straight kiss

      Минхо было до умопомрачения скучно одному в ласковый майский вечер. После работы он привычно застал в квартире лишь трёх своих любезных сердцу котов, нежно разговаривающих между собой и приветствующих своего родителя, чувственно оглаживая ноги изящными хвостами-кисточками. В магазинчике возле дома он купил пушистикам любимый корм и пару бутылок красного вина себе, без определённого дальнейшего плана в голове.       Разглядывая бутылки из тёмного стекла с лаконичной этикеткой, сидя за дубовым обеденным столом, Минхо подсознательно понимал, что нуждается в компании. Друзей звать нет желания — они все шумные и потащат его продолжать веселье за пределами дома. Ослабнуть в кресле, стать его частью, беседовать о наболевшем, о приятных пустяках и влюбиться в чужие манящие рассуждения — всё, что ему нужно. Хотелось скорее шептать свои мысли, чем слышать гул музыки и людей в тесном помещении, задыхаясь от ненависти к моменту.       Не желая больше предаваться нудной печали и вязким липким мыслям, Ли, не задумываясь, запустил загрузку на телефоне; узорная приторная иконка-сердце засияла на экране. На секунду захотелось сразу же удалить её, лишь бы на глаза не попадалась, но, кинув усталый взгляд на выжидающие ёмкости, запускает конфетную загрузку.       Не заморачиваясь над своим профилем, сделав фотографию с подружкой-бутылкой, оставил в описании незамысловатое «пишите, если хотите наведаться ко мне и моим котам». Поставил галочку, что хочет познакомиться с парнем. Минхо казалось это абсурдом. Надежд на стоящего собеседника не было, но он ждал.       На его анкету начали реагировать с неожиданной скоростью, введя парня в минутный ступор. Окидывая взглядом фотографии различных парней, возрастом старше него, с оголённым торсом и похабными сообщениями, Минхо хотелось помыть свои глаза и пальцы от топкой грязи чужих слов — такие ему были неинтересны.       Разочаровавшись в своём решении, Ли хотел уже навсегда удалить анкету и захоронить воспоминания об этом позорном опыте, как ему высветилась фотография, отличная от других: юноша-подснежник в небесном берете, очаровательной детской улыбкой и цветочными картинами на заднем плане. Хёнджин, 21 год, начинающий художник, флорист. Сердце на экране забилось алыми всплесками, оповещая о взаимной симпатии.       Хёнджин Приветик! У тебя и вправду есть котики?       Сердце рьяно встрепенулось, не обнаружив очередное сообщение-болото. Мармеладный запах веял от сообщения, сахар топил его душу в своих крупицах. Стиль сообщений полностью совпадал с его внешним видом. Минхо возжелал прикоснуться к мальчику с губами-карамельками. Фотография котов незамедлительно появляется в диалоге.       Хёнджин Какие милые! Прям как их папочка

      У Минхо терпения не хватает.

      Минхо      

Приезжай, познакомлю вас

      Получив скромное согласие юноши на предложение о личной встречи и адрес, он незамедлительно вызывает тому такси и просит написать, если во время поездки что-то случится. Он переживает. Чтобы не подвергнуть лишней опасности, вышел на улицу, ожидая его появления. Мальчишка жил недалеко и через десять волнительных минут уже стоял, сгорая в сетях-объятьях. Минхо надышаться не мог его весенним запахом свободы и симфонией цветочного аромата. — Давай поднимемся в квартиру, ты мёрзнешь, — нехотя нарушив окутавшую их тишину, ветром выдохнул Ли.       Впустив облачного мальчика к себе в квартиру, Минхо заметил, что из-за переживаний абсолютно забыл прибраться: кеды как попало валялись в прихожей, рабочая одежда покоилась на стуле и возле него, а о вещах, разбросанных котами в течении дня, лучше вообще промолчать. — Извини, тут немного грязно, я не успел прибраться после работы, — немного смущённо произнёс, зарываясь ладонью в волосы. — Не переживай, я приветствую творческий беспорядок, — улыбка-солнце подмигнула в ответ.       Минхо помог снять парню пальто, после чего проводил его на кухню, где усадил за стол и поставил перед ним стеклянный бокал. Достав из холодильника охлаждённое вино, он разлил его по чашам, садясь напротив спутника вечера. — Ты обещал познакомить меня со своими котами, помнишь? — Хёнджин выглядел взбудораженным. — А, да, пошли, — одурманенный присутствием внеземного парня, Минхо и забыл о своём обещании.       Пройдя вглубь квартиры, парни застали пушистых, спящими на своих бархатных лежанках. Один из котиков обнимал лапами любимую игрушку, а два других уместились на одной кроватке, прижимаясь друг к другу из-за нехватки места. — Это Суни, Дуни и Дори, — поочерёдно указывая на котов, проговорил неспеша Минхо. — Можно? — вежливо и осторожно спрашивает, подразумевая, можно ли ему прикоснуться к малышам. — Да, конечно, они мирные, — ладонь на спину кладёт и подводит поближе к животным. Хёнджин прямо как маленький ребёнок увлечённо с котами игрался, гладил их шёрстку, животик. Минхо показалось, что у Хвана и самого кошачьи повадки. Милашка.       Вдоволь наигравшись со зверюшками, они решили переместиться на огромный серый диван в гостиной и продолжить распивать пряный Мерло. Минхо включил на фон непринуждённую дораму, чтобы в квартире не было неловкой тишины. Старшему очень нравилась компания Хёнджина — он был такой милый, разговорчивый, местами стеснительный и до невозможности сахарный. Минхо казалось, что если облизнуть его губы, то он определённо уловит на языке леденцовый вкус.       Первая бутылка уже стояла где-то в ногах опустошённая, вторая покоилась полупустая на столешнице. Лицо Хёнджина приобрело нежную румяность, об которую так хотелось обжечься поцелуями. Под градусом он становился всё более очаровательным, расцветая на глазах, как самый душистый цветок. Замутнённые звёздные глаза, казалось, смотрели сквозь него на горькую душонку-уголёк старшего, видя в ней что-то особенное, притягательное для художника.       Минхо сложно понять Хёнджина — он на цветах помешан и обожает творчество Пьеро Мандзони, обещал нарисовать для Ли обнажённую картину себя и письмо на пергаменте написать. Сложно не обожать этого мальчишку.       Вино закончилось, младший пьяно мурлычет, елозя головой по коленкам старшего, пока тот перебирает его длинные волосы пальцами. Сев напротив, полузакрытыми глазками на него смотрит, безмолвно разрешая делать всё, что тот хочет. Минхо на пробу большим пальцем по приоткрытым губам-бантикам проводит. Не увидев возмущения, жаркими губами накрывает, утаскивая в свой мир, — тёмный и чувственный. Хёнджин грубо просит вылизать его, глубже языком проникая. Повалив того на спину, Минхо просьбу выполняет, практически не давая возможности вздохнуть, от чего чувствует возбуждение младшего, упирающееся ему в бедро.       Кофта Минхо и рубашка Хвана незамедлительно оказались на полу. Молочная кожа покрывалась дрожью от развязных мажущих поцелуев, розами расцветающими под кожей, проявляясь огненными бутонами на поверхности. Блаженный стон вырвался от укуса под ребром, заставляя сжать волосы на затылке старшего, оттянув их. Ему хочется почувствовать Минхо каждым сантиметром своего тела.       Стянув джинсы и бельё с Хвана, Ли берёт твёрдый член у основания, языком ведёт по всей длине, старательно останавливаясь на чувствительной головке. Медленно принимает её в себя, упирая в щёку, выбивая из растерянного младшего несдержанные вздохи. Недолго побаловав его, Минхо достал орган изо рта, прося подождать, пока он сходит за смазкой в ванную.       Выдавив на пальцы холодный гель, растирает его меж ними, согревая, после входя двумя в поддающееся тело. Хёнджин уже был растянут. Минхо несильно этому удивился, но продолжил движения ещё некоторое время, добавив третий. Сняв с себя остатки одежды, старший разнёс смазку по основанию и хотел уже приступать, как услышал неловкое: — Хён, можно я буду сверху, пожалуйста? — румянец на щеках стал отчётливее. Этот скромный малыш хочет оседлать его.       Не найдя в себе силы ответить, старший лишь кивнул, меняясь с ним местами, наблюдая, как довольный Хван размещается у него на бёдрах, игриво царапаясь. Хёнджин умело был и невинным, и развратным. Минхо не мог устоять ни перед одной из его сторон.       Хван огладил рукой орган старшего, смотря на него, как на сладкую конфету. Длинный язык высунулся наружу, истекая вязкой слюной. Он облизывал его грубо, рвано, задыхаясь в собственных стонах, не прерывая зрительного контакта. Оторвавшись на мгновение, Хёнджин взял в руку свой член, прислоняя его к чужому, заставляя старшего промычать от удовольствия.       Опираясь одной рукой в грудь Минхо, второй он взял член у основания, неспеша принимая его в себя, томно выдыхая. Привыкнув к размеру, он медленно задвигался, сжимая от удовольствия плечо Ли, который держал его за бёдра, помогая подобрать темп. Стоны Хёнджина ещё больше опьяняли, а вид того, как он скачет на нём, хотелось навсегда сохранить в своей памяти. Хёнджину нравится быстро и грубо. — Детка, сильнее, — образ цветочного мальчика в конец исчез.       Минхо не смел ослушаться. Головка попадала каждый раз точно по простате, сводя с ума от количества эмоций, бушующих ураганом в нём. Ли готов был кончить в любой момент только от одного взгляда на подтянутое тело, по которому стекали капли пота, голос парня постепенно срывался, ногти безжалостно царапали смуглую грудь, оставляя после себя рисунки из багровых полос. — Кончи в меня, — это был приказ.       Почувствовав, что уже на пределе, Минхо взял в руку член парня, проводя по нему в ритме с движениями. Хёнджин излился себе на живот и в руку парня, издав протяжный стон. Несколько толчков спустя, старший кончил внутрь Хвана, с силой сжав его бёдра, заставляя прогнуться в спине.       Хёнджин учащённо дышал, длинные волосы взмокли, а тело обмякло, из него вытекала горячая сперма. Минхо потянул его за талию на себя, укладывая уставшего парня рядом, нежно сжимая в объятиях и целуя в макушку.