Неделя в коворкинге "Селестия"

@канал А мы напоминаем, что в рамках пропаганды ЗОЖ, коворкинг «Селестия» рекомендует вам воздержаться от курения сигарет на нашей территории. Огромная просьба использовать аналоговые устройства, либо выходить за ворота офисного комплекса. А лучше — бросайте курить, ведь у нас для вас, помимо работы, много интересных активностей! И поздравляем победителя забега — @Xiao_Alatus! Xiao_Alatus Ебаныйврот давайте без поздравлений… (большое количество реакций :congratulation: и одна реакция :не_выражайся: от пользователя Zhongli) Кэйа внимательно глядел, как Чжун Ли хмуро сворачивает шланг кальяна.  — Чего вы такой сердитый? — протянул он. На «Ты» К Чжун Ли почему-то почти никто не обращался. То ли принципиально, то ли ещё что, но у большинства людей просто язык не поворачивался обратиться к финдиру фамильярно. Больно уж у него всегда был беспричинно серьёзный вид. Он даже одевался строго, вплоть до галстука, в отличие от того же Кэйи, который позволял себе расстегнуть пару лишних пуговиц рубашки или вместо пиджака нацепить кожанку.  — Запрет случился несвоевременно. Я только начал прикасаться к культуре курения кальяна на практике. — спокойным, но слегка раздражённым тоном начал Чжун Ли, — Ты знал, что сама идея того, что в кальянных подают пиво — неправильна, ибо кальян следует раскуривать вместе с распитием чая с фруктами или сладостями. Алкоголь употреблять не рекомендуется, однако я всё же как-нибудь попробую совместить с хорошим белым вином. Чай, кстати, лучше зелёный, по моему мнению, а вот вкус кальяна особенно не влияет на восприятие. Но мне по душе сочетание крепкого табака и чего-либо цветочного одновременно… Ах да, ты не знаешь, чей это кальян?  — Местный, просто спрячьте его в коробку и оставьте в шкафу.  — Хорошо, если, конечно, нас за это не оштрафуют. Я не одобряю непредусмотренные траты. — финдир нахмурился, а Кэйа дёрнул плечами и поспешил смыться. Плохое настроение Чжун Ли — не то, что хочется испытать на себе. Он вышел во двор и привычно сунул руку в карман. Вместо сигарет там нащупался плоский пластик футляра айкоса. Кэйа приобрёл его вчера, но уже был им недоволен. Система подогрева табака долго кочегарилась, пахла не очень и оставляла опасения, что эта хреновина взорвётся прямо у него в кармане к чёртовой матери.  — Ты воняешь грязными носками, — сказала Розария. Сама она крутила в пальцах тонкий стик с лесными ягодами на четыреста затяжек.  — Скорее дерьмом, — раздалось за спиной Розарии, и, отодвинув девушку, Кэйа увидел одетого в спортивное Дилюка, который поставил согнутую в колене ногу на их курительную скамеечку.  — Пока ты не пришёл, ничем не воняло, — скорчил гримасу Кэйа. Взглядом же прикипел к тому, как Дилюк обматывает лодыжки слишком длинными шнурками кроссовок. Было в этом обыденном действии что-то залипательное.  — Фу, Дилюк, это гадко! Это больше похоже на... горелые доски? Ты уверен, что это безопасно, Кэйа? — Джинн подошла бесшумно, как кошка. На ней тоже была её вчерашняя форма, которая очень ей шла. Она выглядела, словно модель из спортивной рекламы. Кэйа покачал головой.  — Уже не уверен.  — Тогда лучше не кури, — заботливо сказала Джинн. Кэйа цокнул языком.  — Отличный совет. У меня тут три критбага с прода вернулось, а ты мне предлагаешь не курить, — сказал он драматично.  — Это и мои критбаги, я же не курю.  — Это наши общие критбаги, — сказал Дилюк и хлопнул ладонями себя по бёдрам. У Кэйи дернулась свободная рука, как бы повторяя это движение. — Побежали, Джинн, обед не бесконечный. Джинн кивнула и они вдвоём рванули по дорожке меж клёнов. Не медленно, но и не слишком быстро, размеряя движения. Оба явно знали что делали.  — Это наши общие критбаги, — передразнила Розария и сделала руками, как Багз Банни из мема про коммунизм. — Вот ничего не хочу сказать плохого, но он меня иногда так бесит.  — Тебя все бесят — откликнулся Кэйа, — возможно, даже я.  — Ты меня больше всех бесишь, засранец!  — И я тебя люблю. Нет, ладно, ты права, эта штука реально воняет, стоит купить что-нибудь другое!

***

Кэйа сделал серьезное лицо и поправил наушники, в которых Дилюк, расшарив экран, распинался про свои таски на следующий спринт. За стеклянной дверью их кабинета Рэйзор потоптался, почесал в затылке и показал пальцем на коробку и пакет, которые держал в руках. Кэйа оживился и почти уже встал, но Джинн обернулась и посмотрела на него так строго, что ему на мгновение стало совестно, и он плюхнулся обратно в кресло. Дилюк ничего не заметил, его больше волновала задача с кредитками для банка Снежной. Рэйзор закатил глаза, уселся на подоконник и стал уныло ждать. Вообще, у курьерской службы каждая минута на счету, но не может же он просто оставить посылки за дверью. Показалась Лиза и спросила у него что-то. Рэйзор ей ответил, она засмеялась, забрала у него и пакет, и коробку. Он пожал плечами и удалился. Кэйа уже знал, что там — его новый планшет для работы и всякая ерунда, которую он заказал сразу же после обеда вместо сданного айкоса. Лиза, конечно, уже сунула в пакет свой любопытный нос. Увиденное её, разумеется, заинтересовало — Лиза, казалось, не принимала участия в офисных сплетнях, но всегда и обо всём была в курсе, стоило только задать верный вопрос. «Жду на кухне» — проартикулировала она беззвучно. До конца созвона Кэйа досидел, а потом сразу пошел проверять — что из его посылок Лиза уже успела открыть. Оказалось, что обе. И рабочий планшет она даже успела занести в реестр учета.  — Эта штуковина, конечно, не входит в наш парк устройств, я верно понимаю? — произнесла она, подкинув на ладони восьмидесятый Кнайт в синем корпусе.  — Ты хоть верно все собрала?  — Он был собран, дорогуша, я ничего не трогала, только полюбопытствовала. Кэйа сверился с инструкцией, проверил картридж и заправил хитро встроенный в устройство бак глицериновой жидкостью.  — Пойдем, проветримся. Проверю, как работает. В коридоре они столкнулись с Джинн. Она шла с кружкой в руках. Специальную, мемную, ей ещё вручить не успели, и кружка была простая, белая, с принтом из божьих коровок и одуванчиков.  — Кэйа, это, кажется, ещё более вредно! — сказала она, заметив его приобретение. — А твоё отслоение сетчатки вообще все усугубляет.  — Ещё и с осложнениями, зато я сойду за пирата на любой хэллоуинской вечеринке, — Кэйа касается повязки и пожимает плечами, — Знаю, Джинн, знаю, считай это ОКР на фоне нервов.  — Бегай с нами, — предложила подруга, — Каждый день, на обеде, здорово помогает избавляться от стресса. Кэйа скривился, представив лицо Рагнвиндра, с которым он бы бегал каждый день. Зато он бы наконец посмотрел на то, как Дилюк разминается. Звучит привлекательно, но с их отношениями… Они поругаются сразу же. Они иногда даже не могут провести созвон, не огрызаясь друг на друга.  — Мы сначала поглядим, хорошо, милая? — из-за Кэйи вдруг выглянула группа поддержки в лице Лизы, прямо-таки лучащейся доброжелательностью.  — К-конечно, — Джинн неожиданно порозовела щеками и поправила прическу. Движение это было лишним, её волосы были в идеальном порядке. — Ну я пойду.  — Удачи тебе! — сладко проговорила Лиза, внимательно глядя, как Джинн поворачивает в сторону столовой.  — Как неэлегантно, не ожидал от тебя, — ухмыльнулся Кэйа.  — Дорогой, с такой как она, если действовать элегантно, то можно до следующей зимы танцевать. Оно мне надо? Элегантно и аккуратно — это тебе нужно. Вашими с Дилюком гейскими вайбами на весь коридор фонит, а вы всё никак не сойдётесь.  — Только тебе и фонит. Мы с ним слишком качественно поссорились.  — Сто лет назад! Всё уже быльём поросло! Ничего не мешает тебе начать хотя бы с небольшого наблюдения. Мол, покурить вышел. А сам пообщайся с ним лишний раз на его пробежке. Да и за погляд денег не берут, — она облизнулась, и Кэйа посмотрел на нее с негодованием, хоть и деланым по большей части.  — Ты просто пользуешься мной, чтоб не сидеть на скамейке одной в ожидании Джинн? — внезапно догадался он.  — А ты умнее, чем выглядишь! — восхитилась Лиза. — Так что? Походим недельку, посмотрим? Что тебе стоит. Если и не выгорит, то, может, хоть проникнешься здоровым духом и вправду курить бросишь.  — Звучит сомнительно, но почему бы и нет, — Кэйа посмотрел на своего офис-менеджера, лучащуюся непривычным для нее энтузиазмом, — Коварная ты женщина, Лиза!  — Знаю, дорогой, знаю! — она улыбнулась, нежно и приторно, до сведенных скул.

***

Сяо сердито трясёт своим призовым шейкером на кухне. Грохот стоит такой, что он распугал всех стажёров и робких девочек из соседнего офиса журналистов. Дилюк не страшится таких демонстративных вспышек негодования, а поэтому остаётся за заменяющей стол на кухне барной стойкой. В тарелке у него что-то не очень вкусное и очень сбалансированное по БЖУ. Кэйа смотрит на него украдкой, в отражении в автомате со снеками под предлогом выбора закуски. Там же, в автомате, отражается и разгневанный Сяо, который любые рабочие косяки воспринимает как личное оскорбление.  — Вот скажи мне, почему его нет в понедельник на рабочем месте? Тут сроки горят к ебеням, нужны подписи на договоры по закупкам, где он? Стоящий напротив, через стол, Чжун Ли, кажется, даже не моргает, он слишком занят — отмеряет по граммам какой-то свой очередной мудрёный чай, собирательством вкусов которых он занимался уже долгие годы. Причем, собирал он многочисленные банки, коробки и мешочки не у себя дома, а прямо в одном из офисных шкафчиков — том, что слева, со стеклянной дверцей, и охранял их по-драконьи ревностно. Любое покушение на драгоценные сборы без его ведома каралось выговором, во время которого виновнику становилось невероятно скучно, но, почему-то всё равно стыдно. Лезть в ящик разрешалось только Сяо, как его двоюродному племяннику, Венти, на правах давнего друга и Лизе, которая иногда делала выборку для этого их клуба любителей чая.  — Ты спрашиваешь только для того, чтоб убедиться в том, что Венти — безответственный руководитель, не так ли? — наконец говорит Чжун Ли, когда заварочный чайник, по его мнению, заполнен листьями достаточно.  — Нет, я это и так знаю, мне просто хочется выговориться! — Сяо взмахивает шейкером все более яростно. Кэйа следит взглядом и гадает, отлетит неплотно завинченная крышечка или нет.  — Тогда ты достиг своей цели, полагаю.  — Господи, блять, иногда я тебя так ненавижу!  — Я не обижен на твои резкие слова, Сяо. Ты расстроен и взвинчен, понимаю. Впрочем, тебе это на пользу. Но я бы попросил тебя использовать чуть меньше обсценной лексики и чуть больше соблюдать хотя бы видимость субординации. Сяо взмахивает рукой чуть сильней, и крышка с шейкера таки слетает, а содержимое расплёскивается прямо на Дилюка, который ошеломлённо и печально смотрит на свою футболку с разводами соевого молока.  — Понедельник — день тяжёлый, — глубокомысленно изрекает Чжун Ли и заливает чайные листья горячей водой. От его спокойного тона Дилюк, готовый взорваться, только выдыхает, а Сяо выдает тихое:  — Извини. Он суетится, зашвыривает лужу бумажными полотенцами и убегает за уборщицей. Кэйа непринуждённо подбирает укатившуюся к его ногам крышечку шейкера.  — Одолжить тебе рубашку? — спрашивает он Дилюка, стараясь выглядеть максимально незаинтересованным. Дилюк, уже полыхающий возмущением, коротко цыкает. Потом вспоминает, что с собой у него лишь пропотевшая после пробежки толстовка, а вот Кэйа держит в офисе пару рубах на всякий случай. И вот он — этот случай. Переодевается Дилюк в офисном туалете, и Кэйа зачем-то ждёт его за дверью. Когда Дилюк — взъерошенный и всё еще негодующий — вываливается в коридор, Кэйа отмечает, что рубашка ему длинновата, хоть и чуть мала в плечах. Смотреть на Дилюка в его одежде приятно. Можно представить, будто это не дурацкая ситуация, как из бульварного романа, а нечто большее.  — Спасибо, — бурчит Дилюк нехотя, и Кэйа готов отдать ему все свои рубашки. В его рубашке Дилюк ходит весь остаток дня, и об этом никто не подозревает, но Кэйа-то в курсе. И в абсолютном восторге от этого незначительного факта. Рубашка ладно облегает спину, слегка приталена и стянута на груди, отчего Дилюку приходится расстегнуть верхнюю пуговицу. Ключицы и шея у него светлые, просто кипенно-белые, и это очень изящно. Да и вообще весь Дилюк сразу приобрёл какой-то аристократично-залихватский видок. Всё рыцарство, которое Кэйа старательно в себе собирал и взращивал, для полноты своего образа, чтоб казаться эдаким отчаянным парнем, вздрагивает и тянется. Тянется к Дилюку, посадить его в седло байка и везти куда-то, еще дальше, чем эти все будни, с этим коворкингом и промзоной, за город, за озеро. За озером, Кэйа помнит, стоит ипподром, где изредка устраивали скачки со ставками, но чаще экскурсии с конной прогулкой для малолеток. Он бывал на такой. Они оба бывали.  — Чего задумался? — звучит откуда-то снизу. Кэйа вздрагивает, опускает взгляд и видит босса. В руках у него ворох накладных, значит, Сяо его всё же поймал по дороге и всучил свои драгоценные бумажки с закупками.  — На фоне зожной суеты вспомнил, что за городом конно-спортивный комплекс стоит. — говорит он честно, застигнутый вопросом врасплох.  — А, по объездной? — Венти покачнулся с пятки на носок, поймал ртом свою выкрашенную в бирюзовый косицу, пожевал, — Да, лошади клёвые. Как думаешь, забавное место?  — Довольно странное, как по мне.  — А беседки там есть? Мангалы? Выход к озеру для купания?  — Ну, там турбаза вроде рядом… — Кэйа осекается, понимая, что спрашивает Венти неспроста. Он выглядит как надоедливый наивный пиздюк, и в голове у него действительно ветер и чёрт знает что ещё, но Венти вообще ничего не делает просто так.  — Значит, годится! — Венти кивает и удаляется чуть ли не вприпрыжку, с абсолютно несолидной для начальника скоростью. Кажется, неиллюзорно намечается корпоратив, и Кэйа только что обрек всех своих коллег на купание, и спасибо, если не с конями.