Вверх ногами

*** – Здесь свободно? – в занятое ранее лишь одним Гарри купе Хогвартс-Экспресса постучался какой-то светловолосый мальчик в чёрной школьной мантии. За его спинами виднелись ещё трое. – Да, конечно. Проходите, – Гарри подвинулся. Он не был расположен к разговорам и рассчитывал провести дорогу в полном одиночестве, но вежливость не позволяла просто выпихнуть вошедшего. – Вот и хорошо, – белобрысый явно обрадовался. – Благодарю. Парни, заходим! Вслед за ним в купе вошли двое мускулистых мальчиков. Ещё один мялся у двери, пока первый его не окликнул: – И ты, Невилл, не робей – заходи! Да, будем знакомы – меня зовут Драко Малфой. Его, – указывает на одного из вошедших, – Грегори Гойл. Его – Винсент Крэбб. А он, – указывает на боязливого, – Невилл Лонгботтом. Все расселись. После небольшой паузы Гарри представился: – А меня зовут Гарри Поттер. Лица его собеседников сразу залил шок, спустя секунду сменившийся выражением брезгливости и презрения со стороны Малфоя, Крэбба и Гойла и чистой, незамутнённой ненавистью – со стороны Невилла. – Ненавижу! Тварь, выродок гриффиндорский! – ещё недавно робкий Лонгботтом врезал кулаком в челюсть Гарри, после чего выбежал из купе. – Сожалею, но вынужден попрощаться, – поднялся со своего места Малфой, сохраняя на лице презрение, лишь слегка оттенённое страхом. – «Предателям крови», как называют нас тебе подобные, нечего делать в одном купе с Мальчиком-который-выжил. Он пропустил вперёд Крэбба с Гойлом, после чего готов уже был выйти сам, когда Гарри отпустил набухающий на лице синяк и спросил: – За что вы все так меня ненавидите? За что? Мне был всего год, когда это произошло. Я даже ничего не помню. Я НИ В ЧЁМ НЕ ВИНОВАТ! – За что тебя, Поттер, – голос Драко, и так не отличавшийся добротой, буквально сочился ядом, произнося эту фамилию, – ненавидят? Он резко наклонился в сторону Гарри. – Быть может, за то, что твоя мамаша убила старшую сестру Невилла и запытала до потери рассудка его родителей? Быть может, за то, что после твоей так называемой «победы» над лордом Волдемортом к Поцелую дементора приговорили всех попавшихся его сторонников, в числе которых был и мой отец, Люциус Малфой? Быть может, за то, что теперь только маглорождённые, у которых нет иного выбора, поступают на факультет Слизерин – да ещё немногие чистокровные и полукровки, у кого хватает храбрости противостоять захватившим Британию преступникам и убийцам? Быть может, потому, что учеников-слизеринцев перестали обучать любым боевым заклинаниям, а освободившееся время заставляют тратить на то, чтобы прислуживать ублюдкам-гриффиндорцам, таким, как ты и твои родители, а преподаватели это уже много лет покрывают?! Да не удивлюсь, если и сам факультет оставили в школе лишь ради того, чтобы проклятые падальщики-грифы могли наслаждаться нашими унижениями. Малфой отвернулся и быстро вышел, не оглянувшись. Дверь захлопнулась. Гарри Поттер молча плакал. «Не хочу жить. Не хочу. Не хочу! Почему мир так несправедлив ко мне?! Мне всего одиннадцать лет, я не заслужил такого отношения!» Но ведь, наверное, должен быть выход?..