По следам

Под конец сентября на улице темнеет уже значительно раньше. За окнами опускается темный вечер, небо становится хмурым и вот-вот, кажется, пойдет дождь и загремит гроза. Но так даже уютнее: когда снаружи сыро и холодно, а внутри уютно и тепло. По коридорам уже сновали ученики, кто в парах, кто поодиночке. Сережа и Дима шли немного впереди Антона и о чем то увлеченно разговаривали. Настроение у Матвиенко, конечно, сбавило обороты, но не рухнуло. Он все также воодушевленно болтал, предвкушая больше той частью вечера, когда можно будет выпить алкоголь. - Ой, Антош, - справа послышался голос. Шаст посмотрел в его сторону и увидел Иру, одетую в шикарное голубое платье, переливающееся на свету. Она словила на себе взгляд Антона и не смогла сдержать улыбки, - тебе идут белые рубашки. На самом деле Антон чувствовал себя немного неуютно в такой одежде. Точнее, он просто был не уверен, идет ли ему вообще такая одежда и соответствует ли он внешнему виду своей спутницы, которая, между прочим, выглядела шикарно. Сколько времени она вообще провела за сборами? - Спасибо, - неловко ответил он, - ты выглядишь потрясно. Ее щеки покраснели еще больше, а улыбка стала еще шире. Какая же она все-таки милая, когда смущается. Сережа посмотрел на них двоих презрительным взглядом, что то пробубнил Диме на ухо и те скрылись с их поля зрения. Вот теперь было стремно... - Сережа злится, - вздохнул Шастун, глядя на удаляющиеся фигуры друзей. Ира в ответ неловко прикусила губу. - Я не его собственность. - И я это понимаю, Ир, - он вздохнул. - Хорошо, давай не будем об этом, - развивать эту тему в третий раз совершенно не хотелось. Он уже давно высказал свои мысли на этот счет. Ира протянула руку Антону в приглашающем жесте и улыбнулась. Тот с ответной улыбкой (искренней или натянутой?) Взял ее под руку и они пошли в сторону эпицентра всех событий - актового зала. Внутри было очень много народу, настолько, что даже смотреть на этот муравейник было тошно. Но это ненадолго, нужно лишь переждать официальную часть с речью директора и младшие классы учителя уведут в свои кабинеты, чтобы праздновать там. Среднее звено наполовину сами разбредутся, а вот старшие останутся до конца. На удивление, в зале даже присутствовали чьи то родители. Что они тут забыли, никто не знал, но можно было предполагать, что они просто нашли причину приехать к своему чаду, чтобы хоть так провести с ними немного времени. Антон вспомнил и своих родителей, которые за все это время даже ни разу не позвонили ему. Обидно, конечно, но не привыкать. Подумаешь, пф...ему не нужны эти розовые сопли, которыми родители обмазывают своих детенышей. - Ты чего? - Ира проследила за взглядом Шастуна. Он смотрел на то, как какая то мамочка действительно вытирала сопли первоклашке и мило улыбалась. Странно это и противно, а он стоит и смотрит... - Ты о чем? - женщина с умилением осмотрела мальчишку и крепко обняла. Антон отвел взгляд, переместив его прямо на девушку. - Хочешь, тоже обниму? - она игриво улыбнулась. - А сопли перед этим вытрешь? - Антон демонстративно шмыгул носом. - Фу, блин, Антон! - Ира хлопнула его по плечу и рассмеялась. На губах Антона тоже засверкала улыбка. Он продолжил осматривать зал. В проходе нарисовался Арсений в, черт бы его побрал, белой (пиздец какой ахуенно сидящей на нем) рубашке. Улыбки как не бывало. Зато у Арсения вот, наоборот, появилась, как только они встретились взглядами. Твою мать, еще и брюки такие обтягивающие нацепил. Бесит, выглядит как...как педик. - О, Стас пришел, - Ира смотрела на директора, непонятно откуда взявшегося прямо возле Арса. Он подошел к нему и они о чем то начали говорить. Постепенно к беседе присоединился и Паша, и эта кучка учителей прошла вглубь зала. - Не хочешь что-нибудь выпить? - предложил Антон. У стены стоял длинный продолговатый стол с небольшими подносами для закусок и напитков. Все они, конечно, были безалкогольными. Ира кивнула, ответив тем самым "да", и Шастун пошел к к столу, чтобы взять пару стаканчиков с...детским шампанским, серьезно? Лучше бы сок налили. - Почему лицо такое недовольное? - послышалось сзади, и Антон чуть не выронил стаканчики из рук. Повернувшись, он увидел Арсения. - Арс? Ты ж со Стасом только что говорил? - Ну, как видишь, поговорил. Он стоял прямо напротив Антона и тому казалось, что его взгляд сейчас проткнет его насквозь. Стало неловко и неуютно. - Я пойду, меня Ира ждет, - он хотел уйти, но Арс схватил его за предплечье, останавливая. Еще чуть-чуть и стаканчики точно окажутся на полу. - Антон, я что-то не так сделал? - Что? С чего ты это взял? Все в порядке. - Ты меня избегаешь, - спокойно ответил он, продолжая наблюдать за реакцией Шастуна. - Не правда. Просто сейчас меня ждет Ира, так что извини, я пойду. - Как будто в подтверждение своих слов он посмотрел ему в глаза и тот отпустил руку. Он все равно ничего не скажет. Антон подошел к Ире и молча отдал стаканчик с газировкой. Она его поблагодарила, а тем временем Стас оказался на небольшой сцене рядом с микрофоном. Гул в зале стих и все взгляды обратились на него. Из колонок зазвучала приятная мелодия, заставляющая погрузиться в атмосферу праздника. - Ребята, я рад приветствовать вас на Осеннем балу. Ежегодно наша школа устраивает этот праздник, чтобы отметить начало учебного года и просто насладиться приятной атмосферой. Я точно знаю, что все мы любим этот праздник и ждем его каждый год... - он говорил восхищенно, счастливо улыбаясь. - Знал бы он, почему его все так ждут...- хихикнула Ира, чем вызвала улыбку и у Шастуна. - Почему то многие из нас считают, что осень - это что то ужасное, унылое, грустное, но ведь это не так. Осень - это прекрасная романтичная пора. Надеюсь, вы замечали, как природа в этот период времени особенно красива, как она волшебна и очаровательна. Не зря же поэты посвещали ей свои лучшие творения. Давайте оставим этим вечером все свои печальные мысли, окунемся в эту атмосферу праздника и оставим в своей памяти только хорошие воспоминания, которые, я уверен, будут жить в ваших душах до конца жизни. Сегодняшний осенний бал я предлагаю открыть с символа эпохи 19 века, прекрасным танцем - вальсом. Кавалеры приглашают своих дам. Музыка вдруг оживилась и стала громче. В зале началось копошение, парни, которые не успели найти себе пару, оглядывались по сторонам, чтобы пригласить кого-нибудь, а девушки стояли на месте, неловко поглядывая в их сторону. Антон протянул руку Ире, приглашая на танец. Она присела в шуточном реверансе и любезно протянула свою ладонь, соглашаясь. - Я предупреждал, что я не умею танцевать, - напомнил Антон, пока они шли к центру, чтобы оставить стаканчики на столе и пойти танцевать. - Просто слушай музыку и доверься мне. - Неутешительно... Рука девушки легла на плечо Антона, а его оказалась у нее на талии. Ира подняла голову и они встретились взглядами, на ее щечках показался румянец. Сцепившись вторыми руками, они вслушивались в мелодию, чтобы начать танец. Наконец, Антон неуверенно шагнул, и Ира взяла все в свои руки. Она пыталась контролировать движения их обоих, но получалось плохо. Антон был слишком напряжен, чтобы подчиняться мелодии и двигаться плавно. - Антон, расслабься, - девушка успокаивающе провела рукой по его плечу, не разрывая зрительного контакта, - у тебя все получается, нужно только довериться своему телу. Антон смотрел, как расслабленно двигается его партнерша и чувствовал, как вина ложится на его плечи. Было видно, что девушка наслаждается происходящим, и если бы у нее был более умелый спутник по танцу, их пара была бы лучшей среди остальных. Но сейчас она с Антоном, так что приходится думать не только о своих движениях, но и об его. А в такой ситуации, ни о каком расслаблении и речи быть не может. Глубоко вздохнув, Шастун постарался все же расслабить корпус, но позади девушки увидел пару Арсения и Оксаны, танцующих совсем рядом. Они так тепло смотрели друг на друга, так нежно держали друг друга за руки, что он почему то начал злиться. Их пара выглядела так правильно, так гармонично, не то что они с Ирой, и его это бесило. - Ты напрягся еще сильнее, - отвлекла его девушка, - Антош, ну пожалуйста, постарайся. Выдохнув, он посмотрел на ее лицо. Ира попыталась улыбнуться, чтобы его поддержать, и ему, кажется, удалось сделать свои шаги более менее правильными. Антон смотрел только на Иру, в ее глаза, чтобы не видеть того, что происходило вокруг. И это помогало. Он становился поддатливее и Ира не могла этого не оценить: - Отлично, - на лице засветилась искренняя улыбка и ее движения стали еще плавнее. Музыка звучала приятной мелодией и заставляла ноги двигаться самим. Будто они могли слышать каждую ноту и четко выполнять ее указания. С каждым шагом, каждым движением, все вокруг все больше погружалось в сказку. Будто они и в правду танцевали на настоящем светском балу, в каком-нибудь 19 веке. Интересно, Арс тоже об этом думает? Он же любит историю и все такое. - Ай! - Ира прищурила глаза, зашипев от боли. Антон наступил ей на ногу. - Извини, - он округлил глаза, не зная чем помочь, - извини, пожалуйста, Ир, я не хотел. - Все нормально, - они остановились и музыка, на счастье, тоже закончилась. - Точно? Ты в порядке? - Да, все в порядке, - она не выглядела злой или разочарованной. - Сейчас только постою немного. - Конечно, - они подошли к стенке. - Я задумался и отвлекся. Прости, я идиот. - Он видел, что ей все еще больно и не мог перестать чувствовать себя неловко. - Тебе просто нужно больше практики. - Лишь заявила она, старательно делая вид, что все отлично и никакой палец на ноге у нее не пульсирует. - Ирочка, все хорошо? - к паре подошла Оксана, заметившая что-то неладное между ними двоими. Арс шел следом. Только его тут не хватало. Между прочим, это он во всем виноват. Если бы Шаст не задумался о нем, то ничего бы не случилось. - Ой, все в порядке, Оксана Владимировна, - ответила Ира, включая весь свой навык актерского мастерства. - Я случайно наступил ей на ногу, - вдруг признался Шастун, побаиваясь того, что мог причинить девушке серьезную травму. Лучше признаться во всем сейчас, чем потом, когда окажется, что у Иры ночью отпал палец и она умерла от кровотечения. - Тогда нужно сходить до медпункта, - предложила Оксана. В ответ Шаст одобрительно кивнул, соглашаясь: - Да, Ир, сходи пожалуйста. Вдруг что-то не так. - Да говорю же, все нормально, - пыталась отвязаться от назойливых преподавателей девушка, - вы так переживаете, как будто по мне камаз проехался. - В любом случае, лучше перестраховаться. Идем, я тебя отведу, - не желая больше ничего слышать, Оксана взяла девушку под руку и, под недовольные возгласы и сопротивление, отвела ее в медпункт. Арс и Антон остались вдвоем. Снова. Твою мать. - Ты снова это делаешь, - с какой то странной ухмылкой произнес Арсений. - Делаю что? - Шаст смотрел в зал, высматривая в толпе Диму и Сережу. - Избегаешь меня. Шаст, если я тебя чем-то обидел, просто скажи и мы все решим. - Я же уже сказал, Арс, ничем ты меня не обидел, все отлично. - Тогда почему ты не смотришь на меня? - он почувствовал, как выгнулась его бровь. - Да че привязался то, - Шастун поднял глаза в сторону его лица. Сука, опять эти голубые глаза. Бесят. Потому что красивые. Потому что - ахуеть, как от них оторваться и не утонуть? - Пойду покурю. Нет сил больше терпеть эту болючую занозу в заднице. Чем дольше он находился с ним, тем сильнее эта заноза начинала болеть. И как ее вытащить, если она не материальна? На улице темно. Льет дождь, а где то вдалеке сверкают молнии. Никакого зонта Шастун с собой не взял, потому что, во-первых, где он его возьмет, а во-вторых, он ему не нужен. Курточки, кстати говоря, с собой он тоже не брал. Наверное, лень поборола здравый смысл. Устроившись под любимым деревом, он достал пачку сигарет и зажег одну, прикрывая ее кончик от ветра и дождя. Сигарета окрасилась подожженной стороной оранжевой искоркой и в воздух отправился едкий табачный дым. Легкие немного жгло, но именно этого и хотел парень. Порыв ледяного ветра заставил Шастуна покрыться мурашками по всему телу и плотнее обхватить себя другой рукой. Как будто это поможет ему согреться. Когда сигарета стала совсем короткой, и в пальцах остался один фетиль, Шаст бросил окурок на пол и хотел было уже возвращаться в школу, как вдруг кто-то прижал его к дереву, подойдя со спины, так, что Антон даже сначала не понял кто это. Чужой локоть с силой давил на горло, заставляя плотно прижиматься затылком к неровной, местами островатой коре. - Слушай меня, Шпала-Переросток, - начал говорить мужской голос. От сильного испуга и начинающегося кислородного голодания, парень плохо понимал, что именно ему говорят и кто стоял за спиной. Антон схватился обеими руками за прижатую к его горлу руку, пытаясь ослабить ее хватку, но тот лишь сильнее прижимал голову несчастного к дереву. - В последнее время ты слишком часто суешь свой длинный нос туда, куда тебе этого делать не нужно, - сердце сделало кульбит и забилось так больно, что он чуть не потерял сознание. Или это от того, что он не может дышать? Неужели этот человек узнал про их путешествие по бункеру? Или это тот самый...Тело онемело от холода. Не от природного холода, вызванного минусовой температурой, а внутреннего, вызванного животным страхом. Это конец? Его сейчас убьют возле этого дерева? - Еще раз увижу тебя рядом с Иркой и задушу прямо возле этого дерева, ты меня понял? Руку ослабили и парень чуть не свалился на колени, пытаясь отдышаться. Он жадно хватал воздух губами, параллельно пытаясь осознать сказанное. Тоесть, этот человек угрожает ему из-за Иры, а не из-за бункера? Из груди вырвался нервный смешок. Антон повернулся в сторону парня и увидел Эда. Того самого Эда, постоянно ходящего следом за девушкой. Того самого, который встречался с ней после Сережи. Того самого, от которого Шаст никогда не ожидал услышать угрозы. - Она не вещь, чтобы кому то принадлежать, придур...- он не успел договорить как его снова впечатали в деревянный ствол. Вот только сейчас на его шее была ледяная ладонь парня, а не локоть. - Ты по моему не понял, - он почти шипел, с каждым разом сжимая его горло все сильнее, - Ира моя и я не отдам ее какому то ушастому педику, появившемуся хер знает откуда. Если ты продолжишь приставать к ней, я выдеру твою длинные ноги из жопы и заставлю тебя съесть их на завтрак. Антон пытался смотреть на него хладнокровно, не выражая никаких эмоций. Хотя усилий для этого много и не требовалось. Он вот вот потеряет сознание от удушья. - Педики не спят с девчонками, - прохрипел он, продолжая сохранять рассудок. Эд ослабил хватку. Не дай бог еще сдохнет тут. - Я предупредил, Шастун, - это было последнее, что он ему сказал, прежде чем уйти, оставив Антона одного. Он согнулся пополам, одной рукой держась за ствол дерева и пытавшись отдышаться окончательно. Удивительно, что он не ударил его по лицу и не оставил фингал под глазом. Чудо. С неба лило все сильней и он промок уже насквозь. Проморгавшись и более менее вернув зрение в норму, он на подгибающихся ногах пошел обратно в школу. Там тепло. Там кипит жизнь. Внутри все также оживленно гудел народ, праздник был в самом разгаре. Антон поднялся к себе в комнату, вытер полотенцем мокрые волосы и лицо, а затем посмотрел на себя в зеркало. Помятый и мокрый. На шее красные следы. Черт. Он застегнул рубашку на все пуговицы, хотя это конечно же не помогло и пошел вниз, обратно ко всем. Не сидеть же в комнате как аутсайдеру, обиженному жизнью. В зале уже во всю танцевал народ, выпивая напитки, закусывая едой. - О, Антош, где ты был? Я тебя обыскалась, - перед ним стояла Ира, которая уже выглядела вполне нормально. - Выходил на улицу, как видишь, - он смотрел на нее немного раздраженно. Ну конечно, только что ее...кто он ей? бывший? бывший друг? парень? Чуть не задушил его на заднем дворе школы, как еще ему на нее смотреть? - Простынешь ведь, - она склонила голову направо, нежно посматривая на подрагивающего от холодной сырости Антона. Но сейчас ее забота вызывала только негативные эмоции. Конечно, он понимал, что это плохо, но ничего не мог с собой поделать. - Как нога? - Все хорошо. Я же говорила, вы зря волновались. - Она заметила разницу в поведении Антона, немного напряглась, но спрашивать ничего не стала. - Идем в зал? Он ничего ей не ответил и они молча вернулись на вечеринку. Народ уже вовсю веселился. Из колонок играла громкая музыка, а младшие классы уже видимо увели. Отлично, меньше народу, больше кислороду. Схватив Антона за локоть, Ира повела его в центр, чтобы присоединиться к остальным. Парень пытался вырваться, но девушка, кажется, даже не желала ничего слушать. Вечер уже не казался таким классным, каким он его себе представлял... Ближе к полуночи все учителя разошлись: кто-то ушел к себе в комнату, кто-то уехал в город, чтобы провести завтрашний день выходного дня (руководство школы всегда давала день выходного после Осеннего бала) в кругу семьи и близких им людей. Все-таки нечасто выпадает возможность приехать в город в понедельник. За весь вечер Антон ни разу не разговаривал с друзьями. Они как будто специально игнорировали его, чтобы не пересекаться с Ирой, но это в любом случае было неизбежно. Прямо сейчас огромная толпа сидела на полу актового зала, ожидая пока один из учеников откроет бутылку шампанского. - Ну вы устроили, конечно, детский утренник, - хмыкнул Сережа, вытаскивая из-под пиджака бутылку коньяка. - Вот что пить надо! Вы б еще сок у первоклашек стащили, - в толпе пронеслись одобрительные вопли и Матвиенко не смог сдержать улыбки, чувствуя себя спасителем всего вечера. - Я думала мы тут собрались чтобы немного повеселиться, а не набухаться в хлам, - цокнув языком и недовольно закатив глаза, высказалась Полина. Ее тут же поддержало несколько девочек. - А кто сказал что мы не будем веселиться? - заиграл бровями Сережа, принимаясь открывать и свою бутылку. Ребята поделились на два лагеря: половина пила шампанское, другая половина коньяк. В компании начались оживленные разговоры. Чем больше ребята пили, тем скучнее становилось просто сидеть на месте, поэтому кто-то предложил сыграть в "Правду или действие", но это было так банально, что никто даже слушать не стал, и все предпочли просто танцевать. Шум стоял неимоверно сильный: куча пьяных подростков бегала по залу, кто-то сидел на полу у стенки, разговаривая по душам, кто-то танцевал на сцене, пародируя учителей. В глазах Антона уже все плыло, он стоял в компании Иры и еще нескольких своих одноклассников, с которыми он не общался, обсуждая последние сплетни. Эд, то и дело кидавший убийственный взгляд на парня, стоял чуть поодаль и кажется уже готовил план убийства. Антон хотел отвязаться от этой странной компании, но Ира никак не хотела его отпускать - каждый раз, когда он отходил к Димке и Сереже, она брала его под локоть и уводила в сторону. И, конечно, это не могло не раздражать, но и сказать он ей ничего не мог, ну потому что он же согласился прийти сюда в ее компании, значит и слово свое сдержать должен. Ира пила шампанское, поэтому находилась в более менее трезвом состоянии, а вот Шастун уже немного менял траекторию походки в процессе, но продолжал делать вид, что с ним все в порядке и он абсолютно трезвый "как стеклышко". Когда он повторил эту фразу уже раз пятнадцатый, Ира наконец ослабила хватку и уже не так сильно обращала внимания на то, где находится ее спутник. - Ир, я пойду, - он смотрел на девушку замыленным взглядом, указывая большим пальцем на таких же пьяных друзей, - парни ждут. - Спасибо, что провел этот вечер со мной, - она перешагнула с одной ноги на другую, не отрывая взгляда от парня. Тот, кажется, даже не слушал ее. Как говорится, слышал, но не слушал. Поэтому когда губы девушки нежно коснулись его щеки, он даже на мгновение замер и как будто протрезвел. Она действительно поцеловала его в щеку или ему показалось? - Спокойной ночи, - она улыбнулась, возвращаясь в беседу одноклассников, а Антон пару секунд стоял в замешательстве, пока кто то не схватил его за рубашку, утаскивая в сторону выхода. Обернувшись, он увидел что это Димка. Сережа шел впереди. Еле как добравшись до своей комнаты, сквозь бесчисленное количество ступенек, прыгающих перед глазами, они развалились на кроватях, не говоря друг другу ни слова. Антон смотрел в потолок, кружащийся прямо над ним в водовороте, и его потихоньку начало укачивать, поэтому, чтобы не боевануть прямо сейчас, он переместился в сидячее положение. - Оп ля, - Сережа стукнул еще одной новой бутылкой конька о край кровати, демонстративно показывая ее парням. Димка, увидев бутылку чуть не захлопал в ладоши от радости, а затем, шатаясь из стороны в сторону подошел к кровати друга и поцеловал его в макушку. - Вот за это я тебя и люблю, Серый! - У тя че, еще бутылка есть? - спросил Антон, недоверчиво поглядывая на коричневатую жидкость. В желудке уже неприятно жгло, а тошнота вот-вот была готова вырваться на ружу, так что он был не уверен, что осилит еще хоть рюмку. - Конечно, - довольно заулыбался хвостатый, откупоривая крышку. Как только та выскользнула оттуда, Дима перехватил бутылку в свои руки и отпил прямо из горла, морщясь от неприятного жжения. Глядя на это, Антона чуть не вывернуло наизнанку. - Эээ, - недовольно заворчал Сережа, вступая в схватку за бутылку, - тебе уже хватит, алкаш хренов. Дима лег на кровать, улыбаясь как дебил. Кажется, ему было хорошо, в отличие от Шаста. Сережа протянул бутылку и ему, но тот, учуяв запах спирта, только отвернулся и поморщился. Так что Сережа забрался к себе на кровать, выпивая в одиночестве. Спустя несколько минут со стороны Димы послышались храпки, а Шаст почуствовал неимоверное желание поссать и покурить. Он сполз с кровати и подошел к двери, чуть в нее не врезавшись. С третьего раза дернул за ручку и вышел из комнаты. Сережа к этому времени уже тоже задремал, прямо с бутылкой в руках, так что идти пришлось одному. Туалет был совершенно пуст. Справив нужду, Антон подошел к раковине, помыл руки и сел прямо на пол возле нее, чувствуя, как ноги сами собой начали подгибаться. Да, так определенно будет безопаснее. Он достал зажигалку и сигарету, поджег ее и затянулся, откидывая голову назад, опираясь тем самым о стенку. С каждой затяжкой в голове мелькали то образ Иры, целующей его в щеку, то Арсения, стоящего напротив и держащего его за плечи. И если в первом случае он испытывал...(приятное прикосновение губ к щеке?), то во втором все возможные эмоции. И Антон никак не мог понять почему. Да что, мать твою, это такое. Даже сейчас, когда он в щи, сидит тут, на грязном полу в туале, он думает о нем. Еще и эти вопросы сраные: "Что не так?", "Я тебя обидел?". Да, блять, обидел. Антон смыл окурок сигареты в унитаз и вышел из туалета. Никотин, попавший в организм, расслабил его еще сильнее, поэтому до лестницы он добирался почти на коленках. Пару раз даже чуть не навернулся, но успел вовремя придержать себя о стенку. Он шел обратно к себе в комнату, но, увидев лестницу на четвертый этаж, резко изменил свое желание. Он даже сам не понял, как его ноги привели его сюда - к комнате Арсения. Где то внутри бушевал огонь злости, и он шел сюда с четко поставленной целью - высказать все в лицо Арсу, послать его далеко и надолго, и уйти к себе. Но когда дверь, после трех громких стуков, открылась, весь запал куда то исчез. - Антон? - Арсений стоял перед ним в пижамных штанах и белой майке, такой растрепаный и...злой? - Придурок что ли? Заходи быстрей! - Он схватил его за руку и уволок внутрь, осмотрев после этого коридор. Пусто. Слава богу. - Ты, - Антон, шатнувшись в сторону, ткнул пальцем в сторону учителя, - ты такой...- слов никак не находилось. В его пьяной голове было столько мыслей буквально несколько минут назад, но сейчас они всю куда-то испарились. - Пиздец ты бухой, Антош, - не сдержавшись в выражениях, заявил Арсений, - Ты время вообще видел? Три часа ночи, а я между прочим, спал! - Ты такой...- Антон все продолжал крутить свою шарманку, казалось, даже не слушая претензии того, кому сейчас пытался что-то сказать. Честно говоря, он уже и забыл зачем сюда пришел. - И что ж мне с тобой делать?.. Антона снова повело в сторону и Арс сорвался с места, подбегая к нему, удерживая. Он схватил его за плечи, снова оказываясь напротив. Прямо как тогда... Прямо как в лифте... Прямо как в мыслях... - ...Пиздец красивый...- выдыхает Шастун, глядя на то, как в глазах начинают плыть голубые облака. Кажется, перепил. - Чего? - Арс удивленно хлопал глазами, глядя на парня. Но тот больше ничего не собирался говорить. Молча уложив его в свою кровать, он стянул с него ботинки и носки. Хотел расстегнуть и снять рубашку, чтобы было удобнее спать, но не решился. Не надо. К тому же этот оболтус начал возмущаться и мычать что-то недовольное, пытаясь встать с мягкой кровати, но Арс удержал его на месте. Ему нельзя возвращаться в таком виде обратно, пусть лучше будет здесь, под присмотром. Арсу так спокойнее. - Да тише ты, все хорошо, поспишь здесь и завтра пойдешь в свою комнату, - успокаивал его Арсений. Антон, поняв что сопротивление бесполезно, наконец затих, а спустя минут пятнадцать и вовсе начал посапывать. Наконец, глубоко вздохнув, Арс взял стакан со стола и налил в него воды. Поставил его на тумбочку рядом и положил упаковку таблеток рядом с ним. На всякий случай. Выключил свет и сел на пол противоположной от Шаста стороны кровати. Обхватил колени руками и голову положил на кровать. "Пиздец красивый..." На губах сверкала улыбка.