Только ему

      «Чем менталист отличается от любого другого мага? Да очень многим, начиная с их количества на единицу объёма и заканчивая устройством и складом ума. Их было мало, они были очень сильны и умны, а также все сто процентов менталистов мира имели большую склонность к насилию и являлись мизантропами.       Мозг менталиста никогда не спит и за секунду обрабатывает в три раза больше информации, чем мозг среднестатистического мага или маггла. Менталистов можно сравнить с невероятно талантливыми аналитиками, которым не нужен калькулятор: они перемножают в уме шестизначные события за секунды, генерируя выводы, ответы и планы без оглядки на человеческий фактор или мораль.       Тем не менее, психопатами по определению они никогда не были. Менталисты испытывают эмоции, способны на сострадание, привязанность и любовь. Однако из-за особенностей их магии и склада ума понравиться им довольно сложно. Они являются сильными эмпатами и телепатами, считывая эмоции и поверхностные мысли всех людей вокруг себя [без собственного на то желания], поэтому их сложно ввести в заблуждение или обмануть. Также их деятельный мозг постоянно анализирует всё вокруг, что чаще всего является для них плюсом. Но это и большой минус: они терпеть не могут суетливости, суеты, бессмысленных действий и движений, эмоциональной жестикуляции и пустых разговоров, так как не любят забивать свой мозг ненужной информацией. Чаще всего они просто не слушают собеседников, которые излагают неинтересную и бесполезную для них информацию, а сами всегда говорят сухо, безэмоционально и исключительно по делу.» Ну-ну… Гарри оторвался от статьи и посмотрел на Тома. Ну да, всегда говорят сухо и по делу. Хотя в то, что Том гений и многое анализирует, верилось без труда, пусть Гарри и не был свидетелем ярких проявлений этого качества. Реддл в принципе излучал такую ауру: он всегда был спокоен, на его губах постоянно была скучающая улыбка, он не повышал голос, был чуть менее эмоционален, чем обычные люди, и не был подвержен стереотипам и предрассудкам, действия в своих интересах и по своим желаниям без оглядки на возможное осуждение. В общем, статья была настолько же правдива, насколько и нет. Она просто утрировала качества характера менталистов, выдавая их за константу: спокойствие — сухость и безэмоциональность, уверенность в себе — нетерпение к человеческому фактору, желание уединения — мизантропия, и всё в таком духе. Если судить только по Тому. И Волдеморту. Но ни статья, ни собственные мысли Гарри на этот счёт не объясняли того, как Том примерно за полсуток вызнал о Гарри достаточно много, чтобы знать, где он работает, как зовут его друзей, как они выглядят, чем занимаются, чем живёт сам Поттер и какой он сам по себе человек. Какого Мордреда?! Неужели они действительно настолько хороши? Да Волдеморт уже сто раз сбежал бы из Азкабана, будь это так! Не доверял бы Дамблдору, считал бы его мысли, повлиял как-то на охранников или дементоров, которые тоже вообще-то неплохо ментальным воздействиям поддаются — и дело с концом! Разве что ему артефакты мешали, но они же на уровень интеллекта не влияют. Что-то тут не так… Неужели Лорд водил всех за нос эти десятки лет и мог сбежать всё это время? Страшная мысль, очень страшная. Вот будет весело, если окажется, что они всё это время на самом деле не могли сдерживать самого опасного мага тысячелетия, а он просто сидел и… сидел. А потом что-то на него накатило, — мороженого захотел, может, — и он решил выйти. Погулять, проветриться, к девушкам поприставать. Не, ну а чё, он тоже мужчина! — Автор статьи магглорождённый? — Да, это очень заметно… — протянул Том. — А как тебе сама статья? — Полуправда. Я такого не люблю. Но теперь мне стало понятно, как ты так быстро всё обо мне разузнал, и прочее. У Гарри больше не было ни сил, ни желания дальше разбираться с тонкостях мозгоустройства менталистов, Волдеморта, Тома, Дамблдора, Гермионы и всех остальных очень умных и сильных магов. Он бы сейчас с удовольствием сел за какой-нибудь заказ или сходил в бар с Роном, потрахался с Томом или отправился с ним же в очередное приключение. А по возвращении домой чтобы больше ничего вот этого вот не было. Никогда. Но нужно было перед этим сделать ещё кое-что. Том уставился на Гаррин Патронус, как на девятое чудо света — тупеньким влюблённо-восхищённым взглядом. Многие называли его оленя благородным, и в качестве Патронуса он был очень красивым и каким-то возвышенным, может. Гарри записал сообщение для Драко с просьбой о встрече — он всё-таки хотел реализовать свой план по привлечению через Малфоя клиентов, а договариваться лучше с глазу на глаз: так и быстрее, и все эмоции видны, и меньше времени на придумать гадость. В общем, в личных деловых встречах куча преимуществ. Но это будет только послезавтра, если не позже. Гарри отбросил статью в сторону, принял решение забить на всё это мордредово дерьмо и просто жить дальше с Томом как ни в чём не бывало. Потому что ему просто надоело переживать и трястись по каждому поводу. Ему этого в школе хватило, когда за ним якобы Сириус Блэк охотился, а тот просто хотел поведать миру правду о Питере, убившем Лили и Джеймса из зависти. У Петтигрю был сильнейший аффект в тот момент, а у Сириуса он случился, когда бывший друг уже сделал своё чёрное дело и попытался скрыться. Сириус настиг его ещё на территории Великобритании через пару недель, но Петтигрю обставил всё так, будто это Блэк убил Поттеров. Гарри тогда был на втором курсе, и до него новости дошли, когда Питер уже подставил Сириуса. Гарри о крёстном мало что знал, потому что тот проходил долгое лечение в Мунго из-за своего нестабильного эмоционального и магического состояния, но родители часто навещали его и рассказывали сыну, что скоро он познакомится с самым весёлым и крутым крёстным отцом в мире. Говорили, он идёт на поправку. Но лечение он так и не закончил: когда Лили и Джеймс не пришли в оговоренный срок, а сова вернулась ни с чем, он в ярости раскидал работников больницы и пошёл узнавать, что случилось. Его в этом состоянии видели многие, поэтому Питеру, у которого не было, по медицинским записям, никаких психических отклонений, было легко его подставить — Крысе поверили, а Сириус чуть не оказался за решёткой. Блэка из всей заварушки вытащила семья. У них были ужасные отношения, так как эти психические отклонения передавались в роду, а мама на момент подросткового возраста обоих сыновей ещё не закончила лечение. Закончившая лечение Вальбурга, узнав новости из газет, кинулась спасать нерадивого старшего сына, и ей было плевать, виновен он или нет. Сириус к тому моменту уже добрался до Хогвартса, чтобы найти Гарри и всё ему объяснить, так как его накрыло осознание, что ребёнок остался один, а он вообще крёстный отец мальчика. Дамблдор, который тогда был ещё директором, принял решение, что Сириус хочет закончить начатое, а Гарри нужно всячески оберегать, поэтому второй и третий год для мальчика были полны кошмара, ограничений, грусти по родителям и гиперопеки со стороны всех и каждого. Его никуда не пускали, постоянно рядом с ним находился кто-то из взрослых, ему не давали места и времени на личную жизнь, давили на него, когда он хотел хотя бы недолго побыть в одиночестве. Когда невиновность Сириуса была доказана и в ней не осталось ни капли сомнений, у Поттера случилось несколько магических выбросов подряд и невероятно испортился характер: он никого к себе не подпускал, старался чаще оставаться в одиночестве, месяцами не посещал занятий и словесно поносил абсолютно каждого, кто пытался с ним заговорить. Через год согласился встретиться с закончившим лечение Сириусом и остался от крёстного в абсолютном восторге. Блэк его из пучины отходняка и вытащил: но всегда оставался на его стороне, давал много личного пространства и всё равно ненавязчиво опекал. Родители были правы — у него самый лучший в мире крёстный. Несколько лет назад Сириус и ещё один друг семьи, Ремус, которые тоже помогал оправдывать Блэка, объявили о своей свадьбе. Гости и сами виновники торжества гуляли несколько дней кряду, а потом эти двое умотали в вечную кругосветку. Они присылают Гарри письма и открытки с новых мест, на что Поттер всегда отвечает своими письмами, а также иногда обращается к ним за советом. Если у них с Томом выгорит, и они будут вместе, Гарри сорвётся туда, где на тот момент будут его крёстные родители, и они отпразднуют с огромным размахом и садомией и его свадьбу тоже. А пока что Гарри не собирался возвращаться в своём состоянии на второй и третий курс, поэтому просто забил и решил, что раз Том не представляет для него угрозы и ему рядом с ним комфортно, то у них будут хорошие романтические отношения. Всё!

***

Так что они отправились в Исландию — охотиться на дракона. Точнее на труп дракона. Если для зелий использовались кровь, когти, рога или та же печень, то на артефакты шли кости. Сначала Гарри не хотел идти за ними, потому что драконы охраняют своих павших товарищей, переносят их в гнёзда, если могут, или создают новые вокруг них. Подойти к трупу дракона ещё сложнее, чем к яйцу, и девять из десяти вылазок за их костями кончаются смертью наглого артефактора. Но у Гарри появилось просто огромное преимущество — менталист. Природа пошутила и сделала сознание драконов очень слабым: они были очень подвержены легиллименции и любым заклинаниям влияющим на разум. С одной поправкой: заклинание на сознании нужно было поддерживать постоянно, потому что как легко они на драконов накладывались, так легко с них и слетали, так что нужен был невероятный уровень концентрации. И не только. Если сделать что-то неправильно — надавить на сознание слишком сильно, наложить одно заклинание на другое или что-то вроде того — дракон сразу впадает в буйство и уничтожает всё вокруг себя. А если он в гнезде будет ещё и не один… Поэтому на такие вылазки всегда ходят как минимум по двое, чтобы один следил за драконом, а другой в этот момент добывал кости. Но даже самые лучшие легиллименты не всегда берутся за такие дела, потому что риск смерти при малейшей ошибке был просто огромен. Но Том, Моргана возьми, был не обычным легиллиментом, а целым менталистом с огромной силой, способным раскидать в одиночку несколько отрядов авроров, а ещё он был убийцей нескольких сотен лет от роду, сбежавшим из тюрьмы. Что вообще может пойти не так? Найти драконье гнездо — та ещё задачка. Особенно если оно может находиться в любом месте на довольно немаленьком острове. Можно было у людей поспрашивать, в принципе. Они же пришли порталом в одно из развитых магических поселений. — Подожди, — Том схватил его за руку и вернул на скамейку. Они сидели в живописном магическом парке. Вокруг было тихо и спокойно. Здесь даже была детская площадка, на которой играли маленькие волшебники со своими детскими палочками, которые не могли создавать мощных или сложных заклинаний. Парочки ходили по тропинкам и сидели на скамейках. Светило солнце, иногда заслоняемое тучами. Кажется, здесь не бывает другой погоды. Том сидел со странным выражением на лице и был крайне сосредоточен. Гарри сначала подумал, что он что-то увидел, но их взгляды были направлены вперёд — к детской площадке. — Я ищу гнездо, Гарри, — улыбнулся Том оглядываниям Поттера по сторонам в поисках того, на что тот мог уставиться. — Не перенапрягайся из-за этого. — Никакого напряжения, не волнуйся. Просто это очень… кропотливая работа. Как когда ты смотришь на множество мелких деталей, и тебе надо найти взглядом одну конкретную, но ты не можешь трогать другие. Гарри решил больше его не отвлекать. Он думал, что потребуется как минимум несколько часов, чтобы таким образом «просмотреть» весь остров, но Том справился где-то за полчаса. А потом ещё столько же ему потребовалось на небольшой отдых. Как если бы после долгого напряжения глаз потребовалось некоторое время совсем не напрягать их. Через полчаса Том взял Гарри за руку, и они аппарировали.