Мудрая Сова и Воробей

Всё! Я ушла на покой! Как Шерлок Холмс или Эркюль Пуаро! Конечно, я не буду выращивать кабачки, как Эркюль и пчёл разводить не стану, как Шерлок… Я займусь выращиванием лисичек в лесу и по просьбе Андзина буду сеять семена кедра. А что? Он кедры выращивает, а я не могу? Так о чём я? А… Это был пипец! Только я собралась полететь на мою плантацию лисичек и — на тебе! Трезвон в дверной колокольчик… Ээх. Открываю. Ба! Мой старый знакомый. Воробушек. Я отошла от двери. — Проходи, — сказала я. Воробей молча направился прямиком в кухню. Ну да, ну да, с прежних времён помнит. Посмотрела я на него — дело худо. Надо чай готовить. Заварила чай, на стол поставила, кормёжку тоже. Молчит. И я молчу. Молча налила чай. Сидим — пьём. Наконец воробей не выдержал. Тихо-тихо шепнул:  — Тётушка Сова, помоги… — Я слушаю тебя, малыш, — шепнула я и перьями погладила беднягу, сжавшегося в комочек. — Я… Я поругался с ним, — наконец промолвил Воробушек. — А ты этого хотел? — едва я спросила, как Воробушек встопорщил перья и протестующе запищал:  — Нет, тётушка! Я сгоряча сказал… Но мой белоголовый… он… велел мне убираться. — Что ж, Воробушек, у тебя есть только один путь… Несчастный так смотрел мне в глаза, словно я оракул, и я выдала: — Набери мухоморов, высуши их, добавь пару ягод волчеягодника и дай ему выпить… Воробей закивал и пообещал, что всё исполнит в точности. Едва он направился к двери, как я его остановила. — Стой! — крикнула я. — Я же пошутила! Воробушек подошёл ко мне с разнесчастным видом и с укором сказал: — Тётя Сова, вы издеваетесь надо мной? И мне так стало стыдно, что я хотела подшутить над любящим сердцем… Я тихо произнесла: — Прости меня, малыш. Просто лети и скажи ему, что ты любишь его. Малыш-Воробей оглянулся и с сомнением сказал: — Спасибо, Тётя Сова. Он улетел, а я… А мне стало так стыдно, и весь вечер, пока не село солнце, на моих глазах были слёзы. И я больше никогда не шутила над чувствами влюблённых.