Глава 16.
21 мая 2018 г., 20:11
Все обернулось катастрофой. Бойня на торжественном приеме списали на теракт, мало кто мог вспомнить черты лица террористов. Но многие запомнили, что мир находится под угрозой. В городе повисло напряжение. Власти не вводили военное положение, но многие понимали, что стоит произойти еще парочке инцидентов и войска будут подняты.
Мэр сам провозгласил, что видел ведьм, призывавших демонов и самих демонов. Сначала это списали на нервное и психическое потрясение. Но после еще несколько политиков заявили то же самое. Потом парочка выживших звезд, и покатилась волна.
После массового траура по погибшим люди потоком хлынули в «Рассвет человечества», пополняя ряды слепых фанатиков, свято верующих во спасение от грядущего апокалипсиса.
— … В ближайшие дни певица планирует провести благотворительный концерт в память жертв недавнего теракта, а также… — диктор исчез с экрана, оставив бледное отражение Кэт, которая не могла больше выносить бредни насчет новой религии и ее массовости.
— Одних мучителей сменили на других, — девушка решила подняться в библиотеку, где Алан, Шер-Синг и Вергилий занимались изучением документов, полученных от Сноу. Верг первым же делом взломал планшет. Ничего особо нового он не узнал. Новый рецепт «Вирилити», результаты его первоначального тестирования на треклятом балу. Похоже, что напиток планировали проверить на усваиваемость. Тех, кто не поддался его воздействию, должны были уничтожить демоны, а происходящее свалить на террористов. Здесь же для Мурмура все обернулось удачнее. Скорее всего лорд знал, что они посетят прием и так знатно вляпаются. Слишком предсказуемыми были люди. А то, что каббалистки привели нефилимов, стало для лорда подарком судьбы.
— Теперь надо не допустить, чтобы вновь началась травля на Данте и на вас, — услышала Кэт в приоткрытую дверь. Алан и Севастьяна пару дней не выходили из комнат, пытаясь успокоиться и прийти в себя. Заклинательница схлопотала сотрясение мозга, пару трещин в ребрах и твердую уверенность, что нельзя никогда недооценивать противника. Несмотря на все, она упорно делала вид, что все в порядке, держась на заклятьях и обезболивающих. Срастание костей дело долгое даже для каббалистов. Шер-Синг настоятельно рекомендовала постельный режим. Хотя заставить заклинательницу лежать в кровати, пока на ее плечах висело столько дел - надо было постараться.
Войдя, она увидела странную сцену. Парень попытался взять ведьму за руку, невинный ободряющий жест, но та быстро убрала руку, не поднимая глаз. Это сильно задело Вергилия. Нефилим не сразу обернулся на скрип, кивнув нерешительно топтавшейся Кэт.
— Ты вовремя, — медиум кивнула, подходя к столу, заваленному документами.
Алан работала не поднимая головы, сортируя информацию и выписывая важные моменты. Артефакты валялись рядом. Их свойства пока оставались загадкой как для каббалисток, так и для нефилима. Кэт заметила неестественную бледность, синяки под глазами и трясущиеся руки ведьмы, когда она брала в руки очередной листок. Не имея понятия, что творилось в голове у девушки, медиум понимала, что мало хорошего.
Но что хуже всего, так то, что произошедшее сказалось на этой парочке. Алан резко отдалилась от младшего нефилима, закрывшись глухой стеной безразличия. И это сильно ударяло и задевало обоих. Мало ли, что считал, что говорил Вергилий, она хорошо его знала. И видела, как это сильно сказалось на его чувствах. Но оба брата птицы гордые, пока не пнешь, не полетят. И тут так же. Вместо того, что бы поговорить, он тоже закрылся.
— Поможешь нам разгрести бумажки. Все что с неизвестными символами сразу к Шер-Синг или Алан.
***
Прошло всего пара часов. Кэт считала, что викканские заклинания это сложно, но ничто не шло в сравнении с демоническим языком, который каббалисты использовали для написания своих заклятий. Медиум устало потерла глаза, заметив сочувствующий взгляд Шер-Синг. — Птенчик, иди отдохни, мы сами все закончим, — старшая кивнула на Алан, которая широко зевнула, прикрываясь ладонью. Вергилий удалился, получив несколько сообщений от выживших деловых партнеров. Нефилим ругался громко и знатно, припоминая новую секту. Видать, те стремились просветить участника своего круга, который остался не у дел. И судя по количеству сообщений и звонков, то просто телефонным разговором парень не отделается. С его уходом работать стало немного легче, исключая бешеный темп перечитки записей. Алан не сжималась под его вопросительным и цепким взглядом, ее руки почти перестали трястись. — Вы уверены, что справитесь без меня тут? — получив утвердительный кивок, когда день уже клонился к закату, а нефилимов пока не было слышно, Кэт решила озаботиться вопросом не обеда, так ужина. Покинув удручающую атмосферу библиотеки, девушка столкнулась с Вергилием. «Вот легок на помине.» — Все закончили? — его вопрос не застал врасплох. — Нет, но Шер-Синг и Алан вымотаны до предела, — она нахмурилась. Не расставаясь со своей катаной, «Ямато», блондин поднялся наверх. — Не стоит их сейчас беспокоить. Они скоро закончат с сортировкой. А всем остальным, наверное, займутся завтра. — Хорошо, — они вместе прошли на кухню. Оставшись в рубашке и брюках, которые нефилим надевал на встречу, он принялся помогать Кэт. — Как все прошло? — девушка начала шинковать овощи для жаркого. — Бизнес в сфере IT технологий и так приносит свои плоды. Но когда почти все твои партнеры стали истово верующими, и через каждое слово упоминают Пророка, дела становится вести тяжелее, — плита щелкнула искрой электророзжига и на конфорку опустилась толстостенная сковорода. — Пока общественность ищет виновных, которых выжившие не смогли точно описать, нужно начинать действовать. Скоро начнется охота на ведьм. Со всей этой пропагандой общество вновь вернется во времена средневековья и инквизиции. — Я беспокоюсь за девчонок, — девушка ссыпала нарезанные овощи на сковороду, не забывая добавить масла. На другой конфорке уже шкворчало мясо. — Если сейчас люди ополчатся на них и поймают, — Кэт затихла, видя, как нефилим поджал губы. — Этого не случится. Побочный эффект нового «Вирилити» сыграл нам на руку. Люди помнят прошедшее как будто в тумане. — Нет, Верг, это вопрос времени, — с грохотом опустив нож на доску, Кэт перерубила стебель сельдерея напополам. — Я стала редко выходить в Астрал, но вчера решилась. Демоны взбудоражены. Они ждут. Ждут этого пришествия. Полукровка промолчал. Кэт была уверена, что у Вергилий есть несколько планов на многие варианты развития событий, но он пока не спешил ими делиться.***
Напряжение вновь повисло в особняке. Ужин проходил в полнейшей тишине. Даже Данте не подкалывал брата, не пытался флиртовать с Кэт или Севой. Алан почти не притронулась к рагу, гоняя овощи по тарелке вилкой. Ее глаза, раньше казавшиеся Кэт яркими искорками потухли, стали блеклыми и отстраненными. — Алан, голова прошла? — заклинательница встрепенулась. Кусок брокколи, удачно избежавший участи быть насаженным на вилку, плюхнулся рядом с куском мяса. — Знаешь, после экстренного перевода текста с демонического языка, которого бы хватило на целый женский роман, на удивление чувствует себя неплохо, — ведьма вяло махнула рукой. И эти попытки пошутить еще больше удручали медиума. — Не думаю, что в аду демоны развлекаются, читая розовые сопли, — хохотнул старший нефилим, но смешок повис в воздухе, словно воздушный шар, ни к месту. — Нет, они развлекаются совершенно иначе, — подала голос старшая из каббалисток. — И, если желаешь, можешь узнать, как. — О, нет-нет-нет, — демонолог внезапно замахала руками. — Я этого не помню и явно не желаю вспоминать. Слабые смешки и улыбки немного разрядили обстановку. От глаз Кэт не ускользнуло, что заклинательница с грустью посмотрела на Вергилия, который с эпизода в библиотеке был показательно холоден с ней. — И не придется, — громко отметила Шер-Синг. В ответ на недоуменные взгляды, женщина продолжала. — Мы не возьмем тебя в Лондон — это слишком опасно. Отправимся вдвоем. — Так, стоп, — Данте отложил вилку. — Кто сказал, что мы вас отпустим одних? Неизвестно, что там в вашем дурдоме могло произойти за то время, пока вы находитесь здесь, — нефилим обратился к брату, но тот молчал. — Это решение окончательно, — голос заклинательницы прозвучал глухо, и одновременно уверенно. — Не стоит рисковать жизнью Севастьяны. Она все равно ничем не сможет нам помочь на той стороне. — А вот это уже обидно, — пробурчала демонолог с кислой миной на лице. Тут и Кэт отлично понимала их решение. Сева ничего не помнит, ее силы пока не повинуются хозяйке, и демонов призывает через раз. Пока девушка была бомбой замедленного действия. — Данте, присмотри за ней. Когда вернемся и если что случиться с Севастьяной — лично яйца откручу, — словно не замечая слов подруги, Алан заверила нефилима. И медиуму верилось, что угроза серьезнее некуда. — Неа, — хитро прищурился Данте. — Иначе сама Севастьяна не скажет тебе спасибо, — демонолог поперхнулась чаем, которым в этот момент запивала печенюшку. Кэт моргнула пару раз, глядя, как расползаются губы старшего нефилима в улыбке, как обеспокоенная Алан стучит подругу по спине и одновременно показывает парню кулак. Вергилий приподнял бровь, с трудом сдерживая смех. Медиум сама засмеялась легко и непринужденно. — Стоп, — по лицу заклинательницы совершенно нельзя было понять, прибьет ли она Данте на месте, или потом разберется с Севастьяной. — То есть вы уже… — она моргнула пару раз, очень медленно, осознавая происходящее. — Похоже, что она настолько сосредоточена на проблемах с демонами, что может не увидеть того, что твориться у нее под носом, — грустно заметил Вергилий, но Кэт расслышала эту фразу, как и, на долю секунды, мелькнувшую печаль в голубых глазах. — Так, ладно, это не мое дело, — чуть сбавив свой пыл, ведьма все же уселась обратно на свое место, подняв руки в жесте а-ля «сдаюсь». — Все мы взрослые люди с головой на плечах. Спасибо за ужин, но я, пожалуй, пойду. Еще много работы с этими документами.***
Работать было уже невозможно. Мысли в голове напоминали улей разбуженных и злых пчел. Алан в очередной раз покрутила в руках антрацитово-черную сферу, втравленную в серебро, но не смогла найти никаких магических откликов. Только холодный, мертвый камень. «И эта фигня легендарный «Глаз Семирамиды», который без своей силы превратился в пустышку», — подбрасывая сферу в руке, заклинательница пришла к выводу, что сфера была накопителем энергии, прибывавшей тысячелетиями. И пока восстановится ее запас, сменится ни одно поколение людей, а то и цивилизаций. Артефакт, повлиявший на сознание десятков тысяч людей, и два мира теперь лежал на столе, в груде бумаг, не отражая ни единого лучика заходящего солнца, мелькавшего в окнах библиотеки. Словно дешевая безделушка из китайского магазина. — Охохо, — устало подперев щеку рукой, ведьма лениво гоняла сферу по столу, не обращая внимание на мятые листы, сыпавшиеся на ковер. Всего лишь одно неудачное движение и со стола полетела уже флешка. — Вот, черт. Следом за флешкой полетела сфера, от которой отвлеклась колдунья. — Блин, — ругнулась она, собирая с ковра листы. Все же жаргон Данте пробрался и в ее речь. Вернув бумаги на их законное место пребывания, Алан принялась за сферу. Артефакт закатился под книжный шкаф, заглянув под который, она увидела края рисунка под ковром. По кусочкам восстанавливая картину тех событий, она вспомнила о призыве Кровавого Лезвия прямо в особняк. Демон едва не разрушил библиотеку и вышел в окно, разнеся стену с кусками кирпичей. Переведя взгляд на окно, Алан не обнаружила никаких следов разрушений, что неудивительно. За год Вергилий раз десять мог поменять окна. Но оставленный рисунок на паркете наводило определенные подозрения. У нефилима должны были остаться еще и свитки, которые Сева по неосторожности и любопытству украла из тамплиерской библиотеки. Все еще сидя на полу, ведьма закатала край ковра, проходясь пальцами по давным-давно высохшей краске. Всего два рисунка. Один призыв, второй врата. Но вот на вратах… Некоторые из символов были нарисованы заново. Краска была светлее. И линии четче. Отдернув руку, словно руны обжигали, Алан не могла поверить своим глазам. Вергилий изучал их свитки. Успешно или нет, нельзя пока было этого сказать. Возможно, парень успел многое узнать о демонах из ее мира, только пока молчал. Для девушки до сих пор оставались загадкой, как мотивы, так и интересы младшего из нефилимов в этой войне. С Данте все было попроще. Он хоть и являл собой образец местного раздолбая, но стремился защищать человечество. С Вергилием все было не так прозрачно. Но спросить напрямую Алан бы не решилась. Их отношения и так испортились. А катализатор сего коллапса, лорд Мурмур спокойно продолжал приготовления к вторжению. «Так, сейчас надо настроиться на другое»,— шмыгнув носом, заклинательница запнулась о завернутый ковер. Вроде такая невинная вещь, лежит себе и лежит, а может вызвать целую бурю эмоций в определенный момент. Разозлившись на себя, на этот ковер, на Вергилия, на демонов, Алан со злости пнула несчастный кусок. И пинала снова, и снова, не замечая, как слезы градом катятся из глаз. — Так тебе… гребаный Мурмур… идиотский конец света… неужели нам не светит хоть немного счастья? Вообще нихренашеньки? Как только мне стоило хоть капельку почувствовать это, как все рухнуло, — выпустив пар, девушка остановилась, схватившись за угол стола. Размазывая мокрые дорожки по щекам, она, наконец, смогла отдышаться. — Алан… все в порядке? — в дверях библиотеки стояла Севастьяна, явно обеспокоенная таким состоянием подруги. — Я услышала шум и решила… ну, ты поняла, — по лицу заклинательницы явно было понятно, что не в порядке вообще ничего. Заклинательница неожиданно для себя проорала все вслух. — Сева, — всхлипнула она, бросаясь девушке на шею. Та растерянно застыла. Демонолог редко наблюдала такие вспышки у подруги. Из них двоих Алан была спокойнее и сосредоточеннее. Но если уж у нее накопилось, так накопилось. Заглушенные рыдания вылились с новой силой. — Ничего, ничего, — прошептала Севастяна, похлопывая каббалистку по спине. — Пойдем-ка, дорогая. Пока Сева пыталась отвести Алан в ее комнату, в коридоре ей повстречалась Кэт. В ответ на немой вопрос, демонолог только покачала головой. Каббалистка позволила отвести себя к кровати. Конечно же Сева была крайне непредсказуема, поэтому обычных способов утешения не предвиделось. Она шмякнула Алан на кровать и закатала в рулетик из одеяла и расстроенной каббалистки. Девушка и пикнуть не успела, но слегка успокоилась, и теперь недоуменно таращилась на подругу из глубин «рулетика». — Ну, вот, сирену вырубили, можно и в психолога поиграть, — Севастьяна улыбнулась, присев рядом с заклинательницей. «Рулетик» вновь шмыгнул носом и уставился на девушку блестящими глазами. — Давай, рассказывай, со мной этот щенячий взгляд не прокатит. В покое не оставлю, пока не выговоришься. — А что говорить, — пробурчала связанная по рукам и ногам Алан. Она поняла, что теперь так просто не отделается. — Нервный срыв. — Ты кому это заливаешь? Крышу у тебя редко сносит. Однако, это должно быть что-то прям… — многозначительно постучав себя пальцем по губам, Сева прищурилась. — Не думаю, что тебя так потряс прием, точнее, то, что произошло после. — Неа, — буркнула каббалистка, спеленатая одеялом. Даже выбираться из этого теплого кокона не хотелось. — Так, дорогуша, — подруга навалилась на Алан сверху. — Или ты все мне рассказываешь, или я применяю изощренную пытку… 20 лет назад. Лондон. База Тамплиеров. Девчушка-оборвыш с коротким хвостиком неслась по коридору технического помещения под звуки сирены и тяжелый топот людей, догоняющих ее. — Скорее, они хотят отрезать этот участок… Тамплиеры отступают… Твари прорвали периметр!.. Крики раздавались со всех сторон. Девочку толкнули. Она упала, ободрав локти и коленки. — Мама? — голосок потонул в очередном вопле сирены эвакуации. Лампы моргали, мешая полным слез глазам разглядеть окружающих. Ребенок еле успел отползти к цистернам с горючим. Люди живой волной неслись к железным переборкам, топча тех, кто не удержался на ногах. Давка была невыносимой. — Скорее! Ворота опечатают! Шевелитесь! — голос командира кулака, усиленный рупором, любезно предоставленным одним из технокузнецов, разнесся над волнующейся, словно океан в шторм, толпой. Это только усилило панику. Люди напирали на подмостки, на которых стояли наполовину захлопнутые створки, ведущие в нижние уровни основной базы. Солдаты, подняв щиты, с трудом обеспечивали порядок. Но малышка Севастьяна была уверена, стоило показаться хоть одному бесу, как толпа сметет все на своем пути. — Мама… Ты где? — она всхлипнула, безнадежно вглядываясь в беснующуюся толчею. — Малышка, тебя же затопчут, — один из тамплиеров поднял девчушку на руки. — Ирис, возьми девочку, — он передал ревущую и упирающуюся Севу в руки женщины с татуировками на лице. — Нет! Отпустите! Моя мама там! — девчушка умудрилась извернуться и заехать маленьким кулачком по наплечнику рыцаря, сильно ушибив руку. — Тише, мой муж найдет твою маму, — каббалистка осторожно перехватила ручку Севастьяны, подув на ушибленные пальцы. — Он большой, сильный! Как она выглядела? Размазав слезы и сопли по щекам, девочка надула щеки, чтоб бы снова не разреветься. Всхлипнув пару раз, она закусила губу и принялась всматриваться в толпу. — Она высокая… С длинными темными волосами, — слова через всхлипывания было разобрать очень сложно. Во всеобщей панике Ирис разобрала только слова про темные длинные волосы. Но в такой толпе это было невозможно. — Каббалисты-медики уже отступили, остались лишь гражданские. Вы сможете сдержать демонов? — женщина взглянула на своего мужа. В зеленых глазах плескалось беспокойство, страх и явное желание покинуть помещение, столь сильно заполненное людьми. — Конечно, сможем, — Алек прищурил глаза, скрыв ухмылку в рыжей бороде. — По данным разведки прорыв незначительный. — Сам же прекрасно знаешь, что нельзя полагаться на разведку, если дело касается демонов, — прошипела Ирис, на что рыцарю пришлось покачать головой. — Я должен идти, — он поцеловал жену в лоб и скрылся среди остальных тамплиеров.***
Небольшая комнатка освещенная холодным светом длинной лампы на мгновение погрузилась во тьму. Свет мигнул и вновь вернулся, заливая пространство с двуспальной кроватью, столом и небольшой, почти детской, кроваткой. Обстановку дополнял узкий, но высокий книжный шкаф, уставленный оккультной литературой и медицинскими фолиантами. Стойка для доспехов и ремонтный верстак загромождал и без того маленькое жилище. Душевая, вместе с санузлом скромно отгородили небольшой дверцей, насколько позволяло помещение. Рыжеволосая девочка, тихо сопящая на отдельной кровати, перевернулась на другой бок. Перебои энергии ее не волновали. Находясь под охраной защитных заклинаний и одной из послушниц ордена, не о чем было волноваться. Хлопок двери разбудил Алан. Она приподнялась, потирая глаза маленькими кулачками. — Госпожа Ирис, это вы, — послушница подняла голову от книги, которую читала, примостившись на кровати. — Да, Сирин, помоги-ка мне, — мать девочки ввалилась. Именно ввалилась, а не вошла в комнату. На ее руках была незнакомая Алан, чумазая девчушка, которая заснула на плече женщины, пуская сопли на одеяние каббалистки. — Мам, а кто это? — девочка вылезла из-под накидки, которой накрывалась. Она подошла поближе, глядя на Севастьяну. С виду та была немного младше. — Тише, muso (мышонок), — ведунья опустила ребенка на постель, и та тут же свернулась калачиком, подтягивая босые ноги к себе. — Что произошло, senior (старшая)? — подала голос послушница. — Ничего такого, с чем бы не справились рыцари. Спасибо за помощь, Сирин, можешь вернуться к остальным в фиолетовой ветке. Девушка коротко кивнула и вышла, плотно притворив за собой железную дверь, на которой то и дело вспыхивали охранные руны. Алан подошла к матери, подергав ту за полу мантии, которую женщина носила в повседневной жизни. — Мамочка, а что случилось? — Ирис опустила голову, взглянув на дочь. Она подняла ее на руки, коснувшись пальцем кончика носа. — Не волнуйся, мышонок. Злые демоны не доберутся до нас. Папа всех защитит. — Всех-всех? Даже зануду Трикси? — Даже ее, — женщина тихо засмеялась, прижимая дочь к себе. 4 года спустя. — Уродка, уходи отсюда, — ребятня кидалась в девочку пустыми бутылками, мелкими камушками. Девочке ничего не оставалось, как забиться в угол, прикрывая голову руками. — Что вы делаете? А ну-ка, проваливайте! — Алан схватила одного из забияк за сальные волосы и ткнула носом в стену. Мальчишка моментально обернулся, потирая свежие ссадины на носу и щеках. — Вот и еще одна жертва кунсткамеры подоспела, — Алан поджала губы, шумно вдыхая и выдыхая носом воздух. — Сборище отщепенцев, вот кто вы, каббалисты паршивые. Отец всегда говорил, что от вас одни беды. — А еще твой отец пьянчуга, выпрашивающий спирт у медиков, — девочка обошла детей, не поворачиваясь к ним спиной. Она встала так, что бы закрыть собой Севастьяну. — Не так ли, Эдвин? — Ах, ты бледная поганка! Мой отец был тамплиером… Это все вина колдунов, что он лишился руки, — взвизгнув, словно поросенок, он вцепился в волосы девочки и остальная ватага набросилась на нее. Алан закричала, замолотив руками по жирным кистям Эдвина, выдирающего ее волосы. Кто-то подставил ей подножку. Упав, она едва смогла закрыть голову руками и свернуться калачиком. Они были так заняты избиением беззащитной жертвы, что не расслышали треск ломающегося камня. Из разлома в полу вылез огненный элементаль, зарычавший в сторону детей. Севастьяна сидела на полу, сжавшись, подобрав ноги под себя, и не отдавала себе отчета в том, что сейчас призванный питомец вполне был готов атаковать. Под спутавшейся челкой, заплаканными глазами и кровью, текущей из разбитого носа сложно было узнать маленькую девочку, пару лет назад спасенную Алеком, одним из рыцарей-тамплиеров. — Аааа, — завопил Эдвин, отпрыгивая от Алан. В его руках остался приличный клок ее волос. — Оно нас всех сожрет, — мальчишка шлепнулся на зад. На его штанах тут же расползлось мокрое пятно. Остальные попятились. Девчонки-задиры зарыдали. Вся куча-мала бросилась врассыпную из тупика, куда они и загнали Севастьяну, в надежде поиздеваться над ней. Элементаль пыхтел, выдыхая языки пламени из каменной глотки. Полное отсутствие головы и всего прилагающегося, необходимого для существования живых существ, ему совершенно не мешало. Он как пес, носился по кругу, вынюхивал углы отверстием туловища и пытался ковырнуть другие камни подобиями когтей. Но тут контроль ослаб. Демон заверещал. Пару раз рыкнув, элементаль устремился прочь по лестнице и коридору, откуда донеслись ругательства и женские крики. — Вставай, — Алан нависла над Севастьяной. Во взгляде девочки ничего сейчас не предвещало хорошего для названой сестры. — Сева, зачем ты вновь убежала? Ты же знаешь, что могло произойти! — Я хотела найти свою мать, — словно в трансе, несколько раз повторила Севастьяна. — Я всего лишь хотела найти свою мать. — Пойдем, — будущая каббалистка рывком, без церемоний подняла ее за руку и потащила за собой по коридорам, стараясь избегать островков света от ламп. Меньше вопросов и они быстрее доберутся до их комнаты. В полном молчании девочки достигли жилища. Когда Ирис поставила мужа перед фактом, что раз родители Севы пропали без вести, то девочка останется с ними, Алек был в бешенстве. Мало того, несколько дней они с матерью не перекинулись и словом. Но просто так взять и выгнать ребенка мужчина не мог. Он смирился с ее присутствием в их скромном жилище. Но так не смог примерить на себя роль отца еще одной дочери. Замерев перед дверью, Алан скользнула пальцами по охранным оберегам, которые вспыхнули, пропуская их внутрь. — Зачем вновь и вновь убегать? Неужели ты думаешь что сможешь отыскать ее? Сколько времени уже прошло? — теперь девочка уже не выдержала. Она ругалась на Севу, смывая с лица пыль и кровь, натекшую из рассеченного виска. — Четыре года. Сева, понимаешь? Четыре года! Она мертва. Все эти годы! — дети часто бывают жестоки по отношению к своим близким. Алан замерла, осознав, что она только что сказала. Медленно повернувшись к Севастьяне, она не увидела и проблеска эмоций в ее глазах. — Я знаю, — глухо отозвалась девочка, ногтями сошкрябывая кровавую корку под носом. Сева старалась не смотреть на вынужденную товарку и хотела чем-то занять руки. — Прости, Сева! — не вытирая лицо, девочка кинулась к ней, крепко прижав к себе. — Прости, прости, прости! Уткнувшись в ее шею, Севастьяна позволила себе зарыдать. Севастьяна Бальс, имя и фамилия, все что осталось от ее прошлого. Ни отца, ни матери. И лишь проблемы, которые она доставляла семье Вейлов. Ирис и Алек Вейл заменили ей родителей. Хотя рыцарь и не до конца смирился с этой ролью, но Ирис с радостью принимала участие в ее судьбе. Через год, после того случая, потихоньку начали проявляться ведьмовские способности девочки. Для обучения она была еще слишком мала, Ирис Вейл сама взялась присматривать за маленькой Бальс и прививать основы владения демонической силой. У Алан таких способностей не наблюдалось, но ее мать решила обучить их обеих. И если ее дочь не проявила бы действующих способностей в магии, то могла пойти в медики. Ирис надеялась, что у дочери не проявятся способности и ее обойдет участь большей части послушников. Чуть позже Алан сама взяла на себя роль старшей сестры. Она не обладала такими же выдающими способностями как Севастьяна, но всегда бросалась в атаку без разбора, защищая сестру. И даже сейчас, когда девятилетняя Алан была очень зла, насколько может быть рано повзрослевший ребенок, она горько жалела об этих словах, что сорвались с ее губ.***
Не до конца умывшись, девочки уснули на кровати в обнимку. На станции давным-давно действовал комендантский час, когда в их дверь сначала деликатно постучали, а затем плотный лист железа тихо отворился. — Что вам надо? — ощерившись, подскочила Алан, напоминая злого кота. Вошедшая женщина молча посмотрела на чумазых детей. — Идемте. Алан Вейл, Севастьяна Бальс, — она развернулась к ним спиной, не удостоив более взгляда. — Никуда мы не пойдем пока родители не вернутся, — рыжеволосая сжала кулаки. — И как вы попали через охранные обереги? — не унималась она. — Идемте, больше повторять не буду. Иначе вас протащат волоком по всем коридорам, — холодно отрезала женщина, бросив фразу через плечо. — Это касается ваших родителей, Вейл. Алан мигом замолчала. Пока сонная, как совенок, Сева моргала и натягивала кофту поверх пижамы, она взяла ее за руку, крепко сжав и вышла следом за женщиной в открытую дверь, за которой маячили силуэты других людей и лица их были покрыты татуировками.
