Глава 1
11 апреля 2022 г., 13:41
Драко Малфой всегда получал то, чего хотел, и гордился этим. С самого детства у него было всё самое лучшее.
От вкуснейшего шоколадного торта на семейных торжествах и новейшей экипировки для регби до самой яркой и красивой женщины, когда-либо поступившей в Оксфордский университет.
Он получал всё, чего хотел. Каждый раз.
Ещё в день свадьбы Драко составил особый список дел. Ну, скорее, особый список дел, которые хотел совершить со своей женой.
Эта идея поселилась в голове задолго до того, как они начали встречаться. Мысль о том, чтобы пометить её, сделать своей и наполнять снова, снова и снова, прочно засела в голове. Словно клеймо раскалённым железом, её имя было выжжено в его сердце.
Он отчётливо помнил ту ночь, когда сидел за столом в кабинете и составлял список. Часы на каминной полке только что пробили полночь. Треск углей в камине наполнял комнату. В правой руке стакан с виски, в левой — авторучка. Драко потягивал янтарную жидкость и делал пометки в дневнике в кожаном переплёте.
Список включал места, где он хотел заняться с ней любовью — заставить её разлететься на осколки от удовольствия и наполнить своим семенем.
• На перилах террасы
• Внутри движущегося лифта
• На её рабочем столе
• В фотобудке
• На переднем сиденье машины
• В уборной ресторана
• Напротив зеркала в их спальне
В нём поселилось желание вычеркнуть пункты из списка до того, как они подумают о детях. Больше всего на свете он хотел стать родителем, получить шанс стать лучше, чем его отец. Чтобы наконец показать поколению Малфоев, каким на самом деле должно быть беспечное детство.
Но сначала он хотел взять всё возможное от их совместного времяпрепровождения — только вдвоём, — прежде чем малышня Грейнджер-Малфой завладеет их пристальным вниманием. Он знал, что между полуночными кормлениями, сменой подгузников и утомительными обязанностями молодых родителей, у них едва ли будет секунда наедине.
И медовый месяц стал одним из первых случаев, когда он позволил своим первобытным инстинктам взять контроль над разумом. Он увёз её на Амальфитанское побережье, в уединённую виллу на вершине скалы, откуда открывался роскошный вид на изрезанную береговую линию, усеянную небольшими пляжами и рыбацкими деревушками, дома которых были выкрашены в пастельные тона.
Драко был склонен к эксгибиционизму — его заводила мысль доставлять удовольствие своей партнёрше, и плевать, кто ещё это видел. Наблюдая за красотой окружающего пейзажа и тем, как Гермиона сияла золотом под средиземноморским солнцем, Драко решил, что не может больше ждать возвращения на виллу, чтобы овладеть ею. Прижав девушку к перилам террасы, он резко вошёл в неё — от экстаза её спина прогнулась, создавая красивый изгиб позвоночника.
Одна рука обхватила её талию, широкая ладонь легла на живот. Другой он двинулся вверх по спине, огибая плечо и обхватывая её горло. Костяшки её пальцев, сжимающие перила, побелели от хватки. Грудь подпрыгивала в такт его толчкам.
— Интересно, видит ли нас кто-нибудь, — прохрипел он. — Видит ли кто-нибудь твою хорошенькую киску, до краёв наполненную моим членом?
Он пылко проникал в её тело до основания, с каждым движением бёдер головка члена касалась шейки матки. Он хотел — должен был — касаться её именно там. Брови сошлись на переносице в неподдельном удовольствии, когда её внутренние стенки затрепетали вокруг него. Челюсть Драко сжалась от всхлипа, сорвавшегося с её губ.
— Как думаешь, они бы поклонялись тебе так же, как и я? Обращались бы они с тобой, как с богиней?
— Драко…
— Я знаю, малышка, я знаю.
Он почувствовал нарастающее давление; влагалище сжало его в тиски, выжимая его до последней капли. Драко наклонился, вцепившись руками в перила по обе стороны от неё, словно заточая в клетку. Он уткнулся носом в её скулу, молча приказывая Гермионе повернуть к нему голову. Он заметил, как раскраснелись её щёки, — от возбуждения или от загара — веснушки на лице танцевали в лучах итальянского солнца.
Склонив шею, он настойчиво проник в её рот языком. Драко застонал, когда она толкнулась к нему бёдрами — под этим углом он скользнул глубже в её лоно.
— Ч-чёрт, если ты не прекратишь так делать, я долго не продержусь, — его слова срывались с губ беспорядочной чередой звуков.
Драко судорожно сглотнул. Её хриплые стоны отдавались мурашками по его позвоночнику, заставляя кожу гореть.
— Прошу тебя, Драко, — всхлипы и мольбы Гермионы были музыкой для его ушей; самый сладкий звук, который он слышал в своей жизни.
— О чём ты просишь, любовь моя? — спросил он с ухмылкой на лице; его бёдра двигались в неумолимом темпе.
Он почувствовал, как у неё перехватило горло, когда она попыталась сглотнуть.
— Вот так, малышка, отпусти себя. Я с тобой.
— Пообещай мне кое-что, — она поперхнулась.
— Что угодно.
— Кончи в меня, прошу.
Этих четырёх слов было достаточно, чтобы их тела снова столкнулись. Сильная ладонь крепче сжала её талию, удерживая в вертикальном положении, пока её ноги дрожали от удовольствия. Драко входил в неё медленно до основания — как она любила, — доводя их до вершины удовольствия, бурлящего в венах.
— Я люблю тебя, — прошептала она, поглаживая нежными движениями обхватывающее её предплечье.
— Я тоже люблю тебя, — ответил он. — Давай приведём тебя в порядок. Я приготовлю нам ванну, — подхватив её на руки, как и полагается молодожёнам, понёс девушку в виллу.
— С лепестками роз? — спросила она охрипшим голосом.
— Всё, что пожелаешь, милая.
Вернувшись из медового месяца, Драко тихо проскользнул в свой кабинет, сжимая в ладони стакан лучшего итальянского Амаретто. Он медленно прошёл к столу и вытащил дневник из верхнего ящика стола из красного дерева. Сделав глоток миндального ликёра, он взял ручку и вычеркнул первый пункт списка.
На перилах террасы
Внутри движущегося лифта
На её офисном столе
В фотобудке
На переднем сиденье его машины
В уборной ресторана
Напротив зеркала в их спальне
Перед зеркалом в их спальне
Матрас опустился рядом с ним; Драко повернул голову и прищурился. Тонкие губы лениво растянулись в улыбке, когда Гермиона сократила расстояние между ними, перевернулась на живот и легла лицом к нему. Ловкие пальцы скользнули по его груди, обводя едва заметные шрамы, украшавшие кожу.
Жидкое тепло растеклось по груди. Её кофейные глаза смотрели на него с чистой неподдельной похотью, как будто она снова влюбилась в него — он, конечно, влюблялся в неё снова и снова.
Драко переместил руку, чтобы взять её ладонь; большой палец скользнул по шелковистой гладкой коже. Приподнявшись на локтях, она потянулась, чтобы поцеловать его — губы Гермионы были опьяняюще сладкими на вкус. Жёсткие каштановые кудри обрамляли её лицо, песочные веснушки танцевали среди серебряного лунного света, освещавшего комнату.
Даже в самые мрачные дни ему было даровано чудо.
В тёмные времена она была светом. Гермиона вытащила его из глубин отчаяния и помогла снова собрать осколки души. Он навсегда запомнил тот момент, когда она заставила его почувствовать себя цельным, как заполнила головоломку в его разбитом сердце и вернула к жизни. Гермиона заботилась о нём во времена, когда он был особенно уязвим, и теперь он готов потратить жизнь, чтобы отплатить ей тем же и всегда заботиться.
Он был бензином, а она спичкой, которая зажгла его. Вместе они создали самый яркий взрыв.
***
Первый день после возвращения из блаженного отдыха в Италии был предсказуемо ужасен: холодное и хмурое утро понедельника. Они вернулись к прежней рутине: просыпались, принимали вместе душ, пили кофе — иногда чай — с беконом и блинчиками и собирались на работу, затем Драко отвозил их в офис. Войдя в лифт, Гермиона нажала номер их этажа, и двери закрылись. Его губы прикоснулись к ней в считанные секунды — губы, челюсть, шея, повсюду. Сумка выскользнула из рук и с глухим стуком упала на пол, когда он прижал её к широким поручням, огибающим стены. — Д-Драко, у нас нет в-времени, — сквозь смех и стоны она едва смогла выдавить эти слова. — Поездка из холла до нашего этажа займёт примерно три минуты. У меня достаточно времени, чтобы заставить тебя кончить хотя бы раз. Руки Драко обхватили её талию, когда он посадил её на поручень; платье девушки задралось. Не теряя ни секунды, он принялся расстёгивать пуговицу на брюках и освобождать ноющий член. Высота поручня была идеальной — их бёдра были на одном уровне, что позволяло ему с лёгкостью войти в неё одним толчком. — Боже, малышка, неужели тебе было недостаточно оргазма, который я подарил тебе в душе? Твоя нежная тёплая киска просит большего, ты вся течёшь. — Драко, поспеши, прошу тебя. Он покачивал бёдрами, двигаясь в непревзойдённом темпе. Лёгкая щетина оставила царапину на нежной коже, зубы задели мочку уха. Рука Гермионы скользнула по жилету и схватила за шею, ногти полумесяцами впились в кожу. Стон, который издал Драко, был нечеловеческим. Он наблюдал за тем, как её ладонь опустилась вниз и начала кружить по клитору. Приливная волна обрушилась на влюблённых, заставив Драко нырнуть в глубины бурного моря наслаждения. Гермиона была его спасательным кругом. Он цеплялся за неё из последних сил, когда искры освобождения пронзили его. Дыхание сбилось, голова шла кругом. Драко прислонился лбом к её лбу. Тихий смешок сорвался с его губ, когда он поцеловал девушку в нос. — Это было… — Впечатляет? А я говорил тебе, что смогу, — ухмылка сопровождала его ответ. Как только обе ноги Гермионы коснулись пола лифта, Драко поправил её трусики. Наклонившись к ней, пока его губы не оказались в миллиметре от её собственных, он произнёс хриплым баритоном: — Я хочу, чтобы моя сперма оставалась в тебе, пока ты не вернёшься домой. Если я узнаю, что ты избавилась от неё, будешь наказана. Поняла меня? — Да, сэр. — Хорошая девочка, — ответил Драко, поцеловав её в лоб. Он вышел из лифта и как обычно направился в свой офис. Вечером, сев за рабочий стол своего рабочего кабинета в их доме, он вытащил дневник и вычеркнул ещё один пункт.***
Рот Драко был приоткрыт, брови приподняты, а дыхание сбилось от чистого экстаза. Он скользнул рукой по мягкой коже её живота, затем одной ладонью обхватил грудь, а другой коснулся клитора. Он стянул чашечку лифа и сжал сосок, в то время как большой палец другой руки подталкивал девушку к вершине удовольствия. Гермиона распростёрлась на столе — одну ногу она закинула ему на плечо, а другой обхватила торс. Её юбка сбилась вокруг бёдер, шёлковая блузка была расстёгнута и свисала с плеч. Быстро расстегнув пуговицы своей рубашки, он снял ткань из чистого хлопка. Отбросил её в сторону — отчаянная потребность чувствовать её тепло на своей коже была всепоглощающей. Драко сжал её талию и скользнул ладонями по бёдрам; ремешки пояса с подвязками грубо врезались в подушечки его пальцев. Он нежно погладил её рёбра. С его губ сорвался глубокий низкий стон, когда ладонь прижалась к животу девушки. Драко смотрел на неё так, словно она была самым драгоценным алмазом в мире, и прошептал: — Посмотрим, как глубоко ты сможешь меня принять. Такая послушная, и только для меня. Ловкие пальцы сжали икры Гермионы, пальцы скользнули ниже к красному кружевному клочку ткани, свисающему с её лодыжки. Подцепив его, он бросил трусики на рубашку, растёкшуюся белой лужицей на полу. Она обхватила его торс двумя ногами, когда Драко наклонился вперёд и прижался весом всего тела. — Блядь, я так люблю тебя такой, — зарычал он. — Люблю, когда ты беспомощно лежишь подо мной, принимая всё, что я тебе дарю. Гермиона резко вздохнула, в горле встал ком, когда она попыталась заговорить. Её рука притянула его за шею, губы соприкоснулись. Драко прикусил её подбородок; тёплое дыхание жены прямо в ухо посылало волны удовольствия к члену. Нежный невидимый след из поцелуев проследил путь от её челюсти до горла. Языком он коснулся пульса. Зубы впились в чувствительную плоть — снова сбитое дыхание. Драко застонал и уткнулся в изгиб её шеи, приближая их обоих к наслаждению. Громкий стук костяшек пальцев по двери её кабинета заставил их вздрогнуть. — Мисс Грейнджер? Вы здесь? — раздался чей-то голос. Он поднял голову, поднёс палец ко рту, подавая ей знак молчать. — Драко, только посмей остановиться, — прошептала она. В голосе жены он услышал страх от мысли, что всё может закончиться. — Милая, поверь мне, я не остановлюсь, даже если твой босс собственной персоной войдёт сюда, вальсируя. Драко медленно продолжил двигаться, стараясь не выдать их присутствие в кабинете скрипом дерева или грубым скрежетом ножек стола по полу. Услышав удаляющиеся шаги, он полностью вошёл в неё. Каждое движение его бёдер погружало член ещё глубже, касалось той самой точки, которая снова и снова посылала девушке искры удовольствия. — Я чувствую, что ты уже близко, — пробормотал он. — Я это знаю. Кончи вместе со мной. Его большой палец снова кружил по клитору, посылая удовольствие пучкам нервов, затем девушка сорвалась с обрыва в пропасть наслаждения. Он вошёл в неё последний раз и излил в неё освобождение. После того, как они привели себя в порядок, Драко обнял её за шею и поцеловал в лоб. — Увидимся дома, малышка, — он улыбнулся её неспособности говорить и выскользнул из кабинета. Остаток дня на заседаниях совета директоров Драко провёл в возбуждённом состоянии — его не отпускала мысль о том, как он снова овладеет ею дома. Он, ссутулившись, сидел в кресле, представляя, как Гермиона сидит перед ним на коленях. Её нежная рука скользила по его обнажённой плоти и подводила к краю, заставляя Драко сгорать от нетерпения. Он живо представил себе, как она обхватывает член мягкими ладонями, пальцы едва обхватывают его толщину. В мыслях глаза Драко блуждали по её рту — боже, какой у неё сладкий ротик — её прекрасные розовые губы целовали головку, в то время как рука гладила яйца. При воспоминании о том, как тёплый язык Гермионы кружил по вене на члене, он сильнее сгорбился на рабочем кресле и сменил позу — теперь он рассеянно крутил на пальце кольцо из потускневшего белого золота. Кашлянув, чтобы подавить стон, он представил её рот, поглощающий член. Глаза Гермионы расширились, когда она глубже обхватила его, в уголках глаз заблестели слёзы — чёрт возьми, он обожал, когда она так делала, — его сводили с ума влажные звуки, которые она издавала, когда он трахал её в горло. Она принимала его член дюйм за дюймом. Одно воспоминание вызвало плотское желание. В пятницу в полдень, ещё когда они только начали встречаться, она стояла перед ним на коленях в его кабинете. Его тело обмякло в кресле, а пальцы запутались в буйных кудрях. Она убедила кончить ей в рот, затем проглотила всё до последней капли. Обвела языком член, чтобы убедиться в том, что не пропустила ни грамма спермы. Затем встала между его бёдер, задрала юбку на талию и оттянула трусики в сторону. Оседлав его, Гермиона опустилась на член, чтобы доставить себе удовольствие. Однако Драко был бы не Драко, если бы не взял контроль над ситуацией. Он встал, обхватил ладонями её ягодицы, пронёс через всю комнату и трахнул на кожаном диване. Достигнув блаженства, он обнимал её, свернувшуюся калачиком на его груди, и тяжело дышал от головокружительного удовольствия, которое они доставили друг другу. Драко провёл ладонью по её кудрям, когда пальцы девушки заскользили по шрамам на его груди. Она подходила ему как недостающий пазл. Гермиона всегда была рядом с ним — поддерживала, помогала твёрдо стоять на ногах и ценить даже мелочи. Драко почувствовал, как уголок рта приподнялся. Как только заседание директоров закончится, он сможет вычеркнуть ещё одну строку в списке дел.***
Задолго до свадьбы Драко и Гермиона поклялись друг другу, что у них всегда будет время для свиданий. Поэтому одним тихим летним вечером она повела его в боулинг. Они сыграли три раунда, и, конечно, Драко одержал безоговорочную победу. Расстроившись поражению, она надула губы и получила поцелуй в нос. — Смотри! Там фотобудка, идём, — Гермиона схватила его за руку и потащила в сторону небольшой кабинки, отодвинула шторку и вошла. Драко взгромоздился на маленькое сиденье; его высокое, широкое тело занимало большую часть будки, поэтому он обвил руками талию девушки и притянул её к себе на колени. Драко напрягся, когда она начала ёрзать, устраиваясь поудобнее и заставляя его почувствовать себя неловко. Стон сорвался со рта, когда задница Гермионы коснулась его напрягшегося члена, обеспечивая идеальное трение, которое было так необходимо. Его хватка вокруг талии усилилась, когда он уткнулся лицом в изгиб её шеи. — Сиди спокойно, — пробормотал он, пульсирующее напряжение в члене усиливалось. Гермиона хихикнула и положила руки ему на бёдра. Она намеренно скользила по нему телом, вызывая ещё один стон, который эхом отозвался в груди Драко. Пальцы мужчины впились в нежную кожу, на которой, вероятно, останутся синяки от его пальцев. — Продолжай, любимая, и я трахну тебя прямо здесь. Он почувствовал, как она сглотнула. — Что, если кто-нибудь нас поймает? — задыхаясь, прошептала она, и Драко едва сдержал ухмылку. — Не буди спящего дракона, если не хочешь поиграть, маленькая выдра. Поднимайся. Она соскользнула с колен и выпрямилась. Драко не терял времени даром — расстегнул ремень и освободил пуговицу из петли. Опустив боксеры, он трижды провёл по члену ладонью. — Подними юбку, — властно прорычал он. Гермиона потянулась к подолу юбки и задрала её к талии. Одной рукой он снял с неё трусики, получая полный доступ к телу жены. — Садись, — скомандовал он. Она осторожно шагнула назад, втиснувшись между его раздвинутых бёдер. Драко пристроился к её входу, они застонали в унисон, когда Гермиона опустилась на член. Как только он полностью погрузился в лоно девушки, она откинула голову ему на плечо. Серые глаза закрылись, едва кудри коснулись его подбородка. Гермиона повернула голову и посмотрела на Драко. Мягкие губы целовали линию скулы, затем спустились к шее. Она прикусила его пульсирующую вену и провела по ней языком — стон сорвался с губ. Качая бёдрами, она настойчиво прижималась к нему; её потребность в наслаждении была ярко ощутима. — О, мой Бог, Гермиона, ты совсем отчаялась, малышка, не так ли? — задумался он. Рука, покрытая татуировками, крепко обвивала её талию, притягивая ближе и прижимая к груди. Тёплое дыхание коснулось её щёки, когда он поцеловал раковину уха. От хрипоты его голоса по телу побежали мурашки. — Так отчаянно хочешь, чтобы тебя оттрахали даже на публике, — Драко полез в карман джинсов и вытащил монету, затем протянул её девушке. — Продолжай, любовь моя, давай запечатлеем это прекрасное выражение лица, когда я наполню тебя спермой. Она осторожно наклонилась вперёд — член почти выскользнул из неё — Драко едва ли входил в неё головкой. Вставив монету в автомат, она постучала по экрану, и на нём начался обратный отсчёт. Схватив Гермиону за бёдра, он притянул её к себе, одним резким толчком наполняя вновь. Девушка вскрикнула от удовольствия, но Драко прервал её стон, закрыв ей рот рукой. — Тебе нужно вести себя тихо, котёнок. Как бы мне ни хотелось показать всем, как прекрасно ты выглядишь на моём члене, — он снова поцеловал её за ухом, — отложим это до следующего раза. Дыхание опалило ладонь Драко, её грудь поднималась и опускалась в быстром темпе. Он смотрел на неё через маленький экран — глаза цвета эспрессо потемнели. — Ты сможешь сделать это ради меня — быть хорошей девочкой и молчать? Она кивнула. Рука Драко схватила её за горло, приподнимая подбородок и удерживая пристальный взгляд девушки на маленькой фотокамере будки. — Сосредоточься и устрой незабываемое шоу, малышка. Ладонь скользнула вниз к её груди, сжимая сосок под тканью платья, затем спустилась к талии. Удерживая бёдра в крепкой хватке, он приподнял её и снова усадил, наблюдая за тем, как лицо исказилось от удовольствия. Знакомая морщинка между бровями и румянец на щеках. Её губы приоткрылись от всхлипа, затем изогнулись в пьяной от похоти улыбке, когда она поймала взглядом его ухмылку. — Так прекрасно ощущать тебя в себе, Драко. Я так люблю твой член. Рычание, которое опалило её ухо, было первобытным и собственническим. — Я обожаю трахать твою киску — розовую и всегда готовую принять меня. Драко продолжал вбиваться в тело жены, когда вспышки света озарили кабинку, запечатлев влюблённую пару в один из самых интимных моментов. Он достал из кармана ещё несколько монет и неуклюже бросил их на ладонь Гермионы, затем снова вошёл в неё на полную длину. — Продолжай в том же духе, малышка, — выдохнул он. Приподнявшись на сиденье, он наклонил их обоих. Руки Гермионы опустились по обе стороны экрана; одна ладонь Драко вцепилась в её пальцы, а другая схватила за плечо. Он навис над ней в защитном инстинкте, и новая поза позволила войти в девушку под новым углом. Серые глаза внимательно следили за Гермионой, в то время как она трясущимися руками опускала ещё одну монету в автомат. Он продолжил вбиваться в неё в неумолимом темпе — бархатные стенки влагалища сжимались, подсказывая, что она уже близко. — Я чувствую, как ты напряглась, кончи для меня, Гермиона. Кончи на мой член. Его слова стали спусковым крючком, и она застонала от удовольствия. Гермиона напряглась, пытаясь подавить крик, рвущийся из горла, поэтому рука Драко, сжимающая её плечо, поднялась к нижней челюсти и повернула девушку к нему лицом. Его губы встретились с её губами, и он вложил в поцелуй всю жажду и благоговение, переполнявшие его. Она снова застонала, и чтобы заглушить этот звук, он скользнул языком ей в рот. Камера продолжала делать снимки — Гермиона вставляла в слот одну монету за другой. С последним фунтом Драко вошёл в неё одновременно с тем, как фотоаппарат издал щелчок. — Чёрт возьми, Гермиона, ты так хорошо принимаешь меня. Маленькая кабинка пропиталась их тяжёлыми вздохами. Волны освобождения заставили Гермиону ещё сильнее сжать его член. — Наполни меня, Драко, — прошептала она, дыхание опалило его рот. Он чувствовал, как балансировал на краю пропасти — ещё пара толчков, и он изольёт в неё семя. С третьей вспышкой камеры она снова сжалась вокруг него. — Кончи вслед за мной, папочка. Блядь. Она знала, что это сработает. Точно по сигналу, последняя фотография запечатлела момент, когда Драко кончил в неё с глубоким стоном; толчки его стали вялыми и неспешными. Изящная ладонь потянулась к его щеке, соединяя губы влюблённых в грубом поцелуе. Выровняв дыхание, Драко вывернулся из её объятий. Нежные пальцы обхватили его запястье — Драко нахмурился в замешательстве. — Будь осторожен, выходя из меня, — тихо проговорила она. — Убедись, что твоя сперма до последней капли останется во мне. — Ты становишься такой шлюхой, когда дело доходит до моего семени, — засмеялся он, покачав головой. — Ненасытная шалунья. Драко быстро привёл себя в порядок — надел боксеры, с ухмылкой на лице наблюдая за тем, как Гермиона снова нацепила трусики и расправила подол платья, застегнул молнию и пуговицу на джинсах, а затем ремень. Он вытащил из кармана ещё одну монетку и сам вставил в слот автомата. Откинувшись на спинку стула, он снова притянул жену к себе на колени и заправил ей за ухо непокорную прядь. — Улыбнись, красотка, я хочу сделать подходящую фотографию для того, чтобы прикрепить её на холодильник. Драко и Гермиона улыбались на четырёх фотографиях: страстный взгляд влюблённой пары, поцелуй в щёку от любимого мужа, слияние губ и Драко, уткнувшийся в изгиб шеи жены с сияющей улыбкой на лице. На выходе из фотобудки Драко схватил полдюжины фотографий и засунул их в задний карман. Гермиона переплела их пальцы и предложила поехать домой. Когда Драко назвал её ненасытной, он сделал это в шутку. Но по дороге Гермиона решила, что недостаточно удовлетворена, поэтому приказала Драко остановить машину где-нибудь в укромном месте. Он отодвинул кресло назад, и девушка забралась к нему на колени и опустилась на член, умоляя заставить её кончить минимум дважды. Драко, как и всегда, охотно подчинился. После того, как он излился в неё второй раз за несколько часов, Гермиона рухнула на него, насытившись сполна. — Поехали домой, — прошептал он, поглаживая её волосы. — А что потом? — спросила она и подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. — А потом я буду трахать свою жену до тех пор, пока она не сможет произнести ни слова, кроме моего имени, — зарычал он, впиваясь пальцами в её бёдра. — Наполню тебя своим семенем в третий раз за сегодня, потому что ты такая грязная шлюшка. Позже той ночью, пока Гермиона спала, Драко вычеркнул ещё два пункта из списка.***
На годовщину их свадьбы Драко пригласил жену на неприлично дорогой ужин в один из лучших ресторанов Лондона. Драко заказал идеально соответствующую их вкусам еду — бутылку красного вина, два филе миньон среднего размера с картофелем по-французски и тушёными овощами. За основным блюдом последовал тающий во рту шоколадный торт, его любимый. Гермиона ухмыльнулась — она прекрасно знала, что он был готов поделиться ненаглядным десертом только с ней. Драко протянул ей вилку с восхитительной сладостью и не смог подавить стон, едва увидел, как губы Гермионы соблазнительно сомкнулись. Она посмотрела ему прямо в глаза — кровь прилила к члену под её пристальным взглядом. Она сделала это нарочно. И её нужно было наказать. Встав из-за стола, он сложил салфетку и бросил её на стол, затем провёл руками по лацканам пиджака. Обошёл стол и наклонился к жене. — Я оплачу счёт, — от хриплого голоса по спине Гермионы побежали мурашки. — Будь хорошей девочкой и подожди меня в уборной. Расплатившись и оставив щедрые чаевые официанту, он быстро прошёл через ресторан и незаметно проскользнул в первую кабинку. Гермиона уже ждала его; клатч лежал на узкой полке над раковиной. — Руки на зеркало, любовь моя. Подчинившись его приказу, она шагнула и приложила обе руки к отражению; затаила дыхание, когда Драко задрал подол её платья. Она резко ахнула от прикосновения к лону, когда мужчина отодвинул в сторону её трусики. — Боже, любимая, ты уже вся течёшь, — поддразнил он, проводя пальцами по нежным складкам. — Неужели я действительно так на тебя влияю? Ловко скользя по киске, он двинулся выше и коснулся клитора. — Ты уже была такой влажной, когда мы наслаждались ужином? Твоё тело жаждет меня, даже когда мы окружены незнакомцами? Тебе стоило сказать мне, и я, будучи хорошим мужем, позаботился бы о своей жене раньше. Драко медленно кружил по её клитору, заставляя её умолять о большем. — Чего ты хочешь, малышка? Мои пальцы или член? — Твой член, п-пожалуйста. — Только потому что ты очень вежливо попросила. Переместив руку на ягодицы, он подцепил большим пальцем тонкую ткань трусиков и обвёл взглядом влажную киску. Одной рукой расстегнув ремень, он вынул пуговицу из петли и опустил молнию брюк. Драко провёл головкой члена по складочкам, используя влагу как смазку, затем медленно погрузился в неё. В зеркале он наблюдал за выражением лица Гермионы — её ангельские черты озарились дьявольским сиянием. — Ты так прекрасна, когда принимаешь мой член, малышка. — О мой Бог! — она заплакала. — Не знал, что ты замужем за самим Богом, — усмехнулся он, резко входя в неё. — Чёрт, Драко! — Так-то лучше, малышка. Глаза Драко расширились от возбуждения, когда дверная ручка задребезжала. Несмотря на внешнее спокойствие, сердце его билось со скоростью света — волнение от перспективы быть увиденными сводило его с ума. Он представил себе реакцию человека, который откроет дверь и увидит его член, глубоко погружённый в жену, безжалостно трахающий её у раковины и заставляющий смотреть в отражение на приближение оргазма. Грохот в ушах и пронзительный звук быстро разрушили его грёзы. Он знал, что действовать нужно было решительно. — О, чёрт, простите, — ахнул мужчина, открывший дверь. Его взгляду предстала согнувшаяся над унитазом Гермиона и держащий её волосы Драко. Он повернул голову и посмотрел на незнакомца: — Прости, приятель, я думал, что запер дверь, — он замолчал и успокаивающе провёл ладонью по спине девушки, когда её снова вырвало. — Слабый желудок, — продолжил он, кивая головой в сторону Гермионы. — Без проблем, дружище. Надеюсь, ей скоро станет получше. Незнакомец вышел, вероятно, чтобы найти другую кабинку, и Драко быстро потянулся к двери, чтобы запереть её — член выскользнул из тёплой киски, и Драко застонал. Широкие ладони схватили её за плечи и потянули наверх; Драко развернул её лицом к себе. — Ну и представление ты устроила, — произнёс он, поглаживая пальцем её раскрасневшуюся щёку. — Такая умница. Итак, на чём мы остановились? — Ты собирался наполнить меня спермой. — Неужели ты целуешь своего отца таким грязным ртом? Она покачала головой: — Нет, только тебя, папочка. — Хорошо, — ответил он, одним движением раздвинув её бёдра. — Садись на раковину, малышка. Я хочу чувствовать твою хорошенькую маленькую киску, когда ты кончишь. Гермиона вскочила и зашипела сквозь стиснутые зубы, когда нежная кожа коснулась холодного фарфора. Драко скользнул в неё одним толчком, возвращая прежний темп. Он трахал её с плотским желанием, от которого кружилась голова. Тёмно-серые глаза расширились, когда он увидел, как пальцы Гермионы потянулись к клитору. Стенки её влагалища сжались, и гортанный звук сорвался с его рта, а глаза закатились. — Вот так, малышка, поиграй со своей киской. Зубы с силой прикусили нижнюю губу — вероятно, будет синяк. Пальцы девушки кружили по клитору, подводя обоих к пику наслаждения. Гермиона первой сорвалась в пропасть удовольствия, затем потянулась к нему и прижалась к губам. Драко последовал за ней секундой позже, изливаясь в неё небрежными толчками и сопровождая оргазм сладкими поцелуями. Прижавшись лбом к её лбу, он прошептал «Я люблю тебя» — и со стоном покинул лоно. Затем скользнул пальцами по её входу и втолкнул в него вытекшую сперму. Склонив голову набок, он ухмыльнулся: — Нельзя упустить ни капли. Люблю, когда ты наполнена моим семенем. Вернувшись домой, Драко на руках отнёс Гермиону в спальню и уложил на кровать, затем отправился наполнить ей ванну. Когда девушка погрузилась в пузыри пены, он вошёл в кабинет и вычеркнул шестой пункт списка. Остался последний, и Драко обвёл его жёлтым маркером.***
Когда тёплым летним вечером Драко вошёл в спальню с одной лишь мыслью на уме, на кровати он обнаружил свернувшуюся калачиком Гермиону — она лежала спиной к нему с книгой в руке. И была абсолютно и полностью обнажена. Он прошёл в комнату, но она, казалось, не заметила его. Слишком поглощена вымышленным миром Шекспира, чтобы почувствовать его присутствие. Ловкие пальцы медленно расстегнули ряд пуговиц на белой рубашке из оксфордской ткани. Он снял её с плеч и аккуратно повесил на спинку кресла. Проделал то же самое с брюками, затем осторожно прошёл к кровати. Она повернула голову через плечо, когда почувствовала прогиб матраса позади неё: — Привет, красавчик! Он наклонился и поцеловал в плечо, в лоб, затем в губы: — Привет, любимая! Гермиона схватила с покрывала закладку и вставила её между страницами книги. — Милая закладка, — ухмыльнулся Драко, кивая на ряд фотографий. Вспомнив об их эскападе в фотобудке, она забавно проворчала: — У меня есть невероятно сексуальный безрассудный муж, которого нужно поблагодарить за эти кадры. — Не помню, чтобы ты жаловалась во время процесса. — Кто сказал, что я жаловалась? Мне нравится, как ты раскрываешь мою необузданную сторону личности. — Королева в гостиной, шлюха в постели. Или лучше в фотобудке? Гермиона на несколько секунд задумалась, затем хихикнула: — Да, что-то в этом роде. Она положила книгу на прикроватную тумбочку и повернулась к нему лицом. Протянув руку к его животу, она спустилась ниже и поиграла пальцами с резинкой трусов — скользнула под неё пальцами, оттянула и отпустила. — Мне нравится, когда ты их носишь, — поддразнила она приторно-сладким голосом, от которого член Драко напрягся под хлопком белья. Прикосновение её пальцев к бёдрам тоже не помогало ситуации. Нежными касаниями она порхала по частично скрывающейся под боксерами татуировке льва, нанесённой чёрной краской на кожу. — Я до сих пор в восторге от неё. — Мне нужно было как-то почтить вниманием мою бесстрашную львицу, — он робко улыбнулся. — Я училась храбрости у самого отважного короля. Руки Драко скользнули на её талию, когда она подползла к нему на коленях. Гермиона обвила руками его шею и притянула к себе, чтобы нежно завладеть его ртом. Он жадно целовал её, отчаянно желая проникнуть языком в рот. Гермиона погрузила пальцы в волосы на затылке и дёрнула — Драко распахнул глаза. Взглядом он обвёл контуры её обнажённого тела: — Боже, такая покорная маленькая шлюшка, голая и готовая принять меня. — Только тебя, — подтвердила она. Драко поднял руки, чтобы обхватить её шею, в то время как губы снова слились в поцелуе. Пальцы Гермионы исследовали его кремовую кожу, ногти нежно царапали плечи и спускались по груди. Он гортанно застонал, когда девушка просунула ладонь за пояс боксеров и сжала член в кулаке. Он замер, рот приоткрылся, а голова откинулась. Другая рука Гермионы скользнула ниже, чтобы обхватить его яйца. Драко потянул хлопок ткани — единственное препятствие между ними — и опустил их ниже ягодиц. — Блядь, малышка, п-прекрати, — он запинался на каждом слове, терял связь с реальностью, пока Гермиона доводила его до потери сознания ловкими пальцами. Тяжело сглотнув, Драко обхватил её запястья и прекратил пытки. Она смотрела на него невинными глазами ягнёнка, словно только что не пыталась заставить его кончить раньше времени. Драко цокнул и покачал головой, уголок рта приподнялся в намёке на улыбку. — Леди вперёд, Гермиона, ты уже должна это запомнить. Драко навис над ней, глядя сверху вниз и заставляя Гермиону чувствовать себя совсем крохотной. Он поднял руку, чтобы заправить выбившийся локон за ухо, затем прогулялся кончиками пальцев по линии подбородка и снова лёг на бок. — На четвереньки, любовь моя, — приказал он, указывая взглядом на пустое место рядом с ними. Она смерила его застенчивым взглядом. Это была провокация — вызов, — и её неповиновение вызвало в нём жгучее недовольство. — А теперь, — потребовал он, — пока я тебя не наказал, делай то, что сказано, милая. Гермиона поползла по матрасу к свободному пространству прямо напротив зеркала. Драко встал позади неё и обхватил ладонями ягодицы. Подняв руку, он шлёпнул её по заднице, заставив вскрикнуть от внезапной боли. Лёгкими поглаживаниями он успокоил жжение, затем повторил свои действия. — Ты только что кончила от того, что тебя отшлёпали? — в голосе сквозило удивление. — Кто бы мог подумать, что тебя заводит порка. В груди потеплело от вида покрасневшей кожи её ягодиц. Обхватив ладонью талию жены, Драко мягко вошёл в неё — толчки были неглубокими из-за отсутствия прелюдии. — Чёрт возьми, ты такая мокрая, ангел. Погрузившись в неё на всю длину, он наклонился, чтобы поцеловать спину, а затем сменил темп проникновения на мучительный. Рука погрузилась в волосы Гермионы, сжала в кулак гриву и оттянула её голову так, что она могла видеть своё отражение в зеркале. — Ты видишь эту потрясающую женщину в зеркале, Гермиона? — прошептал он низким голосом. Она кивнула, будучи не в состоянии произнести ни слова. — Словами, любовь моя. — Д-да, Драко, я вижу её. Это я. — Конечно, это ты. Моя самая красивая, добрая, умная жена, которую я до безумия хочу наполнить спермой. Мать моих будущих детей, — он наклонился ближе и прошептал: — Мысль о том, чтобы оплодотворить тебя, сводит меня с ума. Гермиона ахнула, подавившись резким вдохом. — Так сделай это. Наполни меня. — Осторожнее со своими желаниями, любовь моя. Драко потянул её за талию, заставив разогнуться, пока спина не оказалась на одном уровне с его грудью. Он откинулся назад и сел на лодыжки, ладони Гермионы опустились на его широкие бёдра. Руки, обхватывающие её талию, поднялись к шее, пальцы сомкнулись вокруг горла. Гермиона втянула воздух, когда холодный металл его колец коснулся кожи, приглашая прохладу разбавить жар пылающего тела. Тонкие пальцы танцевали по ключицам, затем поднялись и сжали челюсть — голова Гермионы закружилась. Недостаток кислорода в мозгу заставил её кончить через несколько секунд после того, как пальцы Драко коснулись её клитора. — Драко, — захныкала она от перевозбуждения. — Подаришь мне ещё один оргазм, котёнок? — Я н-не могу… — Ты можешь и сделаешь это, — потребовал он и провёл пальцами от бедра к клитору. Гермиона вскрикнула и дёрнулась в его объятиях. Он почувствовал приближение её оргазма и то, как напрягся низ её живота, когда мышцы влагалища сжались вокруг члена. — Уф, чёрт. З-заставь меня кончить, Драко. Прошу тебя, заставь меня кончить. — Быстро ты передумала, милая, — заявил он с лукавой усмешкой на лице. Затем перевернул её на спину, смотря на то, как прекрасные кудри разметались по одеялу. Драко поднял бёдра девушки и прижал их к её груди, затем склонился над лоном и принялся ласкать его в неумолимом темпе. Она ахнула, когда мужчина скользнул двумя пальцами во влагалище, двигая вперёд и назад, поглаживая внутренние стенки. Крича от удовольствия, она извивалась на простынях, хватая его серебристые локоны. Длинные пальцы сомкнулись вокруг запястий жены и прижали их к матрасу, выпуская волосы из хватки. Он издал низкий стон, граничащий с рычанием, и прикусил внутреннюю сторону её бедра. — Мои родители научили меня принимать пищу без посторонней помощи, Гермиона. Держи руки при себе. Позволь настоящему мужчине делать свою работу. Затем Драко успешно выполнил поставленную перед собой задачу: заставить жену кончить на язык, и не один раз, а дважды, прежде чем снова вошёл в неё. Он мёртвой хваткой сжимал бёдра Гермионы, снова и снова увеличивал толчки и заставлял кричать как от боли, так и от удовольствия. Мышцы мужчины напряглись, когда он приблизился к освобождению. Сжав челюсть, он безжалостно вбивался в её тело. Непристойные звуки соединения тел эхом отражались от стен. Прижавшись к Гермионе всем весом своего тела, он втрахивал её в матрас. Одна рука девушки вцепилась в простыни, а другая царапала его спину, оставляя глубокие красные отметины. Он уткнулся головой в изгиб её шеи, капли пота катились по лбу и капали ей на плечо. — Назови меня папочкой, — и приглушённый стон, щекочущий нежную кожу. — Что? — Назови меня папочкой, малышка. — П-папочка. — Должным образом. — Мммм! Папочка! — Хорошая девочка. Сотрясаясь в пятом — или это был уже шестой (Драко уже сбился со счёта) — оргазме, Гермиона умоляла его кончить следом за ней. — Отпусти себя, Драко, — воскликнула она, обхватив его руками, в то время как он непрерывно врезался в неё. — Я с тобой. Расслабься, милый, — её следующие слова прозвучали поспешно: — Позволь мне сделать тебя настоящим папочкой. Он укусил её в плечо и судорожно дёрнулся. Толчки стали вялыми и неглубокими, толкающими каждую каплю его спермы в её шейку матки. Полностью измотанный, он плюхнулся на матрас рядом с ней. Грудь тяжело вздымалась, дыхание сбилось. Драко мысленно вычеркнул последний пункт списка, слишком уставший, чтобы пойти в кабинет.
