Под влиянием момента

Настроение было таким же, как и погода за окном, пасмурным и апатичным. Дождь лил с утра, портя настроение Щербакова ещё больше. Всю неделю он не мог нормально заснуть, в голове была сцена недавней ссоры, кто из них начал первым он не помнил, но точно знал, кто её продолжил. Все начиналось, как обычно, тупые шуточки с двух сторон, пока градус спора не начал повышаться, кроме них в гримёрке никого больше не было, поэтому можно было не сдерживаться в высказываниях. И спрашивается, кто его тянул за язык? Подумаешь, промолчал бы, и всё встало бы на свои места. Но нет же, надо оставить за собой последнее слово. — Я сказал, что-то смешное? — Нурлан оторвался от комментирования поста в телефоне, смотря на смеющегося Щербакова. — Ты приводишь аргументы в пользу мужика, будто в постели ты профи, который переебал всех баб, лучше бы так на практике выпендривался, — слова слегка задели самолюбие Сабурова, но он не подал виду. — То есть, блять, я правильно тебя понял. Я тебе не устраиваю в постели, да? — осторожно подбирая слова, он наблюдал за мимикой парня, шутит тот или на полном серьезе это говорит. — Конечно, кто с таким долбаёбом, будет спать? — Лёша ещё не отошедший от съемок и образа, похоже, не понял, что Нурлан уже не шутил. — Ахуеть, и чем я тебе такой недогуру секса понравился? Что ты почтил меня своим вниманием? — брюнет начинал злиться, но последующие слова добили его. — А ты мне и не нравился, так к слову, чисто поебаться на раз, так скажем, запасной вариант, — Лёша шутил, не замечая потемневшего взгляда, и сошедшей с лица Сабурова улыбки. — Ты сейчас серьёзно? — в груди разливался жар от нарастающей обиды и злости на Лёху. — Да, а ты думал иначе? — в голубых глазах, была усмешка, что сильнее разозлило его. — Может мне уйти, чтобы твою сучью натуру не смущать, а то я, наверно, ещё и парень хуевый? — Будет великолепно, я хоть отдохну от твоего общества, — с губ Щебурова сорвался смешок, и если бы не хваленая выдержка Сабурова, то сейчас бы он заехал, поэтому ухмыляющемуся лицу. — Я тебя услышал, Лёх, — Нурлан встал с кресла, подхватывая рюкзак, и отправился на выход, по пути снимая куртку с вешалки. — Стой, ты куда? — вся спесь, сразу сошла, оставляя легкий страх, что Нурлан и, правда, воспринял его слова в серьёз. — Отъебись, — голос некогда мягкий, сейчас отдавал сталью, что невольно вызвал внутри волну тревоги. — Ну, извини, я пошутил. Нурлан, блядь, да остановись ты! — Алексей соскочил со стула и схватил за руку Нурлана, видя, что парень и, правда, собрался уйти. — Пошел ты нахуй, Лёша! Иди и найди себе для ебли какого-нибудь другого, — брюнет вырвал свою руку, захлопывая дверь перед лицом Щербакова. — Ну, заебись, посидели вдвоем. По сути, он был не прав, во всём, и по сравнению с Нурланом, профаном в постели был только он. На следующий день он хотел извиниться за свои слова, но его нагло проигнорировали. Другие парни удивлялись, что могло случиться такого, что вывело бы из себя Сабурова так, что он метал молнии на всех, кто попадал под горячую руку. И на душе было бы не так погано, если бы, Нурлан не обозначил, что они расстались, когда в этот же вечер, после съемок согласился на предложение Рустама сходить в бар и подцепить кого-нибудь. В тот момент Лёше показалось, что его сердце разбилось. Никто не задавал ему вопросов, парни только сочувствующе посмотрели на него, а Рустам похлопал по спине. На душе было настолько отвратительно, что заглушить эту боль мог только алкоголь. Что он собственно и сделал, отсиживаясь всю неделю с бутылкой дома, всем остальным он написал, что заболел. Прекрасно понимая, что ведет себя как эгоист, подставляя съемки, но он ещё не готов улыбаться, скрывая боль. Во время очередной бутылки он, наконец, прозрел, что Нурлан делал для него всё, а что делал в ответ он? Бесил, ревновал, влипал в неприятности, добивал выдержку Сабурова и выводил его из себя, своими шутками. Так что он заслужил такого отношения к себе.

***

Как-никак, а спустя неделю надо было появиться, по плану был запланирован выпуск, который нельзя перенести, и его попросили выйти, если он хорошо себя чувствует. Отказать продюсеру было сложно, вылететь с проекта пока не хотелось. В выборе одежды он ограничился джинсами, футболкой и черным джемпером, натягивая на лицо маску. Он вызвал такси, прихватывая с собой недопитую бутылку, в последствии поездки, которая была допита. Выкинув бутылку у входа, он вошел на студию, слегка пошатываясь. Нурлан сидел в конце комнаты, листая телефон, когда в гримерку ввалился, в прямом смысле этого слова, Щербаков. Ему сразу стало понятно, чем именно болел Лёха, от того за километр несло перегаром, и какая-то маска его ни разу не скрывала. — Ух, Лёха, это ты так болезнь убивал? — Рустам удивился состоянию друга, обычно Щербакова и под дулом пистолета не заставишь выпить, а тут он, как будто из запоя. — Давай без подъебов и так херово. — Да, я вижу, как ты вообще сюда добрался в таком состоянии, для меня загадка. — Ну, вот и разгадай, — огрызаться для него было редкостью, но сейчас все раздражало вдвойне. Нурлан встал с кресла, и направился на выход, проходя мимо Лёхи, он задел его плечом. — Лучше не открывай рта сегодня. — Как скажешь, — всё-таки Лёша поторопился, любое слово, произнесенное Сабуровым, в его сторону, причиняло боль, как и видеть его совсем рядом, и не иметь возможность коснуться.

***

Лёше казалось, что этот выпуск сегодня не закончится. Он шутил по минимуму, только в уместные моменты. Но все равно, после любого слова его грубо затыкал Сабуров, вгоняя в, и так, разбитое сердце, ещё больше игл. К концу выпуска улыбка будто приклеилась к его лицу, с ней он ощущал себя, как кукла на витрине. И желал поскорее уйти отсюда, подальше от этого черного омута глаз, что затягивал его в себя. Как только камеры отключились, он первым попрощался со всеми, и направился на выход, в уме прикидывая, успеет ли заскочить в магазин возле дома. Надо было купить, что покрепче, чтобы нахуй уснуть и не вспоминать ничего из этого. Когда дверь была почти перед глазами, его дернули за локоть, утаскивая в одну из складских комнат, прижимая к закрытой двери спиной. В замке провернулся ключ, отсекая попытки на бегство. В комнате было темно, но тяжелое дыхание возле уха, доносившееся сверху, не оставило сомнений, кто это был. — Чё за хуйня? — голос казаха был грубым, с нотками раздражённости. — Ты о чем? — Алексей решил сыграть в дурочка. — Блять, дурака не включай. По какому поводу запой? — Я не обязан тебе отвечать. Мы друг другу никто, — неожиданно резко проговорил Щербаков, говорить это вживую было больно для него. — Вот как мы заговорили? — тишина повисла мертвым грузом на сердце Нурлана. — Ну, тогда, я могу воспользоваться своим последним правом ебыря на ночь? — Лёша промолчал, в его горле встал ком, а в носу защипало. Обдумав, что это возможно последний раз, когда он сможет почувствовать рядом тепло и тело Сабурова, даже в такой ситуации, он решил согласиться. — К-конечно, — пришлось приложить усилия, чтобы голос не выдал дрожь, но всё равно он дрогнул. — Ты идиот? Вот так отдашь себя, тому, кого ненавидишь? — Нурлан замахнулся, впечатывая кулак в дверь, рядом с головой парня. — Я тебя не… не ненавижу. Я… — Лёшу как прорвало, и он выложил всё, что было у него на душе, — Я виноват, признаю, прости меня. Я знаю, что был не прав, что всё время бешу тебя, доставляю проблемы, но в прошлый раз я, правда, пошутил. Я не считаю тебя парнем на ночь или запасным вариантом. Меня просто занесло, ты же знаешь, что иногда у меня сносит тормоза, вот я и ляпнул, и не подумал, что ты правда примешь всё в серьёз. Я не знаю, чем так зацепил тебя, но, похоже, ты слепой, раз выбрал меня. Я понимаю, вряд ли я тот, кто нужен тебе, но я, правда, люблю тебя. Повисла тишина, нарушаемая тяжелым дыханием и тихими всхлипываниями. Молчание напрягало Лёшу, он открыл душу, и даже не подумал, что Нурлан мог уже выбросить его и своей жизни. — Я… — Лешу перебил хриплый голос. — Я тоже люблю тебя, но иногда ты такой придурок. Теплые губы коснулись сухих и потрескавшихся. Леша приоткрыл рот, давая проникнуть в него. По щекам скатывались капельки слез, оставляя влажный след. Ладони казаха легли на щеки, стирая их большими пальцами, и приподнимая лицо парня. Оторвавшись от губ, брюнет прислонился своим лбом к чужому, тяжело дыша. — Поехали домой, Лёш? — Угу.

***

Пока они ехали, Щербаков успел задремать под мерное гудение двигателя и барабанящий дождь в окна. А Нурлан просто наблюдал за сопящим парнем, не решаясь разбудить его. В душе он понимал, что сам повел себя, как девушка во время истерики. Но Лёша все чаще делал намеки, что ему что-то не нравится, то это был смех, то внешность, то прическа, а потом и вовсе перешел на личностные отношения, высказывание, что он для него запасной вариант, просто было последней каплей в чаше его терпения. Прошел где-то час, когда от неудобной позы Лёша проснулся, и заметил, что они стоят у его дома, а Нурлан сопит, закинув руки на руль, и уронив на них голову. — Нур, вставай, потом болеть всё будет, — парень толкнул Сабурова в плечо, на третий раз, тот все-таки приоткрыл один глаз. — М? Ты проснулся? — русый парень согласно кивнул. — Пошли. Казах заглушил машину и поставил её на ручник. Выйдя из машины, его окутал ледяной воздух, пробирающийся под ветровку, разгоняя остатки сна. Лёша уже стоял возле домофона и ждал его, ёжась в одной кофте. И о чем только думал, выходя осенью в такой одежде. «Надо будет его наказать», — как только мысль проскользнула в голове, Нурлан вспомнил об одной вещице, что купил совсем недавно. Залезая в салон автомобиля, он полазил по карманам, ища предмет, когда тот был найден, то Сабуров ухмыльнулся, засовывая его в карман ветровки. Поставив машину на сигнализацию, он пошел к двери, заходя внутрь подъезда, следом за Лёшей. — Ты чего так долго? Я замерз, — зубы стучали, а тело крупно потряхивало. — Надо было одеваться, алкоголь тебя долго не прогреет. Лёха, скажи сразу, сколько ты выпил? — лифт известил их о прибытии, и они поспешили зайти внутрь. — Вообще или за сегодня? Если за сегодня, то где-то две бутылки вискаря, а что? — Узнаешь, — лифт остановился на нужном им этаже. Щербаков вышел первым, открывая дверь в квартиру. По всему коридору были расставлены бутылки, в зале та же картина. По меньшей мере, Нурлан насчитал бутылок шестнадцать разного пойла, от дешевого пива, до дорого коньяка, пока Щербаков поплелся в комнату переодеваться. Лёха, как можно быстрее переоделся в сухую футболку и сбросил мокрую одежду в комок возле кровати, залезая под одеяло. Только он залез под него, как в комнату вошел Нурлан. — Нур, ты останешься? — Лёша с маленькой надеждой смотрел на парня. — Конечно, должен же кто-то отчитать тебя за выпитое, — глаза сузились, а на губах играла легкая улыбка. — А может не надо? Давай просто полежим. — Ты мне доверяешь? —вопрос ввел в недоумение Алексея, но тот уверено кивнул, — Тогда закрой глаза и подними руки. Парень послушно выполнил указания казаха. Сверху его придавил вес чужого тела. Запястья обдало холодом, а потом его руки резко дернули вверх, прижимая к спинке кровати, послышался щелчок, а затем лязг метала. — Э, Нурик, ты чего? — глаза парня округлились, когда он понял, что его руки прикованы к постели наручниками, причем не из секс-шопа, а настоящими. Откуда их взял Сабуров, он подумать не успел. — Я? Ничего, — Нурлан стащил покрывало, откидывая его на другую половину кровати, из-за чего тело Алексея покрылось мурашками от соприкосновения с прохладным воздухом. Сабуров, дернул парня за ноги на себя, заставляя руки Лёши напрячься от резкой боли в запястьях. Подхватывая ноги под колени, он развел их в стороны, освобождая себе путь к телу прикованного парня. — Нурик, давай без этого, — возбужденный взгляд напротив, отвечал на все его просьбы, четким «нет». — Ну подожди, я же ещё не доказал тебе, что в постели не профан. Задирая футболку выше, он толкнул её низ в губы Леши, призывая прикусить. Просьба была выполнена. Горячие ладони прошлись по холодной коже, поглаживая её. Наклоняясь ниже, казах провел языком мокрую дорожку от пупка до ключиц, вызывая дрожь в теле. Ладони спустились на аккуратные ягодицы, сжимая их, чем вырвали приглушенный стон. Ловкие пальцы ухватились за резинку боксеров, стягивая ненужный элемент одежды, оставляя парня полностью обнаженным. Аккуратный член в обрамлении светлых волос, слегка приподнялся, это говорило о том, что Щербакову нравится такая игра. Ладонь легла на член, начиная поглаживать его. Сам Нурлан наклонился к уху, прикусывая его, чем вызвал стон. Его собственный стояк уже натянул джинсы в области паха, чем приносил неудобство. Под ласками тело Лёши начинало подрагивать, а его бедра сами толкались навстречу в кольцо пальцев. — Мгн, я сейчас кончу, — Нурлан тут же пережал основание, пресекая попытки двинуть бедрами. — Рано ещё, я не наигрался, — другой рукой брюнет потянулся в тумбочку, ища бутылёк смазки. Выуживая его, он вылил часть себе на пальцы, и подставил один ко входу, проталкивая его внутрь. Палец на удивление вошел легко, хотя с последнего раза прошла неделя. Добавляя второй палец, он ввел их на две фаланги, и покрутил ими, поглаживая гладкие стеночки. Резко проталкивая пальцы полностью, он вырвал болезненный стон. Намеренно избегая простату, парень раздвигал пальцы на манер ножниц. Когда пальцы ходили свободно, он добавил третий. — Х…хватит, вставь уже, я не могу, — голос дрожал, в то время, как в животе уже скручивался тугой узел. — Как скажешь принцесса, — грубый голос с рычащими нотками, вызывал в голове дурман. Наполненность исчезла, а брюнет стащил с себя футболку, по пути расстёгивая ширинку. Добавляя смазку на член, он растер её по всей длине ствола, подставляя сочащуюся головку к пульсирующей дырочке. Закрывая рот Лёши рукой, он толкнулся сразу на всю длину, растягивая ранее расслабленные стенки, которые под грубым напором, сейчас напряглись обхватывая его, принося небывалое удовольствие. — Мхммх…мхм, — Лёша замычал от резкой вспышки боли, если бы не рука, то наверное он бы разбудил соседей, своими воплями. — Потерпи, — Нурлан подхватил правую ногу, под колено, закидывая её на плечо, и оставил легкий поцелуй на бедре, немного выходя из тесного плена. Когда внутри осталась одна головка, то он толкнулся вперед, прямо в комок нервов, чем вызвал ещё порцию стонов в свою ладонь. Руки Алексея сжимали спинку кровати, грозясь сломать её. На запястьях уже виднелась покрасневшая кожа. От такой картины, где под ним лежит самый пиздливый парень на свете, и стонет в ладонь, в то время как его насаживают на член, медленно толкаясь внутрь, Нурлану снесло крышу. — Какой же ты у меня красивый Лёша. Нурлан заменил ладонь своим ртом, врываясь языком во влажный и теплый рот, начиная толкаться внутрь горячего нутра резко и напористо, удерживая бедра на месте. — Сто…ах, не так… быстро. Амплитуда толчков нарастала, а член просил внимания, но в затуманенной голове были только движения чужого члена, который с каждым толчком проезжался по комку нервов, вызывая еще большую порцию стонов, которые собирал Нурлан своим ртом. Долгое воздержание дало о себе знать, сжимая стеночки вокруг пульсирующего члена, Лёша откинул голову на подушку, изливаясь себе на живот, кончая без рук. Ещё пару толчков, и Нурлан дошел до конца, следом спуская горячие струи внутрь, так и не выйдя из тела. — Я беру слова назад, ты в постели просто нечто, — проговорил Щербаков, тяжело дыша. Нурлан только поцеловал его в лоб, вытаскивая обмякший член. Найдя салфетки всё в той же тумбочке, он вытер себя и Лешу, заваливаясь рядом. — Эй, Нур, а ты ничего не забыл? — парень намекнул головой, на пристегнутые руки. — Да нет, ты мне так больше нравишься, — в карих глазах читалась усмешка. — Отстегни меня, не смешная шутка, — на дне голубых глаз плескалась легкая обида. — Ладно. Порывшись в карманах джинс, он выудил маленький ключик, открывая наручники. На бледных запястьях, явственно были видны красные браслеты кожи. — Надо обработать, чтобы следов не осталось, — Нурлан поднялся с кровати, но его оставила хватка на руке. — Не надо, пусть останется, — Лёша взъерошил свои волосы, смущенно смотря в пол. — Как хочешь зая, тогда давай спать. Сабуров завалился обратно на постель, утаскивая его в объятия, и накрыл их одеялом. Он оставил поцелуй в макушку, и через пару минут уже сопел, в унисон вместе с Лёшей. На спинке кровати в одиночестве висели наручники, которым Щербаков уже придумал применение, и как только он проснется, то обязательно приведет его в исполнение.