Сновидения звёзд

Порой, дух приятной беседы скоротечен. Он зажигается стремительно, подобно счастливым огням фейерверков, запущенных в небо, а затем угасает, оставляя приятное душевное послевкусие. Этот остаток от общения с течением короткого отрезка времени превращается в нового духа, где беседа набирает ещё больше замечательных и нередко милых эмоций — между мужчиной и женщиной. Так происходило у Элион и Седрика. Время бежало моментально, приближая День Рождения очаровательной девушки. Элион приходила каждый день после учёбы, в старом, слегка засмоленном любимом свитерке, фиолетовом с чёрными полосами, брюках и тонких кожаных сандалиях. Помогала убирать книги на место, сортировала по алфавиту на полках и тематике (история, архитектура, искусство), стирала с них пыль. На глаза ей попадались и неземные фолианты с неизвестными символами, совершенно не похожими на привычный язык или древние египетские иероглифы. Но вопросов не задавала, опасаясь, что из-за излишнего любопытства Седрик прогонит её. Оставалось два дня до восемнадцатилетия. Элион сделалась угрюмее. Рассеяннее — девушка перепутала фолианты и поставила справочники вместо приложений в один ряд с фантастикой. В итоге, один из покупателей, помешанный на пришельцах уфолог, купил книгу «Как вызвать пришельца» и вместо приложения к ней приобрёл телефонный справочник Хиттерфилда. В итоге, за сутки человек 40 стали жертвами его навязчивого звонка. Закончилась эта история тем, что телефонного хулигана забрали в отделение полиции на 48 часов. Узнав об этом, Седрик нисколько не расстроился. Эти странные люди, явно не от мира сего, вызывали у него смех. Когда серьёзным тоном он во время вечернего чаепития с Элион в книжной лавке перед закрытием рассказал ей о том, как помощница изменила судьбу одного из людей, расхохотался. Элион, словно цветок, — мгновение её коснулся тёплый луч радости, но вскоре нежный сиреневый бутон окропили капли холодного колючего дождя, а чудесный цвет опутала тьма печали и тоски. — Что тебя тяготит, Элион? Сама не своя, — Седрик старался высмотреть в её сиреневых глазах причину. — Что-то случится, Седрик. Я чувствую это. Не могу объяснить… — капелька упала на клетчатую клеёнку стола, за которым она сидела напротив мужчины. Хнык. Ещё один. Она сложила руки вместе, уткнулась в них, словно в мягкую подушку, и заплакала, безустанно хныча. — Ну же, Элион… Расскажи. Ты можешь доверять мне. Здесь, кроме меня и книг, больше нет никого, — он присел на корточки возле неё, легонько приподнял её подбородок и заглянул ей в очи, исполненные водицы. — Вчера приснился сон, будто моя подруга умрёт. Умрёт в день моего рождения! — шмыгнула носом и две слезинки шустро хлынули по щекам. — Никогда ничего подобного не снилось… — Элион, это всего лишь ночной кошмар. С твоей подругой ничего не случится, я уверен, — Седрик поймал слезинку на её правой щеке, и смахнул её. — Ты не понимаешь. Как все, вряд ли поймёшь. — Дай угадаю: ты часто видишь вещие сны… — загадочным и ровным тоном произнёс блондин, смахнув с её личика вторую слезинку. Новая порция душевной боли ударила в горло, лишая Элион шанса высказаться вслух. Лишь кивнула. — Как же ты отличаешь вещий сон от обычного? — В моих вещих снах все чувства как наяву, — призналась юная Эсканор. — Будто она в мире из моей книги… В пустыне Ада, блуждает одна… Звала по имени, а я приблизиться к ней даже не могла. Словно кто-то сковал всё моё тело. — Возможно, я смогу помочь избавиться от подобных снов. Он устало сомкнул глаза. Элион заметила это и перепугалась — посчитала, что Седрик тоже счёл её странной и чуднОй. — Нет! Вижу, что ты не веришь моим словам. Просто взгляни в мои глаза и скажи об этом! Не отворачивай взгляд! — требовательно, с зовом беззащитного ребёнка, умоляла Элион. — Твоя подруга жива, так? — посмотрел в её глаза Седрик. — Да. — А у неё есть ещё подруги, кроме тебя? — Да, — машинально назвала их имена: — Вилл, Ирма, Тарани и Хай Лин. — И она под их постоянным присмотром, не так ли? — спокойным тоном интересовался мужчина. — Да. — Тогда твоя подруга точно никуда не денется. Тем более, в Ад не попадёт. Ты очень переживаешь за неё, это признак настоящей близкой подруги. Но иногда это просто переживания, лишённые основания, — он встал, и Элион последовала его примеру. — Возможно, ты прав. Видимо, перечитала уже любимую книжку. Надо отложить её на полку и почитать что-нибудь спокойное и размеренное. Нудное, — от этого слова легко поддалась приятному зёву. — Тебе пора домой, — поддержал её предсонный порыв Седрик, уставший после инвентаризации, длившейся до 8 вечера. Сейчас уже часы показывали половину девятого. — Мне почудилось, или ты хотел ещё почитать мне сказку перед сном и укутать одеялком? — хихикнула Элион, прикрыв ладонью губы, сдерживающие смех. — Ахах, думаю, стоит ограничиться прогулкой до твоего дома. Или чуть подальше, чтобы твои родители не видели меня, а то подумают не весть чего… В ответ на эти слова она ещё сильнее улыбнулась. — Я ходила в кинотеатр с подругами, и видела фильмы про маньяков. Они все милые, обаятельные, но в их глазах сверкают только две эмоции. — Любопытно, и какие же? — ухмыльнулся Седрик. — Пустота и коварство. Глядя в твои глаза, я вижу нежность и заботу, — мягко проговорила Эсканор. — Ты как я. У тебя вроде бы есть всё, но ты… держишься ото всех особняком. Тянешься к человеку, и жмёшь при этом на тормоз. «Если бы ты могла снять розовые очки, Элион, то увидела бы, какое я чудовище…» — суровые эмоции играли на струнах его души. — Позволь тебе помочь разрушить эту стену, которую ты возвёл, Седрик, — её ладонь ласковым теплом обожгла его холодную щёку. Седрик сомкнул очи, и через ладонь, словно проводник, Элион ощутила нечто более глубинное… невыносимо тяжёлое, грузное, объятое пеленой величайшей тоски. Эта тайна клубилась чёрной дымной спиралью. Её внутренний свет проникал во все уголки его души… кроме самой потаённой, как на дне Марианской впадины. Она почувствовала отторжение, тёмные клубы превратились в цепкие ленты, готовые втянуть Элион внутрь непроницаемого мрака, из которого они тянулись. Оба медленно открыли глаза. — В тебе много отчаяния, Седрик. Я подарю тебе крупицу моей души. Пусть она освещает тебе путь и поможет выбраться из мрака, — Элион выглядела решительной, в то же время щёки стали красными, как малина. Уста, исполненные ответной заботы и нежности, оставили лёгкий след блеска для губ на левой щеке блондина. Прежде чем Седрик очнулся после странного путешествия внутрь себя, Элион и след простыл. Он огляделся, разыскивая её в магазине, но затем понял, что она стремительно убежала домой. Мужчина переступил порог магазина и увидел в закатной тени на холме её фигуру, спешно удаляющуюся. Элион почувствовала, как он смотрит на неё, ещё ошеломлённый, обернулась и улыбнулась счастливо, как только может улыбнуться влюблённая девушка. И вскоре скрылась за холмом, а ветер, бегущий в сторону Седрика, донёс на мгновение аромат её туалетной воды. «Яблоневый аромат… лучший на свете» — подумал мужчина, и вернулся в магазин, чтобы собраться поскорее и уйти во временную обитель (съёмную квартиру) в Хиттерфилде.

***

Двери лавки закрылись, как неожиданно замигали повсюду лампы. Внезапный порыв ветра внутри магазина застал Седрика врасплох. Голубоватое свечение воронкой распахнулось возле кассы. Мужчина спешно опустил занавески на окнах и входной двери. Он прикрыл глаза от ослепительной вспышки. — Меридианский портал. Похоже это наш старый друг-вонючка… — холодно встретил путешественника Седрик. — Бланк любить скопления старых вещей. Часто бывать на Земля. Люди звать хлам, Бланк делать из хлам много полезный товар, — как всегда ободрительно говорил Бланк, маленький остроухий зелёный гоблин. Жёлтые глаза с красными зрачками добродушно поглядывали на Седрика. Ростом Бланк был не выше семилетнего ребёнка. Прослыл в Меридиане беззлобным собирателем различных вещиц. — Оставь эту болтовню для своих клиентов, контрабандист, — равнодушно отозвался блондин. — Им-пор-тёр! — возразил Бланк, задрав указательный когтистый палец на правой руке, кисть которой была покрыта лёгким пушком цвета седины. — Зачем прибыл сюда? Неужто вздумал утянуть у меня из-под носа редкие фолианты? — сощурил Седрик глаза. — Э-э-э, Бланк не воровать, а на-хо-дить интересные предметы. Сейчас Бланк передавать информацию. — От кого? Не говори, что тебя прислали мятежники, с которыми ты якшаешься. Их предложение мира меня мало интересует, — ласковый тон исчезал, уступая место нарастающему гневу. — Бланк быть пойман Фобосом. Выполнять уговор. Уговор для Бланк быть дороже. Прийти от твоего хозяина. Передавать важную весть, — спокойно отвечал гоблин. — Откуда мне знать, что ты не побежал с посланием от Фобоса сразу к моим врагам? — раздражённо сверкнули голубые глаза. — Бланк — честный торговец! И Фобос наблюдать за Бланк. Фобос открывать портал для Бланк. После передачи вести, Фобос отпускать Бланк. — Допустим, я тебе верю, — призадумался Седрик, нахмурившись. — Слушаю. — Фобос передавать следующее: завеса почти разрушиться. В Меридиане уже поймать несколько демонов-немеридианцев. Мало времени. Завесу нужно починить. Фобос спросить: лорд Седрик находить ключ к решению проблемы? — Передай Фобосу и никому более, — тихо гладким тоном, с ноткой смертельной угрозы, молвил гоблину Седрик, — Нужно подождать три земных дня. — Фобос говорить: времени больше не быть. В Меридиане пройдёт месяц. Повстанцы набирать мощь. Поговаривать, демоны из Ада объединяться с ними. Пленники-демоны так говорить во время допроса, — как на духу выкладывал Бланк. — Что ещё ты подслушал? — Демоны собираться воевать с Фобос. После победы — ждать. — Ждать? Чего они будут ждать? — насторожился Седрик, опустив брови. — Наследницу Меридиана. Слуга Фобоса распахнул уста, пребывая в недолгом изумлении. — Зачем? Что им нужно от неё? — Бланк не знать. — Всё ты знаешь, маленький проныра! — Седрик схватил его за куртку, которую гоблин раздобыл на земле на помойке, подогнав под себя, сделав уютный фасончик. — А ну, говори! — внезапно змеиный язык выскочил из рта в необъяснимом напряжении. — Честно-честно! Бланк не знать! Демоны ничего не сказать. Фобос приказать лорду Седрику: беречь девочку, не открывать тайну, защищать наследницу. — Ты всё сказал мне? — угрожающе сверкнули белые человеческие зубы. — Последнее. Хозяин Фобос слабеть. Завеса вот-вот разорваться. — Ты это уже сказал. — Лорд Седрик не понимать. Фобос скоро умереть. Повстанцы это знают. Скоро открыться множество порталов на Землю. Если это случиться, демоны придут за наследницей. Седрик должен объединиться с последней стражницей. — Лжёшь. Ты лжёшь, жалкий импортёр! Хозяин слишком силён, чтобы… Вдруг портал вспыхнул с новой силой, и оттуда выскочила девушка, с каштановыми прядями. Соблазнительное платье, украшенное множеством мелких самоцветов, изысканно облегало её фигуру. Обыкновенной формы глаза, но с гипнотической грацией смыкающих их на веках ресниц, лишали всяческой осторожности. Кожаные чёрные каблучки, почти до колен, идеально вписывались в образ элегантной красотки. Коварный взор карих очей обратился на блондина. — Так-так-так… — фальшивая улыбка растянулась широко, насколько могла. — Магазин закрыт, а продавец на месте. И этот воришка тоже. Как приятно встретить прихвостня Фобоса в человеческом обличии. Ты такой обаяшка, Рик… — мечтательно вздохнула неожиданная гостья. Седрик опустил гоблина и тот убежал за кассовую стойку, спрятался. «Остаться меж двух огней равносильно самоубийству», — подумал Бланк, ибо заметил, каким взглядом блондин встретил незваную гостью. — Вот так встреча, — Седрик сверлил её глазами, исполненными обиды. — Постой, давай отправим вестника плохих новостей обратно в портал, а затем поговорим. Гоблина ждёт приятный сюрприз, — оскалилась, храня маску радости, девица. — Я отправлю его через свой портал, — он сорвал со своей шеи печать Фобоса, вытянул, зажав её в руку. Распахнулась рядом с книжной полкой, стоявшей напротив кассы, ещё одна воронка, цвета весенней зелени, что была ярче и светлее гоблинской кожи. — Предупреди Фобоса, — наказал ему Седрик. Бланк мигом совершил прыжок и скрылся от чужих глаз. Седрик захлопнул портал с помощью печати, энергия которой впитала в себя зелёную воронку. Тем временем, девица на время захлопнула голубую спираль. — Значит, Хаоты уже маршируют по улицам Меридиана. Любопытно, — спокойно, но холодно начал беседу блондин. — Как и то, что предмар, разыскавший наследницу, тянет резину, вместо того, чтобы доставить девчонку умирающему хозяину. Что-то ты не торопишься, слуга Фобоса, — мурлыча, говорила красотка, медленно шагая к Седрику. Её глаза так и норовили проникнуть сквозь завесу души, которую блондин установил мысленно. — Объясни мне, Ада, для чего тебе наследница? — О, я никого не ищу, дорогой Рик, — прошла мимо него так, словно хотела поддеть собственным хвостиком. — Ах, жаль, на Земле мы можем находиться всего три часа в сутки… И в человечьем обличье… Хвостик мой здесь не показывается… Жалко… — насупилась, поджала губки девица, продолжая нежно ласкать мужской слух, — С ним я бы тебя уже убедила… Обняла бы крылышками… Ах, и как земные женщины обходятся без этих аксессуаров? — Думаешь, я настолько наивный, что поверю сладостным речам суккубы? — Ммм, а ведь когда-то ты был счастлив… До сих пор скорбишь по ней? — легонько коснулась ладонью его рубашки. Сердце билось ровно, Седрик держал мысли и чувства под замком. — Твоя красота сравнима лишь с твоей наглостью, демоница. Суккуба хихикнула. Она встала напротив Седрика, приблизилась на расстояние кисти. Взгляд её чарующих глаз мог свести с ума любого мужчину, но не предмара. Пролетело десять тихих секунд, как от мнимого добродушия демоницы не осталось ни следа. — Любопытство — не наглость. Ты знаешь, как я страстно хочу удовлетворить его. Умоляю, милый блондинчик, поведай мне тайны своего сердца. Предмары — единственные из демонов способны любить кого угодно: демонов, меридианцев, даже землян. Откройся мне, красавчик, — замурлыкала, а затем зазвучала нескрываемая угроза, — Расскажи, кто она — я вырву её сердце и скормлю бесам. — Ревность тебе не к лицу, дорогая Ада, — ухмыльнулся Седрик, — От ревности часто появляются морщины. — Ты весьма дерзок, совершенно не изменился, — улыбнулась Ада. — Игры слов хороши, когда не нужно торопиться. Но мы играем на моём поле, и время истекает. Так что говори, зачем тебе наследница? — холодный тон вернулся. Заморочить Седрику голову не получилось, потому Ада ощутила гнев, вскипающий по собственным венам. — За тем же, за чем и тебе, милый Рик, — сухо отозвалась Ада. — Думаю, девчонку бы ты уже привёл в родное измерение, коли не приказ умирающего хозяина. Мы оба прекрасно знаем её судьбу, попади она к Фобосу. — Всё верно, старая подруга. — Ещё раз назовёшь «старой», и я… — вспыхнула суккуба, словно пламя, и побагровела от злости. — Всего лишь фигура речи, не принимай близко к сердцу, — равнодушно пояснил он, — Нужно ещё немного подождать, дорогая Ада. Её мощь в полной мере проявится очень скоро. — Когда это случится, в Меридиан ты её не затащишь. — Кто сказал, что здесь потребуется грубая сила, моя недальновидная подруга? — ухмыльнулся он. — Она захочет пойти, узнав о том, с какой надеждой её ждёт единственный родственник. А Стражницы Завесы помехой мне уже не станут. — Интересно, как наградит Фобос своего преданного слугу за наследницу трона? — ухмыльнулась Ада. — Неужели и эта черта предмара столь сказочно правдива? — Я… — выдохнул с прежней нерешительностью Седрик, — Не знаю. — Предмары, они же демоны-праведники, они же полулюди-полудемоны, не считая этих выскочек-кшатрий, — фыркнула Ада, закатив глаза. — Хочешь поступить правильно, не помогай Фобосу. Иначе следующая встреча обернётся несоразмерными страданиями для тебя… Твои нынешние муки покажутся амброзией, в сравнение с теми, что тебя ждут. — Милая беседа наконец подошла к кульминации, — вздохнул с облегчением Седрик, игнорируя её угрозы. — Не вставай у меня на пути, Ада, или я повешу твои крылышки и хвостик у себя дома над камином. — Против тебя, слуга Фобоса, весь Меридиан. Только я смогу замолвить за тебя словечко, перед измученным народом королевства. Помни об этом. Суккуба нырнула обратно в портал и тот через три секунды схлопнулся, будто мыльный пузырь. Электрический свет вернул себе мощь, и Седрик вновь оказался наедине с книгами и собственными размышлениями. Ставить мысленные преграды не удавалось ещё ни разу. Да ещё перед въедливой телепаткой, как Ада. Он почувствовал защиту, незримый щит, который оберегал от гипнотического взгляда суккубы. Седрик прислонил ладонь к груди, и ощутил тёплый ласковый огонёк. Сомкнул очи, и увидел белоснежную вспышку… — Элион, — мягко улыбнулся Седрик, — Спасибо.

***

«Элион… спасибо…» — донёс прохладный ветер юной Эсканор слова Седрика. Девушка, вернувшись домой, поев и перечитав романтическую главу из любимого произведения, уселась поудобней на широком подоконнике. Мечтательная улыбка, исполненные любви фиалковые глаза и томные вздохи погрузили Элион в сладостные грёзы. Завтра, она пойдёт к нему. Пригласит его на День Рождения. Они потанцуют вдвоём в красивейшем саду Хиттерфилда, затем прижмётся к блондину, словно из-за холодных ветров. Он укутает её своим плащом, обнимет, а после… она влюбится в него ещё сильнее. Когда ветер ненадолго прервал её грёзы, передав сердечные слова Седрика, Элион, сжав колени и прислонившись к закрытому окну, ещё сильнее расплылась в счастливой улыбке, а очи смотрели на книжную лавку вдалеке, свет в коей наконец погас.