но не позволил тебе стать зависимой, — горько усмехнулся блондин.       — Драко, что происходит? — резко спросил Тео, и Гарри, несмотря на ужас ситуации, тоже хотел бы это знать.       Малфой поднял на друга взгляд, и лицо Теодора приобрело шокированное выражение.       — Ты?.. Черт! Ты же можешь спасти её! Почему ты медлишь? Если не сделаешь этого, вы оба умрете! — разволновался Нотт.       Блондин отчаянно зажмурился и тихонько заскулил, сжимая руки и сгибаясь, словно ему больно.       — Я разрешаю, Драко. Я… разрешаю. Не бойся, я знаю, о чем говорю, все хорошо, — хрипло прошептала Гермиона. — Ты спасёшь меня.       — Я заберу твою свободу, — отчаянно ответил Малфой.        Ему явно было плохо, но почему, Гарри не знал.       — Ты не сможешь сопротивляться долго…—попыталась улыбнуться Грейнджер, и от этой кривой пародии на улыбку у всех сжалось сердце.       — Если ты ... и правда можешь…— словно через силу, но с огромной надеждой в голосе начал Рон, и Малфой, наконец, обернулся к ним.       Раздались удивлённые вдохи, и Джинни на миг перестала всхлипывать, завороженно уставившись в глаза цвета расплавленного серебра.        Его черты лица будто бы изменились, стали более резкими, но при этом настолько привлекательными, что невозможно было не смотреть.       — Спаси её, — тихо попросил Поттер, и взгляд этих глаз словно прошёл сквозь него.       — Она права, я действительно не смогу удержаться, — в голосе Малфоя звучало неприкрытое страдание. — Но это не спасение, нет… — он повернулся обратно к Гермионе, ласково убирая волосы с лица и стирая кровь с губ.       — Быстрее, Драко. Времени уже не осталось, — нервно произнёс Тео.        Тот, казалось бы, с трудом удерживал себя, но в итоге кивнул. Нотт тут же вскочил и начал отходить к остальным:       — Отойдите. Отойдите подальше… — просил он, помогая Рону увести Джинни.       — Гарри, и кто ещё способен поставить щит, ставим сейчас, — скомандовал Тео.       Рон передал сестру матери и подошёл, помогая:       — Зачем?       — Как только все начнётся, Драко убьёт любого, кого посчитает опасным или своим соперником, — напряжённо ответил колдомедик. — Ты даже не успеешь понять, что случилось, как будешь мёртв.       — Почему он вообще … — начал было Рон, но под шиканье Теодора замолчал.        Все взгляды устремились на странного Малфоя с надеждой и отчаянием одновременно.        Повеяло прохладой, и появилось ощущение тяжелой древней магии. Она словно собиралась вокруг блондина, пока тот цеплялся за остатки разума.       Малфой осторожно переложил голову Гермионы на траву и присел рядом, быстро вдыхая и зажмуриваясь. Стоявшие прямо за щитом парни услышали тихое «Не бойся, иди сюда» от девушки, и он со стоном сдался, целуя ее. Драко будто засветился изнутри, и чем дольше он целовал свою пару, тем ярче был свет. Потом он отстранился, одной рукой повернул голову Гермионы в сторону, отводя волосы и обнажая шею, и снова склонился над ней.       Девушка дёрнулась и тоже начала светиться. Начиная с головы, сила, которую все вокруг с трудом могли описать, опускалась по ней, пока не охватила полностью. Он все не отодвигался, и Грейнджер неожиданно обхватила его за плечи, сжимая. Ее раны затягивались на глазах, а после восстановилась даже одежда, исчезли все следы крови, будто и не было смертельного ранения, почти убившего ее.        Малфой медленно, словно заставляя себя, отодвинулся, и Гермиона с лёгкостью села, так и не отпустив парня. Сзади раздались возгласы удивления, и Рон уже хотел опустить щит, когда Тео одернул его:       — Не смей, если не хочешь умереть. Сейчас его единственная мысль - ее защита.       — Все хорошо, Драко, все хорошо, — тихо говорила Гермиона, пока Малфой пытался взять себя в руки.       Он отрицательно крутил головой, а после схватился за неё и зашипел от боли.       Древней силы было так много, что Гарри боялся взрыва. Магия окружала пару, как купол, и вряд ли подпустила бы сейчас кого-то.       Малфой вдруг согнулся, утыкаясь лбом в плечо сидящей Гермионы. Она все еще держала его, и он доверчиво обхватил ее за талию, обнимая и пытаясь не кричать.       Драко светился все ярче, пока не вспыхнул. Когда все смогли проморгаться, то увидели два огромных, белоснежных и потрясающе красивых крыла, которыми он тут же укрыл девушку, словно защищая. Миг, и они исчезли.        Давление магии спало, как и безмолвие. Все разом заговорили, и Гарри пришлось крикнуть, чтобы спросить:       — Куда он ее забрал?       — Наверняка в больницу, надеюсь, хватило контроля, чтобы ко мне в кабинет, — ответил Тео, срочно собирая использованные зелья и инструменты.       — Какого черта это было? У него, мать вашу, крылья!? — не выдержал Рон, и Гарри, хоть и догадывался, но спросил:       — Кто такой Малфой?       — Вейла, судя по тому, что я видел, сильная.       — А разве бывают мужчины-вейлы? — спросил Артур.       — Редко, но да. Я не специалист в этой сфере, но, зная Драко, он досконально изучил вопрос, как только понял, кто он.        Вместе с Ноттом, Гарри и Рон аппарировали в Мунго, сразу в кабинет Тео. Оттуда они быстро прошли в соседнюю палату, закреплённую за ним, как личная, и обнаружили там спящую девушку. Малфой, снова выглядящий, как человек, сидел рядом, но при их появлении поднялся, и парни почувствовали, как волосы встали дыбом от направленной на них волны магии.       — Спокойно. Это мы. Я, если ты помнишь, колдомедик. Они - ее близкие друзья.       Давление заметно спало, и глаза Драко снова стали нормального цвета. Он устало опустился на койку и сжал переносицу. Тео медленно приближался, в то время, как двое друзей девушки остались стоять у двери. Ещё в пути он объяснил им, что Малфой никогда не причинит вреда Грейнджер, ведь это убьёт его самого.       — Я хочу проверить ее раны, — мягко сказал Нотт, косясь на друга.       Тот тяжело вздохнул и кивнул, обойдя койку с другой стороны, чтобы видеть всех сразу.       Пытаясь отвлечься от того, что его пару сразу после соединения трогает другой мужчина, Драко грустно спросил:       — Уже поняли, что случилось?       — На самом деле, — осторожно начал Гарри, — не совсем. Мы знаем теперь, кто ты, но как так вышло? Ты же раньше ненавидел её. А в последнее время вы подружились. Это связано с … твоим состоянием?       Малфой невесело усмехнулся, в то время, как его глаза зорко следили за движениями Тео.       — В школе … я действительно ее недолюбливал. Но больше из-за вражды с вами и того, что она всегда обходила меня по всем предметам.       — А потом мы начали работать вместе, и я стал не завидовать ее уму, а восхищаться им. Я даже не заметил… — он покачал головой, словно не веря.       — Я знал, что во мне есть кровь вейлы, но ее было так мало. Гермиона единственная, на кого она не действовала, и я действительно радовался этому, пока не понял, что произошло. Этого … не должно было случиться.       — Почему ты не хотел сказать ей? — спросил Гарри, заметив, как нервничает Драко.       Его сила взметнулась в комнате, и он закрыл лицо ладонями, пытаясь успокоиться.       — Тео, хватит. Я больше не могу, — страдающе прошептал блондин, и Нотт тут же отошёл от Гермионы.       Малфой несколько раз вздохнул и поднял на парней тяжёлый взгляд:       — Теперь ты видишь? Как я мог сказать ей об этом? Она бы согласилась и обрекла себя на зависимость от меня на всю жизнь.       — Ты даже не хотел попробовать, — упрекнул Теодор. — Ты собрался умереть, отказавшись от пары, и даже не сказал никому из нас, твоих друзей.       — Я бы сказал, когда стало совсем плохо. Хотя бы тебе, чтобы ты смог накачать меня чем-нибудь…       — В чем проявляется зависимость от тебя? — спросил Поттер. — Она не сможет противиться твоим просьбам или …       — Нет, нет. Быть с таким, как я, тяжело. Ты же видел, как я реагирую теперь на Тео, а он мой друг. Первое время я не смогу оставить ее одну, даже если она захочет. А потом… она будет знать, что мне плохо вдали от неё, и останется. Она сможет принимать любые решения, но каждый раз будет думать, как это скажется на мне, и в большинстве случаев, сделает не то, что хотела, а то, что скажет ей совесть. Ты лучше меня знаешь, что она ей скажет… — горько ответил Малфой. — И я никогда не хотел, чтобы она соглашалась на это из-за чувства долга или вины за будущую смерть. Гермиона заслужила быть с кем-то, кого любит, а не по принуждению этой дурацкой связи.       Гарри и Рон переглянулись, без слов понимая, о чем подумали. Первая, конечно же, заметила Джинни, а после и они. Поттер вспомнил тот момент, когда понял, что его жена права. Он хотел заглянуть к подруге, но, услышав голоса, остановился в проёме. Пара беседовала о чём-то, даже не заметив его появления. Оба были увлечены, и Гарри увидел, как горят глаза Гермионы, когда она смотрит на Малфоя. Если бы он тогда не обратил на себя внимание... Когда Драко тактично вышел, девушка тут же словно потускнела и грустно проводила его взглядом. В отличие от неё они пока не настолько много проводили с ним времени, и не стали друзьями. И это ее огорчало. Она была влюблена в него.       А потом это же понял и Рон, и они поговорили с ней. Друзья заверили её, что, если у них двоих все получится, то никто не будет против.       И вот сейчас Малфой стоит рядом с ней после того, как спас ей жизнь, и мучается. Если это только из-за того, что она, как он думал, не захотела бы быть с ним…       — Кхм. Думаю, мне тут делать нечего. Как придёшь в себя, заглядывай в гости, обсудим твои глупые решения. Она в полном порядке, хоть сейчас на службу. Просто устала и спит, — сказал Тео и вышел.        Гарри обернулся к Рону, и тот кивнул, тоже выходя.       — Мм, Малфой… ээ, в общем, думаю, тебе стоит знать, что… — Поттер не знал, как это сказать, в то время, как Драко уставился на него немного посеребрёнными глазами.       — Короче, просто можешь заглянуть в мою голову и посмотреть? Это насчёт Гермионы. Но не вздумай копаться глубже, чем я покажу.       Блондин привычно поднял бровь, но его новая сущность задавила сопротивление, и он вздохнул, сдаваясь. Взмахнул рукой, и Гарри почувствовал аккуратное проникновение в мысли. Он настроился и вспомнил тот вечер в его гостиной, когда Гермиона с красными щеками в ответ на их с Роном речь, призналась, что и правда влюбилась в Малфоя, хоть и знает, что ничего ей не светит. Чувствуя, что гость его разума ошеломлён признанием, Гарри быстро прокрутил все те разы, когда он видел грустный взгляд Гермионы ему вслед и нежный, когда она смотрела на блондина. Потом вытолкнул его из своей головы, усмехнулся изумлённому виду, и прежде, чем выйти, добавил:       — Она бы сделала это, потому что любит.       Гермиона просыпалась долго. В голове была полная каша, мысли путались, подкидывая разрозненные картинки. Единственное, что она сейчас чувствовала - это безопасность. Такое ощущение всегда возникало, когда рядом был Драко. Уцепившись за эту мысль, девушка стала распутывать клубок воспоминаний.        Вот она решает зайти в подворотню, чтобы аппарировать в Нору на традиционный ужин, и видит вооруженных людей в масках. Вихрь уносит ее, но приземлившись, она понимает, что они смогли протащиться сквозь защиту за ней. Дезориентация и страх сыграли свою роль, и реакция замедлилась. Раздавшийся рядом взрыв принес волну адского жжения в груди, и она потеряла сознание практически сразу.       А потом что-то начало вытягивать ее наружу, туда, где было больно. Гермиона сопротивлялась до тех пор, пока не почувствовала рядом знакомый запах. Так слышался только парфюм Малфоя, такой же идеальный, как и он сам. Ей вдруг захотелось сказать ему, хотя бы напоследок, о своих чувствах, и она подчинилась воле кого-то, вытаскивая сознание на поверхность. Этот кто-то чуть ослабил боль, и девушка смогла открыть глаза. И первым, что она увидела, были прекрасные серебристые озёра Драко.       За мгновение ее мозг понял, что происходит. Гермиона давно подозревала, но сейчас уверилась - он вейла. Причём, судя по происходящему, она его пара. Через силу она подняла руку и коснулась его лица, черты которого так неуловимо, но прекрасно изменились.        Малфой явно страдал от этой связи, а его заявление о том, что он никогда бы не признался и лучше б умер, сделало ей больно. Но при этом она знала, что если он привязался к ней, значит, полюбил.        Гермиона чувствовала, что времени у неё мало, и уверять Драко во взаимности будет неверным шагом. Очень помог Тео, сказав все за неё, и единственное, что ей оставалось, это облегчить его страдания своим согласием. Грейнджер в своё время читала немного о вейлах и знала, что их тяга охранять и заботиться о паре огромна. А значит, Драко не сможет сопротивляться и спасёт ее. Она уже ощущала эту поистине уникальную и сильную древнюю магию, что кружила вокруг них. Черты Малфоя все еще менялись, делая его ослепительно прекрасным, но он продолжал сдерживать себя.       — Не бойся, иди сюда, — позвала Гермиона, и в тот миг, когда он коснулся ее губ, она почувствовала, что взлетает.       Парень был так нежен и аккуратен, хотя девушка ощущала его потребность в ней. Голова кружилась, и в глазах темнело. Возможно, она уже почти умерла, но резкая и секундная боль в шее от укуса заставила ее вздрогнуть, а разум - проясниться. Его сила мгновенно начала наполнять каждую клеточку ее организма, охлаждая горящую огнём грудную клетку и живот.       Спустя несколько секунд Гермиона смогла впервые свободно вздохнуть, и ухватилась за широкие и крепкие плечи, чувствуя, как слёзы Драко капают ей на ключицы. То, что он делал с ней, причиняло ему боль, но он все равно продолжил спасать ее. На какой-то миг Гермиона осознала причину его страданий, словно эти эмоции и мысли были ее собственными. А потом разум затопило необъяснимое желание. Она едва слышно выдохнула, и Драко начал отстраняться, а вместе с ним исчезало и это потрясающее ощущение возбуждения.        Он сел и посмотрел на неё глазами, полными невысказанных сожалений, и Гермиона поднялась следом, чтобы успокоить. Сила вокруг них сгустилась настолько, что становилось страшно. Ещё страшнее стало, когда вся она ринулась в него, и Малфой с трудом удержался от крика боли. Он уткнулся в ее плечо и обнял, судорожно дыша. Было так ярко, что Грейнджер закрыла глаза, а когда открыла - не могла поверить. У него были такие прекрасные крылья. Драко обхватил её ими, и стало так тепло и уютно, так мягко, что Гермиона и не заметила, как уснула. И вот теперь просыпалась.       Осторожно приоткрыла глаза, а потом резко села, осматриваясь. Она была в незнакомом доме. Страх начал подниматься в груди, и тут же исчез, стоило ей увидеть Малфоя. Он смотрел на неё, как на величайшую драгоценность в его жизни, а цвет его глаз пульсировал от светлого до серебряного. Парень был напряжен, словно с трудом удерживался, чтобы не подойти.       — Как ты себя чувствуешь?— мягким завораживающим голосом спросил он.       — Отлично, а ты как? — взволнованно уточнила девушка.       Ей было ужасно любопытно все узнать подробнее, но главное сейчас - это убедить его, что она не против связи с ним.       — Со мной все в порядке. Я… — он замолчал, а потом вскинул на нее горящий взгляд. — Это правда, что я нравлюсь тебе? — замер, словно от этого зависела его жизнь.       — Правда, — мягко откликнулась Гермиона, садясь удобнее.       На ней было надето то же платье, что и перед случившимся.       — Я хотела сказать тебе это, когда умирала, но твои глаза заставили меня передумать и спросить другое.       — Черт… — выдохнул Малфой, прикрывая их и начиная глубоко дышать. — Ты… понимаешь, что происходит? Что будет, если ты останешься?       — Я знаю это, я читала о таких, как ты, хоть и немного, — смущённо ответила Грейнджер, замечая, как его мышцы напрягаются ещё сильнее.       — Гермиона… — тихо выдохнул Драко, и его серебряные глаза пронзили ее.        В миг, когда волна желания поднялась в ней, девушка вспомнила, что обычно происходит после укуса для скрепления связи. И покраснела.       — Я… у меня почти нет опыта в этом, — призналась она, опуская взгляд.       А когда подняла, дёрнулась от неожиданности - Драко уже был прямо перед ней.       — Не бойся, — прошептал он. — Я никогда не сделаю тебе больно.       Гермиона видела, как дрожит его тело, но блондин не приближался, ожидая ее решения. И, закрыв глаза, она отпустила разум, отдаваясь на волю чувств.       Его поцелуй был нежным и уверенным одновременно. Очень скоро единственное, о чем девушка могла думать, это о желании прекратить пытку. Драко ласкал её, спускаясь губами вниз по телу, но не трогая там, где больше всего хотелось.        Сейчас он терзал ее грудь, пока руки мягко раздвигали сомкнутые колени, чтобы провести вверх и, наконец, оказаться на клиторе. Гермиона отчаянно простонала, желая большего, и он послушно спустился вниз. Его язык коснулся ее, вырывая почти крик. Она подалась бёдрами навстречу, и Малфой перехватил их, удерживая на месте одной рукой. Средним пальцем второй он проник внутрь и осторожно начал двигать им. Спустя полминуты девушка кончила, но он не остановился, добавляя ещё один палец и расширяя ее для себя. Она полностью расслабилась, отходя от первого оргазма за последние года два, доставленного мужчиной. После их неловкого романа с Роном у неё долго никого не было, а потом появился Малфой, в которого она влюбилась.       Гермиона потерялась в новых ощущениях, и не сразу поняла, что ласки прекратились. Теперь Драко расположился между ее бёдер и ждал, пока она посмотрит на него.       — Ты уверена? — хрипло спросил мужчина.        В ответ Гермиона потянулась поцеловать его, и он поймал ее стон губами, плавно входя внутрь. Ей казалось, что перед глазами одни звёзды, настолько сильно она их зажмурила. Хотелось быстрее и сильнее, и Драко словно услышал ее мысли, доводя до новой вершины. Он продолжил двигаться чуть медленнее, давая ей время прийти в себя, а потом резко поднял, так, что она оказалась сидящей на его бёдрах. Сейчас его лицо вновь было другим, как тогда, на траве у Норы, а глаза стали полностью серебристыми. Гермиона заметила два чуть удлинившихся клыка, видневшихся из-под верхней губы, и вспомнила то чувство, когда он погрузил их в неё. Малфой бессвязно простонал в ответ на эти мысли, и девушка догадалась, что сейчас он каким-то образом понимает ее желания.       Решив проверить свою теорию, она подняла руку и отвела волосы, чуть нагнув голову вбок. Драко издал грудной звук удовольствия и прижался в этом месте поцелуем, после сразу кусая. Волна чистого наслаждения пронзила обоих, и Гермиона кончила вслед за ним, ощущая, как его член подрагивает внутри неё, а его магия течёт по венам. В этот момент их души будто соединились, и отходя от оргазма, она четко понимала, где заканчиваются ее эмоции и начинаются его. Внутри Драко сейчас было полное удовлетворение от завершившейся связи, и счастье от того, что она приняла все это. Гермиона знала, что чувствует то же самое.       Он мягко поцеловал ее, и она поняла, что его член снова стоит. В ответ на ее удивление, Малфой улыбнулся и чуть виновато ответил:        — Думаю, так быстро это не кончится.       Он снова был собой, и его светло-серые глаза смотрели на неё внимательно и изучающе.       — Я совсем не против продолжить, — отозвалась Гермиона, замечая вспышку серебристого на их дне. —Скажи, а сейчас со мной был ты или твоя вторая ипостась? — с любопытством спросила она.       — Я в любом виде - я, — самодовольно усмехнулся Драко.       А потом чуть серьёзнее ответил:       — Я был в сознании и все понимал, просто руководствовался больше инстинктами, чем разумом.       — Это не важно, наверное, так специально было устроено, чтобы связь устанавливалась легче, ах, — выдохнула Грейнджер, потому что Малфой толкнулся в неё, с хитрой улыбкой сбивая с мысли.       — Так вот, значит, да? — протянула девушка, едва удерживая очередной стон.       Блондин замедлился, чувствуя, что она что-то задумала. Гермиона вдруг обвела кончиком пальца его губы и приподнялась, чтобы наклониться к его уху и томно спросить:       — Если я попрошу, сможешь укусить прямо сейчас?       В ответ на ее слова клыки, которые исчезли сразу после оргазма, мгновенно показались, и Драко, ухмыльнувшись про себя, вонзил их в так удобно оказавшееся рядом плечико. Гермиона вскрикнула и посмотрела на него практически чёрными от возбуждения глазами.       — Так я и думала, — почти простонала она, начиная самостоятельно двигаться на нём, — у меня сносит крышу. Пользуйся, я не хочу, чтобы ты сдерживался, как в первый раз.        И он не сдерживался.       Они не выходили из дома несколько дней, ответив только на пару писем друзей, что с ними все хорошо. Его магия восстанавливала ее силы и устраняла любой дискомфорт, так что единственное, что они делали - это спали, ели и занимались сексом. Драко сказал, что это действие связи, и скоро накал спадёт. Тогда не будет такого дикого желания, и наверное, можно будет пригласить их друзей, которые, судя по куче посланий, извелись.       На утро выходного дня в дверь их дома позвонили. Замок щелкнул, и компания осторожно вошла.       — Мы на кухне, — послышался крик Гермионы, и все прошли внутрь.       Девушка стояла у плиты, колдуя над омлетом. Выглядела она лучше, чем была до трагедии. Отдохнувшая, здоровая и со светящимися от счастья глазами.       Джинни тут же кинулась ее обнимать, а остальные остановились, не желая провоцировать Малфоя. Гарри взглянул на него и увидел, как он напрягся и виновато посмотрел на Гермиону, которая с пониманием сжала его плечо.       — Извини, — тихо сказал он. — Я думаю, смогу держать себя в руках, если они сядут рядом, но пока никаких объятий. Думаю, потом будет полегче.       — Ничего, все нормально, — улыбнулась Грейнджер.       — Черт возьми, приятель. Как так вышло, что мы не знали? — возмутился Забини, подходя к Малфою, чтобы дружески обнять его.       Тот пожал плечами.       — В любом случае, мы рады, что вы оба в порядке, — сказала Паркинсон, тоже потянувшись к другу, но тут же остановилась, краем глаза заметив, как дёрнулась Гермиона, и напрягся Драко. — О, извини. Поняла, — усмехнулась она, присаживаясь за стол.       — Как вы? — спросил Нотт, оглядывая обоих.       — Все хорошо, — улыбнулась Гермиона и заколдовала чайник, разливать всем чай.        Друзья сели так, чтобы пара оказалась рядом, а со стороны Грейнджер была Джинни. Завтрак начался немного напряжённо, но вскоре все увлеклись выуживанием информации про вейл и разговорились. Все заметили, как Драко постоянно следовал за Гермионой, даже если она вставала достать печенье или вскипятить ещё чаю. Казалось, ему нужно все время ее касаться, хоть девушка и была не против. Кто-то пошутил на эту тему, и Малфой ухмыльнулся:       — Это ещё меня отпустило немного.       Под дружное «Оооо», и красные щеки Гермионы раздался голос Рона, нервно сказавшего:       — Я все понимаю, но, блин, крылья? Серьезно!?       Друзья Драко дружно стали просить показать их.       — Если это не больно, конечно, — быстро добавил Гарри, осадив их немного.       — Сейчас уже нет. И вам действительно так интересно?— удивился блондин.       — Я бы тоже ещё раз посмотрела, — мечтательно сказала Гермиона.       — Ещё не насмотрелась что ли? — поднял бровь Драко, но согласно чуть отошёл и встал за ее спиной.       Миг, и два прекрасных белоснежных крыла обняли девушку перед ним, скрывая почти полностью.        Послышались вздохи восхищения.       — Только пока не трогайте, — жалобно попросил Малфой, увидев алчные взгляды. — Может когда-то позже…       — Ещё немного, и я снова усну, — пожаловалась Гермиона, бережно проведя рукой по краю крыла.       Драко дёрнулся, и через несколько секунд они исчезли.       — Там так уютно и тепло, — зевнула Грейнджер.       — И кажется нам пора, — добавил Гарри, который отчётливо увидел борьбу на лице блондина.        Он не хотел выгонять своих и ее друзей, но инстинкт говорил ему позаботится о паре.       — Да, точно, — подхватила Джинни, вставая и поднимая из-за стола своего брата.       — Пожалуй, и мы пойдём, — сказал Тео.        Малфой благодарно улыбнулся, кивая им.       — Уже? — удивилась Гермиона, провожая всех к коридору.       — Уже. А нам пора отдохнуть, — сказал Драко, уводя ее дальше в дом.       — А ты снова укроешь меня крыльями? — хихикнула девушка.       — Если ты хочешь, — мягко согласился блондин.       Гости вышли, оставляя их наедине, и замок за ними щелкнул, послушный магии хозяина дома.       — Что ж, кажется, они оба счастливы, — сказал Поттер.       Народ рядом согласно усмехнулся, и все аппарировали.       Они обязательно ещё заглянут к ним.       Попозже.