Как лечить суицидника

Осень. Холодный ветер с дождём радости не прибавляет. Чуя сидел на кухне и пил чай. Раздался стук. Рыжик поднялся и посмотрел в глазок. За дверью стоял его изрядно промокший напарник с каким-то пакетом. Накахара сжалился над этой шпалой и открыл дверь. – Мори попросил занести тебе кое-какие документы. Вот, - шатен передал юноше пакет и в этот момент громко чихнул, – я наверное пойду домой. – И куда ты собрался в таком состоянии, позволь спросить? Нет уж, я тебя никуда не пущу. Мне не хочется слушать твоё нытьё когда заболеешь. Пошли, – рыжик развернулся и отправился на кухню и Дазаю ничего не оставалось как прошествовать за ним. Накахара налил гостю кружку горячего зелёного чая, а сам направился в недра своей квартиры. Через несколько минут Чуя появился с большим банным полотенцем, старыми растянутыми штанами и огромной футболкой. – Вот, переоденешься потом. Сейчас иди в душ. *** – Чуя! – Дазай лежал в горячей ванне и наслаждался моментом. – Чего тебе? – рыжик зашёл в комнату и чуть не упал запутавшись в вещах Осаму, – ты весь гель выдавил?! –  Не весь, всего-то пол флакона. Потрёшь спинку? – Дазай, если ты мой парень, этот ещё не значит что я уже готов ходить перед тобой без одежды, – Чуя устало потёр переносицу. Накахара знал к чему приведут эти действия. – Да ладно тебе, – после этих слов шатен сложил ладони лодочкой и брызнул водой на рыжика. – Осаму, твою мать! Я только постирал! *** Спать пришлось в одной кровати. Осаму посмеялся над этим. Мол, это клише настолько заезженно, что хочется блевать. Накахара стукнул парня по макушке и сказал: – Мне не очень хочется бегать из одной комнаты в другую, чтобы проверять жив ты или нет. Улёгшись, Чуя уснул моментально, Осаму же не удалось сомкнуть глаз до поздней ночи. – Чуя, ты спишь? – шёпотом спросил Дазай. Электронные часы на тумбочке показывали 02:19. Шатен ворочался с боку на бок и чувствовал себя откровенно говоря паршиво. Осаму повторил вопрос. – Не сплю. Ты как? – Накахара мгновенно стал бодрым. – Хреново. Голова болит так, как будто по ней молотком стучат, – Чуя включил свет и посмотрел на своего любимого. Вид у парня был и правда болезненный. Лицо побледнело и даже приобрело зеленоватый оттенок, глаза выглядели уставшими и блестели. – Тебе не холодно? Не тошнит? – рыжик протянул руку и потрогал лоб, – да у тебя температура! Ты какого хрена меня раньше не разбудил? Быстро градусник в руки и вперёд. Я за жаропонижающим. Сказано это было таким тоном, что ослушаться Дазай просто не посмел. Пока шатен измерял температуру, Чуя уже пришёл с лекарствами и стаканом воды. Поставив всё на тумбочку юноша протянул руку и требовательно произнёс: – Давай сюда градусник. 37 и 8. Чтож, могло бы и хуже. – А что это за таблетки? – Осаму вытянул шею, заглядывая за спину Накахары. – Обычное жаропонижающее. Давай, пей, – Чуя упёрся руками в бока гляда как Дазай пьёт таблетки, мало ли. Или выплюнет, или подавится. – Фу, горькие, – парень поморщился. – Ничего не знаю! Осаму выпил таблетки под строгим взглядом Накахары, поставил стакан с остатками воды на тумбочку и в последний момент обхватил руками лицо Чуи, вжимаясь в его губы своими. – Осаму, чёрт тебя дери! Я из-за тебя теперь тоже заболею! – Зато проведёшь чуть больше времени со мной, – и опять его хитрая лыба. Накахара однажды задушит эту сволочь, но когда-нибудь потом. На утро шатен чувствовал себя лучше, чего нельзя было сказать о его напарнике. У Чуи разболелось и покраснело горло. Юноша завернулся в несколько одеял, но его всё равно потряхивало. – Ну что, теперь моя очередь заботиться о тебе, – хмыкнул Дазай. – Тц, придурок, – пробурчал рыжик из своей норы. – Я тоже тебя люблю, – и всё-таки последнее слово за Осаму.