***
Машина медленно подъехала к знаку, который обозначал, что началась деревня Слаутино. Лёша поставил машину на ручник, и все тяжело выдохнули. Вика открыла заднюю дверь и легла, заняв всё сиденье, пока все переводили дух. Было решено оставить машину у трассы и пройтись по посёлку в поисках помощи. Спустя несколько минут, Настя заметила в огороде женщину. Недолго думая, она окликнула её и спросила нет ли в посёлке человека, который разбирается в машинах. Женщина объяснила, как к нему доехать и настроение у компании заметно улучшилось. — Ну, что, мальчики и девочки? Предлагаю разделиться. Я пойду к этому мастеру и договорюсь с ним о ремонте, а вы пока пригоните машину. Чего зря время терять, — предложила Вика, довольно улыбаясь. — В последнее время у тебя подозрительно часто появляются хорошие идеи, — язвительно ответил Павел. — Просто у меня есть мозги и, в отличии от некоторых, я умею ими пользоваться. — Так, потом посрётесь, у нас времени мало. Ещё не известно, сколько он это чинить будет. Горелова напоследок показала Паше средний палец, хитро улыбнулась, и пошла в ту сторону, куда указала женщина. Пройдя десять домов, она увидела впереди гараж и несколько машин, одна из которых стояла на подъёмнике. Выкинув окурок в сторону, девушка заглянула в гараж и позвала мастера по имени, которое им сказала женщина. — Ау, есть кто-нибудь? Вася? — Я здесь, — из-за угла вышел молодой мужчина с широкой улыбкой и наидобрейшими глазами. Вика машинально улыбнулась ему, подпрыгнув от испуга. — Напугал. Привет, я Вика, — девушка протянула руку для рукопожатия, но Вася поднял свои, чтобы показать, насколько они испачканы маслом. — Руку жать не буду, сама видишь. Василий, можно просто Вася. Какими судьбами? — Мы с друзьями проездом здесь, у нас машина сломалась на трассе. Поможешь починить нашу ласточку? Мы бы и сами справились, но инструментов подходящих нет. — Да, не вопрос. А машина где? — в этот момент из-за угла показался белый капот. — Вот она, — пара подождала, пока ребята подойдут поближе. —Знакомься, это Настя, Лёша и Паша. — Ну, что. Давайте посмотрим, что с вашей ласточкой случилось, — спустя минут пятнадцать, Вася выпрямился и снова начал вытирать руки о и так грязную тряпку. — Починим, но учтите, что здесь работы часа на два, а то и на три. — Блин, —Лёша посмотрел на свои наручные часы, которые уже показывали пять вечера. — Это же будет часов восемь и то не факт. Не хотелось бы в ночь ехать. На завтра были грандиозные планы. — Дак, вы можете остаться у нашей бабы Нюры переночевать. Она тут в двух домах живёт, гостей очень любит. К нам частенько туристы приезжают и все у неё остаются. Она у нас одинокая, вот и пускает к себе всех, дом-то большой. — К вам приезжают туристы? — усмехнулась Горелова. — Ну, да. Место у нас такое. Здесь кладбище неподалёку, там чернобыльских ликвидаторов всю жизнь хоронили, да и до сих пор хоронят. Вот бабки и придумали бредни, что мол из-за их радиации, там нечисть водится. Так про это узнали журналисты и начали сюда толпами ездить. — Бред какой. Ладно, времени и правда много. Вась, ты тогда работай, не будем тебе мешать, а мы пока бабу Нюру вашу пойдём искать. Если с ней договоримся, то вернёмся за вещами. — Добро. Компания, следуя указаниям механика, дошла до дома, в котором жила одинокая женщина. Настя вновь взяла на себя роль переговорщика и договорилась со старушкой об одной ночи в её доме. Пока мальчики пошли за вещами, оставленными в машине, девочки вошли в дом и выбрали себе спальни. Дом хоть и был большой, но им всё равно придётся поделиться на пары. Горелова не очень хотела оставаться с Пашей в одной постели, как и Насте с Лёшей, но других вариантов у них не было. Когда парни вернулись, вся компания, вместе с хозяйкой, села ужинать. — Вася нам сказал, что у вас часто журналисты останавливаются. Что у вас такого привлекательного? В деревни, я имею ввиду. — Так кладбище у нас рядом, там много ликвидаторов с Чернобыля похоронено. От их тел радиация исходит, так вот от этой радиации там чёрти что и происходит. — Так ликвидаторов же в свинцовых гробах хоронят, — ответил Лёша, жадно уплетая ужин. — Не знаю, в чём они там хоронят, но приведения у нас водятся. Они правда за территорию кладбища не выходят. Люди поговаривают, что они встают, потому что не могут понять, что с ними случилось. Потерянные они, покоя им нет. — И часто к вам приезжают? — Летом постоянно, практически каждую неделю. Зимой пореже, добираться труднее. Совсем недавно была одна девушка, где-то неделю назад приезжала. — А что за девушка? — заинтересовалась Настя. — Молодая, симпатичная, вашего возраста. Она сказала, что пишет про Зону отчуждения. Как раз на пути в Припять ко мне и заехала. — И что она? — Настя узнала в рассказе тети Нюры сестру и сильно запереживала. Получается, что они идут прямо по её следу. — Погостила у меня одну ночь, да и уехала. Обещала на обратно пути заехать.***
— Есть идеи? — Гореловы сидели на завалинке рядом с крыльцом и курили. — Хочу дойти до кладбища, — Лёша настороженно взглянул на сестру, которая спокойно смотрела в небо. — Нахрена? — Аня наверняка туда ходила, иначе зачем приезжала? Может, мы найдём там какой-нибудь след. — Вик, — спустя минуту молчания продолжил Лёша. — Скажи честно, у тебя шило в жопе? — Шило в жопе, — довольно ответила девушка. — Ладно, малая. Прогуляемся, когда стемнеет, — с улыбкой ответил брат и зашёл в дом.***
Лёша сдержал своё обещание и, как только стемнело, вся компания дружно направилась в сторону кладбища. Никого особо уговаривать и не пришлось, Настя согласилась, как только услышала, что это может помочь понять, что происходило с её сестрой с момента, как она уехала, а Паше же не осталось выбора, одному оставаться в доме ему не хотелось. Кладбище находилось в двадцати минутах ходьбы от деревни, окружённое деревьями. Когда ребята дошли до ворот, на часах уже было одиннадцать вечера. Вокруг была тишина, только из травы раздавалось стрекотание кузнечиков. Атмосфера не была жуткой, но на душе всё равно было не спокойно. Компания шла молча, каждый погрузился в свои мысли. Настя внимательно разглядывала каждое надгробие, каждый раз ужасаясь при виде детских могил. Ей хотелось пройти по тому маршруту, по которому совсем недавно шла Аня, но она понимала, что это абсолютно ничего не даст. Дойдя примерно до середины кладбища, Паша свернул в сторону и встал напротив одного из надгробий. Вся компания последовала за ним и увидела плиту, на которой было написано имя Андрея Василенко. У подножья плиты под фото лежала детская игрушка в виде бордовой нивы. Постояв возле неё пять минут, компания так же молча развернулась и ушла. Только Вика задержалась возле неё на мгновение, почувствовав странное и необъяснимое чувство внутри. — Ну, что? — нарушил тишину Вершинин, когда они вышли на главную дорогу. — Тревожно здесь как-то, — оглядываясь, проговорила Настя. — Ни Дисней Лэнд, конечно, но тоже атмосферно. И что сюда тянет туристов? Может, это местные дети развлекаются, изображая приведений? — Смысл? — А тебе в прикол жить в деревне? А так можно всем рассказывать, что ты живёшь в классном и популярном месте. Вике никто не успел ответить, всех отвлёк странный гул из глубины леса. Глаза Насти округлились от испуга, парни были озадачены и только Горелова была спокойна и даже воодушевлена происходящим. — Поиграем в охотников за приведениями? Когда ребята услышали странный гул вдали, никто, кроме Вики не горел желанием следовать его зову. Но поскольку девушку с красными волосами было не остановить, компания направилась именно туда. Они дошли практически до конца кладбища, но ничего не обнаружили. Все расслабились и только Гореловой стало немного грустно из-за того, что приключений не будет. Идя обратно в сторону деревни, никто из них не заметил, что в самом конце тропинки был небольшой участок, огороженный цепью, где была большая братская могила. На надгробной плите не было фотографий и даже дат рождения и смерти, там были лишь имена. Четыре имени: Аня, Настя, Лёша и Вика.