born this way

      Последнее, что Мэтт ему сказал в тот вечер: - Ты можешь нормально перенести тот факт, что я снимаюсь обнажённым, чтобы потом продавать эти снимки. Настоящее испытание будет, когда я скажу, что мне предложили съёмку.       И Кори не мог выкинуть это из головы. Конечно, Мэтт именно такого эффекта и добивался. Конечно. И это сработало даже лучше, чем тот предполагал: он начал сомневаться в себе уже в тот день, когда Мэтт скинул ему время и адрес студии. Это произошло через пять дней после свидания.       Неужели он правда собрался смотреть, как человек, который ему нравится, будет сниматься обнажённым для других людей?       А почему бы и да? Ведь всё добровольно и легально.       Имеет на это право. Поэтому он согласился, не раздумывая дольше двух минут. А те две минуты он не столько думал, сколько вспоминал, где скетчбук и карандаши - даже забыл, куда положил их, ведь все заказы выполнял на планшете. В конце концов, ему не привыкать видеть, как тот, кого он любит, раздевается для кого-то другого. Но дело даже не в этом.       Мэтт заехал за ним ровно в десять. Он ещё ни разу не опоздал - поразительно пугающая пунктуальность. Жутко и одновременно смешно представлять, как он каждый раз рассчитывает время на дорогу. Или ждёт где-то всё это время. Но в целом с Мэттом было комфортно - это ощущение оставалось неизменным.       Всю дорогу они молчали. Нечего было спрашивать, не о чем рассказывать. Кори просто смотрел на Мэтта, пытаясь уловить настроение в его глазах. Как изобразить это прекрасное спокойствие, уют, радость от того, что они вместе. Как передать его спокойствие. Потому что тот был невероятно спокоен, хотя и не любил фотографироваться. В конце концов, для Мэтта это рутина, часть работы, он делает это далеко не в первый раз.       А вот Кори нервничал за двоих. Он никогда не был в фотостудиях, никогда не присутствовал на съёмках.       Мэтт шёл немного впереди, уверенно открыл перед ним дверь, пропустил внутрь. Когда дверь закрылась, к ним вышла высокая рыжая девушка и улыбнулась. - Приветик, дорогие. Иди, переодевайся, вернее, раздевайся, Ганнер. А ты, - когда Мэтт ушёл, она посмотрела прямо ему в глаза, - проходи, познакомимся пока, поболтаем. Вы встречаетесь? Хотя, меня это не касается. Меня, кстати, Чарли зовут. - Приятно познакомиться, я - Кори. Нет, мы не встречаемся, - справедливости ради, они действительно ни разу не говорили, что у них отношения, - пока что. Наверное. - Вот как. Надеюсь, вы в достаточно хороших отношениях, чтобы ты помог ему расслабиться. Забавно выходит, что он закончил актёрские курсы, снимается в порно, эмоции там показывает. А когда дело до фотографий доходит, он будто, не знаю, цепенеет. Боится, что ли. - Я... Я попробую. - Да ты не переживай. Я, может, преувеличиваю. Просто есть люди, с которыми работать быстрее. Но, знаешь, Ганнер - самый приятный человек, которого я знаю.       Кори понимающе кивнул. Хорошо, не он один это чувствует и замечает, значит, ему не кажется, он не сошёл с ума. - Чарли, ты не против, если я буду рисовать, пока ты его мучаешь? - Нет, конечно, - она улыбнулась, - только учти, что слишком долго я в одной позе его не буду держать. - Без проблем.       На этих словах Мэтт появился перед ними в чёрном кружевном белье, полный комплект: бюстгальтер, стринги, пояс и чулки. И туфли на тонких каблуках. - Ну как? - он безо всякого стеснения посмотрел на них, сначала на Кори, потом на Чарли. - Я же говорила, что тебе пойдёт, - мгновенно отозвалась девушка.       А Кори просто смотрел на него. В первую очередь на улыбку. Потом перевёл взгляд на аккуратно уложенные волосы. Потом снова на улыбку. Не мог почему-то заставить себя посмотреть ниже ключиц. - Скажешь что-нибудь? - Мэтт посмотрел ему в глаза. - Скажу, что ты очень красивый. - Спасибо, - он поцеловал Кори в висок и пошёл туда, где уже был выставлен свет и ждала Чарли.       Кори внезапно поймал себя на мысли, что понятия не имеет, как он сейчас будет что-то рисовать, когда даже не может рассмотреть Мэтта полностью? Не, конечно, минуты через две, когда успокоился, он решил посмотреть на партаки, которые уже видел. И только потом, медленно-медленно, начал рассматривать то, чего ещё не видел.       Взгляд сразу упал на два шрама на груди. Один вертикальный, другой горизонтальный, на обе раны, это хорошо заметно, в своё время были наложены швы.       Затем на растяжки. Если бы не они, Кори никогда и ни за что бы не поверил, что у Мэтта был лишний вес. Растяжки, ещё более бледные, чем основной тон кожи, полосы. Если о них не знать, то можно не заметить. Но он может понять, что для Мэтта это далеко не так. Скорее, на всём своём великолепном теле он видит только их.       На бедро, на то место, где когда-то был синяк. Он прошёл, а если бы и нет, то под кружевом это едва ли это было бы заметно.       И наконец на родинки - россыпь точек от правой лопатки спускалась на плечо к локтю. Он только сейчас их заметил. Так получилось, что в данный момент нижнее бельё отвлекало сильнее, чем партаки.       Кори сел на пол недалеко от тех точек, по которым перемещалась Чарли, чтобы не мешать. Ему бы удалось сделать больше, чем несколько набросков без детальной прорисовки, если бы Чарли постоянно не спрашивала о том, нравится ли ему то, что он видит. И если бы Мэтт не смотрел на него так, будто не знал, какого ответа ждать.       Он был особенно красив. И Кори даже начал думать о том, о чём раньше никогда не думал. Например, это его первый раз, когда перед ним мужчина в белье, которое обычно носят девушки, и это кажется ему очень красивым. Например, это его первый раз, когда он понятия не имеет, как смотреть на модель, ведь, по сути, Мэтт - натурщик. Например, в первый раз хотелось прикоснуться к нему, чего в отношении модели у него никогда не возникало. - Кори? Поможешь нам? - над ним раздался голос Чарли. - Да, конечно. Передвинуть свет? - Не, с этим бы я сама справилась. Можешь положить руку Мэтту на шею, типа собираешься его придушить? Если что, твоего лица в кадре не будет. - Мне встать на колени или снять туфли? - спросил Мэтт, потому что он и без того был выше Кори. - Снимай. А то ты устал, наверное. - Слава, блять, богу, - прошептал он, наклонившись и аккуратно расстёгивая ремешок.       Чарли рассмеялась. - Встань позади него, положи руку ему на шею, но не сжимай.       Он может представить, почему - кожа очень белая, на такой, наверное, вообще всё видно, даже если просто пальцем провести. И это очень неудобно.       Сделав, как было велено, Кори неуверенно посмотрел на Чарли, та показала большой палец. Он слышал щелчки затвора, видел вспышки. - Ребят, а можно я вас вместе сфотографирую? - Тогда одному из нас надо будет либо одеться, либо раздеться. А то как-то, - Мэтт неуверенно оглянулся, - странно выглядит. - В этом и смысл, - отозвалась Чарли. - Ты не возражаешь? - тихо спросил он, обращаясь к Кори, - можешь отказаться, она не обидится. И я тоже. - Не, всё в порядке.       Тогда Мэтт взял его за руку и шагнул ближе. И в момент, когда снова щёлкнул затвор и мигнула вспышка, Мэтт поцеловал его в щёку. Кори же запомнил свою растерянную улыбку. После первого кадра он не смог удержаться от того, чтобы поцеловать Мэтта в губы. И тогда ему уже стало всё равно, что их фотографировали.       Конечно, он слышал, как Чарли просила их не останавливаться, потому что получаются очень живые и красивые кадры. Мэтт же в это время расстёгивал бюстгальтер. И всё ради того, чтобы демонстративно бросить его в сторону камеры.       И Кори бы вряд ли смог устоять, если бы был аллосексуалом. Но Чарли, видимо вообще была сверхчеловеком, она крикнула: - Что-то плоховато вышло. Сними ещё что-нибудь!