you are all of my life

      Джисон и Минхо катастрофически мало времени могли проводить наедине, так как жили в разных корпусах общежитий, находящихся далеко друг от друга, и были чересчур вежливы, чтобы попросить своих соседей хотя бы ненадолго оставить их наедине в чьей-нибудь комнате. Так что сейчас был один из тех редких моментов, когда сосед Джисона — Феликс — впервые за долгое время выбрался на вечеринку и пообещал вернуться только ближе к утру. Обуваясь, парень бросил что-то вроде «позови к себе уже наконец Минхо, видеть не могу, как ты помираешь от тактильного голода», послал Хану воздушный поцелуй и захлопнул за собой дверь.       Джисону дважды повторять не надо. Так что он сразу же отправляет несколько сообщений, в которых просит Минхо быстрее тащить свою задницу к нему в комнату. Феликс ведь сам разрешил. Даже пересиливать себя не пришлось, чтобы поговорить с ним о визите своего парня в его отсутствие. Хотя Джисон был уже на той стадии скучания по Минхо, где у себя в голове репетировал, что он может сказать Феликсу, чтобы спровадить того из комнаты, не упоминая при этом самого Минхо.       Вообще Феликс был прав. Тактильный голод Джисона действительно был невыносим в последнее время. Конечно, он всегда мог обнять Феликса, поваляться вместе с ним в кровати, смотря очередной сериал, сюжета которого он не вспомнит на следующий день. Но это все равно не сравнится с тем, как ощущались для Джисона объятия Минхо. Что уж говорить про поцелуи и секс с ним.       Минхо появляется на пороге спустя полчаса, ворча на то, что в какой-то момент он обязательно разорится на сигаретах для вахтера, который пускает его в это общежитие без пропуска. Не успевает парень снять куртку, Джисон тут же сжимает его в крепких объятиях, шепча, как он соскучился, несмотря на то, что они виделись буквально сегодня утром в университете. Улыбнувшись, Ли притягивает своего парня за талию еще ближе к себе и мягко целует в лоб. Его знак — «Я тоже по тебе скучал, котёнок».       Ослабляя хватку, Джисон тянется за настоящим поцелуем. Ну и как Минхо ему может в этом отказать? Они целуются несколько минут, а может быть и больше, так и не пройдя вглубь комнаты.       Джисон нехотя отстраняется и наконец дает своему парню разуться, а сам идет ставить чайник, попутно спрашивая, какой чай тот будет сегодня, потому что нет, Минхо, пить кофе на ночь вредно, мы будем пить чай.

***

      До утра несколько часов. Единственным источником света в маленькой комнате общежития остается гирлянда, заливающая стены и потолок приглушенным синим светом. Ее провода вьются по одеялу между ногами парней и уходят куда-то под подушку. С ноутбука слышится тихий lo-fi, который они частенько включают на фоне для атмосферы. Рядом с кроватью на полу стоит коробка от недавно съеденной пиццы, которую Джисон выпросил в качестве награды за пережитые им сегодня пары у какой-то мегеры. Хотя Минхо и предлагал принести что-нибудь, приготовленное им, потому что нужно нормально питаться, против щенячьих глаз Хана пойти было довольно тяжело. И даже невозможно.       Сползая по спинке кровати, на которой они еле помещаются вдвоем, Минхо притягивает Хана для очередного нежного поцелуя, который скорее легкое соприкосновение губ на пару секунд, нежели полноценный поцелуй. Оказавшись в полностью лежачем положении, он сначала мажет губами по щеке, а после почти невесомо целует Джисона в макушку, от чего парень смешно жмурится и довольно урчит.       Они лежат так еще какое-то время, сплетясь всеми конечностями и наслаждаясь теплом друг друга, по которому успели очень соскучиться за неделю. Им не удавалось побыть наедине с прошлой пятницы; то Феликс отменял свои планы в последний момент и оставался в общежитии, то сосед Минхо целыми сутками готовился к экзамену, выходя из комнаты только до автомата с едой.       Джисон изо всех сил старается не уснуть. Он действительно не хочет проспать те несколько часов, что они могут провести рядом друг с другом. Хан утыкается носом в грудь Минхо и тихо сопит, уже находясь где-то на грани сна и реальности, пока тот пропускает пряди его волос сквозь пальцы.       Разговоры сейчас не нужны. Они успеют наговориться по дороге в университет, в перерывах между парами или во время обеда, который они проводят вместе в одной из университетских кофеен. Пока важно лишь это ощущение максимальной близости, когда они могут вот так: лежать на одной маленькой кровати в комнате общежития, вырисовывать кончиками пальцев друг у друга на спинах незамысловатые узоры и лениво целоваться до опухших губ.       Минхо и Джисон видятся в университете каждый день, учатся в одном здании, но на разных факультетах, целуются при встрече, прячась в отдаленных уголках бесконечных лабиринтов коридоров, которыми кишит их университет. Но время, которое они могут провести в объятьях друг друга, не боясь, что на них снова набредет случайный студент, бесценно. Они давно не скрывают своих отношений. Все друзья и одногруппники знают о том, что они вместе. Но оба парня — не любители показывать свои чувства на людях, поэтому даже такие невинные теплые объятия, как сейчас, остаются за закрытыми дверями.       Минхо еще долго не спится; так что, когда Джисон, резко развернувшись во сне, ударяет его рукой по подбородку, он только беззвучно смеется и снова притягивает парня к себе. Хан сразу же расслабляется и довольно мычит. Минхо стоит больших усилий не зацеловать лицо Джисона от переполняющего его умиления, но он разрешает себе лишь оставить короткий поцелуй на его лбу и сам проваливается в сон.       А утром их, спящих в объятьях друг друга, застает Феликс. Стараясь не шуметь, он накрывает обоих пледом, который ночью упал с кровати Джисона, и идет в душ. А вернувшись, ложится на соседнюю кровать и, все еще тихо пища с того, что видит перед собой, пишет Хёнджину сообщения из разряда: «Они ужасно милые! Когда у меня будет так же?» и добавляет миллион плачущих эмодзи.