Алфавит

      Жене нравится мужское внимание к своей персоне, нравится ощущать себя желанным. С женщинами было иначе, они хотели не касаться, а обладать. С росписью в ЗАГСе, воскресными поездками к маме и троицей детей. Их взгляд словно ставил штамп "Мой!" и Женя предпочитал держаться от них на расстоянии. Конечно, такими были далеко не все, но он считал, что лучше не усложнять, приветливо улыбаясь и отходя в сторону.       При этом он не переставал удивляться, как любой парень, с которым он оказывался на одной сцене, едва поймав Женин взгляд, расправлял плечи и выпячивал грудь. И почти каждый, поймав в ответном взгляде разрешение, желал прикоснуться, обнять, потискать. Когда же после концерта следовало предложение выпить, прогуляться или же сразу: "поехали ко мне", Женя улыбался, качал головой: "Извини, я не один". А подходящий к Жене Ростик одним спокойным взглядом заставлял оскорбления остаться по ту сторону губ.       Женя знал, как того заводит такое поведение. В машине, если они ехали домой вместе, Ростик молчал, покусывая губы и глядя вперед. Едва же переступив порог квартиры он вытряхивал Женю из одежды и тащил в душ. И там сам отмывал Женю от взглядов и рук, хотя оба знали, что чужие касались лишь одежды.       Затем, уже в постели Ростик вылизывал и зацеловывал все Женькино тело, а потом брал, обязательно кончая внутрь.       И засыпая Женя слышал:       — Мой, только мой!       И был совершенно с этим согласен.