(Не) счастливая первая любовь

Дорога после учёбы домой резко изменила своё направление в сторону дома Минхо в надежде получить хотя бы подсказку к тому, что с ним происходит. Вокруг было тихо, свет не горел ни в одной комнате, почему-то этот дом больше не привлекал парня, а, наоборот, Сон хотел убежать как можно дальше. В груди ощущалась пустота, Джисон и не замечал, как за такое короткое время стал настолько зависим от этого парнишки, похожего на кота. Сразу после этой мысли он свернул за поворот, о котором ему рассказал Минхо, когда в очередной раз провожал парня (между прочим, экономия почти 10 минут). На коробках сидели уже знакомые котики, которых каждый день подкармливал Хо. Заметив Джисона, они подбежали к нему, зная, что он пришёл к ним с добром. Старший ещё пару дней назад закинул к Хану несколько пачек корма на случай, если он не сможет их покормить. Три милых котёнка, увидев долгожданную еду, сразу начали своими лапками цепляться за ноги Хана. — Подождите, милашки, немного. Сейчас-сейчас. — Джисон осторожно выложил корм, по его мнению, на самый чистый участок дороги. Котята выглядели очень умиротворённо и наслаждались пищей, каждый пытался съесть больше другого. Они мило дрались за кусочки еды, ударяя ещё совсем слабыми лапками по ушам друг друга. Смотря на них, Хан немного расслабился. Котята — действительно лучший способ избавиться от стресса. Один из них, сразу как только доел, начал мурчать и тереться об икры Джисона, выражая свою благодарность. У котиков была нежная и мягкая шёрстка, что было немного удивительно, учитывая, что они бездомные. Вдруг из-за угла послышался звук, словно кто-то приближается. Джисон немного насторожился и аккуратно скрыл за собой котят. Из-за угла показалась знакомая макушка, парень был одет в больничную пижаму и выглядел не очень: всё тело было в повязках, и он хромал. Но это был Минхо. Его Минхо! Жив и здоров! Парень с разбегу подлетел к любимому и заключил его в крепкие объятия, услышав в ответ небольшое шипение, вырвавшееся из-за количества синяков, к которым прижался Джисон. — Прости! Прости! Прости! Очень больно? — Глаза Сона бегали по телу парня, изучая масштаб последствий. — Боже, это так ужасно. Я во всём виноват! — Из глаз парня начали катиться одинокие слёзы. — Тише-тише, бельчонок. Ты не виноват, я изначально знал, на что иду. Я знал, что когда-нибудь родители об этом узнают и мне придётся сражаться с последствиями. Но ради тебя я готов на всё. — Ладонь Минхо осторожно гладила Хана по щеке и одновременно вытирала слёзы. — Нет! Ты не понимаешь. Если бы я не влюбился в тебя, этого бы не произошло. Это же я во всём виноват. Я написал тот чёртов фанфик. Я опубликовал его с надеждой, что он когда-нибудь дойдёт до тебя. И он дошёл до тебя. Это я надавил на жалость своими чувствами к тебе и заставил сходить на 5 свиданий. Это я всё время ныл и говорил, что ты меня не любишь и это лишь временно. Это я влюбил тебя в себя. Это я предложил тебе встречаться! Это я набросился на тебя с теми поцелуями ЭТО Я! Я ВО ВСЁМ ВИНО… — Джисон не успел договорить, так как его рот заткнули. Минхо целовал парня нежно, передавая через этот поцелуй все те эмоции, которые пережил за их недолгую разлуку. — Я не позволю тебе такое говорить! Я знал, что ты так подумаешь, поэтому прибежал сюда, сразу как очнулся. Ты хоть и изменил мою жизнь, но, определённо, в лучшую сторону. Ты заставил меня понять, что можно жить не только для окружающих, но и для себя. И я впервые хочу быть эгоистом. И я буду эгоистом, потому что сейчас в моей жизни самый важный элемент — это ты. — Давай пойдём ко мне домой? — Джисон продолжал осматривать тело парня на количество повреждений. Он закусывал губу, чтобы не расплакаться от того, насколько больно ему было видеть Минхо таким уязвимым. Сон ощутил небольшой привкус железа во рту из-за прокусанных губ и немного втянул их, чтобы Минхо не заметил. — Не думаю, что ты можешь в таком состоянии возвращаться домой, тем более после того, как сбежал. — Мои родители… они всё время… — Джисон приложил указательный палец к губам старшего, намекая на то, что ему не нужно продолжать. — Я не хочу слышать твою историю в этом переулке, когда мы оба еле сдерживаемся от слёз. Давай мы придём ко мне домой, и, если ты всё ещё будешь хотеть рассказать мне о своей истории, я тебя выслушаю и предоставлю своё плечо в качестве носового платка. — Джисон выдавил из себя самую естественную улыбку, на которую был сейчас способен. Минхо не мог перестать удивляться этому невероятному человеку и благодарить судьбу за шанс связать их вместе. Хо слегка приподнял кончик губы, выдавая что-то наподобие улыбки, и заключил парня в крепкие объятия. Они простояли так ещё какое-то время посреди переулка, об их ноги тёрлись бродячие коты, пытаясь привлечь хотя бы капельку внимания. Минхо присел на корточки и начал гладить одного зверька. — Обещаю, скоро вернусь! Была бы возможность, я бы забрал вас к себе, — голос Минхо стал ещё более печальным. Помимо своей безумной схожести с котами, он имеет к ним очень большую привязанность. Если бы Джисон мог забрать их и обрадовать тем самым парня, он бы это сделал. Но он знал своих родителей, они бы этого не простили. Дорога до дома была быстрой, они, как обычно, передвигались на такси, но в этот раз не из-за того, что один из них — ребенок из влиятельной семьи, а потому, что он не в состоянии столько идти. Джисон положил руку Минхо себе на плечо, чтобы ему было легче придерживать ослабевшее тело Хо. В квартире никого не было, что сыграло на руку парням. Джисон аккуратно посадил старшего на свою кровать, пока тот внимательно рассматривал каждый уголок комнаты. В комнате Сона чувствовалась душа хозяина. Вокруг висело множество постеров, посвящённых любимым фильмам, сериалам, аниме, кино, куча разных лампочек, которые, наверное, при выключенном свете смотрятся восхитительно. В комнате был небольшой бардак, который больше похож на организованный творческий беспорядок. Джисон сидел прямо перед парнем на корточках, смотря в глаза Минхо и наблюдая за его эмоциями; он наконец-то стал выглядеть немного более живым. — Тебе здесь нравится? — спросил Джисон, после чего взял ладони Минхо и начал их слегка поглаживать. — Очень, твоя комната безумно похожа на тебя, — восторженно сказал Хо, всё ещё продолжая анализировать комнату. — Там на столе семейная фотография? Можно посмотреть? — Конечно, держи! — Младший протянул парню фотографию в деревянной рамочке. — Это моя мама, у неё есть свой цветочный магазин, а это мой папа, и он прокурор, поэтому советую быть аккуратнее со мной, засужу! — Минхо начал смеяться, отчего сердце Джисона затрепетало. Чувство того, что он смог отвлечь парня от проблем, разливалось по телу приятным теплом. — Оу, тогда мне следует быть осторожнее в своих словах и действиях, — ухмыльнулся Минхо и продолжил рассматривать фотографию. — Ты из-за мамы был в тот день в цветочном магазине? — В ответ он получил утвердительный кивок. — Мне кажется, судьба очень хотела нас свести. Сердце Джисона снова начало танцевать чечётку в груди, пытаясь вырваться наружу и показать, насколько ему приятны эти слова. Но Хан собрался с мыслями и после нескольких минут проговорённой в голове команды «вдох-выдох» успокоился. — Хочешь что-нибудь, чай или кофе? Может еды закажем? Я хочу кушать! Хочешь курочку? Я знаю такой потрясающий ресторан! — Когда Джисон говорит о еде, в его глазах появляются огоньки, ведь белки без еды существовать не могут. — Я люблю курочку, так что давай закажем! — после этих слов лицо Минхо резко стало более серьёзным. — На самом деле, я очень хочу рассказать тебе о своей семье, но я не знаю, с чего начать… Разговор был долгий и тяжёлый. Каждая новая часть беседы давалась всё тяжелее и тяжелее. Пару раз у Минхо не получалось подавить слёзы, и он пользовался ранее предложенным плечом Джисона. История Хо брала за душу, Джисон еле сдерживался, чтобы не зарыдать вместе с ним. Но он сильный, он справится. Голова Минхо лежала на плече у Хана, периодически поднимаясь от тяжёлых всхлипов, всё больше моча его кофту своими слезами. Младший легонько и успокаивающе поглаживал спину Минхо. Старший, который вечно сдерживал свои эмоции, вдруг находит парнишку, похожего на бельчонка, которому не боится раскрыться и рассказать о всех своих сокровенных тайнах, что раньше он мог держать лишь в себе. Это его самая лучшая находка. Будь он пиратом, назвал бы Сона своим самым драгоценным сокровищем. Разговор закончился, Минхо всё ещё оставался в объятиях парня, не желая из них выбираться. — Давай ложиться спать. — Джисон аккуратно положил юношу на кровать. Голова Минхо лежала на руке младшего, который в свою очередь притягивал его к себе всё сильнее. Спустя пару минут пребывания в объятиях, старшего осенило. — А как же курочка?! — Минхо резко подскочил, и в его глазах забегала непонятная эмоция: то ли это был стыд, то ли страх. — Я отменил заказ, примерно, когда ты начал рассказывать про школьные годы, понимая, что после этого разговора у нас кусок в горло не полезет. — Джисон похлопал по месту рядом, намекая на возвращение парня обратно. — Как ты только успеваешь обо всём этом думать? — поинтересовался Минхо, возвращаясь на прежнее место. — Просто, мне кажется, что я очень хорошо тебя изучил и теперь отлично тебя понимаю. — На лице у Хана появилась довольная ухмылка. — Всё, давай спать. Они быстро уснули в объятиях друг друга. Через пару часов Минхо почувствовал пустоту рядом, но стоило ему выйти из состояния сна, как он услышал голоса родителей Хана. «Точно, мы же тут не одни» Видимо, парень вышел их встретить и объяснить причину, по которой в комнате спит его одноклассник. Младший вернулся через пару минут и укутал Минхо в его любимый тёплый кокон объятий. Утро. Сегодня суббота. А это значит, что дома родители, которые ещё не знают, что их сын — гей. И что в его кровати лежит не друг, а парень. Сон и Хо долго не хотели просыпаться, но запах блинов с кухни разбудил их. Оба парня быстро вскочили и пошли умываться. Стоит рассказать, что Джисон купил Минхо зубную щётку и тапочки, когда они только начали встречаться, в надежде, что тот когда-нибудь останется у него на ночёвку. Мама Хана ждала парней за столом, предлагая им самые разные добавления к блинчикам и параллельно взглядом изучала Минхо. Джисон хорошо знал свою маму, поэтому даже по этому изучающему взгляду смог понять, что он ей понравился. Папа Хана сидел неподалёку и смотрел по телевизору новости. Обстановка в семье была безумно комфортной. Хо завидовал. Правда, в последний месяц его жизнь и сама стала гораздо лучше и уютнее, чем раньше, и всё дело в младшем члене семьи Хан. Из раздумий его вывела услышанная по телевизору собственная фамилия, а также имена его родителей. По телевизору и правда шли новости об их семье, что обычно не было для Хо удивительно. Но в этот раз они были посвящены не его семье, а индивидуально ему, точнее, его ориентации. На экране начали появляться фотографии Минхо с Ханом на некоторых их свиданиях и даже фотография того самого вчерашнего поцелуя в переулке. «Тот самый примерный сын семьи Ли, оказался представителем ЛГБТ-сообщества» Минхо трясло. То ли от осознания того, что теперь об этом знают все и его образ разрушен, то ли от того, что сейчас эти новости помимо него смотрят ещё ничего не подозревающие родители его парня. Спустя пару минут неловкой тишины, Минхо подходит к дивану, на котором сейчас сидят оба родителя Джисона. Он немножко помедлил, в очередной раз прикусил губу и, всё же собравшись с мыслями, поклонился им. — Здравствуйте, я Ли Минхо! И я парень Вашего сына! Родители Джисона долго смотрели на юношу, непонимающе хлопая глазами, а потом переглянулись и начали смеяться. — Мы всё знаем, мальчик мой, — сказала женщина, пытаясь сдержать хотя бы чуть-чуть свой смех. — Как знаете? — Минхо услышал хохот у себя за спиной и, обернувшись, увидел Сона, который, так же как и его родители, смеялся над ним. — Почему вы все смеётесь? — На самом деле, мы узнали обо всём ещё вчера. Когда мы вернулись домой и зашли в комнату Джисона, увидели вас, спящих в обнимку. Ну и так получилось, что своим шоком разбудили Хана и он решил нам всё объяснить, правда, он долго не мог выбраться из кровати, так как кое-кто его не хотел отпускать. — Женщина посмотрела на Хо безумно тёплым и добрым взглядом, отчего Минхо покраснел ещё сильнее, чем раньше. — Он нам поведал коротко вашу историю и пообещал лично мне потом рассказать всё, в мельчайших подробностях. Мы любим нашего сына, любим и будем любить того человека, которого он примет в качестве своего спутника жизни. Если этот человек ты, то я прямо сейчас готова принять тебя в нашу семью. — После этих слов отец Хана слегка ткнул женщину в бок. — Эй, за что? — Не обнадёживай парня, а то ещё решит, что ему все позволено, — голос отца Джисона звучал твёрдо и по-отцовски, ведь он выдавал тревогу. — Слушай сюда, малой, я понимаю, у вас любовь-морковь, но, если я узнаю, что ты сделал что-то не так, обидел его, навредил или ещё что-то такое, я тебя посажу в колонию для совершеннолетних, поверь, тебе там не понравится. Минхо испугался, его глаза начали бегать по лицу то отца, то матери Джисона, они оба сидели с лёгкими ухмылками, что ни капельки не обнадёживало. В голове был бардак. «Ладно, вроде маме я понравился, но отцу сто процентов нет» Минхо почувствовал, как чужая рука начала нежно гладить его по спине, за последнее время это действие стало его успокоительным. Через время он ощутил обжигающее дыхание на своей шее. — Не волнуйся, ты им обоим понравился, они просто выделываются. — Тихий шёпот, прямо на ухо, сбивал старшего с ног. — Так, мальчики, я понимаю, вы пара и всё такое, но давайте не здесь. Мы ещё пока не привыкли к тому, что наш сын теперь не один, идите обратно за стол и доешьте блины, — голос женщины для Минхо звучал точно так же, как он себе представлял голос нормальной матери, из-за этого сердце билось немного сильнее. — Кстати, Минхо, называй меня, пожалуйста, мамой, я так быстрее привыкну, что ты новый член нашей семьи. — На лице у женщины после этих слов появилась самая естественная и самая настоящая прекрасная улыбка. Минхо впал в ступор. «Они с Ханом так похожи» — Хорошо, мама, — после этих слов на душе стало невероятно тепло. Ему впервые было так приятно произносить это слово «мама». Дальше завтрак прошёл в тишине, все занимались своими делами, не обращая внимание на парней, которые словно наперегонки кушали, а всё по причине, что быстрее хотели оказаться наедине. Поблагодарив за еду, они быстро убежали в комнату Сона. Как только дверь закрылась, Минхо накинулся на Джисона с поцелуем, глубоким и чувственным. Он пару раз кусал парня за губу в попытках открыть себе проход внутрь. Их языки танцевали вальс, пока пара пыталась практически закрытыми глазами и слипшимися телами найти кровать. — Как ты мог не рассказать мне, что родители всё знают? — спросил Минхо, оторвавшись от страстного поцелуя и переместившись на шею. — Я просто не успел, хотя твоя реакция определённо стоила этого секрета, — усмехнулся Хан, хотя в то же время прогибался под нежные поцелуи парня, которого пытался дразнить. — Ах ты гадёныш. Знаешь, что таких как ты следует наказывать? — Их так называемый разговор нарушил звук телефона, хотя оба парня не хотели отрываться от столь важного процесса. Джисона это насторожило, так как номера его телефона почти ни у кого нет, и все, кто могут ему позвонить, находятся в этой квартире. На телефоне высветилось «Неизвестный номер», Сон немного опешил, но принял звонок. — Здравствуйте, вы кто? — голос Хана немного дрожал. В трубке слышался чей-то долгий монолог. — Хорошо, я понял.