пройди сквозь ледяное озеро, фэнг

горячие новости: прошло уже две недели. фэнг не звонил, эдгар соответственно не брал трубку. в стиме пропало без вести двое игроков. общих друзей у них не было, только они. только они друг для друга, в размытом по гауссу мире. *** "снова оффлайн. и где он может так долго пропадать?" проверка здоровья - дело легкое. пришел в больницу, получил справку и ушел. но фэнг как минимум был удивлен, получив направление к врачу. он был обязан посещать больницу минимум раз в три года, а сейчас его полупустая медкарта заполнилась необычным штампом - орви. сопли, слюни. классика для фанфика с меткой "драма". юноша не вставал с кровати уже два дня, отлеживаясь с температурой выше нормы. все тело сгорало, а душа и кровь сворачивались как пенка из молока. чего-то так сильно не хватало, причем не здорового иммунитета. болезнь не мучила фэнга так сильно, как он сам. только сам фэнг может причинять себе боль из раза в раз, игнорируя последствия и состояние. он не знал, как умудрился заболеть. это было и неважно. все его сумбурные мысли были заполнены только им. эдгаром. лежа с температурой, он мечтал еще раз оказаться внутри холодной зимы, почувствовать бегущие мурашки по коже от мороза, видеть белый иней на чужих темных, как смола волосах. еще раз посмотреть в темные лунные глаза, опуститься внутрь сгнившей души и попытаться оставить внутри цветок, не зная, что с ним будет. внутри ледяного сердца эдгара он давно высадил скромный сад, а сейчас нагло покинул его, даже не стараясь поливать. должно быть обидно за сгнившие цветы, ведь угрюмый эдгар вряд-ли вспомнит о них, но как бы не так. душа растеклась. лед медленно таял, топя цветы, дома, намочив страницы книги и размазав все чернила словно это было не так важно. удар по сердцу пришелся больнее, чем эдгар мог себе представить. удар этот был острый. как локти фэнга, сильные, крепкие, а самое главное острые. в этих иглах был определенный шарм. такая.. романтика. романтика твоих игл. [***] тонуть это романтично. и умирать вроде бы тоже. эдгар уже два часа не может подняться с кровати, полумертвым взглядом смотря в потолок. его силы были отняты как что-то, что никогда не принадлежало ему. лежа в мягком одеяло, он будто тонул в белой ткани, а в китае это ведь траурный цвет. выходит, он умирает. причем здесь китай? он коренной китаец. смешная причина, но не нужно романтизировать это. эдгар может понизить градус трагичности любой вещи в его жизни. смерть, жизнь, собственное тело. единственное, чего он сам не растопит никогда - это чертово озеро. сгустки заледеневшей воды теперь не его работа. к счастью, сейчас этим есть кому заняться. *** с прошлой ночи не прошло и суток, а из мыслей эдгара так и не убавилось мыслей о фэнге. в них был только он. этот гаденыш, который, как выяснилось, заболел и даже не сказал. жара невыносимая, как можно было заболеть? хотя, уже наступила осень. серая, тучная и дождливая. сырая и мокрая. лужи под ногами эдгара с каждым шагом превращались в лед, крепкий и чисто белый, подобно бумажному листу. эти мелкие заморозки явно отличались от красных шуршащих листьев, которые беспризорно лежали на асфальте, словно ждали когда их растопчут люди. люди злые. окажись эдгар среди жужжащих и назойливых... и таких.. ¿противных? людей, ему бы захотелось убежать. только куда? дом перестал быть домом. там не уютно, и никто никогда не ждет. на улице людей не меньше, а противные, яркие бумажки колышатся на ветру, создавая потоки теплых красок. смотреть ужасно. в ларьке пропахло притарными, дешевыми сладостями и электронными сигаретами, которые эдгар нескончаемо курил, как паравоз. сколько бы лет не прошло, он все курил и курил, вдыхая в глотку едкий, но такой приятный дым. сладкий, с разными вкусами и яркой упаковкой. никогда бы не подумал, что поведется на такое. сейчас, уже сидя на кровати, эд повернул голову к окну. бушевал ветер, капли беззащитно летали во все стороны, деревья склонялись к грязному асфальту, а эти темные облака лишь сгущались, заслоняя собой и без того холодное солнце, которое даже не существовало для эдгара. и все же, он чертовски одинок. он подошел поближе, открыл окно и вдохнул холодный ветер вперемешку с влагой. с улицы слышны людские звуки. звучит странно, но, разве эдгар не прав? люди странные существа. все разные, но большинство из них - дети. жестокие, наивные, с разбитыми сердцами и надеждами. он такой же, как и они. только в последнее время все меняется. парень всегда знал о своей "неправильности". смирился. признался самому себе. его любовь разрушила ему всю жизнь. абсолютно всю. лето уже прошло. осень озарила сознание, давая своей темнотой каплю света. без своей печали ты никто. челкарь дед инсайдик. бледнокожая мумия, завернутая в шарф из теплых нитей с убогими "пальцами" на концах. эдгар ненавидел это. чужие слова, чужие теплые руки у него на руках, чужие голоса... только этот бесстыдный фэнг разбил его подобно хрустальной вазе. скинул его принципы на пол и смел к хуям. грубо. также грубо, как и слова, которые эдгар выбирал для своего тихого каминг-аута. он взял со стола вэйп, включил его и сделал небольшую затяжку. сердце слегка успокоилось. или его разум оказался затуманен сладким дымом? странное чувство. любовь тоже странное чувство. делая затяжку с дозой любви, она начинает быстро растекаться по венам, наполняя и лопая их изнутри. и ты этого не почувствуешь, ведь сладкий и назойливый вкус во рту даже не даст шанса отвлечься. все это так сумбурно. всё-всё. и фэнг чувствует себя также. он пьет таблетки, капает капли в нос, вечно носит с собой платок. ужасное для спортсмена чувство. быть больным - не плохо, но отрекать себя от тренировок ужаснее в тройне. и фэнг бы занимался, пока его руки не отвалятся, а ноги не сотрутся в белый песок. но кое-что останавливало его. идеально выточенная ледяная скульптура, хрупкая и такая драгоценная. предмет архитектурного искусства занял все место в его сердце, делая груз еще более тяжким. вода ведь тоже сушит кожу. так и лед заставил армию мурашек пробежать по коже огненного и горящего фэнга. он не ожидал. это нельзя предугадать. любовь - болезнь. фэнг болеет любовью. фэнг болеет эдгаром. не простудой, не печалью. эдгаром. пускай грубым, невежливым, тяжелым на подъем, пускай он парень, пускай его кожа бледна как первый снег, пусть его глаза лишь заполненные темной смолой два отверстия, пусть его волосы вовсе не кудри из фантазий, пусть он живет на другом конце интернета, пусть, пусть, пусть! это неважно! где ты? где ты? где ты? я высматриваю тебя в каждой очереди магазина. я ищу твой силуэт в каждом ларьке с мармеладом. я пытаюсь отыскать твой снежный след на каждой теплой улице своего тусклого города. я жду когда ты появишься в сети каждый вечер после семи. я каждую ночь гадаю о тебе. я каждую ночь думаю о тебе. каждую ночь я думаю о том, какие цветы бы дарил тебе. как ты улыбаешься. у меня подгибаются ноги. мои щеки горят от смущения, а мои мысли наполнены лишь тобой. тобой и только тобой. летом, которое мы не провели вместе. почему же ты исчез? будто умер в моей жизни. но я помню о тебе. помню о нас. за два месяца с лишним ты покрыл мое сердце ледяной коркой. и это не плохо. я ждал тебя всю свою жизнь. в этой вечной засухе я ждал лишь тебя - непроглядный ливень вперемешку с градом, и жуткий снегопад, больше напоминающий метель. в моих венах течет грубый восточный ветер. а в твоих даже кровь не течет. ты такой холодный. ты такой прекрасный. ты такой недосягаемый. ты такой ты. в вечном солнцестоянии ты моя луна. мое личное затмение. залей мои горящие глаза смолой навсегда. я готов перестать видеть всех, лишь бы смотреть на тебя. лишь бы ты сейчас лежал рядом со мной. чтобы я мог прижать тебя к себе, аккуратно обнять, почувствовать аромат твоей холодной шеи. попробовать твои сухие губы на вкус. попробовать быть твоим светом, если он тебе еще нужен. "эдгар.. что же ты творишь со мной. я не спешу?.." фэнг сжал в руках телефон. так страшно позвонить. так страшно сказать. так страшно. все трясется. он болен. болен им и уже не помнит как жил до него. за стеклом его окна еще светит солнце. в его городе темнеет поздно, а лето еще не скрылось за горизонтом. все же, парень зашторивает комнату, оставляя себя в темноте. только из его смартфона проливаются искусственные лучи света. "прости меня, что-ли" послышались гудки. эдгар раздраженно выдохнул и положив вэйп на подоконник взял телефон в руки. "фэнг (придурок, не брать)." бледный палец проскользил по экрану, принимая звонок. — и где ты был, подонок? — болел. услышав такой знакомый, уже любимый голос, фэнг тепло улыбнулся. с его плеч свалилось так много тягот этой жизни, этого невыносимого времени, вечной нехватки всего. эдгар - глоток свежего воздуха. пускай он холоден как самая жестокая зима, фэнг продолжает впускать потоки ветра в свою глотку, охлаждая все свои органы изнутри. он наслаждается этим. — ну, я и сейчас болею, ахпх. — ну ты и еблан. заболел в середине осени? талантище. — все для тебя, любимый. — я тебе не любимый. не зови меня так. никогда. не любимый? а какой же еще? фэнг боязливо поправил волосы. как так, "не любимый".. еще как любимый. это вам не сопливый слоубёрн. фэнга разъедает изнутри, поймите. его любовь заставляет умереть. как уксус. холод бродит по жилам, разъедая все, что может и не может. слишком уж долго играет эта песня. выключай. — знаешь, а почему это не любимый? еще как любимый. — хуйню не городь. озеро... топиться. постепенно. так быстро. до глухой марионетки наконец добрались чужие руки. неожиданно тронули за плечи, развернув к себе. это могло быть самое лучшее лето, а оказалось самой ужасной осенью. самой быстрой. той, за котороую хочется извиниться. кому? мне конечно. — я и не горожу. хочу приехать к тебе. — ага, собираешься добраться из своего залупинска ко мне? — самара не так далеко от москвы. прорвусь. — попробуй, голубчик. фэнг улыбнулся. звонок уже сброшен. и эдгар тоже был бы не против сброситься с окна прямо сейчас.