На нереальных событиях

Начало и этого вечера ничем не отличалась от предыдущих. Опять возмущения отца, работа такая же, как вчера, ужин, за которым родители поздравили с окончанием учебного года, но сказали не расслабляться, и подготовка к предстоящему экзамену по математике. После ужина мать ушла на работу, отец собрался на улицу. А брат с сестрой остались одни дома. Кирилл занялся повторением материала к ОГЭ, а Карина сначала лежала на кровати, а потом подсела к брату и прямо в лоб спросила: – Вы с Андреем встречаетесь? Он на мгновение замер, но потом ответил: – Да, каждое утро перед школой. – А если я скажу, что знаю о твоём и с ним поцелуе. – Что?! Каком поцелуе?! – в голове парня металось множество мыслей, куча эмоций проносились за секунду. Неверие, желание засмеяться, спросить «откуда», отрицать всё и в то же время облегчения, что ему не пришлось говорить об этом самому. Но самым сильным был страх, страх за себя и за того, кого он любит. Ему нужно было очень хорошо постараться, чтобы не выдать что-то вроде «как ты узнала». – Сегодня после линейки в кабинете математики, вас видели, – Карина говорила тихо и спокойно, как человек уже поверивший во что-то и теперь лишь собирающий доказательства. – Ну и кто видел? – он придал своему голосу оттенок недоверия. – Ксюша Носаева. Она сделала фотографию на телефон Маши и, думаю, уже много кому рассказала. – И ты ей поверила? Это же Носаева она любит сплетни собирать. – Не сразу конечно, но, подумав о том, как вы себя вместе ведёте. Раньше вы ссорились чуть ли не каждый день, а теперь уже который месяц общаетесь и даже голос друг на друга не повысили, сидите вместе, он улыбается, ты в школе радостный, даже поспать не прилёг ни на одной перемене, ещё куда-то каждый вечер уходишь, да и вы друг с другом осторожничаете. И если ко всему этому добавить те слова Ксюшки, то они уже не кажутся таким бредом. – Но это всё… – Кирилл начал было придумывать оправдание, но потом, ничего больше не сказав, уронил голову на руки. – Бляяяяять. И что теперь, ты меня презираешь? – Нет. Занимайся чем хочешь с кем хочешь, только, чтобы я этого не видела. – Спасибо, – слабо ответил парень. – А родителям.. ты скажешь? – Тоже нет. Ты скажешь сам, когда посчитаешь нужным. Но у меня к тебе один вопрос. – Какой? – Как долго вы встречаетесь? – С конца февраля. – Уже три месяца! Это удивительно, что о вас до сих пор не узнали. Теперь понятно, куда ты уходишь. Мы с Дашей Ивкиной думали что ты с Машей встречаешься. – С Коркиной? Это уж точно нет. Она же мелкая и скучная. – Ладно, занимайся дальше. Не буду мешать. И Карина пошла к своей кровати, чтобы ещё около часа провести за просматриванием соцсетей. Кирилл же, немного придя в себя после этого нежданного разговора, постарался вернуться обратно к повторению и не отвлекаться на разные мысли. Но загоревшийся экран телефона нарушил его планы. «Если ты сейчас не занят, приходи. Ну, а если занят, удачи, что там делаешь». Писал Андрей, что было немного странно, ведь обычно первое сообщение было от Кирилла, а Андрей только отвечал. Хоть парень и был занят, но ответил: «Я сейчас приду. Туда куда обычно?». Ответа долго ждать не пришлось, он гласил: «Да, туда же. Ты точно не занят?». Кирилл улыбнулся: «Для тебя точно. Минут через 10 буду», отправил он сообщение, положил телефон в карман и пошёл одеваться. Идти ему пришлось через улицу, чтобы в саду нечаянно не встретить кого-то из родителей или их знакомых. Когда он залез в здание, Андрей уже был там. Они махнули друг другу рукой в знак приветствия и сели рядом. – Ну и почему ты написать решил? – задал Кирилл терзающий его вопрос. –Не хотелось ждать, пока ты первый напишешь. Вдруг бы ты весь вечер очень занят был, вот я решил узнать, – Андрей говорил, положив при этом руку на руку Кирилла. – Ну, как видишь я пришел, – Кирилл сжал руку парня. – Надеюсь, ты всё таки не бросил математику для этого? – Ну.. как тебе сказать… – Вот и верь тебе! – Андрей отвернулся и засунул руки в карманы ветровки. – Эй, ты чего? Я тебя увидеть хотел, а ты отворачиваешься. – А вдруг ты не сдашь, тогда я буду думать, что слишком часто твоё время тратил. – Не бойся, сдам я этот экзамен. И ты мне ни сколько не мешаешь, – Кирилл положил руки на плечи Андрею. Тот вдруг развернулся и крепко обнял парня. – Я волнуюсь просто. Не хочу чтобы у тебя проблемы были, тем более из меня. – Ты слишком часто обо мне беспокоишься. Мне нравится эта твоя черта, хотя ты тогда сам на себя не похож, – Кирилл тоже обнял его. – А ведь раньше я думал, что мне нравятся именно твоя наглость и какая-то резкость. – То есть ты меня наглым считал? – Андрей улыбнулся. – Помнишь, когда я из города вернулся. Ты тогда таким был. Язвил часто, и вообще вёл себя по-другому. Тогда я именно таким тебя и считал. И подумал, что из-за этого ты мне понравился. – А сейчас ты как думаешь? – Андрей отсел к стене – Я уже не знаю, но сейчас ты мне любым нравишься. А ты? – В смысле почему ты понравился мне? – Да. – Знаешь, я могу сказать, когда это произошло, но не могу почему. Ты мне просто понравился. Твой характер, поведение. Сначала мне казалось, что ты меня интересуешь просто, как друг. Но когда ты уехал в город, я скучал по тебе и мне приснился один сон. Это была какая-то раздевалка из дерева. Мы там были вдвоём, все уже ушли по домам. Ты говорил о чём-то, а я вдруг сказал, что ты мне нравишься. Потом ты сказал, что я тоже тебе нравлюсь. Я тогда был так счастлив, и когда проснулся осознал свои чувства к тебе. Это было в октябре. А потом ты приехал обратно, мы сидели вместе. Я боялся как-то выдать свои чувства, а ты себя вёл так свободно. – Ну поведение у меня тогда было не самым лучшим. Если честно, я думал, что ты из-за этого со мной сидеть не захотел. – Я считал, что так будет правильно. Всё таки такие отношения.. – Андрей замялся. – Не совсем приняты, – окончил фразу Кирилл. – Да. Но знаешь, я очень рад, что всё это случилось. Спасибо тебе. – Я тоже очень рад. Спасибо, что не оттолкнул меня тогда. – Я не собираюсь тебя отталкивать. Никогда. Андрей придвинулся ближе и наклонил голову к плечу Кирилла. Буранин улыбнулся и положил руку на плечо парня. Налошко вдруг повалился на Кирилла и, завалив его, навис сверху. – Че.. – удивлённый возглас Кирилла пропал в поцелуе, неожиданном и приятном. Андрей отстранился. – Если начал, то не бросай, – прошептал Кирилл и в новом поцелуе притянул Андрея к себе и вместе с ним повернулся на бок. – Знаешь, мне кажется, я эти слова где-то слышал, – хитро произнёс Андрей. – Нет, слышал только я, – Кирилл отвернулся и произнёс в сторону, – а ты их говорил. Андрей смутился, но тут же ответил: – То есть ты мне их повторить решил. Теперь краснеть пришла очередь Кириллу. – Ладно сдаюсь, – поднял он руки, – в словах ты всегда был лучше. – Только в словах? – Ну признавать себя побежденным во всём, пусть даже и тобой, я ещё не готов. «Побежденный значит слабый, а слабым быть нельзя», – всплыли в голове Кирилла мысли. – Не хочешь показаться слабаком? – Андрей немного наклонил голову и положил руку на его плечо. – Нет, – он отвечал твёрдо и резко – Ты и так… – Андрей не смог договорить, его перебил почти крик парня. – Я знаю! Знаю, что слабый. Я не хочу больше этого слышать, мне надоело. Хочу, чтобы ты просто не доебывался до меня! Андрей сначала опешил, но посмотрев на то, как сидел Кирилл: сжав кулаки, зажмурив глаза и очень часто дыша, – решил, что стоит сделать. Он быстро придвинулся ближе, положил свою руку на его и подставил плечо, чтобы парень мог опереться. – Дыши. Дыши спокойнее. Всё хорошо. Слышишь? Открой глаза, посмотри на меня, – Андрей говорил мягко, с небольшой каплей волнения. «Так, что ещё! Что ещё делают?» – в его голове метались мысли. Он взял руку Кирилла в свою и попытался разжать его пальцы. – Расслабься, здесь тебе ничего не угрожает. Посмотри на меня, разве я выгляжу как человек, который хочет причинить тебе боль, – всё тем же мягким тоном продолжал говорить Андрей. Кирилл резко открыл глаза и увидел сидящего перед ним парня, смотревшего с неподдельным волнением. – Ты нет, – очень быстро проговорил Буранин. – Хорошо. Теперь посмотри вокруг, – Андрей, не отрываясь, смотрел за взглядом Кирилла. – Видишь вот там дырка в бревне, там доска лежит оторванная, или вот в окне ёлку видно и дорогу. Слышишь мотоцикл кто-то заводит, и собака лает. И кто-то готовит что-то, чуешь как пахнет вкусно? – Чую, – Кирилл слегка кивнул. Его дыхание медленно стало приходить в норму. Всё это длилось около трёх минут. – Ты сейчас как себя чувствуешь? – Нормально, только сердце бьётся часто. – Это пройдёт скоро, – Андрей уткнулся лицом в руки и после небольшого молчания поднял глаза на Кирилла. – Я рад, что ты в порядке. – А что это было вообще? – немного нервно спросил парень. – Я не уверен, но было похоже на приступ паники. Я читал, что это и что делать, если такое случается. – А из-за чего это произошло вообще? Мы же говорили просто… – тут Кирилл испуганно посмотрел на Андрея, но в ответ получил недоуменный взгляд. – То, что я сказал тебе, я не хотел.. не тебе. Ты не должен был слышать такое от меня. Прости. – Тебе не нужно извиняться. Ты тогда говорил то, что было в голове. В таком состоянии трудно контролировать свои действия. Так что всё нормально, не волнуйся об этом. – Блять, у тебя от меня одни проблемы. Может я и правда.. Андрей замотал головой. – Проблемы есть у всех, а близкие люди нужны, чтобы помогать с ними справляться. Поэтому даже не думай так. Ты один из лучших людей, которых я знал и знаю. – Вот ты всегда меня поддерживаешь, а что мне сделать для тебя? – Не думай о себе плохо. И со мной будь настоящим, а не тем, кого ты показываешь на людях. – Ну, с первой частью придется постараться. А с тобой я всегда настоящий насколько могу, – улыбнулся Кирилл. – И я этому рад, – Андрей потянулся к нему, но замер. – Я могу тебя коснуться? – Конечно, а почему ты спрашиваешь? – Иногда после сильных эмоций не хочется подобного контакта с людьми. – Против контакта с тобой я никогда не буду против, – и Кирилл сам взял Андрея за руку. Тот присел ближе и положил другую руку на плечо парня. Так они сидели, понимая, что скоро нужно будет расходиться по домам, и, как можно дольше оттягивая этот момент, стараясь не думать о нём. *** – Вы на стол накрыли? – Да, мама! – Ага. Пойдём есть, – потрясла своего мужа, уснувшего на диване, Пыжикова Наталья. – А? Что? Уже всё? – неразборчиво пробормотал Николай, прищурив глаза от света лампочек. – Всё, всё, – Наталья стояла, уперев руки в бока, и, глядя на мужа. – Ох, ну пошли тогда, – он оперся о диван и поднялся. На кухне в это время Ксюша и Алина сидели за столом в ожидании родителей и обсуждали случившееся сегодня в школе. Ксюша предлагала сказать об этом за ужином, а Алина после. В итоге они сошлись на том, что если родители начнут говорить про школу, то они расскажут сейчас. На кухню зашли Наталья с Николаем. Девочки к этому времени уже спокойно сидели на своих местах. Сев за стол, все пожелали друг другу приятного аппетита и начали есть. Покончив с ужином сёстры как обычно стали убирать грязные тарелки в раковину, а Николай спросил: – Ну что, Алин, как год закончила? У вас же сегодня последний звонок был. – Хорошо, четвёрка только по русскому и всё, – девочка тихонько кивнула Ксюше. Та начала говорить. – Папа, я сегодня такое видела и Алинке фотку показывала. Правда же? – последнюю фразу она обратила к сестре. – Да-да, правда. – Ну что там такое, рассказывай, – Николай потянулся к тарелке с печеньем, что стояла посреди стола, взял одну и начал жевать. – Короче, я захожу в класс, а там два парня целуются! – Чего?! – в один голос прозвучали муж и жена Пыжиковы. – Я аж подавился. – А мне спать расхотелось. – Это ещё не всё. Эти двое из нашей деревни, Кирилл и Андрей. – И ты ничего не путаешь? – голос матери был удивлённым и недоверчивым. – Абсолютно. Вот хоть у Алинки спросите. Отец посмотрел на Алину, та закивала головой. – Интересно, а их родственники то знают, что у них в семье «такие» есть? – Николай задал вопрос куда-то в стол, но Наталья на него ответила. – Думаю нет, знали бы, что-нибудь предприняли против этого. – Ты права. Не стали бы они в самом деле закрывать глаза на подобное, – он хотел добавить что-то ещё, но тут по телевизору началась заставка программы «Время» и мужчина, сказав, чтобы его не отвлекали и не шумели, ушёл в другую комнату. Наталья пошла за ним, кухня почти опустела. – Как думаешь, что завтра будет? – шёпотом спросила Алина. – Не знаю, но когда я приеду со школы, ты мне всё расскажешь. – А зачем тебе завтра в школу? Вас же тоже распустили. – Наш классный решил завтра чаепитие большое устроить. Типо он уезжает в другую школу работать и с нами попрощаться хочет. – Нормально так! Она есть будет, а мне дома сиди. – А вот. Тебе не повезло, бе бе бе. – Дура! – Сама такая! По мере продолжения диалога их голоса всё повышались. – Девочки, тише! Не мешайте нам с отцом новости смотреть, – донёсся из зала раздраженный голос матери. – Поняла, тише себя веди, – снова перешла на шёпот Алина. – Тебя это вообще-то тоже касается, – тоже тихо ответила Ксюша. – И вообще, что ты стоишь просто так. Вытирай тарелки. – А ты не командуй. Мой быстрее. – Ты меня уже достала. – Ты тоже. *** Следующее утро в деревне выдалось хорошим. Солнце светило ярко, дул лёгкий ветер, будто уже не весна, а лето, хотя до него и так оставалось совсем немного. Этим утром почти вся деревня собиралась у магазина, ожидая привозки хлеба. Магазинов было всего два. Один кирпичный, покрашенный в белый, с большими синими окнами, кое-где разбитыми камнями. Второй открылся полгода назад и находился в здании конторы. Они стояли почти по соседству, их разделяло только здание почты. Эти три здания располагались на центральной улице Зелёная и среди людей назывались «центр». Именно в центре и проводила своё утро Наталья, а чтобы было не так скучно, она завела разговор с одной из продавщиц, Аршиновой Ириной. И как-то слово за слово они перешли на тему о нынешней молодежи. – Нет, Наташ, ты послушай. Я на днях ездила в район, так иду там по улице, а из-за поворота какие-то идиоты выбегают, чуть не сбили. И даже не извинился не один! – Да я тебе и говорю, никакого у них уважения к старшим нет. Плевать они хотели на все ценности и традиции. Чтоб по дому помочь без напоминания, об этом только мечтать. – Сейчас даже парни не те пошли. Раньше и место в автобусе уступят и пакеты тяжёлые донести помогут, а сейчас, – она махнула рукой, – потерянное поколение. – Ладно, Ир, если бы просто ленивыми были, так они ещё и друг с другом, а не с девушками встречаются. Даже у нас такие есть. – У нас. Да ты что! Куда мир катится. И кто же это, неужели… Наталья кивнула. Ирина ахнула. – Да-да, Зойкин и Сабринкин. Их вчера моя видела. Прямо в школе обжимались. – Какой кошмар. А такие парни, женихи уже. Ну ладно Андрей, у него проблемы были, может это как повлияло, но Кирилл, он же всегда нормальным был. Потерянное поколение! – Эй, Ирка, тут машина приехала. Иди товар принимай! – один из мужчин, стоявших около магазина замахал рукой. – Вижу я, иду уже! – женщины пошли к магазину. – Слышь, Наталья, а о чём это вы там с Ириной говорили? – Вот ты знала, Тань, что у нас тут голубые есть? – Ты не шутишь? Кто? – Не шучу. Зойки племянник и сынок Сабринкин. Их вчера Ксенька моя видела в школе. – Что творится, что творится. – И не говори. Ладно, я очередь занимать, – Наталья поднялась по ступенькам и пошла внутрь. – Я за тобой если что буду, – вслед ей сказала Татьяна Бородкина. – Хорошо. Уже через пятнадцать минут об отношениях между Кириллом и Андреем знали все, кто был около магазина, а кто только приходил, тот сразу же узнавал от кого-нибудь из односельчан. Поэтому, когда появилась Сабрина Буранина, то все на неё посмотрели в два раза удивлённее. Во-первых, она никогда не покупала хлеб в деревне: они с мужем ездили в районный центр и покупали продукты там; во-вторых, всем хотелось спросить, знает ли она про отношения своего сына или нет, но никто не начинал первым. После недолгого молчания Ирина не выдержала и спросила: – А ты знаешь, что твой сын с племянником Зои Налошко встречаются? – В смысле? – Сабрина удивлённо и недовольно посмотрела на продавщицу, в ожидании объяснения. Но ответила ей Пыжикова: – А вот так. Видела их вчера Ксенька, а Алинка подтвердила. Причём прямо в школе. – Не может быть такого. Мой сын абсолютно нормальный, это Ксюшка твоя что-то увидела не так. Хлопнула дверь, послышались шаги и в помещение магазина зашёл человек. – О, вот ещё пришла. Испортила ты, Зоя, Андрея своего, по парням пошёл. Вот с Кириллом прям в школе, ни стыда, ни совести. – А какое вам дело. Если и так, вас это не касается. А дома я с ним сама поговорю. И вообще я за хлебом пришла. Кто последний в очереди? – Я, – ответила Сабрина. – То есть ты тоже ничего не знала насчёт этого. – Нет. Андрей дома вообще почти не разговаривает. Всё время в комнате книжки читает, а последнее время начал по вечерам ходить куда-то, говорит, что гуляет. – Кирилл тоже гулять чаще стал и долго так, по часу, раньше больше, но сейчас экзамены. – Это они что-ли вместе сидят где-то. – Получается так. Скажу сегодня Вите, чтобы он поговорил с ним, отец всё таки. Пошли ближе подойдем, скоро очереди наши. А сами парни и не подозревали, что о них теперь знает вся деревня. Андрей сидел на уроке математики, а Кирилл на экзамене по ней же. Каким же было их удивление, когда, дома их ждали разговоры с семьями. Вечером, когда мать и Карина ушли в клуб, а Кирилл, после работы на улице, сидел на диване перед телевизором, к нему подсел отец. От него несло водкой. – Ну, что, сын, как там экзамен? – Да всё нормально, – Кирилл напрягся. – Нормально у него, – усмехнулся Виктор. – А у меня не нормально и знаешь почему? Потому что мой единственный сын – ёбаный блять пидор! У Кирилла внутри всё сжалось. – Что молчишь? Сказать нечего, – он вскочил с дивана и, схватив за плечо, поднял его тоже. – Отвечай сколько вы с этим сукиным сыном уже ебётесь! – Мы не… – Кирилл чуть не упал от пощёчины, которую влепил ему отец. – Ах вы ещё не ебались. А ну говори вы вместе или нет, – Виктор орал так, что было слышно, наверное, на улице. – Нет, – твёрдо ответил Кирилл, закопав поглубже всю боль. – Нет значит, – он отвернулся, но потом с размаху снова ударил сына. – Правду говори, щенок. Ты и он. Что между вами? – Мы просто друзья. – И по кабинетам сосётесь вы тоже по дружески? Значит так, если ты, уёбок сраный, сейчас мне правду не скажешь, я пойду к твоему "дружку" и всё расскажу его родственникам. Посмотрим, что они на это скажут. – Нет! – выкрикнул Кирилл и тут же закрыл себе рот руками. – Что такое? – Виктор медленно подошёл ближе к сыну и сквозь зубы проговорил. – Говори, раз начал. – Не лезь к нему и его семье. И раз это так важно, то да, мы встречаемся, – по тому, как переменилось лицо Виктора, Кирилл понял, что хуже уже не будет и решил высказать всё, что хотел за эти годы. – Это ты хотел услышать? Тогда слушай дальше. Ты всё время меня по мелочам доставал, говорил, что я слабый, унижал, когда никто не видел. Меня заебал ты и твои доёбы. Ты гандон. Гандон, урод и... – Чмо! – проревел Виктор, ударом буквально бросая Кирилла на диван. – Ах ты чмо! Пидорас! Скотина! Каждое слово сопровождалось ударом, куда попадётся. Виктор словно не отдавал себе отчёта, что делает. Он отошёл от дивана и сказал: "Ну ладно этот ущербный, но тот нормальным казался. Если бы эти кобель с сукой не подохли, может и воспитали бы сынка своего". – Не смей оскорблять его родителей, – медленно, но четко произнёс Кирилл. – Получил мало? Ну ка повтори, что сказал, – Виктор подошёл обратно и наклонился над парнем. – Что слышал. Не смей оскорблять его родителей, – Кирилл сжал кулак и со всей силы ударил мужчину в нос. – Ты, блять, уёбок малолетний! – Виктор схватил его за ворот футболки и потащил на кухню. Открыл входную дверь и вышвырнул парня на улицу. – И чтоб больше здесь не появлялся. Дверь захлопнулась. Кирилл сполз с крыльца, обулся в свои кеды и пошёл к огороду, через него можно было попасть в сад, а оттуда в место, где они всегда встречались с Андреем. Парень попытался бежать, бок болел, видимо один из ударов отца пришелся туда. Кирилл был рад трём вещам: тёмному времени суток, отсутствию людей и тому, что телефон лежал у него в кармане и вроде был цел. Но в темноте пробираться между деревьев было трудно, под ноги постоянно попадались разные корни и палки, а по тропинке идти было нельзя, мог кто-то встретиться. Кое-как добравшись до садика и с трудом забравшись в окно, Кирилл наконец смог расслабиться. Здесь он был в безопасности. Через несколько минут Кирилл решился позвонить Андрею, но то, что он услышал по телефону стало словно ещё одним ударом, самым болезненным из всех. –Ты вообще не вовремя. Я не могу говорить. Они знают. И мне сейчас совсем не до тебя. Извини, – голос почти срывался на крик и звучал напряжённо. Гудки… Кирилл с минуту иступлено смотрел на экран телефона, а потом его прорвало. Он с силой бросил телефон об стену, больше звонить некому, поднялся, пнул лежавшую рядом банку, снова сел, ударил кулаком в пол, обессиленно лег и заплакал. Ему было больно. Тело болело, ещё не забыв кулаки мужчины. Но сильнее всего всё разрывалось в груди. Он привык, что в семье почти никто не любил его просто так. Родителям был нужен лишь в качестве рабочей силы и предмета для обсуждения с друзьями. Сестра, хоть и помогала с учёбой, но всегда могла сдать и подставить, если чувствовала в этом выгоду, а ведь все думают, что она добрая и порядочная. В школе с ним дружат только пока он исполняет роль шута или как-то полезен в учёбе. Только один человек знает его настоящего и любил не за заслуги или хорошее настроение, но и ему он доставил неприятности. Если бы только в тот зимний вечер он не поддался и не полез к нему, ничего этого бы сейчас не было. Только одного человека он любит, но и того, наверное, уже потерял. Он рассказал всё Виктору, а тот позвонил тёте и дяде, теперь они тоже всё знают, а виноват только он. Он один. Он теперь один! «В один вечер он потерял всё, что ему было дорого», – звучит как фраза из фильма. На смену слезам пришёл смех. Беззвучный смех, в приступе которого ты заходишься до тех пор, пока не захочется блевать и сжать себе горло, чтобы это прекратить. А потом наступает апатия. Просто не понимаешь, что ты вообще ждёшь от этой жизни, зачем живёшь. Тебе ничего не хочется, только полного спокойствия и любви. И одно из этого Кирилл мог себе обеспечить. Он встал и с глупой улыбкой пошёл в соседнюю комнату, там всегда валялось много вещей. Среди них парень нашёл пустую бутылку. «Тоже из-под водки. Как символично!» – усмехнулся Кирилл и сжал горлышко крепче. Вернувшись обратно в комнату, он с силой бросил бутылку об пол, подобрал её осколок и сел на то же место, что и раньше. Парень посмотрел на стекло у себя в руке и на другую руку. «Я ведь никому больше не понадоблюсь. Доставил самому близкому человеку столько проблем. Прав был.. отец, я слабак. Даже обещание не могу сдержать. И умру я также», – думал парень, разглядывая всё вокруг. Кирилл поднёс стекло вплотную к вене на запястье и надавил. «Неужели всё. Это конец?» – пронеслась у него в голове единственная мысль.