Книжник

Арсений фанат чтения. Он любит полностью погружаться в фантастический мир, проживать все события, грустить и смеяться вместе с героями. Радоваться первому поцелую или победе добра, плакать из-за смерти любимого героя. Он читает всегда: в заполненном автобусе или в метро, в универе, сидя на нудной паре, в кровати, притащив самый мягкий в квартире плед. Но больше всего он любит читать в библиотеках. Атмосфера там просто невероятная. Тишина, немного приглушенный свет и такие же, как он, увлеченные чтением люди. Огромный миф, что в библиотеки никто уже не ходит: в любимой арсеньевской всегда много посетителей. Сюда приходят не только бабушки и дедушки, для которых это больше привычка. В последнее время сильно выросло количество молодежи; не все читают – кто-то работает, кто-то что-то пишет (скорее всего уроки делают, думает Арс). Любимое место Арсения в библиотеке – в самом дальнем зале. Каждый раз он садится на одно и то же кресло, откуда видно всех посетителей, достает книгу – обязательно бумажную, электронный формат не для него, – «Атмосфера не та», – отключает телефон и погружается в чтение. Он может сидеть так часами, не прерываясь ни на перекус ни в туалет. Книги Арсений редко покупает, обычно он берет их в той же библиотеке. Сегодня он планировал выбрать что-нибудь новое. На входе сидит Зоя Васильевна, неприятная библиотекарша, которая постоянно пытается со всеми поговорить. Вот и сейчас она, заметив Арсения, останавливает его. – Здравствуй, Арсений. Как дела твои? Почитать пришел? Арсений ходит сюда уже второй год подряд, всегда берет книгу и читает в дальнем зале, но Зоя Васильевна каждый раз спрашивает что он будет делать. Это не бесит, Арсений достаточно терпелив к старшему поколению, но надоедает и заставляет немного раздраженно выдохнуть. – Добрый день, Зоя Васильева, – смиренно проговаривает он. – Да вот, с универа только, решил выбрать что-нибудь новое. – Ой, не отвлекаю тогда. – Хотелось бы, думает Арс. – Потом отметишься. Если что, я здесь. Все как обычно... Арс знает эти требования наизусть, разбуди его ночью он расскажет все правила нахождения в библиотеке, случаи обращения к работникам и работницам, но именно Зоя Васильевна считает своим долгом напоминать их каждый раз. Пока она рассказывает, что в залах нельзя шуметь, мешать другим, портить книги и далее по списку, Арсений мысленно ходит между стеллажами и выбирает новую книгу. «Пройдусь наверное через отдел с фэнтези, хочу что-нибудь из фантастики», – планирует он, участливо кивая головой. Арсеньевский список прочитанной литературы внушителен; он читает все: от "женских" романов до детских сказок. Выбирает книгу он долго – находит интересное и цепляющее название, гуглит сюжет, читает отзывы и только потом читает сам. Проходясь вдоль рядов книг, Арсений цепляется взглядом за красивый корешок. «Волшебник Земноморья» написано золотыми буквами на обложке. «Блин, звучит интересно, – думает Арс, – возьму ее, должно быть хорошо». И, изменяя своим правилам, идет сразу на свое место. Оно, как обычно, свободно – в библиотеке негласное правило не занимать чужие места. Арсений достает телефон из рюкзака, оставляет сумку рядом с креслом, ставит таймер на два часа и отключает звук. Первое время ему было сложно читать, не отвлекаясь на телефон, и он стал его полностью отключать. Это не сильно помогло, он продолжал отвлекаться: на старинный интерьер, на посетителей, таких разных и по-своему красивых. Со временем становилось легче, он стал погружаться в сюжет полностью, но уведомления все ещё могли его отвлечь, но в читательских залах было правило звука. В молчании – слово, А свет – лишь во тьме; И жизнь после смерти Проносится быстро, Как ястреб, что мчится По сини небесной Пустынной, бескрайней… Книга старая, потрёпанная. На второй странице какие-то чёрточки, будто кто-то специально чиркал. На третьей несколько слов: «да», «нет», «зачем?». Арс вздыхает, тянется к рюкзаку, берет свой пенал и достает ластик. Надписи не стираются, хотя выглядят как карандашные. «Как Зоечка Васильевна не заметила такого, – усмехается Арсений. – Даже странно, что такое вообще произошло, она же постоянно по камерам смотрит за всеми» На четвертой странице какие-то кружочки, напоминающие солнышко или цветочек; на пятой снова слова. Арс вздыхает уже раздраженно – его бесит подобное отношение к книгам, тем более к старым. Арсений переворачивает страницу и не может поверить: буквально на глазах на странице появляются кружочки. Он промаргивается и прикасается пальцем к новому кружочку, трет его. Пониже на странице появляются новые буквы. – Ру-ку у-бе-ри-те, – шепотом читает Арсений по слогам. – Чего? «Того», – появляется рядом, – «Не трогайте мои рисунки» – Я сошел с ума, – выдыхает Арс и сжимает переносицу пальцами. «Может быть. Руку уберите» Он всё-таки убирает ластик, рядом проявляется: «Наконец-то. Читайте дальше» Арсений закрывает книгу и идёт к Зое Васильевне. – Запишите мне, – просит он, протягивая ее работнице. – Дома дочитаю. – Конечно, – она достает именную карточку, записывает номер и название книги и протягивает ему ручку для подписи. – Чего-то ты рано сегодня уходишь, случилось чего? «Случилось, – думает он, расписываясь, – книги ваши свели меня с ума» – Вспомнил, что задали много, – нагло врет он. – Перед сном почитаю еще, интересная книга. – Книга действительно хорошая, – соглашается Зоя Васильевна, смотря на обложку. – Хорошего вечера. – Спасибо, и Вам! – желает он и выбегает из здания.

***

Заходя в как обычно пустую общажную комнату, Арсений думает лишь о том, что он просто устал, что сейчас просто ляжет спать, а утром все будет как раньше. Он быстро идёт в общий душ, благо сейчас все либо только едут в общагу, либо вообще ещё сидят в универе. Возвращаясь в комнату он решает всё-таки достать книгу и проверить, остались ли надписи. Надписи не только остались – появилась новая. «Меня зовут Антон Андреевич, а Вас?» И спустя несколько секунд после прочтения: «Вы можете написать ответ рядом или сказать вслух» – Арсений, – шепчет он, будто от громких звуков надписи исчезнут. – Что происходит? «Очень приятно, Арсений. Вы не сошли с ума, я действительно в книге» – А можно на ты? – прерывает Арс. – Или ты сильно старше? «Ну мне около 180 лет, но думаю можно и на ты» – Нихера себе. Тем временем Антон продолжает: «Я маг и случайно поместил себя в книгу. Здесь я уже около 150 лет, если я не ошибаюсь» – С какого года Вы там? – снова прерывает Арсений; буквы останавливаются. В нем слишком много вопросов и он не может ждать. «Если я правильно помню, книга вышла в 1868, а у Его величества она появилась примерно через год. Какой сейчас год?» – Подождите, но эта книга современная, ее ещё не было в девятнадцатом веке. – Арсений начинает окончательно сомневаться в своей адекватности. Может это просто сон? Сейчас он проснется и пойдет в универ, а никаких странных книг и надписей не было никогда. «Арсений, перестаньте меня перебивать» «Снова на Вы, злится, что ли?» – замечает он, но вслух говорит лишь: – Извините, я просто ничего не понимаю. «Немного терпения, Арсений. Так вот, я видимо допустил какую-то ошибку в заклинании и оказался в книге» – Почему именно в книге? И как Вы поняли, что это книга? «Когда читал заклинание, задел локтем лежащую на столе книгу и она упала. Смею предположить, что тогда это был роман Федора Михайловича «Идиот». А что это за произведение сейчас?» Арсений прикрывает книгу и читает прямо с обложки: – Волшебник Земноморья, Урсула Ле Гуин. Подождите, я загуглю. «Что именно?» – Вы знаете что такое гуглить? Откуда? – искренне интересуется Арс, пока вбивает в поиске даты выхода книг. – Тысяча девятьсот шестьдесят восьмой, ровно через сто лет после «Идиота», – читает вслух, а на странице появляется новая фраза. «Идиот это я или Вы? Шучу. Спасибо за информацию, буду знать» – Знать что? Почему Вы в книге, которая вышла через век после Вашего превращения? Или как это называется? «Называйте как хотите. Я знаю, что такое гуглить, потому что я могу слышать людей. Как Вы думаете я узнаю о том, что Вы говорите, если Вы не пишете на страницах» – Я не могу писать на страницах, это кощунство, – возмущается Арсений. – И я надеюсь Вы умеете убирать эти надписи. «Конечно умею» – появляется и следом надписи по одной начинают пропадать. – Спасибо, – благодарит он и продолжает расспрос: – А Вы меня видите? «Нет, Арсений, не вижу. Я слышу Вас и чувствую Ваши прикосновения» Арсений тут же откидывает книгу с рук на кровать. Испуганно прижимает ладони к груди, ногой отодвигая ее подальше. – Что значит Вы чувствуете прикосновения? Мои руки? Чем-то конкретным? На страницах, в разных местах, появляются надписи. «Аккуратнее, Арсений», и спустя несколько секунд: «Вы все опошляете, я чувствую просто наличие прикосновений, ничего конкретного» – Извините, – бормочет он, но ему действительно неловко: за мысли и за грубость, – продолжайте, пожалуйста. Он вновь берет в руки книгу, но в самом низу страницы появляется надпись: «Приятного чтения, Арсений»

******

– Антон Андреевич, будьте так любезны, сотрите нахуй свои рисунки. Арсений нервно выдыхает и сжимает пальцами переносицу. «Злой ты, Арсений» – проявляется над огромным рисунком какой-то цветочной поляны. – Я не злой, я адекватный, – вздыхает он. – И имущество не порчу. У него действительно сдают нервы. Книга оказалась очень интересной, только компания в виде заколдованного Антона начинала напрягать. Он еще раз вздыхает и перелистывает страницу. Сначала ему казалось, что Антон может писать только на первых трёх страницах, где они, если можно так сказать, познакомились. Скорее всего Антон действительно старался не беспокоить, или всё-таки был обижен на Арсения неизвестно за что (известно, конечно, но Арсению до этой простой истины как до Китая на коленях) и не появлялся вплоть до двадцатой страницы. Арсений уже решил списать все рисунки и фразы на сон или усталый бред, пока в один день на странице прямо на глазах не проявилась надпись: «Как тебе книга, Арсений?» Арс, переборов желание пойти и прямо сейчас сжечь к черту эту проклятую книгу, – он всё-таки бережно относится к книгам, особенно к старым – в ответ пробурчал лишь: «Нормально, не мешайте». Антон, конечно, мешал. Расспрашивал про сюжет, про героев, про книгу в общем. Заметив дурацкую Арсеньевскую привычку не закрывать книгу и отвлекаться, он начал подслушивать, а потом и расспрашивать обо всем: об учебе, о друзьях. Особенно много спрашивал о жизни в новом времени; что нового появилось, а что осталось как прежде, что такое Твиттер и с чем его едят («С булочкой, Антон Андреевич, выйдете – дам попробовать») и прочие, временами абсолютно детские, вопросы. Не хватало только вопроса про голубое небо и зелёную траву. Арсений соврет, если скажет, что ему не нравится общаться с Антоном. Тот на удивление быстро запоминает всех героев Арсеньевских сплетен и порой сам интересуется как там Лазарев или не писал ли больше Эдуард. – Нет, Эд не писал, – вздыхает Арсений. Он, может, и ждёт, но они расстались уже как полтора месяца, и хоть Арс действительно больше не любит его, трахались они классно – он не против повторить. «Не печалься, Арсений. Найдешь ты ещё свою любовь. Можешь снова почитать вслух?» Арсений ненавидит читать вслух – он не понимает о чем текст, концентрируясь на правилах чтения и орфоэпии – но вот уже почти две недели каждый вечер читает вслух.

******

– Да блять, – стонет Арсений и опускает руку на пол, нашаривая телефон, который трезвонит слишком громко. До него не сразу доходит, что звучит стандартная мелодия будильника, главная цель – просто вырубить нахрен звук. – Сука. Он подскакивает с кровати, в глазах темнеет и слышится грохот. Голова гудит, сонный мозг отчаянно пытается понять упал сам Арсений или что-то другое, но ответ приходит мгновенно – на тыльной стороне стопы чувствуется тяжесть. Темнота в глазах проходит и он видит лежащую прямо на пальцах книгу. Он рывком присаживается, поднимает ее и откидывает прямо на кровать. Соседа нет, видимо тот не проспал так безбожно и уже хотя бы едет в универ. Часы показывают 8:31 – пара через полчаса, за которые он кровь из носа должен добраться. Завтракать – не вариант, схватит что-нибудь в столовке; он бежит в общий душ, изо всех сил надеясь, что он свободен и он сможет спокойно надеть линзы и хотя бы прополоскать рот. Ему везет впервые за утро и ванная оказывается свободна, – конечно, все же уже уехали, шепчет подсознание, – он, не толкаясь, умывается и бежит одеваться. Идти в первом попавшемся абсолютно не в его стиле, но времени нет; он хватает рюкзак, накидывает куртку и уже собирается выходить, но все-таки – прямо в ботинках – какой ужас – подходит к кровати и хватает несчастную книгу. Подбегая к остановке, на часах уже 8:43, и Арсений немного горделиво думает о том, какой он быстрый, но всё-таки недостаточно, потому что вероятнее всего все равно опоздает. Это неприятно – препод старый мужик, питающийся энергией невинных студентов, которого хлебом не корми дай кому-нибудь прочитать лекцию о том, как плохо и неуважительно опаздывать, какое он невежество и как он посмел. Если бы Арсений мог, он бы вообще не пошел. Но именно этот препод будет ебать мозги в конце семестра и получить хоть какой-нибудь приоритет, необязательно в виде автомата (хотя это было бы прям кстати), но хотя бы иметь репутацию человека, который посещает пары, было бы неплохо. Забегает в здание вуза он за минуту до начала и бежит как сумасшедший на третий этаж, надеясь, что старый препод ещё только идет к аудитории. Ему не везёт – мерзкий лектор важно сидит на своем месте, и, заметив Арсения, расплывается в улыбке, не предвещающей ничего хорошего. – Молодой человек, – неприятно и громко тянет он. – Как Вас? Арсений вздыхает, делает шаг в аудиторию, про себя отмечая, что она наполовину пуста (или наполовину заполнена, но Арсений пессимист) и отвечает: – Попов я. – И чего же Вы, Попов Я, опаздываете? – Арсений честно пытается вспомнить отчество, но в голове только имя преподавателя – Геннадий. – Или Вас не учили уважению и банальным правилам поведения? Спорить и оправдываться абсолютно бесполезно – Арсений сам видел, как этот самый Геннадий собачился с каждым, кто шел против него. Он молча стоит, иногда виновато кивает головой, не переча. Преподаватель заканчивает свой монолог и разрешает пройти в аудиторию. Арсений благодарит и быстро поднимается к месту, где сидит Сережа. – Лошара, – бросает Матвиенко, не отрывая глаз от телефона. – Опоздать к Зюзе это пиздец. Но хоть пять минут от пары отнял, спасибо, лох. Арсений, стараясь не шуметь и не привлекать внимание, достает тетрадь, в которую он не планирует ничего писать и, обернувшись и проверив, что за ними точно никто не сидит, книгу. На странице новая надпись, видимо книга приоткрылась в рюкзаке. «Согласен с Сергеем, Вы, Арсений, настоящий неудачник. Еще и мне не давали спокойно отдохнуть» Арсений тянется к пеналу Серёжи, вытаскивает простой карандаш и пишет ответ:

«Как же я помешал Вам, Антон Андреевич?»

Арсения поражает такая наглость Антона. Арс вообще не обязан ему ничем – ни ответами, ни чтением вслух. Пусть скажет спасибо, что он до сих пор не сжёг книгу. Она, к слову, уже наполовину прочитана и Арсений, если честно, немного грустит. Он не хочет расставаться с Антоном, он уже привык. «Вы, Арсений, уснули прямо за книгой, не закрыв ее, и я всю ночь вынужден был слушать Ваш храп. Постарайтесь впредь так не делать, отдых нужен не только Вам» Арс захлебывается возмущением и сразу же пишет ответ:

«Ну простите, пожалуйста, бедного студента. Видимо Ваше общество настолько интересно, что я даже не в силах был слушать»

Арсений будет скучать по Антону. По его высокомерности, по его красивым речам. «Знаете, Арсений, все зависит от слушателя» Арсений бы хотел услышать голос Антона. Как бы он произносил его имя? Растягивая «р» или протягивая «е»? А может он вообще картавит?

«Хреновый я слушатель, хотите сказать?»

А как Антон выглядит? Он не рассказывал ничего подобного о своей внешности, хотя пару раз Арсению удавалось вытянуть из Антона какую-нибудь историю из той жизни. «Ничего я не хочу сказать, Арсений. Вы придумываете» Интересно, а Антон будет по нему скучать? Или наоборот он уже ждёт день, когда Арсений сдаст книгу обратно в библиотеку? Арсений старается об этом не думать – если так, он не хочет навязываться. Именно поэтому он не пишет очередную колкость, а решает уточнить:

«Вас оставить? Будете отдыхать?»

Арсений помнит, что Антону тяжело слушать и воспринимать Арсения, когда он не один. Слишком шумно и тяжело сосредоточиться. «Если Вы не против я бы действительно немного отдохнул. Голова раскалывается» Арсений закрывает книгу и убирает ее в рюкзак. Пытается вникнуть в тему лекции, но все без толку. Его мысли из раза в раз возвращаются к Антону. «Так странно, – думает он, – Антон вроде нематериальный, но голова у него может болеть. А может ли у него заболеть спина или нога?»

******

Арсений резко просыпается от хлопка и садится на кровати. Он изо всех сил щурится, но это не помогает. В комнате полнейшая темнота, но он четко ощущает чьё-то присутствие. Вдруг слышится шипение и темнота в углу двигается. Его сковывает страх, липко ползущий по спине. – Кто здесь? – голос хрипит и срывается к концу. Арсений медленно опускает руку на пол и пытается найти телефон. Стараясь не шевелиться и не привлекать внимание, он поднимает руку с телефоном и включает фонарь. Глаза режет от яркого света и он щурится. Около двери стоит слишком высокий человек в черном и немного потрёпанном костюме. Он держится за лоб, потирает его ладонью. – Арсений, уберите этот свет. Ему казалось, что бояться больше невозможно, но когда человек зовет его по имени и делает шаг навстречу, Арсений просто взвизгивает от страха. «– Как девочка, – думает он краем сознания. – Как похуй» Арсений не может пошевелиться, лишь сжимает одеяло в руке, когда мужчина подходит к кровати, забирает телефон и кладет его на одеяло фонарем вниз. – Кто Вы? – спрашивает Арсений, запрокинув голову. Голос сипит, но он продолжает. – Откуда Вы знаете мое имя? – Арсений, Вы чего? – вблизи можно разглядеть лицо мужчины – он довольно привлекателен, думает Арс. Мужчина продолжает: – А, черт, простите. Я Антон, – и протягивает руку. – Какой Антон? – Арсений глупо моргает и смотрит на ладонь, не желая ее пожимать. – Я не знаю никаких Антонов. Вы к Сереже? Как Вы тут оказались? – Вы всегда задаете так много вопросов и не даёте времени на ответ? – Антон хмыкает и всё-таки опускает ладонь. – Антон из книги. Он кивает на раскрытую книгу, лежащую на полу. Не выдерживает, слегка кряхтит, приседая, и поднимает ее. Заинтересованно разглядывает обложку, немного листает и продолжает. – Серёж никаких не знаю. Имя Ваше знаю, потому что Вы сами представлялись. В самом начале. – Он закрывает книгу и кладет ее рядом с телефоном. – Можно присесть? Арсений резко просыпается от звонка будильника и садится на кровати. В голове всплывает картинка сидящего на кровати Антона, и он осматривает комнату. Никакого Антона или его вещей не обнаруживается и Арс лишь грустно вздыхает. Он только начал верить. Книга лежит на полу, открытая. Это странно – Арсений обычно закрывает ее, когда заканчивает читать. Всю дорогу до универа он пытается осознать, что это был всего лишь сон. Подходя к универу он пытается восстановить в памяти лицо Антона из сна. У него была очень живая мимика – у него так забавно подскочили брови и округлились глаза, когда Арс не мог узнать его. Как он вообще мог его узнать, если он никогда его не видел? Арсений пытается вспомнить всё, что говорил Антон о своей внешности. Тот упоминал только свой высокий рост. И свои светлые волосы. И зелёные глаза. – Да ну нет, – вздыхает Арс. – Это не мог быть Антон. Как это возможно? Видимо я так часто думал об Антоне, что мой мозг решил нарисовать его. Бред какой-то. Сидя на парах, Арсений прокручивает в голове свой сон в тысячный раз; каждое слово и каждое движение Антона. Возвращаясь домой он все ещё не понимает как это возможно. Настолько реалистичные сны не снились ему никогда. Он буквально ощущал присутствие Антона. С чтением не ладится. Он вздыхает, закрывает и открывает книгу несколько раз, пытается сконцентрироваться, но все без толку. Он снова прокручивает свой сон, боясь забыть хоть одну деталь. Серёжи снова нет и Арсений считает, что это знак. Он открывает книгу и начинает: – Антон, ты тут? Давай поговорим, пожалуйста. «Что такое, Арсений? Что-то случилось?» – Нет, ничего серьезного. Чем ты занимаешься целыми днями? «Вы меня немного пугаете, но ладно. Ничем я не занимаюсь, Арсений. Пока Вы не открываете книгу я вообще мало что могу делать. Жду, пока вы начнете читать, чтобы поговорить с Вами» Арсений не может вспомнить голос Антона из сна, чтобы прочитать ответ его голосом. Он помнит лишь то, что он говорил спокойно и хрипло, будто только проснулся. – Антон, ты бы хотел стать реальным? – Арсению плевать насколько жалко он сейчас звучит. – Ну типо материальным. «Конечно. Арсений, я здесь второй век и неизвестно как и когда отсюда выйду. Я хочу жить нормальную жизнь и получить нормальную смерть» – А если ты умрёшь как только выйдешь? – он чувствует комок в горле и пытается его поглотить. «Значит такова моя судьба, Арсений. Я же маг, а маги не всегда заканчивают хорошо. К тому же бессмертие это очень тяжело» – Почему? – ему искренне интересно. – В книгах постоянно пишут о бессмертии и вечности, и я вряд ли бы хотел жить вечно, но это же наверное классно – видеть как меняется мир. «Арсений, ты очаровательный» Лицо Арсения вспыхивает, и он отводит взгляд. В глазах встают слезы. Он так не хочет прощаться. На странице появляются новые слова. «Жить вечно не классно. Ты не представляешь как сильно я устал. Иногда нормально, но когда прижмёт – хоть на стену лезь. А у меня нет стен. У меня в принципе ничего нет» Арсению с детства говорили, что жалеть можно только собачку или кошечку с улицы. Жалеть человека нельзя, можно максимум сочувствовать, но Арсению сейчас так жалко Антона. Столько лет жить и мучаться. Предательская слеза всё-таки скатывается по щеке. – Антон, ты очень интересный, – он всхлипывает, – я бы очень хотел с тобой пообщаться в реальной жизни. «Арсений, ты плачешь? Почему?» – Мне стоило прослезиться, чтобы мы перешли на ты? – Арсений хихикает, утирая слезу рукавом домашней кофты. – Потому что очень хочу тебя обнять. «Всё будет, Арсений. Представь, что я рядом» Арсений прикрывает книгу, оставляя пальцы на странице с ответами Антона, и переворачивается на бок. Подтянув одеяло, он зажмуривается и действительно пытается представить, что Антон лежит за спиной. Находясь между сном и явью, он чувствует чьё-то тепло, расслабляется и засыпает.

******

– Черт, – выдыхает Антон, – сегодня единственный день, когда все может получиться. Не даром Антон считался сильным магом – он знает много о силе магии, может найти лазейку из любого волшебного случая. При жизни его сильной стороной были заклинания. С такой силой и умом он уже давно мог выйти из книги, но настолько отчаялся и смирился со своей участью, что перестал пробовать и пытаться. И зря. Арсений своим появлением внёс какую-то веру в себя и желание всё изменить. Раньше ему было не для кого – после того случая, когда очередной владелец книги пытался ее сжечь, увидев надписи, Антон не показывался никому. Арсений же был забавным, много бухтел нипочём и ему хотелось показаться. Принести добра, света и магии в его жизнь и прервать наконец его бубнеж. Арсений снова читает допоздна. Время близится к двенадцати, но он не может оторваться. Ещё одну главу и спать звучало уже дважды, и, вероятнее всего, прозвучит в третий раз. Антон снова заставил его читать вслух, периодически появляясь, чтобы попросить перечитать предложение или абзац. Когда он в очередной раз просит повторить, Арсений не выдерживает: – Антон Андреевич, Вы вообще слушаете? «Простите, Арсений, Вам сложно перечитать?» – Нет, конечно, – запал как-то сходит на нет и Арсению даже немного неловко. Он возвращается на предыдущую страницу и начинает перечитывать. В это время Антон, изо всех сил пытаясь не отвлекаться на голос Арсения, в сотый раз повторяет заклинание. Он вспомнил о нем ещё неделю назад, в один из таких вечеров, когда Арсений так искренне говорил о желании встретиться, отчего у Антона разрывалось сердце. Он пытался вспомнить хоть что-то из своей прошлой магической жизни, но в голову приходили лишь заклинания, связанные с силой любви. – Вряд ли он меня любит, но может хоть как знакомого, – рассуждал Антон. – В любом случае у меня нет других вариантов. Полнолуние через неделю. Не попробуешь – не попробуешь. Антон боится, что Арсений сейчас просто закроет книгу и ляжет спать, тогда его план может не сработать, а ждать новое полнолуние бессмысленно – к тому времени Арс уже сдаст книгу обратно в библиотеку. – Антон, Вы видели время? – Арсений всё таки отрывается от книги – он уже давно сам себе признался, что разговаривать с Антоном ему нравится немного больше, чем сама книга. – Антон, из-за Вас я снова не высплюсь, – часы показывают 23:59 и Арсений вздыхает. – Вам не стыдно? Конечно он несерьёзно. Он взрослый и самостоятельный человек и если он захочет спать он просто закроет книгу, попрощавшись с Антоном, и ляжет спать. «Подожди минутку» Дурацкие механические часы громко тикают, маленькая и большая стрелки встречаются на 12. Книга в руках неожиданно раскаляется и Арсений отбрасывает ее прямо на пол. Из книги будто выстреливает луч света и Арсений закрывает глаза ладонями. Сказать, что ему страшно – ничего не сказать. Он ничего не понимает и пытается посмотреть, что происходит, расставляя пальцы веером. Из книги льется яркий желто-золотой свет, струясь по комнате. Прямо посередине, словно из самого книжного корешка проявляется что-то темное, по цвету напоминающее грозовую тучу. Март неподходящий месяц для грозовых туч, тем более прямо посреди комнаты. Слышатся хрипы, свет становится ещё ярче и Арсений крепко зажмуривается. Доносится хлопок, а следом удар чего-то тяжелого о пол. Свет угасает и Арс, все ещё держа обе ладони у лица, открывает глаза и пытается рассмотреть объект на полу. – Да ну нахуй, – совсем тихо говорит Антон и поднимает голову. Он пытается осмотреться, но от удара голова просто раскалывается и он вынужден закрыть глаза. – Арсений? Ты здесь? Помоги мне встать. – Я сплю, я просто сплю, – как в бреду шепчет Арсений. – Это просто мой глупый сон, обычный сон. Сейчас я проснусь и все будет хорошо. – Арсений, всё хорошо, – вздыхает Антон, не понимая как успокоить Арсения. Голова кружится и он хватается рукой за ушибленный затылок. – Я Антон, из книги, помоги мне встать. – Да ну нет, – неверяще шепчет Арс, его голос сипит. – Это же снова просто сон? Он всё-таки поднимается и двигается к фигуре на полу, продолжая: – Так, если это сон, пообещай меня не убивать. Не люблю кошмары. Он подходит и опускается на колени, протягивает руку. Вблизи можно рассмотреть светлые волосы на затылке, широкие плечи. Арсений касается человека в районе лопаток, ведёт вверх, к шее, и зарывается пятерней в волосы. Они мягкие и приятные на ощупь. Человек напрягается, но Арсений не успевает испугаться или отойти, как голова поворачивается. – Арсений, – тепло дыхания оседает на его запястье, когда человек продолжает говорить: – У тебя будет ещё много возможностей меня потрогать, помоги мне встать, голова раскалывается. – Высокий рост, – взгляд голубых глаз мечется по всему чужому телу, – светлые волосы, – он слегла оттягивает их, – зелёные глаза, – он не может поверить. – Ты правда Антон и это не сон? – Правда, Арсений, – Антон пытается перевернуться на спину, и Арс опускает вторую ладонь ему на грудь, помогая. Тот хмыкает. – Ну как я тебе? Не таким ты меня представлял? – Антон! Арсений вскрикивает и опускается ему на грудь, обвивая плечи руками. Крепко сжимает его и всхлипывает. Антон с трудом поднимает руку и кладет ее на арсеньевский затылок, прижимая. – Ну ты чего? – Антону немного тяжело, но он ни за что не признается в этом, лишь начинает поглаживать. Арсений поднимает слегка красные глаза, безумно голубые и чистые, вызывая волну восхищения у Антона. – Ты безумно красивый, Арсений, – тепло улыбается он. – Ты тоже, – Арс опускает одну руку ему на щёку, гладит. – Как это возможно? – Магия, – просто выдыхает Антон. – Я верю в магию. Им придется многое обсудить. Арсений должен будет рассказать о всех сложностях жизни в новое время, Антону придется многому научиться. Антон обязательно покажет пару фокусов, а Арсений, как маленький мальчик, будет восхищаться. Будет сложно, но они будут вместе. Вместе они со всем справятся.