Сингулярность. Всё в ничто.

Я открыла глаза. Поняла, что нахожусь в какой-то несветлой комнате. Голова немного ныла от предшествующего удара. Я хотела ощупать – нет ли там шишки, но не смогла. Руки оказались прикованными к некой мебели, на которой я лежала. Это напоминало стол для операций. Ноги тоже были прикованы железными кандалами. Я подняла голову, чтобы осмотреться. Несколько душ стояли у столов и чем-то занимались. И это точно не было похоже на попивание чая за повседневным разговором. Несколько факелов тревожно горели, то вспыхивая, то угасая. — Отлично, уже очнулась, — услышала неприятный голос у макушки. Это оказался тот мерзавец-старикан. Он подошел ко мне сбоку и высокомерно сказал: — Я не успел толком представиться. Меня зовут Тэтиногонгл и я… — Простите, как? — беспардонно прервала я. — Тэти-но-гонгл, — произнёс он по слогам, явно раздражённый тем, что его перебили. — Тэтиногонгл, — медленно повторила я, — Отлично, первая проблема решена. — Да, наверное, — усмехнулся он, — Так вот… Здесь ты по особому моему указанию. — Это какому ещё? Я начала пытаться выбраться из железных оков. — Не буду много говорить, но давай начнем сначала. Странность началась с того момента, когда на одном из испытаний ты явила всем свой устрашающий вид в виде чёрных слез, красных глазниц и тёмных вен… — Испугались? — хмыкнула я, — Стойте… Ко мне начала полностью возвращаться память, и я вспомнила всю битву на арене… — Где Арамен?? — Грозно спросила я. Мне уже было не до ухмылок. Тэтиногонгл криво улыбнулся, но потом снова стал серьёзным. — Речь не об этом, — сказал он, — Так вот после того случая… — Говори, что с Арамен, падальщик ты раздолбанный! Что трона захотелось?! — Заткнись, — рявкнул он и дал мне пощёчину. Мне было не столько больно, сколько унизительно… — Так вот после того случая, я понял, что ты не просто стихийница из общества вышних. А знаешь, кому присущи чёрные слёзы? Я не ответила. Я вообще не хочу ему ничего больше говорить. — Есть два варианта. Первая группа существ, кому присущи чёрные слёзы – банши из долины Безмолвия. Единственное, что я знаю об этой долине – туда запрещено ходить. Даже близко появляться. А вот о её жителях я знаю побольше из-за разных легенд, о которых вояки иногда говорят. В чём уверены все – в призраках, которые ходят там. По одной из легенд, того, кто увидит одного из призраков, ждет скорая смерть. По другой легенде, призраки «наращивают» плоть и отправляются соблазнять людей, после чего вводят их в свою долину и там сжирают. Кто-то и вовсе верит, что это проклятые души, которых удерживает… Барабанная дробь… Банши. — Я не она, — ну здесь невозможно не усмехнуться, — Было бы глупо предполагать, что я та самая Банши. — Да, много всяких сказок ходит среди народа. И все они частично правдивы. — Откуда… — Я живу несколько десятков тысячелетий. Я и не такое знаю. Бывал несколько раз в той долине. — И как вы ещё не подохли? — Та сказка, что тот, кто увидит банши, умрёт – неправда. К КОМУ ПРИДЁТ банши, тот вскоре умрёт. И нет никаких призраков. Все жители долины Безмолвия – банши. И они действительно очень опасны. Но есть главная. И вот её стоит бояться больше всего. Кхм, так вот. Ты можешь быть одной из них. Просто в человеческом теле. — Нет, это бред… — Вторая группа, которым присущи чёрные слёзы – боги. Высшие существа всех вселенных. Аристократия. Есть божки, а есть боги. Так вот истинное отличие их друг от друга – чёрная слеза аристократа. — А вот это уже больше похоже на правду. — Кхм, — возмутился Тэтиногонгл, — Вот это самомнение… Ладно. Есть Вероятность как первого, так, к сожалению, и второго. И мне нужно выяснить, кто же ты. Поэтому ты здесь. — Но я не знаю! Может ли быть такое, что я какая-нибудь богиня и не знаю этого? — Нет. Между банши и богом есть кроме очевидных отличий ещё и самое главное – первая не способна на любовь. А принести может лишь смерть. В отличии от богов, которые даруют жизнь. Даже если речь идёт о монстрах. — Что ж, тогда, К ТВОЕМУ СОЖАЛЕНИЮ, я определённо второе. — Не думай, что я поверю. Может, ты хотела охмурить нашу бывшую властительницу и убить, а сейчас притворяешься белой овечкой. Не на словах я узнаю, кто ты. А на деле. Знаешь, в страданиях ВСЕ показывают своё истинное лицо. — Что?? Вы сказали, в страданиях?.. Ко мне с другой стороны подошёл дух с лезвием в руках. Старикан наколдовал стул и присел, сказав: — С каждым неправильным ответом, болезненность моих методов будет нарастать. Прошу, не раскалывайся так быстро. Я хочу насладиться твоими воплями. — Да пошёл ты… — Итак, кто же ты? — произнес он с любопытством, но больше для себя, чем для меня. — Иди к черту, — выплюнула я. Дух, стоявший рядом, быстро полоснул лезвием по руке, делая недлинный, но глубокий порез. Это был миг острой боли, но потом просто начало щипать. Так же он сделал ещё пять раз. Шесть порезов, построенных в ряд, начинали один за другим наполняться кровью и течь вниз по руке. — Разминка, — будто бы оправдавшись, произнёс Тэтиногонгл, — Посмотрел, как ты относишься к крови. Потому что, не поверишь, у меня были и такие, кто уже на этом этапе раскалывался. Я молчала, все также испепеляя его взглядом. Он тихо рассмеялся, встал и подошёл снова ко мне. — Дай сюда, — сказал старик и отобрал лезвие у духа, — Иди, принеси, что посерьёзнее, а не эту зубочистку. Когда тот ушёл, мерзавец закатал мой рукав по плечо, и взяв нож, как ручку, начал что-то довольно вырисовывать, начиная с самого плеча. Сначала режущая боль была терпима. Не больнее, чем делать тату. Но чем глубже он резал, тем жгучее была боль. Иногда подёргивалась нога, но сжав зубы, я терпела. Хотя это слабо было похоже на пытку. Он всё сильнее надавливал на лезвие. Я впилась руками о бортики стола. Вспышкообразная боль вокруг проводимого пореза требовала отдельного терпения. Что-то зашипело у столов. Я повернула голову на звук. Там стояла небольшая печка, в которой держали какие-то железные стержни. Один из духов взял два стержня, концы которых были раскалены и подошёл ко мне, довольно ухмыляясь. Внутри все содрогнулось. Нет, мне нужно выбраться отсюда! Я со всей силы дернула кандалы, но и в этот раз они крепко держали меня. — Давай попробуем снова, — злорадно произнёс Тэтиногонгл. От лица Арамен. Я проснулась от ослепляющего света, который проникал даже через закрытые веки. А при попытке открыть глаза он резанул своим сиянием. Но на мгновение я смогла увидеть, что нахожусь в абсолютно белой и пустой комнате. Жуткая усталость в мышцах быстро дала о себе знать. Голод и жажда угнетали ещё больше. Поёрзав на месте, ощутила, что нахожусь в оковах – на запястьях, шее, животе и заплюснах. Напрягшись, я попыталась вытиснуть руку из пут, но они плотно прилегали к коже и цепями были подвешены к стене. Неужели в этот раз к этому подошли добросовестно?.. — Энн, — сказала я, призрачно надеясь, что она откликнется. Но была абсолютная тишина. Я попыталась воспользоваться магией, но мало того, что сил почти не было, яркий свет не давал мне возможность восстановиться. Он буквально купировал мою регенерацию. Но я не могу здесь долго оставаться. Такое количество излучения быстро начнет меня разрушать. А мне ещё Энн спасать. Боги… Надеюсь, она ещё жива. Убью этого подонка, когда выберусь! Зря, очень зря он меня разозлил! Долгожитель хренов… А вообще в том, что случилось есть и моя вина. Может, не нужно было у всех на глазах поддаваться чувствам? Но как иначе? Я чуть с ума не сошла, пока пришибала заклинаниями и камнями тело Энн, хоть это и была, по сути, Эрида. Но это всё та же златовласка. Да и разве я могла бы её убить? В этом поединке должен был кто-то умереть из нас. Но я отказалась. И вот он результат… Убьют обоих. Точнее УБИЛИ БЫ, если б я сдалась. А я пока не сдалась! — Рима? — знакомый голос послышался совсем рядом, — Ты меня слышишь? — Магуа?? — Отлично. Значит мозги не отбили. — Тебя тоже здесь заперли? Было непривычно разговаривать закрытыми глазами. — Нет, никто не знает, что я здесь, — прошептал он, — Нужно тебя освободить... — Тебе нельзя здесь находиться! — Не переживай. Во мне меньше тьмы, чем в тебе. А значит, легче переношу свет. — Всё равно это не значит, что на тебя он никак не повлияет. — Позволь мне помочь тебе, — сказал он раздражённо. — Нет, лучше найди Энн. — Что за бред ты несёшь?? Я должен спасать тебя, а не какую-то попаданку. — А я должна спасти её! Но будет быстрее, если это сделаешь ты. Пожалуйста, сделай это ради меня. — Зачем? Она что-то всё-таки значит для тебя? Я ответила не сразу, но не потому, что сомневаюсь, а потому что здесь не принято говорить такие вещи: — Я люблю её. — Любишь? — как-то грустно ухмыльнулся он, — Да она вскружила тебе голову... Неужели ты сама во всё это веришь?? Меня сильно задело его сомнение, но всё же как можно хладнокровнее ответила: — Мы теряем время. Ты поможешь мне или нет? — Я уже нашёл попаданку. Она находится напротив этой комнаты. Её держат в специальном отсеке. И магия там не работает. — Она жива? — тут же спросила я. — Да, если можно так сказать... Тэтиногонгл хочет выяснить, кто она такая. — И какие у него уже есть предположения? — Их немного. Он думает, она или банши, или богиня. — Но мы ведь с тобой знаем, что есть и другие варианты? Он не ответил. — Ты сможешь её освободить? — Я НЕ ХОЧУ её освобождать. Даже если ты думаешь, что любишь её, — сказал он будто бы сквозь зубы. — Так же, как не люблю и я тебя? - я решила ответить тем же тоном. — Знаешь, — злобно начал он, — Я пришёл сюда, чтобы освободить ТЕБЯ. Хочешь ты этого или нет. — Ты не сможешь этого сделать. Я знаю эти оковы, я сама их создавала. И просто так взять и разрушить нельзя... — Значит, скажи, как их можно разрушить. Я задумалась, пытаясь найти в своей памяти нужное воспоминание. Но на своё удивление и негодование, мне этого не удалось. — Вот гадство! — гневно прошептала я. — Что?? Что случилось? — Этот мерзавец стёр из моей памяти заклинательный ключ от этих оков. — Снова заклинание? Я же говорил тебе, что не всё в этом мире магия. — Ну, это надёжно. Но речь не об этом. Разберусь. А ты освободи Энн. — И я должен поверить тебе на слово? — Не хочешь помогать – иди отсюда. Пока можешь. Он молчал. Послышалось какое-то шуршание. — Ты кстати заметила, что Эрида тебя не убила? Честно говоря, я даже как-то забыла об этом. Слишком много произошло за последнее время, поэтому... — Ну, я не чувствую боли, — медленно произнесла я, прислушиваясь к ощущениям в теле. — Я полагаю, она и не хотела тебя убивать. — Она хочет убить меня с тех пор, как вылезла из своей решётки! Конечно, она хотела меня убить. — Но не убила. У тебя даже не задеты никакие органы. — Ты проверял что ли? — Ты не умерла! Этого факта достаточно, — недовольно брякнул Магуа. Я не ответила. Но брат вдруг спокойно сказал: — Твой бывший советник хочет, чтобы Энн раскололась. — В каком смысле? — Принято считать, что банши и богини могут заточать себя в человеческом теле. И чтобы они явили свою сущность, нужно расколоться. В прямом смысле… — Этого не должно произойти, — с ужасом шепнула я. — Почему? Боишься, что она окажется банши? — Брат, могу попросить я тебя кое о чём? — Если ты снова хочешь попросить, чтобы я освободил попаданку, то уже сказал — нет. — Зайди в мою комнату, под подоконником скрыт кинжал. Принеси его мне. — Что за кинжал? — На нём заклинание... — Какое заклинание? — спросил он медленно и встревоженно. — Ты сможешь принести его или нет? — Надеюсь, это не та ситуация, где ты решила пойти на опасную глупость. — Да, это именно она, — усмехнулась я. — Тогда мне хочется верить, всё кончится не как в прошлый раз. После этих слов я услышала шум открываемого портала и удаляющиеся шаги. А когда настала тишина, я с печалью выдала: — Всё будет ещё хуже.