«You can make me»

      Большая стрелка на циферблате медленно ползла к отметке в восемь часов вечера. Мерное тиканье сопровождалось нервными постукиваниями пальцев по прилавку. Эдгар никак не мог усидеть на месте, и, насколько бы удивительно это не звучало, даже не потому, что устал после долгого дня, проведенного в магазине, и желания поскорее уйти домой. Надо же было быть таким придурком, чтобы как-то во время очередного диалога с этим высокомерным мудаком болваном проболтаться, что Грифф является начальником Эдгара. Аргх, кто же знал, что слова Фэнга о том, что он какая-то там супер-мега-звезда [в рамках местного городка, разумеется, куда ему больше!..] окажутся правдой, и тот будет прекрасно осведомлен о маленьком бизнесе низкорослого коррупционера!       Покопавшись среди хлама, которым была завалена лавочка, Эдгар с удивлением (и с унылой гримасой на лице) обнаружил несколько постеров с яркими буквами, из которых, к сожалению, удалось сложить «Furious Fang!».       После того разговора мистер «Неистовый» любезно предложил встретить Эдгара прямо после его работы. Ага, щас! Наверное, это меньшее, чего хотелось парню на сегодняшний день. Ну, или когда-либо вообще. Наверное. Этой дурацкой встречи, которая была назначена на этот вечер, тоже. Весь день Эдгар был каким-то чересчур дёрганным, раздраженным, руки не слушались, а концы шарфа то и дело нервно сжимались в «кулаки», только распаляя жгучее чувство беспокойства и дискомфорта, оседающего склизкой змеей где-то в животе.       Тем более, что не так давно бессмысленная переписка с Фэнгом вновь пришла к уже знакомому вопросу: «– Хэй, так что скажешь насчёт моего предложения? Ты так и не ответил в тот раз, но я хочу напомнить, что если что – оно все еще в силе! Не настаиваю, честное слово, просто каждый, наверное, хотел бы попробовать разобраться в себе.»       Черт, Эдгар все-таки не послал его тогда. Какая досада. Но с другой стороны, Фэнг действительно не настаивал и не давил, и, несмотря на сигналящее тревогу подсознание, Эдгар все же согласился. Это не было порывом внезапной любви, кха, но что-то в словах Фэнга действительно было правильным, хотелось верить ему, пусть и не было никакого повода доверять незнакомцу. Но и слать его пока что не хотелось – Фэнг временами был действительно приятным собеседником [а во время их совместных игр в КС Эдгар радостно вопил в микрофон, пока его тиммейт под ником «FangtasticDragon» выносил вражескую команду, несмотря на то, что на победу не было ни малейшего шанса]. И, чего таить, Эдгар действительно иногда задумывался над тем, кто его привлекает, но проверить на практике не удавалось: все милые дамы из окружения либо просто не приходились ему по вкусу, либо и вовсе выводили Эдгара из себя [кха, Макс и Беа, стоит ли упоминать ещё раз, что от ваших тупых шуток уже тошнит?], а парней, которым можно было бы предложить увлекательные эксперименты, не было.       Иногда он даже задумывался, способен вообще ли испытывать романтическое, куда там сексуальное, влечение. Может, это вина его асоциальной натуры, а может, «того самого» партнера для него вообще не существовало. На самом деле, Эдгара не особо волновали такие вещи, поэтому его «одиночество» не казалось чем-то удручающим, скорее походило на ту независимость, самостоятельность, о которой мечтал с детства. Зато, в минуты размышлений о собственной идентичности, этот же факт становился точкой невозврата, после которой начиналась бесконечная спираль сомнений, по которой парень стремительно катился, без возможности достичь дна этой кроличьей норы самокопания.       Эдгар не знал, нормально ли то, что он ни разу ни в кого не влюблялся.       И именно эта неуверенность, потерянность была тем, что не давало парню послать Фэнга сразу и подальше.

***

      Они договорились о встрече этим вечером. Во время той переписки в кончиках пальцев немного показывало от волнения и нерешительности. Сейчас же это переросло в крайне неприятное ощущение, заставляющее Эдгара постоянно искать, чем занять руки. Отсутствие посетителей в магазинчике привело к тому, что целый рабочий день парень придумывал причины, по которым принимать предложение Фэнга было огромной ошибкой. Он совершенно не знал его и мог только предполагать, какую корыстную цель мог преследовать «актер». Ха, конечно же в случае чего Эдгар сможет дать отпор, в этом сомнений точно не было. Да и правда ли он вообще актер? В плане, Эдгар конечно нашел в гугле статьи о нем, но что если тут какой-то подвох? А что делать, если мотивы и их последствия всплывут только потом? Или он просто еще не знает, а ему угрожает что-то ужасное?       Вероятнее всего, Эдгар мог бы и дальше накручивать себя, если бы не тихий звон колокольчика, висящего над входной дверью магазинчика. Парень машинально повернул голову в сторону входа, глядя на гостя своим фирменным неприветливым взглядом, предназначенным для внезапных посетителей, хотя прекрасно осознавал, что в это время к нему вряд ли заглянет кто-то, желающий купить магнитик с видами Ретрополиса или статуэтку с Лолой. К огромному огорчению Эдгара, на пороге стоял он.       – Хух, ну и духота тут! Представляю, каково тебе сидеть в этой каморке целый день.       Мышцы Эдгара разом напряглись, недоверчивый взгляд окинул фигуру в дверях с ног до головы. Теперь, когда они смогли встретиться лично, пришлось отметить, что в жизни Фэнг ничуть не уступал своим фотографиям и похоже действительно проводил немало времени в спорт зале. Или же это плоды вечных тренировок на съёмках? Ай, ладно, просто одним поводом для подколов меньше. Сам Фэнг выглядел уверенным в себе, а добродушная и мягкая улыбка, дополняющая образ «альфа самца 100% знающего себе цену мужчины мечты», сразу же начала подбешивать Эдгара. Надо же, пришел такой важный, еще и в каком-то золотом костюме с кучей непонятных деталей.       – Ну и чего ты припёрся сюда? Мы же договорились встретиться в восемь. – фыркнул Эдгар, надеявшийся подождать нового знакомого на месте встречи с минуту, а если бы тот не пришел – это уже его проблемы, нечего опаздывать.       – Видимо ты не только в Тиндере не особо доброжелательный. Так разве я не вовремя? – парень с хвостиком кинул взгляд на циферблат настенных часов, который отчётливо показывал без пяти минут восемь.       – Нет, рано. И приходить в эту дыру тоже было необязательно, вроде как договаривались встретиться у остановки. – сотрудник лавочки Гриффа приподнялся из-за прилавка, поднял с пола сумку, и, не желая ни минутой дольше находиться в этом крошечном помещении вместе с довольным и слишком приветливым Фэнгом, по привычке объявил о конце смены, после выпихнув гостя на крыльцо. – Ну и что дальше?       – У тебя есть какие-то пожелания?       – Понятия не имею, какие у меня могут быть пожелания, – буркнул Эдгар себе под нос, – Твоя идея была, если ты пришел просто подкараулить меня с работы, то я, пожалуй, уйду прямо сейчас.       – Хочешь прогуляться по парку? Или зайти в бар? Я знаю, где неподалеку делают самые вкусные хотдоги и свежий попкорн, еще можем в кино сходить--       – На «Мастера Корн-Фу»? Нет уж, я на тебя и в жизни посмотрю! – перебил его Эдгар, которому казалось, что главный возможный подвох во всем этом – то, что его пытались затащить на типичное свидание из ромкомов (нет, но их не смотрел, это все Коллет).       – Ты нашел список фильмов с моим участием?       – Завали ебло.       – Ладно, хорошо, так куда пойдем? – неизменно спокойным голосом спросил Фэнг и тихо усмехнулся.       – Мы не договаривались ни на какие свидания.       – Ну, не на свидание, просто так, разве не прекрасный вечер для прогулок? Так свежо…       – Мне отсюда не заметно, ты слишком душный. Давай без этого всего. Мы не на это договаривались.       – Так неймется?       – Блять, а не пойти ли тебе нахуй со своим своевременным юмором, клоун? Мы не знакомы, общались в Дискорде максимум, мне к херам не сдалась эта милая дрянь, – огрызнулся на шутку подросток. Мало того, что он был на голову ниже этого… этого… в общем самоуверенного мудака-позера, возомнившего, что стоит ему посветить бицепсами, и каждый ему в ноги упадет, так этот актеришка еще и не дает Эдгару даже надежды на то, что один из его подколов пробьет прочную броню из самоуверенности и ненужного пафоса, который чуть ли не физически давил на шатена, постукивающего лакированными ноготками по плечу, скрестив руки на груди, – Давай быстрее, иначе я предпочту съебать отсюда, у меня мог быть спокойный вечер с колой и роллами, а они – компания получше тебя.       – Все, ладно, не кипятись, – от взгляда Эдгара не скрылась с трудом сдержанная улыбка на лице Фэнга, пропавшая через мгновение. Если этот хер собирается пошутить что-то вроде «хотя ты и так горяч», Эдгар ударит его раньше, чем тот закончит фразу. – Тогда я знаю тихий мотель, где нам никто точно не помешает.       Шарф, уже готовящийся бить по носу разговорчивого актера, медленно опустился, расслабившись. Эдгар устало и раздраженно вздохнул, попытался успокоиться, и согласился. Он уже сто раз пересмотрел глупое решение встретиться с Фэнгом. Никакие открытия не стоят того, чтобы тешить и так завышенное самомнение зазнавшегося выскочки. Хотелось как-нибудь побыстрее сбежать. И казалось, что просто уйти он не сможет. Фэнг не станет останавливать его, это точно, но острое чувство внутри говорило, что так делать нельзя.

***

      – Ты сюда шлюх обычно водишь?       За дверью, которую украшала только цифра «53», оказалась небольшая комната. Одна ее часть представляла то ли столовую, то ли кухню: пара стульев, стол, небольшой холодильник, а рядом с ним шкафчик с чайником и микроволновкой на нем. Отделенная от нее перегородкой (состоящей из узора, похожего на переплетение веток, но что это – точно сказать было нельзя) спальня состояла из двуспальной кровати, какого-то комода, и двери в ванную на противоположной стене.       – Нет, только таких как ты.       По интонации было понятно, что это шутка, но Эдгар решил не терять бдительность. В каждой шутке есть доля правды, возможно это далеко не первый раз, когда этот «горячий альфа с большим опытом за плечами» притаскивает сюда неопытных мальчиков, а потом… потом... Что бы ни ожидало его этим вечером, Эдгар должен быть готовым.       – Почему мотель? Стремно, что я увижу твою квартирку, каждый сантиметр стен которой обклеен плакатами с тобой? Фапай на себя сколько угодно, мне-то какое дело. – Сейчас, когда Эдгар боролся с волнением, медленно обволакивающим его с ног до головы, он отчаянно пытался спастись, отвлекаясь на изучение безвкусного интерьера вокруг и все еще пытаясь подколоть мистера Дракона, который сейчас удалился на кухню. А может дурацкие шутки просто служили защитной реакцией Эдгара?       – Мотели это удобно, самому часто приходилось останавливаться в них во время гастролей и кастингов. – Ноль реакции. Да еще и этот блядский тон, полный спокойствия, добродушный такой. Кого он нахер из себя строит?       – Так бы сразу и сказал, что сделал себе имя, снимаясь в дешевых порнушках. Прости, не увлекаюсь чем-то таким, – еле заметная самодовольная ухмылка мелькнула на лице Эдгара. Его слова были скорее подколом, нежели чем-то серьезным, но кто мог знать, какие тайны скрывает от чужих глаз Фэнг. Как там говорится? Путь в шоу-бизнес лежит через постель?       От мыслей Эдгара отвлекла чужая рука, коснувшаяся его плеча со спины, которая тут же была грубо сброшена одним из краев шарфа. На секунду парень понадеялся, что он все же сумел задеть своего (с недавних времен) знакомого, и сейчас можно будет рассмеяться в своей похуистической манере прямо в недовольное лицо Фэнга, окончательно давая понять, что тот не сможет своим ««статусом»» и уверенной интонацией заставить Эдгара прямо тут упасть перед ним на колени. Все-таки это не черноволосый парень клеится к зазвездившемуся актеру на протяжении всего вечера, да и все это вообще не его затея. Сам предложил – пусть сам и унижается, нечего делать вид, что он через два часа общения и несколько тупых шуточек может одной своей улыбкой разложить любого на первой попавшейся ровной поверхности.       Но к большому удивлению, когда Эдгар обернулся к своему собеседнику, тот стоял все с тем же довольным лицом и приветливой улыбкой, посмеиваясь со специфичного юмора паренька с шарфом на шее. В его руках было два небольших стакана, на дне каждого их которых было немного бесцветной жидкости. В нос сразу же ударил резкий запах.       – Это что? Эта дрянь пахнет ужасно, убери ее.       – Это байцзю, штука чуть крепче водки, но чтобы расслабиться – самое то. Если ты хочешь конечно.       – Сколько раз я должен повторить, что мне нахуй не сдались твои киношные сюжеты с ужином при свечах, вином для смелости и лепестками роз, чтобы создать атмосферу? Неистовым Мистером Греем тебя будет называть какая-нибудь фанатка, если они вообще у тебя имеются, а я тут не для того, чтобы воплощать твои влажные фантазии. Пытаешься найти идиота, строя из себя блядского героя и прикрываясь благими целями? Ну так отсоси, я на это не поведусь.       Тишина, прерываемая лишь нервно-раздраженным пыхтением парня пониже, повисла между собеседниками на несколько секунд. Получилось неловко. Очень. Главный вопрос, который теперь волновал Эдгара, – пошлет ли его теперь Фэнг. Не то, чтобы он особо хотел продолжения, но почему-то теперь идея просто свалить, громко хлопнув дверью, и уйти домой к уютному вороху из одеял и рубиться в приставку до самого утра не казалась такой уж привлекательной.       Возможно, иногда он слишком перегибал палку. Эдгар конечно плевать хотел на мнение других, но он же не был абсолютно непробиваемым придурком, для которого цель всегда оправдывает средства. Было стыдно и снова хотелось извиниться. Черт.       Фэнг тот еще напыщенный мудак, но хотя бы честный. И ни на чем не настаивал, ни разу не надавил и не попытался заставить Эдгара делать что-либо. Только предлагал варианты, которые, по его мнению, могли бы сгладить всю неловкость ситуации. Даже какую-то китайскую дрянь в красивой бутылочке притащил.       Лицо держащего стаканы в руках парня приняло какое-то унылое выражение: уголки губ опустились, брови из слегка-насмешливых приняли положение, скорее походившее на грустное или разочарованное. Минуту назад Эдгар бы рассмеялся Фэнгу прямо в его слегка округлившиеся глаза, но сейчас было как-то не до смеха. Он потупил взгляд в пол, думая, что делать дальше, потому что теперь расстраивать того, кто все это время пытался сделать ситуацию наиболее комфортной для спрятавшего глаза за челкой парня, как-то совсем не хотелось.       – Ладно. Прости. Если тебе правда все это не нужно, то можешь уйти, – наконец отозвался Фэнг. Его голос звучал как-то глухо и значительно менее приветливо. – Возможно я действительно давлю слишком сильно, ситуация и так не самая приятная, а я тут предлагаю алкоголь. Выгляжу как какой-то криповый придурок наверняка. Если что, я не заставляю тебя оставаться, ты только скажи.       Блять.       Ну охуенно, что еще говорить.       Это совсем не то, что должно было случиться. Эдгару стало совсем стыдно, хотелось пробить себе лицо фейспалмом. Нужно же быть таким идиотом. Класс.       С его стороны послышалось едва уловимое и скомканное «извини». С каждой секундой атмосфера становилась все напряженнее, а внутри внезапно объявившаяся совесть укоризненно давила чувством стыда на легкие. Эдгару казалось, что надо было что-то сделать, чтобы загладить свою вину. Но не предлагать же Фэнгу тот самый отсос как компенсацию.       Эдгар не был в этом уверен, но возможно его уши предательски покраснели. Потрясающе.       Фэнг смотрел на него наверняка осуждающим и разочарованным взглядом и ждал ответа. Так казалось, по крайней мере. Поднять глаза было слишком страшно.       – Я не это имел в виду, – извинения никогда не были сильной стороной Эдгара. Намного удобнее придумать дурацкий подкол и постараться заставить собеседника чувствовать себя виноватым (или униженным… в целом, разницы не было, только бы не нужно было испытывать это жгучее чувство стыда). Но он честно пытался. Иногда. Например перед Коллет. – Ты это… извини, что ли. Или что там обычно говорят люди, у которых совесть на месте. Короче, забудь, я про фанаток не серьезно. Ну и вообще, ты… это… Б-блять, короче, иди ты, я не это хотел сказать       Отлично. Еще лучше.       – Так вот в чем дело. – внезапно оживился Фэнг, на что его собеседник машинально вскинул на него взгляд, тут же отводя его, неловко отворачиваясь, перекрестив руки на груди. Высокий парень как-то подозрительно сощурился, и стало совсем неловко. Шарф очень вовремя закрыл лицо хозяина, пряча и так разнервничавшегося Эдгара. – Я все думал: ты действительно так хочешь меня послать, или просто боишься, что придется хоть в чем-то согласиться со мной. Видимо, твои комплексы достаточно велики, чтобы все мысли были направлены только на то, чтобы не показаться слабым.       – А твои, видимо, не позволяют пускать кого-то трезвого к себе в постель, да? А я ведь так и знал, что тупые факты из моей ленты в ТикТоке – полный пиздеж, и густота бровей мужчин никак не сопоставима с размером чьего-то члена. Ну, признай, коротковат?       – Хочешь сразу перейти к делу? Что ж, окей, – Фэнг удивленно дернул своими густыми, темными бровями аккуратной формы и полез за чем-то в карман, пока Эдгар в панике пытался придумать какой-нибудь остроумный ответ. У него категорически не получалось. В голове было пусто, а внутри продолжало сворачиваться спиралями чувство стыда и какой-то ужасно неприятной неловкости. От всего этого его отвлек некий предмет, который в него бесцеремонно кинули. Вероятнее всего, он бы прилетел парню прямо в лицо, но благо шарф быстро среагировал, ловко поймав загадочную вещицу, тут же передав ее в руки хозяина. Это оказалась небольшая коробочка, покрутив которую удалось выяснить, что это…       – Презервативы? – Недоумение сменилось дурацкой подростковой ухмылкой.       – Да. Тебя что-то смущает? Сам говорил, мы друг друга знать не знаем, мало ли кто побывал с тобой в кровати.       – Ты только что назвал меня заразным что ли?! Охуел?       – Нет, ты сам это сказал. Да и вообще, прекрати вести себя как пятиклассник, нашедший пачку презервативов под подушкой у родителей, – Фэнг расплылся в нахальной улыбке при виде Эдгара, краснеющего от злости. Последовавшая за этим шутка про мать и вовсе заставила Фэнга усмехнуться. Иногда не верилось, что новый знакомый не наврал про свой возраст в анкете, и ему вправду было двадцать, а не около четырнадцати. – Если тебе не нужен алкоголь или что-нибудь еще вроде свечей по всей комнате или катки в КС чтобы расслабиться, можем начать. Я пойду в душ, а ты разберись со всем остальным. Справишься ведь?

***

      Ничто не расслабляет так, как горячий душ и ничто не разочаровывает так, как вид все еще почти полностью одетого Эдгара, сидящего на кровати, и что-то очень усердно делавшего с несчастным презервативом, увлеченно тиская предмет в руках. Очень жалкая картина.       – Мне казалось, что мы договорились. Я что-то не так понял?       – Какие ко мне на этот раз претенз..-- БЛЯТЬ тебя прикрываться не учили?!       Эдгар думал, что уже привык к виду обнаженного торса Мистера Неистового, который сиял на каждом втором плакате с его изображением и почти на любой его фотографии. Но, оказывается, увидеть что-то такое в живую было чем-то совершенно другим, а сейчас в добавок очень неожиданным. На плечах длинноволосого лежало полотенце, которым тот, вероятнее всего, вытерся после душа, и… Все. Больше абсолютно ничего. Подтянутое тело предстало во всей красе, освещаемое мягким приглушенным светом стареньких настенных ламп над кроватью. Вопрос лишь в том, сдалось ли это самое тело сейчас Эдгару?       – Тебя так пугает вид мужского тела? Небось от своего собственного отражения в зеркале тоже каждый раз вздрагиваешь, приятель? Брось, разденусь я сейчас или пятью минутами позже – большой роли не сыграет. А ты почему все еще одетый? Я же был в душе минут десять…       – Пф, вообще-то я разделся. – Словно пытаясь доказать достоверность своих слов и то, что Фэнг – слепой идиот, Эдгар встал со своего места, представ перед партнером в своем незаменимом шарфе и длинной свободной толстовке темно-серого оттенка, из-под края которой показывались боксеры черного цвета. – В следующий раз, когда будешь приводить кого-нибудь в мотель, притащи с собой блядский обогреватель. Тут холодно. А еще так удобнее. Да и вообще иди ты, Аполлон хуев…       – Хорошо-хорошо, но шарф то хотя бы свой сними... – Фэнг не успел коснуться мягкой поверхности шарфа, прежде чем его остановил сам Эдгар, больно отмахнувшись от чужих распустившихся ручонок, – Ауч! Нежнее, детка! Я понял!       Казалось, что сейчас Эдгар выглядел еще более скованным чем раньше, а его неуверенность все агрессивнее пробивалась сквозь толстую броню из колких шуточек и скверного характера паренька. Шарф был приподнят необычно высоко, пряча под собой красные щеки и покусанные губы хозяина, еще больше привлекая внимание к неестественному поведению темноволосого. Фэнг хоть и представлял то, как же неудобно будет с этой полосатой тряпкой, которая разумеется будет лезть и под руку, и в рот, и в глаза, но в то же время хотел отнестись с пониманием к Эдгару. Раз уж удобнее, то пусть останется в этом.       – А… Можно хотя бы узнать, чем это ты таким интересным занимаешься? – Взгляд возможно порноактера упал на открытый презерватив, который держал в руках Эдгар, то и дело растягивая его в разные стороны, словно это была какая-то игрушка антистресс. Забавно.       – Пф, не видно? Пытаюсь его… Ну… Растянуть, как бы… Разве не нужно? – Последние две фразы прозвучали совсем тихо и сопровождались стыдливой гримасой, так как, похоже, даже сам Эдгар понял, насколько по-идиотски и нелепо это звучало. Повисла небольшая неловкая пауза перед тем, как Фэнг поймал себя на очень странной мысли и осмелился озвучить ее вслух.       – Ты ведь девственник, верно? То есть… Ты говорил что у тебя не было ничего с парнями. Но либо до этого ты компенсировал свою неопытность чем-то другим, либо рука и шарф – твоя единственная утеха.       – Завались! Какая вообще разница?!       – Ну, я просто думаю, что делать в такой ситуации дальше, – продолжил парень, почесав затылок. Эдгар совершенно не понимал, куда деть свой взгляд, чтобы не сгореть от стыда окончательно, потому что сильные руки Фэнга, подошедшего слишком близко, остановили пальцы нервно перебирающих глупую резинку рук, и теперь было страшно не то, что двигаться – даже вздохнуть было почему-то стыдно. – Я предполагал, что ты прочитаешь какие-нибудь статьи о подготовке к первому сексу, ну или в крайнем случае посмотришь парочку видео, но что-то мне подсказывает, что нет…       Эдгар еще сильнее вжал голову в плечи, не зная, что ответить. Он честно пытался, но все туториалы были какими-то пугающими и неприятными, поэтому он решил, что разберется на месте. Видимо, это было ошибкой.       – Возможно я поспешил с развитием событий, и нам придется немного отложить самое интересное, – с этими словами Фэнг снова отправился искать что-то в своих вещах. Эдгару стало как-то не по себе. На что он вообще подписался?..

***

      Лицо горело подобно адскому пламени, а кончики ушей сейчас наверняка были краснее, чем искусанные губы Эдгара. Он лежал на кровати, спрятав свое лицом в подушку, так как казалось, что даже шарф не может спасти его от стыда. Возможно, его смущал тот факт, что сейчас он находился в безумно нелепой позе, немного приподняв свой зад вверх, и ерзал каждую минуту. Или же причиной столь сильного смущения послужило то, что каких-то пять минут назад, пока Эдгар стоял в самой ужасной позе из всех, что он мог сейчас себе представить, чужие пальцы бережно массировали и обрабатывали его проход смазкой, а после эти же пальцы, осторожно раздвинув ягодицы Эдгара, медленно ввели внутрь округлый металлический предмет, называемый пробкой.       Дискомфорт от прикосновения холодного металла сменился противной болью, которую не могла облегчить даже смазка с охлаждающим эффектом, как бы не расхваливал ее действие Фэнг. Эдгар не был бы Эдгаром, если бы не растянул весь процесс на добрую четверть часа, дергаясь, брыкаясь и вообще грозясь сбежать к чертовой матери, если актер не прекратит и не уберет эту штуку. Разумеется, без отборной ругани тоже не обошлось. Но сейчас Эдгар покорно лежал, терпя незначительно уменьшившийся дискомфорт где-то внутри себя. Моральный или физический в большей степени – сказать сложно.       Тишина висела в комнате долгие несколько минут, которые для плавящегося от смущения и волнения мозга превращались в бесконечность. Единственное, что нарушало отсутствие звуков в комнате – возня Эдгара на кровати и умеренное дыхание Фэнга (который, кстати, соизволил накинуть на себя полотенце!), сидевшего где-то рядом. Слова Эдгара о том, что он не нуждается в такой позорной подготовке, особо ни к чему не привели. Возможно он и прочел несколько статей о... Самом процессе, но они никак не могли сравниться со знаниями Фэнга, который, имея куда больший опыт во всем этом (больше чем ничего, как минимум), заверил, что иначе ничего не выйдет.       – Сегодня может не получиться, но не переживай, я все понимаю. Просто необходима индивидуальная подготовка. Лучше встретиться несколько раз, чем испортить тебе все впечатление и отбить всякое желание одним разом.       Ага, спасибо блять, об испорченном впечатлении нужно было думать раньше. Хотя Эдгар и сам не понимал, чего ждал от этой встречи. Кажется, любой возможный вариант развития этого вечера имел свои недостатки и автоматически становился отвратительным. Вариант, где он молча лежит и ждёт непонятно чего с пробкой в одном месте, не был исключением. Спасибо хоть за то, что этот придурок разрешил боксеры обратно надеть.       – Ну и долго мне так ещё лежать?       – М, желательно не меньше часа, чтобы добиться хотя бы какого-нибудь эффекта.       – Чего, серьезно? Приехали нахуй. Знал бы – захватил бы с собой уно. Хоть какое-то веселье. – Озадаченный взгляд Фэнга заставил Эда раздражённо закатить глаза и в очередной раз мысленно ударить себя рукой по лицу, пытаясь справиться с никак не отступавшим чувством стыда. – Шутка! Это была шутка! Неужели у тебя так плохо с пониманием сарказма?       – Не знаю. Но если ты не хочешь лежать целый час без дела, я и не заставляю, – длинноволосый придвинулся чуть ближе к Эдгару и склонил голову набок, – Найдем чем заняться. Главное, пожалуйста, прекрати отбиваться и посылать меня при каждой возможности, я же тебя силой брать не собираюсь.       Эдгар приподнялся на локтях и обернулся, столкнувшись глазами с Фэнгом. Если честно, он ожидал увидеть перед собой горящие чрезмерной самоуверенностью глаза важного актера, который вновь решил строить из себя альфу. Пф, ужасно. Но нет, взгляд Фэнга был абсолютно спокойным и полным понимания к Эдгару. Ч-черт... От этого внимательного взгляда становится как-то неловко.       – Откуда я знаю, что ты там планируешь делать? Опять что-то достанешь и засунешь в меня? – небольшая пауза, – Я подумаю... Ничего не обещаю. Зависит от того, насколько ты будешь мудаком.       – Как ты смотришь на компенсацию в виде минета? Для девственников объясняю, это совсем не больно. – Фэнг расплылся в насмешливой улыбке.       – Сам пошутил – сам посмеялся. Молодец, клоун. Мне-то от куда знать, достойная ли это компенсация. Давай, расположи меня к себе.       Рука Фэнга, которой тот мягко коснулся чужой ноги, заставила Эдгара вздрогнуть. Но, что было большим прогрессом, далее никаких действий и протестов с его стороны не последовало. Все это время он не давал Фэнгу даже шанса как-то разбавить обстановку и сделать шаг навстречу. Возможно, стоит хотя бы на время остыть и довериться этому самоназванному гуру.       – Если я попрошу тебя сесть, то, чувствую, ты опять меня пошлёшь. Так что будь добр, хотя бы перевернись на спину, – почему-то это прозвучало слишком мягко и заботливо. Либо от горящего огнем внутри смущения парень начал ехать крышей, и слышать то, чего нет. Но раз уж Эдгар решил не быть полным кретином хотя бы несколько минут, то должен забить на это. Послушавшись, с недовольным вздохом парень сделал ленивый перекат с живота на спину тут же зашипев, когда уже заметно притупившийся дискомфорт принял какую-то новую форму. Надо запомнить, что двигаться с этой штукой внутри – идея не из лучших.       Большая горячая ладонь, опустившаяся на голень Эдгара, медленно двинулась выше, к колену, заставляя кожу немного замерзшего парня покрыться мурашками. Как Фэнг вообще умудрялся сидеть в этом прохладном помещении без одежды? Вопрос тут же отошел на второй план, стоило чужой руке скользнуть на внутреннюю сторону бедра. Эдгар тут же машинально отдернул ногу, сгибая ее в колене. Ощущения от всего этого были очень странными, и отнести их к приятным или неприятным точно никак не получалось. Вместе с движением тела, пробка внутри тоже поменяла положение, теперь упираясь в напряженное нутро парня как-то совсем неприятно. Он поерзал на месте, но от этого ситуация не особо изменилась.       – Все в порядке? – участливо спросил Фэнг, наклонив голову. Он старательно пытался встретиться с партнером взглядом, но тот настолько сильно вжался в кровать и спрятал лицо в шарф, что сделать это было невозможно. После пары секунд молчания, Эдгар кивнул головой. – Я продолжу, но если вдруг что-то пойдет не так – пожалуйста, говори.       Ну да, как же. Как он должен сказать хоть что-то, когда он и мысли собрать в кучу не может? Сердце забилось быстрее, стоило горячей руке коснуться его бедра. На этот раз Фэнг стал поглаживать правую ногу, позволив партнеру оставить другую согнутой. Почему-то от тепла шершавой ладони на его коже Эдгару становилось по странному хорошо, и от осознания, что ему это нравится, хотелось провалиться под землю. Он что, как какая-то шлюха позволит лапать себя во всех местах, при этом еще и не возражая особо? Внутри злость на самого себя боролась с неясным приятным чувством, вызванным теплом чужих прикосновений.       Фэнг медленно двинулся выше, обводя дугу края боксеров рукой. Эдгар слегка вздрогнул, когда кончики чужих пальцев проникли под черную ткань, проводя по нежной коже, совершенно непривычной к прикосновениям других людей. Медленные движения руки слегка напоминали что-то щекотное, но вместе с этим были не похожи ни на какие другие ощущения в жизни Эдгара. Он застыл, приподнявшись на локтях, и с ужасом смотрел, как двигались очертания чужих пальцев под тканью боксеров.       Парень вспомнил, что у него существуют части тела помимо левой ноги, когда вторая рука Фэнга погладила согнутое колено, после мягкими движениями заставляя выпрямить ногу. Длинноволосый продолжил ласкать бедро Эдгара, одновременно выводя какие-то узоры на светлой коже другой ноги. Снова почувствовав, как по телу прошлись мурашки, Эдгар зажмурился. Смотреть на этот процесс было стыдно и ужасно неловко, признавать, что ему даже не то, чтобы хочется отпихнуть от себя партнера, не хотелось.       Горячая рука накрыла пах Эдгара, который от неожиданности дернулся, тут же распахнув глаза, устремив непонимающий взгляд на Фэнга. Тот поднял голову, смотря на раскрасневшееся лицо напротив: челка окончательно спала на глаза, которые едва заметно выглядывали из-под шарфа. Не прерывая зрительного контакта, Фэнг стал поглаживать ткань боксеров, наблюдая за реакцией. Спустя несколько мгновений, Эдгар будто выпал из ступора, нахмурился и попытался отползти назад.       – Знаешь, возможно я передумал… – неуверенно проговорил парень. Новые ощущения никак не укладывались в голове, и от этой неизвестности становилось немного страшно. Хотя, скорее всего, это было все то же не унимающееся волнение, которое стояло неприятным комом в горле весь этот вечер.       – Мне остановиться? – Фэнг тут же убрал руки и застыл в довольно забавной позе, – Что-то не так?       Эдгар не смог выдавить из себя внятный ответ, промямлив что-то неразборчивое и снова прячась в полосатую ткань шарфа. Он успел привыкнуть к ощущению чужих прикосновений на своей коже и, неожиданно для себя, почувствовал какое-то разочарование, когда теплые руки партнера поднялись в воздух.       – Хэй, все в порядке? – в ответ последовало очередное неловкое мычание, и парень напротив смущенно помотал головой. – Возможно я слегка поспешил. Если хочешь, я могу продолжить. Или временно отложить конкретно эту часть, – после этого Эдгар невнятно попытался что-то сказать, но у него снова не вышло. Фэнг, кажется, разобрал «не знаю» и «возможно». Причинить дискомфорт и так донельзя раскрасневшемуся парню он не хотел, но понимал, как в такой ситуации должно быть тяжело давать четкие ответы.       Надеясь, что в случае чего Эдгар не будет молчать, он осторожно проник ладонью под ткань серой толстовки. В ответ на прикосновения руки к животу, внутри у Эдгара что-то с тянущим удовольствием сжалось, и он невольно напрягся. Фэнг провел по кубикам пресса, слегка заметным наощупь, и для себя отметил, что анкета в Тиндере все-таки не врала про занятия спортом. Вторая рука тут же присоединилась к первой, огладив подтянутый живот, и двинулась выше.       Мурашки пробегали по спине после каждого движения чужих рук, и Эдгар чувствовал, будто плавится под нежными прикосновениями и внимательным взглядом карих глаз. Очень странные и непривычные ощущения. Это определенно отличалось от того, если бы парень сам водил по себе руками, и единственное объяснение своей внезапной реакции на касания, которое он мог бы придумать – это должно работать также, как со щекоткой, ведь никто не может защекотать себя       Но сейчас было не до поиска ответов: любые мысли исчезали в тягучем приятном чувстве, которому Эдгар еще не нашел названия, стоило им только появиться. Он не заметил, как упал на спину и закрыл лицо руками, сгорая от стыда за всю ситуацию. Мало того, что он лежал полураздетым на огромной кровати посреди комнаты, подставляясь под чужие прикосновения, так ему еще и нравилось. Ужасно. Ужасно стыдно, ужасно неловко, ужасно унизительно. Тело предательски липло к чужим рукам, пытаясь продлить каждое касание, а уже почти привычное чувство наполненности где-то внутри время от времени давало о себе знать.       Пока одна рука Фэнга ласкала грудь Эдгара, вторая куда-то пропала, заставив Эдгара разочарованно вздохнуть. Если бы он мог покраснеть еще сильнее, то обязательно залился бы краской. Шершавая ладонь вернулась на бедро парня, поглаживая его, и он с ужасом понял, что опять подставляется под прикосновения.       Время абсолютно перестало существовать для лежащего на мягких одеялах Эдгара. В какой-то момент партнер попросил его отнять одну руку от лица, и накрыл чужую ладонь своей, прижимая ее к кровати где-то над головой Эдгара. Вторая его рука медленно поднялась к обвязанной шарфом шее.       – Можно?       Горячие пальцы проскользнули под полосатую ткань, касаясь мягкой белоснежной кожи. В ответ на это послышался шумный вздох. Эдгар неосознанно наклонил голову набок, открывая нежную шею для чужих касаний.       Манящие руки, обжигающие в самом начале, теперь отдавали прохладой, контрастируя с раскаленной кожей Эдгара. Пальцы осторожно скользили вдоль шеи, проходились по подбородку, то и дело задевали чувствительные мочки ушей, каждый раз заставляя парня тихонько вздрагивать. Казалось, партнёр изучал каждый сантиметр его бледной кожи, которая до этого почти всегда скрывалась за шарфом от чужих глаз, а теперь, подобно чему-то таинственному и сокровенному, открылась и находится во власти Фэнга. Было так хорошо, но так... Странно и неправильно.       Эдгар ощущал себя словно парящим в обволакивающем теплом тумане, который не давал ни ясно мыслить, ни владеть своим телом в полной мере. Сейчас очертания реальности были совершенно размыты, потеряны, и, стоило Эдгару попытаться повернуть голову в сторону, дабы хоть немного скрыть свои подрагивающие от прикосновений губы и залитое румянцем лицо, чужие пальцы тут же скользили по горлу и мимолётно касались подбородка, заставляя тело податься навстречу ласкам и вернуть голову в прежнее положение.       Внезапное невесомое прикосновение губ к шее и чужое дыхание, обжигающее, казалось, и так донельзя нагретую кожу, вызвало очередной рваный вдох, а потом... Все прекратилось. Ощущение слегка грубоватых губ на нежной коже исчезло так же неожиданно, как появилось, а руки, за которыми сейчас Эдгар был готов следовать куда угодно, лишь бы остаться в этом непонятном, вязком тепле, неумолимо отстранялись. Пришлось найти в себе силы открыть глаза. Как будто бы смотря сквозь какую-то пелену, он пару секунд озадаченно сидел, пытаясь осознать реальность происходящего.       – Хэй, ты как, нормально? – обеспокоенные глаза Фэнга были первым, за что зацепился взгляд Эдгара, как только удалось восстановить какую-никакую четкость зрения. Он был в порядке, абсолютно точно. Только возможно забыл, как говорить и не знал, как унять жар, волнами расходящийся по всему телу. – Я узнаю эти нахмуренные брови. Я что-то делаю не так? Если шеи не стоило касаться, ты мог остановить меня…       Эдгар понятия не имел, как объяснить Фэнгу, что единственная причина для возмущения сейчас – это его руки, которые так нахально посмели прервать то, что вытворяли с разумом и телом Эдгара в последние... Пять минут? Двадцать? А сколько он вообще так лежал?       – Да ты... Ты... Блять. Пожалуйста, завались со своими заботливыми фразочками и делай что делал, – ватная голова упала обратно на подушку, а руки стыдливо закрыли лицо. Нет, он точно не желал знать, каким взглядом на него сейчас смотрел Фэнг, и что он вообще думал о сказанном. Все, что его сейчас волновало – чужие ладони, слегка грубоватые, но такие приятные, и нежные касания теплых пальцев.       Возможно, призыв действовать был воспринят Фэнгом слишком прямо, ведь на этот раз его руки не долго блуждали по шее партнера, которую тот любезно подставлял под прикосновения, и совсем скоро переместились на талию, а с нее – на бедра парня. Руки мистера Неистового медленно поглаживали мягкую светлую кожу, словно нарочно мимолетно задевали внутреннюю сторону бедер, вызывая еле ощутимые приятные судороги в ногах. Кончики чужих пальцев зацепились за резинку боксеров и слегка оттянули ее вниз, остановившись в ожидании реакции.       На этот раз скованный не только стыдом и страхом перед неизвестностью нового опыта, но и странным ноющим чувством где-то глубоко внутри, Эдгар мог только махнуть рукой в невнятном жесте, означающем зелёный свет. По крайней мере, Фэнг надеялся, что это был именно он.       Приспустив чужие боксеры, Фэнг касается своими горячими губами подтянутого живота партнера, обжигая непривычную к прикосновениям кожу. Эдгару снова хочется провалиться под землю, пока чужие губы складывают из невесомых поцелуев дорожку, ведущую все ниже, и ниже… Он вздрагивает и отнимает одну руку от лица, когда длинноволосый парень, не прекращая череду мягких поцелуев, медленно стягивает с него черные боксеры. Эдгар видит, как проворно двигаются по его телу пальцы, и думает, что момент, когда придется окончательно сгореть от стыда, вот-вот наступит, но Фэнг неожиданно прекращает целовать его пресс, поднимая глаза и сталкиваясь взглядом с партнером, и в голове наступает звенящая тишина, нарушаемая только стучащим где-то в горле сердце.       Неловкость, перемешанная с волнением (страхом?), вновь оседает где-то внизу живота, заставляя все внутри переворачиваться с ног на голову и резко падать в какую-то бездну, теряться в ощущениях. Эдгар зависает в бесконечной мертвой петле, забывая, где верх, где низ, зависает на краю бездны постыдного удовольствия, стоит чужим пальцам пробежаться по его разгоряченной плоти. Единственное, за что он может сейчас зацепиться – немигающий взгляд карих глаз напротив.       Все тело предательски покрывается мурашками. Хочется вновь закрыть пылающие щеки руками, а еще лучше – упасть на спину и придушить себя подушкой, прижав ее к лицу как можно сильнее. Но почему-то разорвать зрительный контакт никак не получается, видимо, парень окончательно теряет контроль хоть над чем-то в этой ситуации. Он плавится от ужасного, мучительного смущения, пока Фэнг проводит ладонью по всей длине его члена, наугад подыскивая лучший ритм. Эдгар решительно не понимает, как функционировать в такой ситуации, и замирает, разучившись дышать. Какой ужас. Отвратительно. Настойчиво пытающиеся возникнуть в голове мысли теряются раньше, чем удается их разобрать. Он просто знает, что ему до чертиков стыдно. Стыдно за то, что он вообще согласился на всю эту авантюру. Стыдно за то, что все слова повылетали из головы. И, наконец, Эдгару блядски стыдно за то, как он вздрагивает в ответ на прикосновения, кусает губы и ловит какой-то неизвестный ранее уровень удовольствия. Дурманящего, обволакивающего, заставляющего смотреть на то, что с ним вытворяют чужие руки, не издавая ни звука.       Фэнг неожиданно придвинулся еще ближе, и, продолжая медленные движения ладонью, толкнул Эдгара другой рукой, заставляя его наконец-то лечь на спину. Парень благодарно вздыхает и падает головой на мягкую подушку, зажимая рот и пунцовые щеки руками. Он слышит где-то над собой усмешку Фэнга и старательно игнорирует смущение, подступающее к горлу новыми и новыми волнами.       Свободной рукой Фэнг проходится по груди партнера, неспешно обводит ореолы сосков кончиками пальцев, посылая подобие электрических зарядов по всему телу партнера, выводит спирали и еще какие-то фигуры на бледной коже, сейчас не разобрать. Шершавая ладонь проходится по прессу, съезжает чуть ниже. Пальцы медленно ползут вниз, повторяя форму талии Эдгара, заставляют его слегка прогнуться в спине, оглаживает поясницу. Эдгар, которому пришлось убрать руки с лица, хватает ртом воздух, когда другая рука Фэнга наращивает темп, и сотни раз проклинает самого себя внутри. Исчезнувшая из его поля внимания пробка меняет положение и случайно упирается в какую-то точку. Эдгара пронизывают мурашки, и он падает обратно на спину. Черт, да что же это такое—       Внезапно он чувствует, что его члена касается что-то еще. Парень не в силах заставить себя открыть глаза, но он уверен, что это язык Фэнга, горячий и влажный. Хочется свести ноги, но как на зло на бедра всем весом навалился длинноволосый партнер. Очень хотелось верить, что случайно. Чужие темные волосы сейчас приятно щекотали нежную кожу Эдгара, и ему казалось, что все это будет длиться вечно, пока он не сойдет с ума. Ну, или не умрет от стыда.       Касания чужого рта были до звездочек в глазах и искусанных губ неправильными, но в то же время такими интимными, невозможно откровенными, что ничего более правильного сейчас не могло произойти. Не зря ведь люди называют это «моментом близости», верно? Эдгар чувствовал, как влажный язык медленно проходится по всей длине его члена, останавливается на самом кончике и едва касаясь обводит головку. Один раз, второй, третий - словно его дразнят, заставляя затаить дыхание в ожидании большего. Честное слово, Эдгар бы врезал Фэнгу за это, будь ситуация слегка иной, и, если бы сам парень был в состоянии хотя бы встать с кровати. Вместо этого с губ сорвался тихий разочарованный стон, давший понять, что актер действует в верном направлении. В следующее мгновенье, словно услышав безмолвную просьбу парня, чужие грубоватые губы накрыли собой головку, оставляя на ней неспешный поцелуй, и скользнули вниз, впуская член в рот. Совсем новые, незнакомые ранее ощущения определенно отличались от того, что испытывал Эдгар наедине с самим собой. Ему пришлось окончательно признать свое поражение. Приятная теплая влага обволакивала чувствительную плоть, губы партнера были плотно сомкнуты вокруг нее, а неспешные сосредоточенные движения головы Фэнга окончательно добивали парня, заставляя растекаться горячей вязкой лужицей стыдливого удовольствия по белым простыням и скомканному одеялу мотельного номера.       Рука Фэнга неторопливо продолжает двигаться в такт губам, неизбежно быстро приближая момент кульминации. Он сдерживает усмешку, когда с губ Эдгара слетает едва-слышное «Что ты б-блять творишь», за чем следуют шумные вздохи, и он едва успевает отстраниться перед тем, как темноволосый парень содрогаясь изливается ему в ладонь, отчаянно зажимая свой рот рукой чтобы хоть как-то заглушить вырвавшийся стон. Фэнг встает с кровати и идет куда-то, наверное, за салфетками.       Эдгара слегка трясет после произошедшего. Он все так же лежит, вжавшись красным от стыда лицом в свои руки, найдя силы только на то, чтобы свести колени. Концы полосатого шарфа напряженно витают в воздухе, время от времени подрагивая, не понимая эмоций своего хозяина. Какой ужас, он только что кончил на незнакомого парня, еще и вел себя как какая-то шлюха. Горящие щеки и дрожащие пальцы ехидно напоминали Эдгару о том, что ему понравилось. Охуенно.       – Прости, но сейчас ты выглядишь достаточно комично. Я предполагал, что ты не особо привыкший к чужим прикосновениям, но кажется недооценил, насколько сильно, – по-доброму насмешливая улыбка озарила лицо Фэнга, вернувшегося в «спальню». Волосы на его голове растрепались, а несколько мокрых прядей прилипли к вискам. Даже будучи слегка запыхавшимся и раскрасневшимся, он все также выглядел сногсшибательно. Начинающие возвращаться мысли Эдгара тут же подкинули вопрос, не был ли Фэнг действительно каким-то порно актером? Как иначе объяснить весь его идеально-неидеальный в меру потрепанный внешний вид? – Тебе нужно время чтобы прийти в себя? Я боюсь, что ты и правда расплавишься, если мы сразу же перейдем к следующему шагу.