дурацкая влюбленность.

–не хочешь сегодня вечером прогуляться с самым лучшим парнем в твоей жизни? –ян, поумерь свой пыл и иди занимайся своими делами. –ну сынмин! чонин разочарованно вскидывает руки верх, не желая мириться со своим провалом. очередным. наверное, ещё с самого начала стоило вести подсчёт своих поражений на любовном фронте. но стоит отметить, что как-то старший согласился сходить на перерыве с ним в кафе, которое находилось рядом с универом. это была разовая акция, больше сынмин ни на что не соглашался и каждый раз прогонял чонина из библиотеки, когда последнего уже было невыносимо терпеть. ким кладёт стопку книг на свой рабочий стол, усаживается на кресло и, складывая руки в замок, укладывает на них подбородок, взглядом сверля младшего, который маячил прямо перед носом библиотекаря. он недовольно цокает, поправляя спадающие очки, и принимается за проверку недавних отчётов о сдаче книг. чонин тем временем скидывает с плеча свою сумку, несколько секунд топчется на месте и в итоге пропадает куда-то за стеллажами. сынмин расслаблено выдыхает, но в следующее мгновение напрягается, когда замечает младшего, который уверенно идёт в его сторону со стулом в руках. улыбается словно довольный кот, который только что получил тарелку свежей сметаны. а сынмин думает, что сопротивляться уже бессмысленно, поэтому только отодвигается, освобождая яну немного пространства рядом с собой, не прогонять же под вопросительные и непонимающие взгляды присутствующих. –сиди тихо и не лезь под руку,– бросает ким в сторону чонина, пока младший удобно устраивается на своём месте и с улыбкой смотрит на профиль юноши. он это, конечно же, замечает краем глаза, напоказ тяжело вздыхает и двигает к несносному мальчишке ближе небольшую стопку учебной литературы, получая со стороны чонина удивление взгляды. –чего смотришь? надеялся, что сможешь просто просидеть несколько часов, тупо пялясь на меня? у вас скоро сессия, учи,– сынмин ловко открывает книгу своими длинными музыкальными пальцами на совершенно рандомной странице, двигая её ближе к яну. чонин сам понимает, что перечить абсолютно нет смысла и в какой-то мере юноша был прав – со всей этой беготней за кимом младший совершенно позабыл о приближающихся экзаменах. пора наверстать упущенное. хотя, в этом есть и свои плюсы – он может находится в молчаливой компании старшего, невзначай касаться его предплечья или тыльной стороны ладони, мол, случайно так вышло, я не хотел. часа два они сидят в абсолютной тишине (и раздражение сынмина начинает отступать на второй план), иногда прерываемой шорохом страниц книг, голосов других студентов и тяжёлый вздохов сынмина, когда чонин вновь нарушал его личное пространство или пытался завести совершенно бессмысленный диалог. не то, что бы ему было некомфортно с яном, просто старшему иногда казалось, что с ним его социальная батарея слишком быстро разряжается и после этого уже ни с кем не хочется вести беседу. а чонина их молчание даже не напрягало, просто иногда становилось скучно глазами прожигать столь ненавистные строчки из уголовного кодекса и искать ответы на задания. муторно, но ян всё равно выполнял абсолютно всё с нескрываемым удовольствием, чему сам иногда удивлялся. –сынмин.. –нет, даже не начинай. ким резко обрывает все нити, ведущие к разговору. чонин недовольно на него косится, в возмущении вскидывая брови верх и думает, какой же сынмин всё-таки вредный, что даже его выслушать не может. младший закрывает книгу, резко двигает её в сторону юноши и специально задевает его локоть, заставляя его тихо прошипеть. и хотя после этого яну не становится стыдно, он даже не думает, что таким образом нагло переступает через все рамки дозволенного. наверное. –можешь просто выслушать меня, прошу? без яда твоего, это ранит мне сердце,– младший театрально вздыхает и закатывает глаза, хватаясь за названный орган и сынмин позволяет себе тихо усмехнуться (младший слишком забавный сейчас, не более, да и всё раздражение кима будто рукой сняло, оставляя одно спокойствие). для чонина этот тихий смешок словно зелёный свет, который даёт добро на дальнейшие действия. он двигается ближе к киму, укладывая ладони ему на колени и пока не замечая ответной реакции со стороны старшего. выдыхая, юноша ведёт руками дальше, проходясь по бедрам, и хватает его за запястья, тянет немного на себя, дабы находится с сынмином на одном уровне. а старший только равно выдыхает такой резкой смены положения, косится на чонина, немного прищурив глаза, но руки свои не выдергивает из чужой хватки. самому интересно, что же именно собирается сказать ему этот несносный мальчишка, который не спеша водит большим пальцем по тыльной стороне его ладони, будто собираясь с мыслями и лучше подбирая слова. –я бы хотел сказать тебе спасибо, что терпишь меня и позволяешь иногда оставаться до конца твоего рабочего дня. правда, когда ты пинками выгоняешь меня отсюда, мне действительно становится немного обидно,– ян выпячивает нижнюю губу и из-под чёлки смотрит на сынмина, который только кивает, давая понять, что тот может продолжать. в прочем, он и сам понимал, к чему это всё, возможно, ведёт, чонин просто так не начинал с ним разговаривать о чем-то таком более серьезном. –но я всё равно долго обиды на тебя не держу, потому что, ну, глупо как-то получается, понимаешь? мне с тобой так спокойно, хотя всю большую часть времени ты сверлишь меня гневным и раздраженным взглядом, но это не меняет факт того, что ты для меня комфортный человек,– и он медленно целует тыльную сторону ладони старшего, быстро поцелуями переходя на запястье. а ким только сидит, молча поджав губы, и пытается лишний раз не втягивать воздух в свои лёгкие так резко, чтобы успокоить разбушевавшееся сердце. он волнуется, прекрасно догадывается, какие, возможно, будут следующие слова. сынмин не может придумать, что ответить младшему и слепых надежд тоже давать не хочет. хочется просто сохранить всё как есть, а не прекращать из-за маленького недоразумения общение. –я давно об этом думал, размышлял, как лучше будет до тебя это донести, но, думаю, если сказать в лоб, то так будет легче,– чонин аккуратно снимает очки с носа сынмина и кладёт их на стол, обхватывая ладонями его лицо. и на этом киму кажется, что мир его рушится, рассыпается на мелкие кусочки, когда младший так нежно проводит большими пальцами по его щекам и смотрит на него так, как никогда раньше (сынмин просто не догадывался, что чонин может быть таким романтичным). было приятно и тепло внутри. –ты мне нравишься, сынмин, я сильно-сильно люблю тебя. ким первым подаётся вперёд и крепко обнимает младшего, что тот издаёт какой-то приглушённый стон боли, а затем тихо смеётся, обнимая его за шею. с плеч словно спал весь тяжёлый груз двухмесячной давности, стало легче дышать и находится рядом с юношей в общем. ян прекрасно понимал, что на его глупое признание навряд ли ответят взаимностью, но он точно не ожидал, что сынмин первым кинется его обнимать. старший тем временем утыкается носом в шею яна, что-то шепчет непонятное себе под нос, теребя пальцами ткань его рубашки. не хочется отпускать чонина вообще, потому что сынмину всё-таки немного страшно. он не знает, что ответить ему, но просто сидеть, молча втыкая в разные углы библиотеки тоже не лучший вариант. –ян, ты же понимаешь, что..– и юноша резко замолкает, освобождая младшего из своих объятий, и трепетно обхватывает его лицо, как это делал он пару мгновений назад, –что я не хочу давать тебе слепых надежд, разбивая тебя ещё сильнее, поэтому дай время мне подумать. –сколько? –неделю, думаю. –многого хочешь, хотя не заслужил. наигранно фыркает ян и тут же тихо начинает хохотать, когда старший щипает его за щёку в порыве возмущения и недовольства. умеет же чонин в «самые подходящие» моменты пустить свои тупые шуточки, портя всю романтическую атмосферу, которую он сам пытался скрупулёзно выстроить пару минут назад с нуля. –дай мне тогда два дня и я разберусь со всем, устраивает? –теперь да. и всё сразу же становится таким незначительным и маленьким, когда чонин тянется к его губам за поцелуем, а сынмин, на удивление, даже не уворачивается и не отталкивает его. всё кажется таким правильным, будто все потерявшиеся шестерёнки, наконец-то, встали на свои места и весь механизм заново заработал. чонину сейчас тепло и комфортно рядом с сынмином, когда тот целует его в уголок губ и умещает свою голову на его плече, полностью открываясь ему. впервые младший не жалеет, что решил поступить именно так.