одиночество

Усталостью разбита тишина, и в голове смешались все слова, и все в глазах сливается слегка, пока за окнами сливаются недели, все замирает, словно не дыша, как будто появился зыбкий шанс на то, чтобы уставшая душа подбитой птицой трепетно взлетела, но вместо неба - каменное дно, драконом хищно скалится метро, и здесь хоть верь, хоть бойся - все одно: удушливая каменная серость, и каждый день, похожий на "вчера", затянутый в решётку жёстких рам из стали, чугуна и серебра теряет свою будничную прелесть, ничто не происходит без потерь, я будто "никогда", "никто", "нигде", в болоте одинаковых недель я словно вязну в мокрой грязной жиже, я ничего не жду теперь от них, в пестреющей толпе совсем один, ...но в пустоте отчётливо звенит чуть хриплое чужое "придержите". За пластиком закрывшихся дверей все утопает в жидком серебре, глаза разят больней хороших стрел и обжигают холоднее вьюги, танцует в твёрдых пальцах карандаш, но что создашь, но что ты здесь создашь: невовремя уходят поезда, а второпях слегка трясутся руки, под светом электрических лучей рисую ему прядку на плече, кандзи - набор неровных нервных черт ложатся в уголке одной строкою, последний поезд набирает ход, все стало до смешного нелегко, он вдруг плеча касается рукой такой живой несчастный одинокий