Малолетки

      Очередное утро после очередной бессонной ночи. Может я и спал, но рывками, просыпаясь, как от ведра холодной воды в реальности жаркой постели. Лихорадило с запахом клубничного пара, вспышки воспоминаний о чёрных глазах, смотрящих из-под капюшона. А в них была искра, как и у меня когда-то. Потом снова резкое ощущение реальности и мятого одеяла. Колючих крошек на простыне и духоты комнаты. Зачем ночь, если нельзя ни о чем не думать хотя бы в темноте. Мысли бурлят мощным потоком, принося очередные вспышки воспоминаний. Чёрные глаза. Грязные кеды по чистому снегу. Пустая пачка сигарет в снегу. "Будем знакомы". Какой же бред. Это сон? Зачем мой больной мозг крутит эту киноленту по кругу. Глаза. Кеды. Пачка. Глаза. Кеды... Хватит. Точно не усну. Лучше встать, умыть лицо и отмыться от этого бреда. Холодная вода даёт хоть чуть-чуть трезвости. Какое у меня грязное зеркало. Да я и сам не лучше. Синяки под глазами только расплываются, как будто под кожу кто-то запустил чернила. Выгляжу, как покойник. Зря дал этому телу ещё один шанс. Лучше решить эту проблему как-то. Отмыть следы хуевой жизни, духоты реальности. Да и себя самого просто смыть, как рисунок на песке. Что может быть чище ледяной воды? Что если найти проталину где-то в Неве и незаметно уйти под корку, отдаться течению и незаметно для всех исчезнуть. Послушно пустить воду в лёгкие и остудить наконец эту горячку бесконечного потока мыслей. А как ещё? Отдать поток мыслей потоку Невы. Добраться лучше на метро, чтобы не простоять в пробках последние часы жизни. Да и экономнее выйдет. Хотя какая к чёрту экономия. Я богатый мертвец, желающий покоя. Я злой, потому что такие меркантильные бредни посещают меня на смертном одре. Ну ничего-ничего осталось недолго, и всё закончится. Ключи, карта, телефон. Не знаю зачем, мне брать телефон, чтобы было куда смотреть в метро? Ладно черт с ним. Накину куртку и пойду, вот как есть. Стартер пак суицидника собран. Хлопок дверью, скачки по ступенькам, отражающиеся эхом от стен подъезда. Улица. Воняет выхлопными газами, а свет выжигает глаза. Ах этот свежий воздух. Я должен идти так быстро, как только смогу. Чтобы не оборачиваться, не передумать. Дом всё дальше и дальше. Но это больше не дом, теперь мой дом будет подо льдом. Надёжный, уютный и вечный. Снег мерзко хрустит под ногами. Вороны каркают, а машины тарахтят моторами. Этот мир невыносимо шумный, а под водой ничего не будет слышно. Свет и звук приглушатся, а за ними и мои реакции на них. Нет раздражителей-нет эмоций. - Серафим! - звонкий голос кричит моё имя откуда-то сбоку. Если сделать вид, что не услышал, может и отстанут. - Эй, Серафим,- голос ближе и не кричит, а говорит чуть ли не в правое ухо. Блять. - Да? - поворачиваю голову на источник звука. Опять эти глаза и эти кеды. Но пахнет от девчонки странно, уже не клубникой вовсе. Ваниль или отбеливатель. Или рублёвой монетой из нулевых. Или всё вместе. Мефедрон? - Куда ж ты так спешишь, что не здороваешься? - Да так. - Снова сбивать несчастных девочек? - Я думал, я откупился. - Ещё свежи воспоминания,- чёрные глаза снова загорелись,- Возьми меня с собой. - Нет. Она явно не услышала. Будто через пелену смотрит. Зрачков не видно средь бела дня. И безумная улыбка. Когда-то меф и меня делал таким. Теперь он только разгоняет сердце и мысли. Когда же всё пошло по пизде? - Так куда мы идём? - она толкнула меня в плечо и рассмеялась. - Девочка, я иду по делам, а тебе бы в рехаб. - Мне просто одиноко, - она шмыгнула носом и насупилась. Боится, что сдам. - Я никак не могу помочь. - Давай до перехода дойдем вместе? А потом отстану, если захочешь. - Ладно, - я снова начинаю быстро шагать к концу улицы. - Зачем ты так спешишь? - мелкими шагами нагоняет. - Меня ждут. - Кто? - Смерть,- а есть ли смысл что-то придумывать для девочки под мефом. Слишком много лжи было всю жизнь. - Понимаю, а она не может ещё чуть-чуть подождать, - её голос такой спокойный, как будто она ребёнок, впервые услышавший про смерть. - Зачем? - Она не заслуживает тебя. - Ты ещё расскажи, как прекрасна жизнь. - Лучше ты расскажи. Когда ещё сможешь? - Я не знаю, что говорить. Я этого не вижу. - Говори, что видишь. Просто говори. - Я не хочу. - А что хочешь? - Утонуть. - Ты не утонешь. - Это ещё почему? - я даже кажется издал смешок. Какая она наивная. - Ты ничего не можешь сказать. А, значит, ничего не видел ещё. В тебе нет груза увиденного, чтобы пойти ко дну. - Значит, всплыву мёртвым. - Да не получится у тебя. Ты не жил, а, значит, не сможешь умереть,- она пожала плечами, как будто сказала прописную истину. - Я не жил?- начинаю злиться и повышать голос, - Да я повидал больше тебя, блять, мефедроновой шлюшки. Я любил, я предавал, я учился, мечтал, гулял, - просто вылетело из моих губ, без моего согласия. - Говори, говори. - Я блять всё пробовал, ездил там по заграницам, заполнял пустоту шалавами и пытался понять эту жизнь. - И неужели тебе ничего из этого не нравилось? - Нравилось, но перестало. - Почему? - А ебу? - Ладно. А ты пробовал зеленый лимонад? - Что? - Ну зеленый лимонад. Он не похож ни на что другое, так что не спутаешь. - Не пробовал. - Пойдём купим. А потом уже можно и топиться. - Ладно, только быстро, - я только сейчас замечаю, что мы уже давно прошли переход. Снова пятёрочка. Ищем по стендам с бутылками. Она ходит между стеллажей, проносится мимо меня всё с большим количеством бутылок. - Вот смотри, это зеленый лимонад, - в левой руке, как младенцы покоились две бутылки, - А это вино. Это мне, - ещё два младенца с другой стороны. - Пошли на кассу, только не разбей. Та же кассирша, с тем же недовольным ебалом, но уже не просит паспорт. Осуждающе цокает и пробивает бутылки. - Начнём с лимонада, - выйдя из пятерочки, девчонка сразу протянула мне бутылку. - Тут открывашка нужна. - У меня есть, - она ловко вытащила из куртки расписанную хохломой открывашку и сорвала крышку. С моей бутылки тоже слетела крышка, и жидкость зашипела. Запахло травой. - Ну пробуй уже! - она еле сдерживалась, чтобы не припасть к горлу своей бутылки. Мы чокаемся стеклом и делаем глоток.