Wild rose

Феликс позволяет себе выдохнуть, когда Ёнхо скрывается за дверьми комнаты, где его ждёт «сюрприз». Если говорить честно, то он всё-таки надеется, что Со действительно прислушается к совету и не будет рубить с плеча, разглядев подарок. Тем более, что Ликс так красиво его «упаковал». Ли возвращается в кабинет альфы, заставая того расслабленно сидящим на диване. Крис стянул галстук и расстегнул две верхние пуговицы на рубашке, открывая взгляду младшего крепкую шею. Феликс недолго любуется уставшим лицом и забирается на колени своего уже мужа, утыкаясь носом в плечо. Сильные руки сразу же прижимают к себе Ликса, начиная вычерчивать круги на боках. Младший замечает след от своих зубок, который выглядывает из-под воротничка, и любовно проводит по нему маленькими пальчиками, выбивая из супруга довольное урчание. — Ёнхо бесится? — Не думаю, — Ли касается губами шеи оставляя на ней лёгкий поцелуй. — Возможно разозлился, да. Но с учетом того, что всё еще не прилетел чистить тебе морду, скорее всего он занят более приятными делами… Феликс высовывает кончик языка, касаясь горячей кожи альфы и чувствует, как пальцы на талии сжимаются, а запах Криса становится гуще. — Тебе не хватило ночи, маленький демонёнок? — низко рычит Крис, подкидывая бёдра и заставляя младшего ойкнуть. — В последнее время ты стал ненасытнее… — Вы такие сладкие, прям слиплись, — раздаётся от двери, и парни поворачиваются на голос Минхо. Феликс хорошо сдружился с этим альфой, но такое поведение не для всеобщего обозрения, а потому он скатывается с бёдер супруга. Однако, далеко не уходит — властная рука прижимает его к себе. — Я слышал у нас гости? — Да, Ёнхо получил свою «благодарность». Минхо кивает. — Ну раз он не крушит твой клуб, значит его всё устраивает. Истинность — страшная вещь. Чан закатывает глаза. — Ты преувеличиваешь. — Никак нет, — жмёт плечами зам. — Вспомни себя, когда пропал Феликс. Ты ж один в змеиное логово улетел. — Я тогда не знал, что мы истинные, — фыркает Чан, прижимая омегу ближе. Крис не любит вспоминать те события, даже несмотря на то что все закончилось хорошо. Семейство Ким за решеткой, где им самое место, а Феликс рядом и в статусе законного супруга. Он не стал тянуть с предложением, и поставив омеге метку сразу же повёл регистрировать брак. Альфе не терпелось сделать Ликса полностью своим, да и официальный статус служил младшему своеобразным щитом. Показательное наказание Кимов отбило охоту у многих скалить свои зубы в сторону Чана. Даже Хваны предпочли не связываться, запросто отдавая своего омегу, когда Кристофер потребовал парня в качестве компенсации. Альфа понимал, что должен за помощь семейству Со не меньше, а потому сделка которую он провернул казалась ему весьма выгодной, в то время, пока сами Хваны думали, что легко отделались. А зная характер Ёнхо Чан не сомневался, что это еще не конец. — Окей, тогда любовь — страшная сила. На это Крис промолчал.

***

Минхо рассказывает о том, как идут дела и о новых сделках, когда у омеги вибрирует телефон. Феликс берёт трубку, замечая фото Чонина. — Да, НиНи? — Ликс, управляющего увезли на скорой, — быстро тараторит бета, а у Феликса всё внутри обрывается. Уён как потом оказалось носил под сердцем двойню, и беременность давалась ему тяжело. Впрочем, это только из-за его неусидчивости, нежели по показателям здоровья, хотя гормоны у Чона шалили знатно. Чонин видимо поняв, что сказал слишком мало, поспешно добавляет. — Всё в порядке. У него начались схватки. — А Сонхва? — Он с ним, они забыли телефоны. Я позвонил сразу же, как машина отъехала. — Спасибо, НиНи, мы скоро будем. После ситуации с Феликсом, Уён проникся симпатией и к бете Чонину, считая, что тот правильно тогда сделал, что пришел не в полицию, а сразу к управляющему. И теперь они на выходных часто собирались в доме Чона и Сонхва, прекрасно проводя время. Сам Нини принял новое окружение Феликса с каким-то невозмутимым спокойствием, шепнув ему как-то, что он счастлив, что старший наконец-то нашел своего человека, который готов за него жизнь отдать. Ликс тогда почти прослезился, но бета сбил настрой ляпнув, что наконец-то его никто не тискает, ведь у Ли для этого есть целый альфа, а бедный Нини думал, что однажды задохнётся в крепких объятиях омеги. Ликс сбрасывает вызов и поднимает взгляд на Криса. — Уён рожает. Сонхва с ним и они оставили свои телефоны и ресторан без присмотра. — Ресторан простоит, а вот телефоны надо забрать, — Крис подхватывает пиджак и забирает ключи со стола. — Минхо, пошли кого-нибудь из ребят, чтобы отогнали к больнице машину Сонхва. Ликс кивает и вкладывает руку в ладонь Чана, направляясь к выходу.

***

Крис ведёт машину быстро, но осторожно, практически мгновенно оказываясь возле ресторана. Оставляет Феликса в машине, забирая из кабинета необходимые вещи, и благодарит Чонина за информацию. Возвращаясь в машину, альфа застаёт Феликса задумчиво уставившегося в одну точку. Крис догадывается, что младший переживает, а потому накрывает руки омеги, что нервно крутит обручальное кольцо на пальце, своей ладонью и улыбается ободряюще: — Всё будет в порядке. Ликс угукает, откидываясь на спинку сидения, и Чан срывается к больнице, в которую увезли Чона.

***

Феликс выпрыгивает из машины, едва Чан паркуется, и уносится в сторону приемного покоя. Он правда волнуется — Уён за короткое время смог стать для него кем-то вроде семьи, пробив стены недоверия своей честностью. Он не приукрашивал, но и не приуменьшал деятельность, с которой связан Крис, рассказывая честно даже тогда, когда сам альфа не хотел младшего лишний раз нервировать. Конечно, Чан был честен со своим мужем, но поначалу старался огородить от своего бизнеса, тогда как сам омега готов был нырнуть в него с головой. Они много разговаривали на эту тему, и Ли даже пришлось напомнить, что Крис обещал научить его стрелять, чтобы дать понять альфе, что Феликс без него никуда. И если Чана потянут в пекло, то и он шагнёт за ним. На стойке регистрации омегу догоняет Чан, и после уточнения информации, младший тянет альфу по указанному медсестрой направлению. Они обнаруживают спокойного, но немного бледного Пака сидящим на стульях у входа в операционный блок, и пока Крис отходит чтобы разыскать автомат с кофе, Феликс подсаживается к Сонхва. Альфа вздрагивает, замечая младшего и слабо улыбается, когда тот сжимает его руку. Волноваться не о чем, но всё равно Пака слегка лихорадит, от мысли что сейчас за несколько метров от него, любовь всей его жизни рожает их наследников. — Переживаешь? — Крис подходит к Сонхва, протягивая картонный стаканчик с кофе. — До трясучки. — Что говорят врачи? — Что роды могут быть… — Пак делает глубокий вдох, — …сложными. — Они сложные уже потому что это Уён, — шутит Крис и Пак позволяет себе слабо улыбнуться. — И опять же, потому что это Уён, я уверен, что всё пройдёт хорошо. — Надеюсь.

***

Время тянется катастрофически медленно, и Феликс успевает задремать прижавшись к Чану, когда вдруг двери распахиваются, а Сонхва нервно подскакивает к вышедшему врачу. Доктор стягивает маску и сообщает: — Всё прошло нормально. У вас двое альф. Они сейчас с папой, вы можете навестить их через час, когда мы убедимся, что ваш муж пришел в норму. — А… — С супругом тоже всё в порядке. Он даже порывался пару раз сбежать. Так что простите, но его пришлось фиксировать. Сонхва почти стонет, а Крис еле сдерживает смех. Уён в своём репертуаре. Через час им и правда разрешают войти в палату. Феликс сжимает ладонь старшего омеги и улыбается, понимая, что тот в порядке, когда Уён выдаёт фразу: — Феликс, нам придется переделать детскую. Мне в голову пришла такая идея… Чан и Ликс не задерживаются надолго, оставляя Сонхва и Чона наедине, и покидают больницу. Почти перед самым выходом, Феликс задерживается возле палаты с большим окном, за которым лежат груднички, замечая, как двоих из них подхватывают медсёстры и уносят в сторону палаты управляющего. Феликс завороженно глядит на спеленованных младенцев, очухиваясь лишь тогда, когда Чан прижимаясь к нему со спины укладывает руку на его животик и целует в висок. — Поехали домой, милый?

***

Чан и Феликс практически сразу переехали из квартиры где Кристофер «прятал» омегу, однако продавать её не стали. И хотя Чану больше нет необходимости в убежище ото всех (ему важен лишь Феликс под боком), квартира не продана, и Ликс просит заехать туда. Альфа пожимает плечами и перестраивает маршрут. Феликс переступает порог сразу же окунаясь в воспоминания. И хотя прошло не так много времени, те моменты кажутся такими далёкими. Он знает, что квартиру убирают — видит отсутствие пыли и перестеленной бельё, и думает, как начать разговор. Потому что ему есть что сказать. Альфа замечает Ликса застывшего посреди спальни, и подходит ближе, обнимая со спины. Он переживает, что младший в очередной раз загоняется из-за проблем со здоровьем. И хотя врач сказал, что организм перестраивается, он не мог дать ни точных сроков, ни гарантий, что всё пройдёт легко и быстро. Крис уже говорил младшему, что его ценность не определяется возможностью выносить потомство, но альфа не уверен, что Ликс это до конца понял и принял. А уж сегодня он точно получил яркое напоминание… Вообще всю дорогу из больницы младший был тих и задумчив, однако Крис не чувствует запаха горечи от омеги, и это заставляет переживать о состоянии младшего еще больше. Альфа трётся носом о шею Феликса. — Что случилось, малыш? Ты сам не свой. Омега вздрагивает, словно только сейчас вспоминая, что он не один, и выдаёт: — Нам надо поговорить. Чан не очень любит эту фразу, потому что с неё начинаются проблемы, он же предпочитает разговаривать по мере возникновения ситуаций. А эту фразу обычно говорят, когда всё уже очень плохо. Крис усаживается на кровать и перетягивает омегу себе на колени. — Хорошо. О чём ты хочешь поговорить? — руки альфы чертят на бёдрах младшего узоры, а сам он пристально разглядывает любимую мордашку, отслеживая малейшее изменение эмоций. Омега же не выглядит негативно настроенным. Скорее… смущенным? — Я хочу поговорить о нас. — О нас? — Да, — младший чувствует по запаху, как альфа напрягается, и тут же спешит добавить. — Ничего страшного. Всё в порядке. Наверное… — Солнышко, ты говоришь сейчас загадками, — омега вновь начинает накручивать обручальное кольцо, и альфа перехватывает чужие руки. Подносит к своим губам и оставляет поцелуи на маленьких пальчиках. — А твой вид и интонация абсолютно не соответствует понятию «ничего страшного». Омега закусывает губу, понимая, что, наверное, он действительно выглядит сейчас не очень, но он не может ничего поделать с собственной нервозностью. Феликс задумывается, а потом мягко выпутывается из чужих объятий, и уносится в коридор бросая быстрое: «Подожди секундочку». Быстро возвращается, сжимая что-то в кулачке и усаживается рядом с Чаном, раскладывая на кровати свою «тайну». Крис переводит взгляд на постель и видит пять различных тестов на беременность. На всех них две полоски. Крис почти не верит собственным глазам, касаясь кончиками пальцев тестов. Но когда поднимает взгляд на младшего, который продолжает нервно покусывать свою губу, понимает, что всё это не сон. — Когда? — Я думаю около трёх-четырёх недель назад. — И ты…? — Нет, — мотает головой Феликс, понимая о чём его спрашивает альфа. — Я узнал только утром. Доктор, который меня наблюдает, посоветовал сделать их, когда заметил всплеск некоторых показателей в моих анализах. — Значит… — У нас будет ребёнок, да, — Ликс кивает, и в следующую секунду оказывается прижатым к груди альфы. Крис старается не лить слёз, но они сами стекают по лицу, и он лишь всхлипывает, вжимаясь носом в родную макушку. У Феликса получилось. Они смогли. Младший отстраняется спустя некоторое время и стирает влажные дорожки с щек супруга. — Ты рад? — Безумно, — Чан прижимается своим лбом к младшему. — Мы же справимся? — Непременно. Чан прижимается мягким поцелуем к губам младшего, чувствуя, как Ли подаётся ближе. А потом и вовсе перехватывает инициативу, углубляя поцелуй. Феликс возвращается на колени альфы, и запускает пальцы в волосы мужа, начиная ёрзать в опасной близости от паха Кристофера. Чан еле находит в себе сил отстраниться. — А как же?.. — Мне можно, — объясняет Ликс. Альфа растерянно и недоверчиво смотрит на него и младший вздыхает. — Я консультировался с доктором, и невольно знал про сексуальную жизнь Уёна. Кстати, причина моего повышенного в последнее время желания близости во всплеске гормонов. Так что это приятный «побочный эффект». А с учетом того что они и так были нестабильны, то умножай всё на два. — Но… — Альфа, серьёзно, если ты сейчас продолжишь заваливать меня вопросами, я разведусь с тобой и уйду к кому-нибудь другому. Слыша такие речи, Крис рычит, а потом со всей осторожностью перекладывает младшего на кровать и нависает над ним. — Ты определённо вьёшь из меня верёвки. — Может чуть-чуть. Чан затыкает рот младшего глубоким чувственным поцелуем, переплетаясь своим языком с юрким младшего. Целует долго, томно и с упоением, практически не оставляя воздуха им двоим. А когда отрывается, оглядывает младшего пьяным от любви взглядом, отмечая как припухли его губы и блестят глаза. Осторожно раздевает, покрывая каждый участок нежной кожи лёгкими поцелуями и практически доводит омегу до исступления и плаксивого скулежа своими действиями. Отыгрывается за брошенные про развод слова, медленно растягивая пальцами тугое колечко мышц и всячески избегая простаты. Ласкает тонкий член омеги, не давая кончить, а потом замирает над младшим на вытянутых руках. Рассматривает с трепетом самого важного для него человека, который носит под сердцем частичку их любви. Чан переживает за то справится ли организм младшего, но прямо сейчас хочет еще раз ему показать, что он всегда будет рядом. Когда Крис делает первый толчок в жаркое нутро, то замирает на секунду. Как бы младший не любил быстрый темп, сегодня он будет брать его медленно, каждым движением показывая, как дорог ему Феликс. Как ценен. Чан выдерживает размеренный ритм глубоких толчков, вынуждая омегу метаться по кровати и расцарапывать его плечи. Он накрывает любимые губы жарким поцелуем, оставляет нежные касания по всем частям тела до которых дотягивается и любит. Любит до умопомрачения. До беспамятства. Когда Крис понимает, что скоро придёт к финишу, он сжимает хрупкую ладошку омеги своей, всё-таки немного ускоряясь. Феликсу хватает пары минут, чтобы забиться в оргазме и утянуть за собой альфу. Чан кончает, жмурясь от удовольствия и касается губами своей метки на теле младшего. Выходит из Феликса и скатывается на кровать, сразу же сгребая младшего в объятия. Даёт себе пару минут отдыха, а затем поднимается и уходит в ванную за полотенцем, чтобы привести омегу в порядок. Бережно стирает подсыхающую сперму с животика и касается его губами. Пусть пока беременность незаметна, но Крису достаточно знать, что там сейчас формируется маленький человечек, который однажды будет звать его папой, и альфа от этой мысли счастлив. Крис осторожно перекладывает омегу поближе к стене, и ныряет под одеяло. Прижимается грудью к спине Феликса, и укладывает свою ладонь на пока плоский живот. Оставляет поцелуй на макушке, слыша сонное урчание младшего. — Люблю тебя. — И я тебя.