Новая цель
29 января 2025 г., 04:00
Вместо обещанных двух часов, Гарри и Гермиона до самого заката солнца рассказывали Кингсли свою историю с того самого момента, как весь мир стал считать Гарри Поттера погибшим от руки Волдеморта. Они в деталях описывали свое состояние в первые дни и недели, рассказывали об испытаниях Грюма, делились мыслями и тем, на какие жертвы приходилось идти ради сохранения тайны, вспоминали, как не смогли сдержать под контролем рвущиеся эмоции, раскрываясь друг перед другом, а потом сражались бок о бок с другими членами Ордена против Пожирателей и Волдеморта.
Этот рассказ, если честно, не так сильно поразил Кингсли, который, кажется, всегда подозревал, что в гибели Гарри сквозят какие-то неувязки, будто специально допущенные Дамблдором и Грюмом.
При этом он продолжал верить лидерам Ордена, искренне считая, что даже если Гарри и выжил, то это все часть какого-то особого плана, нацеленного на свержение Волдеморта, но о котором не должны знать никто, кроме малой группы избранных людей.
Но вот сейчас эти люди сидели перед ним в своем истинном обличии и делились откровениями своего путешествия по страницам «Темных тайн тьмы», которые навсегда вычеркнули из их жизней остатки тех наивных школьников, все еще веривших в победу всего хорошего против всего плохого, заменив готовыми к войне солдатами, способными без проблем забрать жизни, если того потребует ситуация. И вот это действительно впечатлило опытного мракоборца, явно не ожидавшего такой подготовки пропавшего с поля зрения Гарри.
Почти полтора года бесконечных тренировок под руководством Аластора Грюма и еще несколько месяцев от профессора Пруэтта закалили их характеры, сделав не просто какой-то обузой, которую приходилось защищать от Волдеморта, а полноценными боевыми единицами, с которыми можно идти в атаку хоть против самого Мерлина.
Мда, совсем уж не такое ожидал увидеть и услышать Кингсли, когда пришел на встречу в квартиру Сириуса. И уж тем более он не ожидал, что решение Дамблдора спрятать Гарри сделает из него совершенно другого человека.
Но зато теперь, исходя из новых вводных, у них действительно появлялся не просто небольшой, а очень даже приличный шанс одолеть Волдеморта. Главное — правильно воспользоваться этой возможностью, а не просрать все полученные преимущества в один неудачный момент.
— Ну как, оценил похождения этой лохматой парочки? — усмехнувшись, спросил Сириус в конце рассказа.
— Признаюсь, я обдумывал многие варианты, но точно уж не такие, — все еще находясь под впечатлением отвечал Кингсли. — Да и Гермиону лохматой уже никак не назовешь. Встреть я ее случайно на улице — узнал бы далеко не сразу. Как и Гарри, собственно…
— На то и был расчет, — потрепала она свои короткие черные волосы. — Оборотка — это хорошо, конечно, но не помешает пользоваться и более консервативными методами маскировки.
— А я уже давно забыл про очки и оброс новыми шрамами, — пожал плечами Гарри. — Но все же мы стараемся не показываться в волшебных районах без зелья. Мало ли, найдется особо внимательный Пожиратель и тогда все пойдет прахом.
— Это да… — протянул Кингсли и прижал руку к подбородку. — Что ж, позвольте мне еще раз выразить свою радость от того, что вы оба живы и готовы к бою. Ордену очень нужны такие, как вы… А то сами понимаете, с людьми сейчас туго. После предательства Флетчера мы практически никому не можем доверять и большое чудо, что судьба свела нас с Биллом и Флер. Если в ближайшем будущем ключевой ставкой станут гоблины, то лояльные Ордену служащие Гринготтса будут весьма кстати.
— Так какие мысли на это самое будущее? — посмотрел на него Сириус. — Министерство собирается делать ловушку для Волдеморта в Косом переулке?
— Думаю, да, — кивнул Кингсли, хлопнув ладонями по коленям. — До сегодняшнего дня я еще сомневался в оправданности рисков, но теперь, зная, что Пророчество еще может исполниться в нашу пользу, нужно стараться ухватиться за хвост феникса и использовать этот шанс. Гарри может стать тем самым эффектом неожиданности, который переломит ход войны, если появится в нужный момент.
— Осталось узнать, когда же именно этот момент будет, — задумчиво произнесла Гермиона. — У нас есть хоть какие-нибудь сведения о планируемой дате нападения на Гринготтс, если она вообще случиться?
— Увы, пока нет, — уныло вздохнул Кингсли. — После смерти Северуса, единственным нашим человеком в их рядах остается Римус. Да и то, лишь среди оборотней и потому мы можем лишь косвенно судить о планах Волдеморта, исходя из того, что он приказывает Сивому.
— Но оборотни не просто так собираются вокруг Лондона, — справедливо заметил Сириус. — Он не стал бы их призывать в рисковое место, если бы не готовился к скорейшей акции.
— Или просто отвлекает тем самым внимание, — пожал плечами Кингсли. — Ведь он может в любой момент слить информацию об их логове в Министерство, наши обрадуются такому улову, расслабятся, а в этот момент Волдеморт нанесет решающий удар.
— Надеюсь, мадам Боунс не поведется на такой дешевый трюк? — спросила Гермиона.
— Я тоже на это надеюсь, — вздохнул Кингсли. — Но всякое может быть.
Продуктивный вечер подходил к концу, а Гарри даже почувствовал некое облегчение на душе после раскрытия своей тайны Кингсли. Можно было не сомневаться, что опытный мракоборец и надежный человек сохранит ее при себе в любых обстоятельствах, но зато сможет использовать эту информацию для кратного усиления возможностей Ордена и Министерства. Все же игнорировать Пророчество было глупо, а значит первичной необходимостью стало сделать так, чтобы при встрече Гарри и Волдеморта победителем оказался именно Гарри.
— Все равно мне не нравится эта идея, — вздохнула Гермиона, когда Кингсли попрощался, еще раз выразил свою радость по поводу выживания Гарри и отправился к себе домой. — Да, я все понимаю. Мы не просто так столько готовились и, наверное, глупо убегать от судьбы. Но я до сих пор помню это ощущение, когда Волдеморт появился передо мной… Он слишком силен. Даже Дамблдору удалось едва его одолеть…
— Знаю, родная, знаю, — понимающе кивнул Гарри, внутри которого тоже не все было спокойно и радужно. — Но какой у нас выбор? Кингсли предложил отличную возможность, чтобы встретиться с ним не один на один, а при полной поддержке Министерства и Ордена. В таком случае, силы будут уравновешены и у меня будет шанс достать Волдеморта в пылу сражения.
— Или он тебя достанет, — мрачно хмыкнула она, постукивая по подлокотникам кресла.
— Мысли позитивно, кареглазка, — посоветовал Сириус. — Мы все здесь осознаем, к чему может привести наша затея. Но если настраиваться на провал — то его не избежать.
— Если бы я была настроена на провал, то давно бы сбежала из страны, — скривилась Гермиона. — Но я лишь хочу быть объективной. И очень переживаю за Гарри.
— А за меня, значит, не переживаешь? — с хитринкой в глазах и напускной обидой в голосе посмотрел на нее Сириус.
— И за тебя тоже, — чуть улыбнулась Гермиона. — Но все же в сравнении с Гарри ты явно проигрываешь.
— Эх, а я-то думал… — протянул Сириус.
— Не переживай, Бродяга, — наклонился к нему Гарри и похлопал его по плечу. — Я уверен, что в случае чего, Гермиона будет очень грустить и наколдует самый лучший венок на твоей могилке.
— Только пусть он будет черного цвета, — мрачно хохотнул Сириус. — Фамилии все же надо соответствовать…
Вернувшись домой после столь выматывающего и важного дня, Гарри и Гермиона, даже не имея сил на разговоры перед сном, буквально вырубились в своей кровати, едва успев избавиться от верхней одежды. В ближайшее время им придется очень многое обсудить, утроить свои силы на личных тренировках, провести бесчисленные часы за разговорами и проработками планов, но сейчас нужно было расслабиться и хоть немного отдохнуть, пока на то имелось время и возможность.
***
Близился конец августа и в скором времени начнется новый учебный год в Хогвартсе. Пока Сириус, по своему раннему обещанию, отправился во Францию, чтобы навести мосты с Нарциссой, которая могла иметь множество полезных сведений о Волдеморте, Гарри и Гермионе до сих пор было непривычно осознавать, что несмотря на их возраст и незаконченное образование, первого сентября они все же не сядут на знакомый алый паровоз и не отправятся в школу по огромному множеству причин. Хотя, конечно же, не помешало бы находиться там, где происходит великое множество событий и имеется огромный пласт знаний, который помог бы им разгадать тайну бессмертия Волдеморта, но сейчас их место было здесь, вместе с Орденом, а не пропадая на уроках и занимаясь всякой ерундой. По сути, теперь роль их глаз и ушей внутри стен замка будет выполнять Рон, получивший в свое пользование сквозное зеркало для оперативной связи. Ему придется выполнять различные задания и часто действовать наперекор правилам и нормам жизни. Но это и не было особой проблемой, ведь Рон, в отличие от Гермионы образца хотя бы годичной давности, никогда не славился тем, что хочет соблюдать каждую запятую закона. А вот с чем у Рона были куда большие проблемы — так это с учебой и желанием новые знания получать. Конечно, он теперь прекрасно понимал всю серьезность сказанных друзьями слов, но старые пока привычки не позволяли ему быстро принимать необходимость усердно работать там, куда он больше не планировал даже смотреть и приближаться ближе чем на милю. — Мне точно нужно будет записаться на Зельеварение? — в очередной раз спрашивал Рон, делая передышку между попытками трансгрессировать. — Я, конечно, купил все необходимое, но я же в нем ни бум-бум! Даже после ваших уроков, которых было явно недостаточно… — Разберешься на месте, не маленький, — пожала плечами Гермиона. — Уверена, профессор Слизнорт еще сделает из тебя хорошего зельевара. — Ладно, я понял, — не стал спорить Рон, сидя на траве, сложив руки локтями на колени и сжимая пальцами палочку. — А что у вас тут произошло за последнее время? — Ну, есть несколько хороших новостей, — развалилась рядом Гермиона, подставляя выглядывающие из-под майки и шорт конечности последним лучам летнего солнца. — Мама с папой, наконец-то, смогли закончить с делами здесь и уехать в Америку. Так что эта глава временно закрыта и я смогу не так переживать насчет их безопасности. — Тяжело, наверное, было вот так с ними прощаться? — спросил Рон куда-то перед собой. — Спорить не буду, наши отношения уже вряд ли станут такими же сердечными, как были раньше, — со вздохом ответила Гермиона. — Но тем не менее, за последнее время они уже остыли и не так злятся на меня, как в тот день, когда мы огорошили их «прекрасными» новостями. Папа перед посадкой в самолет даже извинился и признал, что меры просто необходимы, но… — Но они не смогут тебе простить, что ты осталась здесь? — понял Рон, переведя на нее взгляд. — Да, вроде того, — кивнула она. — Мама сказала, что я поступаю очень подло. Ведь теперь я могу практически не волноваться на их счет, зато они будут бояться за меня стократ, каждый день ожидая письма, в котором им сообщат о моей гибели. А у нас на носу самые опасные дни, когда все может рухнуть буквально в момент. Или наоборот — решиться в нашу пользу, делая всю затею с переездом родителей практически бесполезной и лишь ухудшившей наши отношения… — Мда, хреново это все, — сплюнул на землю Рон. — Не знаю даже, смог бы я так поступить, окажись на твоем месте? Наверное, я бы так ничего им и не сказал, надеясь на авось… Что пронесет и война их не коснется… — Не очень умная идея, — подошел к нему сзади Гарри, протягивая запрошенный ранее пакетик яблочного сока с воткнутой в него пластиковой трубочкой. — Риски слишком велики, чтобы прикрываться нежеланием испортить отношения с родителями. — Знаю, — вздохнул Рон, принимая сок и делая жадный глоток. — Но ничего с собой поделать не могу… Рон, стараясь не обращать внимание на душевные терзания, изо всех сил пытался обучиться трансгрессии до отъезда в Хогвартс. К сожалению, но несмотря на все его муки, Рону все никак не желала улыбаться удача. То ли он не мог сосредоточиться на задании, постоянно отвлекаясь на пространные мысли, то ли просто боялся трансгрессировать, особенно, после пары расщепов, исправленных Гермионой — не столь важно. Главное, что к утру первого сентября, когда Хогвартс-экспресс готовился к отправлению и подавал свистком сигналы, Рону так и не удалось освоить этот важный навык, который хоть и будет малополезен в замке, но все же лишним его точно назвать было нельзя. — Ничего, там доучишься, — похлопал его по плечу Гарри, стоя рядом на перроне. — Хотя, Сириус говорил, что курс от Министерства — та еще нудятина. — Ага, — мрачно кивнул Рон. — Но пока плевать. Давайте еще раз под конец определимся с моей задачей. Мне как, прямо-таки пытаться подружиться со Слизнортом и пытаться вступить в его клуб любимчиков? — Если найдешь другой вариант заставить его сварить тебе Феликс Фелицис — можешь и не вступать, — отвечала ему Гермиона, принявшая на этот раз вид довольно милой молодой блондинки, на которую то и дело с интересом поглядывали старшекурсники Хогвартса. — Но что-то мне подсказывает, что иного пути ты не найдешь. — Ну да, наверное, — вздохнул Рон. — Правда, я пока не вижу вариантов, как бы мне сделать так, чтобы Слизнорт вообще обратил на меня внимание… За прошедшие полгода он… — Рон! — окрикнула его миссис Уизли. — С кем ты там разговариваешь? Поезд скоро тронется! — Сейчас, мам! — громко ответил он ей и вновь повернулся к Гарри и Гермионе. — Короче, я же все так же очень плох в зельях! Как мне поступить?! — Это твое задание, так что думай сам, — подмигнул ему Гарри. — Но все же у тебя могут быть и сильные стороны. Квиддич там или… — Квиддич? Ты смеешься? — фыркнул Рон. — Анджелина же выперла меня из команды в конце года! Мы ведь, несмотря на последнюю игру, все же из-за меня просрали кубок по очкам, а… А… Ну да… Я же забыл… Наверное, оно и к лучшему, что вы не видели моего позора… — Тогда используй то, чему мы тебя успели научить за этот месяц, — подсказывала Гермиона. — Будь увереннее, найди способ показать, что ты не просто очередной из Уизли, а тот, кто достоин звания отличного волшебника. — Ну спасибо, мотивирует, — усмехнулся Рон, хотя, кажется, даже немного проникся ее словами. — Прояви себя на уроках Тонкс, — посоветовал Гарри. — Преподаватели общаются между собой и, возможно, Слизнорту станет интересно за тобой понаблюдать. Ведь в боевой магии у тебя успехи явно лучше, чем в зельеварении. — Ладно, я попробую… — кивнул Рон, услышав финальный свисток. — Еще что-то будет? Или я пошел? — Возьми вот это, — сунул ему Гарри в руки Карту Мародеров. — Вещь полезная, а нам сейчас без надобности. — Спасибо, — принял Рон из его рук очень ценный артефакт. — Постараюсь не подвести вас. И я добуду вам этот сраный Феликс! Обещаю! Чувствуя себя, в некотором роде, наставниками своего пока еще непутевого, но подающего надежды ученика (наверное, как-то так о них когда-то думал и Грюм), Гарри и Гермиона с ностальгией в душе смотрели за тем, как поскрипывающая и постукивающая колесами алая змея медленно катится вдоль перрона, проезжает его границу, делает поворот вправо и исчезает из виду. Непривычное зрелище. Обычно, они сами сидели в его вагонах, оставляя в Лондоне взрослых, а теперь сами будто бы отыгрывали роль этих взрослых, хотя, по сути, должны были ехать в Хогвартс со всеми. — Как думаешь, он справится? — спросила Гермиона, потянув за собой Гарри в сторону выхода с вокзала. — Ведь от того, сможет ли он втереться в доверие к профессору Слизнорту, зависит практически все. — Надеюсь он успеет до того, как Орден и Министерство решатся на свою операцию, — ответил он, решив не ходить пешком, а сразу парно трансгрессировать домой. — Но Слизнорт единственный, кто вообще может сделать это зелье с гарантией того, что оно не убьет выпившего, так что вариантов у нас практически нет. — Может, все же стоило попросить его через Кингсли? — повернулась к нему Гермиона, когда материализовалась посреди их комнаты и отпустила руку. — Он бы не стал отказывать тем, кто спас ему жизнь? — И при этом знал бы, что помогает Ордену, — помотал головой Гарри, падая на диванчик. — В Хогвартсе все еще есть дети тех, кто стоит на стороне Волдеморта. И они, как-нибудь пронюхав про просьбу Кингсли, могут либо испортить зелье, либо доложить о нем своему хозяину. А Рон, я надеюсь, не вызовет столько внимания, ведь он чистокровный, а его семья, официально, занимает нейтральную позицию. — Но давай так — если Рон будет не успевать, то мы поговорим с Кингсли, хорошо? — скинула она верхнюю одежду и пошла на кухню, чтобы заварить чаю и приготовить что-нибудь на ужин. — Как скажешь, родная, — улыбнулся ей Гарри. — Сделаешь картошки с мясом сегодня? Давненько уже не было… — Да можно, — открыла она шкафчик с продуктами, закусив губу. — Или лучше пойдем погуляем? Оборотки с этими волосами еще часа на три хватит, а мы что-то засиделись дома последние дни… — Ну пойдем, — согласился Гарри. — Жаль, конечно, что мы не попадем на сегодняшний торжественный пир, но я надеюсь, что найдем не менее вкусное кафе!***
Через несколько дней, ближе к обеду, Рон вышел на связь через сквозное зеркало. Гарри проснулся довольно поздно, а потому не сразу понял, почему артефакт показывает ему лицо не Сириуса, а усыпанную веснушками физиономию Уизли в окружении пустого коридора Хогвартса, но буквально через пять секунд проморгался и уже был готов вести диалог. — Рассказывай, — потянулся Гарри, зевая. — Спишь там? — усмехнулся Рон. — Хорошо тебе. Я уже несколько часов на ногах. — Не жалуйся, ты сам решил возвращаться в Хогвартс, — парировал Гарри, почесывая нос. — Я не жалуюсь, просто констатирую факты, — пожал он плечами. — Короче, я записался на уроки Слизнорта. И знаешь что? — Что? — уточнил Гарри. — Не тяни. — Феликс был буквально у меня перед носом, — ошарашил его Рон такими новостями. — Слизнорт заставил нас соревноваться в приготовлении Напитка живой смерти. Тот, у кого получится — получил бы пузырек, которого хватит на сутки. — У тебя получилось? — забилось сердце Гарри от волнения. — Ты сварил?! — Конечно же нет! — недовольно процедил Рон. — Это очень сложное для меня зелье, я предупреждал, что не силен в них. Хоть инструкция и была при мне, но там все слишком заумно… Я тупо не успел! — Кто получил пузырек? — подключилась Гермиона из-за спины Гарри, услышав их разговор. — Никто не получил, — помотал головой Рон. — Никому не удалось сварить хоть что-то близкое, а потому Слизнорт оставил зелье у себя. Но оно есть! Уже готовое! Нужно как-то убедить его поделиться… — Или украсть, — задумчиво предложил Гарри, почесав подбородок. — Украсть?! — удивился Рон, оглянувшись по сторонам. — Ну не знаю… Можно попробовать, конечно… Но я видел, как Слизнорт поместил зелье в шкафчик и запечатал его на какие-то очень хитрые чары… Боюсь, я не смогу с ними справиться… — Ты должен это сделать, — говорила Гермиона. — Получи допуск в Запретную секцию, иди в библиотеку и там, в третьем ряду по правую руку, будет множество книг с запрещенными заклинаниями, среди которых, в том числе, есть и чары взлома. — Хорошо, я понял, — с готовностью кивнул Рон. — Но если у меня не получится… Я… Э-э-э… В общем, я решил попробовать вновь пробиться в команду. Анджелина выпустилась и уже не будет выступать против, так что, если постараюсь, у меня будет шанс привлечь внимание Слизнорта через отборочные. — Используй любые доступные варианты, — одобрила Гермиона. — Но старайся действовать быстро. Наш план может начаться в любой момент, а потому время поджимает. — Заметано, — улыбнулся Рон. — Ладно, мне пора к Макгонагалл. Буду держать вас на связи. Весть о том, что так необходимое им зелье удачи уже готово и находится буквально у Рона перед носом, воодушевило Гарри и Гермиону, у которых добавился в голове еще один паззл к готовящемуся плану. Печально, конечно, что у друга не хватило талантов, чтобы выиграть этот приз в состязании, но на подобный исход надежды уж точно не было никакой. Даже Гермиона признавала, что сварить Напиток живой смерти за стандартный урок Зельеварения будет крайне трудной задачкой. Пришлось бы действовать очень быстро и точно, а любая, даже малейшая ошибка, привела бы к тому, что на ее исправление не осталось бы времени. — Держу пари, профессор Слизнорт специально дает такое задание, чтобы обнаружить крайне талантливых молодых зельеваров, — рассуждала Гермиона. — И справься с ним Рон, то тут же попал бы в список его любимчиков. — Надеюсь, у него тогда получится стырить это зелье, — хмыкнул Гарри. — И радует, что не придется уговаривать Слизнорта его варить. — Ага… — задумчиво протянула Гермиона. — Но, боюсь, Рон даже если перероет всю Запретную секцию, у него уйдет слишком много времени на поиск ключа к шкафчику. Профессор Слизнорт очень талантливый волшебник и не будет запирать столь ценную вещь на что-то простенькое. — Быть может просто взорвать дверцу? — с усмешкой предложил Гарри свой вариант. — Вместе с зельем, ну, — даже не улыбнулась Гермиона, задумавшись о своем. — Или есть вариант нам отправиться в Хогвартс и помочь ему с поиском ключа… — А ты сможешь справиться? — изогнул бровь Гарри. — Я много читала о чарах взлома, считая, что они помогут нам на войне, — пожала она плечами. — Однако, Хогвартс сейчас защищен очень мощными заклинаниями. В прошлом году мы без проблем проходили сквозь них, поскольку все еще числились учениками школы. А сможем ли пройти сейчас? Не думаю, что Сириус советовал профессору Макгонагалл добавить нас в список доступа. Это было бы очень подозрительным и странным. — А подземные проходы? — рассуждал Гарри. — Как думаешь — могут ли они тоже быть заблокированы? — Хороший вопрос, — почесала Гермиона нос. — Зависит от чар, которые используют в замке. Точно смогу сказать только если мы сунемся в них и проверим. Давай я слетаю в Хогсмид, залезу в «Сладкое королевство» и разведаю? — Одна? — уточнил Гарри. — Да, — серьезно кивнула Гермиона. — Вдвоем проще накосячить, да и под мантией-невидимкой сложнее уместиться. Я быстро, управлюсь минут за тридцать. — Ну давай, — согласился Гарри, хотя и сам был бы не против вновь прогуляться по приятным сердцу местам. — Возвращайся скорее. Как и обещала Гермиона, Гарри пришлось побыть одному дома всего в течении получаса. Он не успел даже заскучать, как девушка с хлопком появилась в коридоре, повесила на крючок мантию-невидимку и прошла в гостиную с не очень довольным видом. — Неудача? — спросил Гарри. — Угу, — угрюмо кивнула она. — Защитные чары окружают Хогвартс не куполом, а сферой, проходящей даже под землей. Хоть новый тоннель копай — один черт упрешься в непроницаемый барьер. Я пыталась его отключить хотя бы на небольшом участке, но ему было абсолютно чихать на мои тщетные попытки… — Плохо, — вздохнул Гарри. — И как же нам быть? Даже если Рону удастся достать зелье, то как он нам его передаст? — Можно попробовать сделать это через Сириуса, — пожала плечами Гермиона. — Когда он вернется из Франции, то придумает повод, чтобы поговорить с профессором Макгонагалл, а по пути встретится с Роном. В любом случае, это уже проще, чем само это зелье забрать. — А если директриса попросит Слизнорта отдать ей зелье на благо сил света? — предложил Гарри. — Не знаю, можно попробовать, — не очень уверенно ответила Гермиона. — Но профессор Слизнорт очень боится гнева Волдеморта. Он старается держаться нейтралитета и при этом понимает, что профессор Макгонагалл будет просить зелье именно для сражений с ним. — Но это же контррационально! — негодующе воскликнул Гарри. — Его зелье может поставить точку в войне и избавить от необходимости бегать и прятаться! — Знаю, но человеческий страх по своей природе может заставлять действовать нелогично, — говорила прописные истины Гермиона. — Так что попробовать действовать через профессора Макгонагалл мы можем, но шансов на успех там не так много… Да уж, Гермиона, к сожалению, была полностью права. Слизнорт боялся Волдеморта больше, чем чего бы то ни было. И это вносило множество препятствий в достижении их цели. Гарри еще с зимы помнил перепуганное до чертиков выражение лица Слизнорта, сидящего в гостиной на Гриммо, по которому было ясно, что он предпочтет держаться как можно дальше от всего, что связанно с войной. Включая помощь незаконной организации, которая хоть и спасла его жизнь, но внутренне казалась такой же опасной структурой, как и Пожиратели смерти. Наверное, он мог отказать даже самому Дамблдору, будь тот в добром здравии и попроси в какой-нибудь услуге, которая может помочь одолеть Волдеморта. А значит придется действовать совершенно иначе. Заходить не со стороны прямого действия, а через «заднюю дверь», либо уговаривая учителя поделиться Феликсом по доброте душевной, либо попытаться попросту украсть столь ценное зелье. Справится ли Рон хоть с одним из этих вариантов? Хотелось бы верить. Но время поджимало, грядущая ловушка может захлопнуться в любой момент, хоть завтра, хоть вообще сейчас. И если Рон не успеет, то весь план пойдет крахом. Гарри здраво оценивал свои шансы. Как бы его не тренировал Грозный Глаз или профессор Пруэтт — по сравнению с мастерством Волдеморта он лишь пыль, которую тот стряхнет со своей мантии и пойдет дальше крушить всех подряд. Помочь может либо какое-то невероятное стечение обстоятельств, либо невероятная по своей силе удача, заключенная во флакончике Феликса Фелициса. И Гарри с Гермионой всем сердцем желали получить хоть один из этих вариантов, пока имея на руках лишь козырь с неожиданным появлением Гарри перед носом Волдеморта, которого хватит всего на несколько секунд ступора. И будет ли толк от этих секунд, чтобы решить судьбу страны и тысяч людей, молящихся на победу сил света? Вопрос, конечно, тот еще…
