Как быть с этим тауматургом?

      Лололошка вновь оказался в замке, где-то приблизительно у входа. Пришлось муторно шагать по долгим коридорам к саду, иногда получая приветствия от слуг. Классическое: «Здравствуйте, господин!», уже надоедало, седому сложно поднять себя до «господин», это Варнер им является. Лололошка же выполняет всю грязную работу, взамен на заботу, любовь, похвалу... Забавно звучит.       День уже близился к вечеру, на улице можно было увидеть красивый оранжевый закат, где-то и капли розового или других пастельных цветов. Весь прекрасный вид можно хорошо рассмотреть на небольших возвышениях за Арниром у воды, если не попадаться на глаза сиренам, но сейчас двум господам незачем идти туда, во время путешествий и так насмотрелись всего. На данный момент тому же Варнеру хватало и небольшого сада с редчайшими и красивейшими цветами измерений, хоть там и встречаются обычные какие-нибудь ромашки или маки. Всё равно приятно в шумном городе встречать тихие умиротворяющие местечки.       Длинноволосый правитель Арнира неспешно прогуливался, держа руки за спиной и любовался фауной. Любил он цветы, что уж тут поделать. Седой же и ожидал встретить тут своего возлюбленного. — Вар! — окликнул Лололошка, подгоняя к названому, — И вновь ты тут бродишь...       Варнер лениво повернул голову в сторону звука, увидев тауматурга, он лишь остановился, давая тому спокойно дойти до него. — Ромашка, ты уже вернулся, — на лице появилась лёгкая, едва заметная улыбка, от прозвища, которое он дал, — Ну что, ты сходил к Блэку? — Да, сходил, — коротко ответил седой. Они медленно начали идти. — И как он тебе? — поинтересовался Варнер. — Обычный эмоциональный иссушитель. Я как всегда в глаза только смотрел. Ты же меня знаешь. Тем более как мне удержать свой взгляд от белых и светящихся глаз? Иссушителей мало сейчас. — Знаю, конечно. — Варнер кивнул, продолжая спокойно разгуливать в саду.       Шли они практически плечом к плечу. Просто находится рядом достаточно для хорошей компании в чудесный и тёплый вечер. Варнеру нравились такие прогулки, присутствие рядом любимого человека. Они даже целовались довольно редко, просто находится рядом было достаточно. Варнера привлекала эта безэмоциональность партнёра. — Давно я кофе не пил. Как всегда, для хорошего вечера не хватает стаканчика крепкого кофе. — тихо проговорил тауматург, даже не надеясь на продолжения этим диалога. — Кофе не так уж и сложно обеспечить. Попроси того же Горбатика принести, он ведь в тебе души не чает. — на секунду приподнял брови. — Стоит давать ему отдохнуть. Состояние Горбатика ухудшается, мне кажется, с каждым днём ему всё хуже и хуже, не знаю почему. — иногда Лололошка действительно заботился о своих подчинённых. Это одно из главных отличий его от Варнера. — Потерпит. Ночью отдохнёт. — Ладно.       Идя по дороге можно было дойти до белой скамейки под деревом в окружении цветущих растений. Лололошка как раз присел на одну таких и расслабился, чуть откинув голову и прикрыв глаза. Варнер спокойно присел рядом, рассматривая тауматурга. Он считал этого юношу прекрасным. Краше и не сыщешь. По крайней мере, так считал Варнер.       Подул северный ветер, растрепывая и развивая волосы. Заметно это было смотря на правителя, его длинные прямые локоны так и хотели запутаться. Короткие кудрявые вихри седого просто резвились на дуновениях. — Холода приближаются… — еле слышно промолвил Лололошка, по телу прошлась лёгкая дрожь.       Варнер приобнял его одной рукой и сильнее притянул к себе, согревая. — Холода, не холода... в любом случае, ты можешь согреться со мной, — Варнер усмехнулся. — Я по классике буду раздражать тебя своими холодными руками, да и в общем телом. — спокойной интонацией произнёс юноша. Она у него вообще когда-нибудь меняется на другую?       Варнер лишь фыркнул, чуть сморщившись. — Тебе просто повезло, что я тебя люблю. Так бы я давно тебя убил. — Я тоже люблю тебя, — вздох, — Но когда я был ребенком, ты меня не убил, а забрал под свою опеку. Что ты разглядел во мне? Способности к магии и свершения великих поступков? — голос на малейшую каплю изменился на взволнованный. — Возможно. Я сам толком не знаю. — Доброе сердце ты...       Был слышен тихий смех, слегка прикрытый рукой. — Я добрым никогда не был и не буду. Ты просто одно большое исключение. — Ладно–ладно... Мистер Злодиус. — и вновь спокойствие. — Более глупо меня ещё не называли... Откуда у тебя в голове столько глупых кличек появляется? — Без понятия. Иногда с детьми сижу и с Горбатиком. А так привычка с академии. — небольшая пауза, — Ты это сказал, давая мне кличку «Ромашка». — Это скорее милое прозвище. Ты же не любишь, когда тебя называют по имени, а по второму слишком долго. Где ты вообще откопал имя с тремя «ло»? — Вышло так. — Ну хорошо. — не стал продолжать Варнер и перевел взгляд на цветы. — Не понимаю откуда у тебя любовь в сердце есть. Хотя я не знаю, есть ли оно у тебя вообще... — Есть, конечно. Сердце у любого живого существа есть.       Лололошка ничего не ответил и положил свою голову на плечо господину. Варнер улыбнулся и продолжил спокойно любоваться садом, наслаждаясь компанией юноши.       Седой, что-то прорычал и укутался холодным носом в плечо. — Ладно, уже на ужин пора. Пойдём? — Да, я обед пропустил, — Лололошка отстранился от Варнера и поднялся со скамейки. Он начал не спеша шагать ко входу замка.       Господин шёл рядом, вновь проходя ту же дорогу, только в обратном направлении. Вскоре они уже были в замке, где им накрыли на стол слуги. Варнер вообще мало что сам делал и большую часть работы поручал подданным или Лололошке, но второго он часто отрывал от этой работы.       Они сели за стол и приступили к трапезе. Лололошке подали, как и всегда крепкий кофе, правитель обошёлся лишь бокалом дорогого вина. Кофе на седого не действует так как надо, оно усыпляет скорее. На ужин им подали жареную говядину, любимое блюдо обоих. Так же было и немного питательных салатов, что пестрили зеленью. Не забыли и про десерты, для Лололошки: яблочный пирог, пряный чай латте с двумя помпами мяты, и дополнительно клубника с сахаром. Варнер же обошёлся просто парой кексов и мятным некрепким чаем. — У меня такое чувство, будто я год не ел. Ты бы знал, как у меня в животе целый день бурчало. — проговорил юноша запивая пирог любимым чаем, — Ещё я набегался. Ты бы мог мне с некоторыми бумагами помочь. — осуждающе перевёл тот взгляд на возлюбленного.       Варнер это проигнорировал, лишь продолжая трапезу. Он вообще в принципе за едой не разговаривал, а тем более не хотел отвечать на такую прихоть.       Седой тяжело вздохнул и обречённо съел ягоду. Пожалуй он ещё не сыт полностью, но всё же предпочел не просить добавки.       Правитель Арнира уже закончил со своей едой и встал из-за стола. — Темнеет скоро... Может лечь сегодня немного раньше? Ты вроде как уже устал за сегодня, так что можно отдохнуть.       Лололошка допил чай и без слов поднялся. Он махнул головой в сторону выхода и направился туда, надеясь, что Варнер не отстаёт.       По приходу в спальню, они сняли с себя тяжёлые мантии, заменив их на более лёгкую пижамную одежду. Пришлось кое-кому и лёгкие фиолетовые стрелки с лица стирать, в то же время седой принимал ванну и обрабатывал раны. Улеглись в кровать они, конечно, раньше, но не слишком.       Они укрылись одним толстым одеялом. Лололошка, как обычно, планировал все дела на утро заранее. Какой вопрос будет изучать, к кому пойдет, кого или что проверит.       Варнер как всегда обнял юношу, прижимая к себе. Заснул он довольно быстро, с привычными мыслями лишь о своём возлюбленном. Варнер сам не понимал как в его холодном куске льда называемого сердцем, где не было места ничему кроме как жестокости, вдруг нашёлся тёплый уголок для Лололошки. Но он никогда не жалел об этом.