... и один раз, когда вспомнил

Пит вновь стоит напротив Санктума, и он в полном раздрае. Прошла неделя. Ровно неделя. И он снова здесь. Это какое-то чёртово наказание? Насмешка Вселенной? Если да, то Питер готов пасть на колени и молить о пощаде. Если нет, то за что ему все это? Неужели этой проклятой Вселенной недостаточно всех тех жертв? Что же ей ещё, черт возьми, нужно? У него и так уже... Ничего не осталось. И никого. Питер стоит напротив и не хочет туда идти. Ноги словно приклеились к асфальту. Не хочет. Подкашиваются только от одной мысли, что надо сделать хоть один шаг. Не-хо-чет. Он закрывает глаза и медленно вдыхает воздух. После того рабочего дня ему снился кошмар. Конечно, они его преследуют почти каждую ночь, но тот сон заставил вспомнить то, с чем Питер так старался смириться. Смерть Тони, обман Мистерио, потеря Мэй, теперь уже не его лучший друг и девушка. И его коронное, — чтобы убить его окончательно, — саморучное убийство Озборна. Именно тогда Пит проснулся, где-то на периферии слыша надрывное: "Я не убийца!" После этого Паркер ещё долго бормотал ту фразу, раскачиваясь из стороны в сторону на кровати и чувствуя, как слезы ручьями текли по лицу. Тогда парень впервые начал молиться. "Здравствуйте, мистер Бог, это я, Питер Паркер. Тот самый, который спасает множество жизней, при этом губя другие. Это очень иронично, да, я знаю. И я чертовски устал от этого. Прошу, спасите меня... Или убейте. Хоть кто-нибудь. Пожалуйста. Помогите." Парень резко открывает свои омуты, поджимая губы и выныривая из воспоминаний. Они плохо на него влияют. Очень плохо. Определённо и стопроцентно плохо. Пит хочет сбежать. Далеко. Не оглядываясь. Желательно, на другой конец света. Но у него нет права выбора. Если не отдаст эту дурацкую, уже остывающую пиццу, то его уволят. Сейчас никто не нуждается в курьере-поставщике: он уже смотрел. А на одной платной помощи школьникам и студентам далеко не уедешь: чем-то надо оплачивать квартиру, на что-то питаться, справляться с другими нуждами своей взрослой супергеройской жизни. Питер прикусывает губу и, пересилив себя, делает пару шагов вперёд. Он должен это сделать. Двери, как и в прошлый раз, распахиваются, пропуская юношу вперёд и самостоятельно закрываясь, как только тот переходит порог здания. Пит стоит, сжимает коробку и документы и не знает, что ему делать. Вокруг никого. Тишина. А ноги на грани того, чтобы подвести своего хозяина, сгибаясь пополам. Паркер закрывает глаза, через рот выдыхает углекислый газ и делает ещё шаг. От прошлого не убежать. Шаг. И он знает это. Ещё шаг. Ему просто надо пережить эту встречу. Ещё пара. Он просто очередной клиент. Уже центр зала. Всё не может быть настолько ужас… — Здравствуй. Пит чувствует, как ему со всей силы выбивают воздух из лёгких. Он судорожно начинает хватать такой спасительный кислород, который, чёрт возьми, так некстати закончился. Обернувшись к хозяину голоса, Питер неосознанно делает пару шагов назад, тем самым увеличивая расстояние, и каким-то невообразимым образом попутно наступает на собственные шнурки, что явно не улучшает его положение, ведь вся эта заминка приводит к тотальному исходу — неизбежному падению. Паркер в ужасе распахивает глаза, понимая, что по какой-то причине тело его не слушает, — даже пальцы ног и рук не в состоянии согнуться, и сейчас парень ничего не может сделать, кроме как упасть. Он чувствует, как его сознание проваливается куда-то вглубь, покидает его самого. Будто Питера сбросили с высокой скалы в очень глубокое озеро, покрытое льдом. И сейчас эти льдины, образовавшиеся по вине Пита, смыкаются над ним, скрывая за собой свет и оставляя Паркера задыхаться в темноте вод. Но через секунду Пит ощущает, как его резко вытягивают за руки из этого озера, и сознание возвращается к нему. Он отчаянно сжимает что-то или кого-то, пытаясь вспомнить как дышать. Учащенное дыхание. Пот на спине. Сердце сходит с ума. Он до боли в суставах сжимает, как оказывается, руку Стивена, который с силой, не отводя глаз, удерживает парня. — Всё в порядке, слышишь? Всё в порядке. Ты в безопасности. Пит кивает и только тогда понимает, что, вероятно, у Стрэнджа останется огромный синяк, поэтому отскакивает, отрывая дрожащие руки. Он в панике. Он чувствует это. Потому что задыхается. Вода озера не хочет покидать его лёгкие. Грудная клетка стягивается тугими ремнями. Доктор осторожно, боясь спугнуть, заглядывает в глаза парню и делает пару шагов к нему, кладя ладони на плечи Питу. — Смотри на меня, — чеканя каждое слово, проговорил он стальным голосом. — Ты в безопасности. Всё в порядке. В порядке. Парень смотрел в глаза напротив и чувствовал, как под тяжестью рук мага вода покидала его лёгкие, дав возможность дышать. Он смотрел в глаза и успокаивался. Грудь освободилась от ремней, хоть и саднила страшно. Стивен так и стоял, проникая глазами чуть ли не в душу Питера. Он поднимает бровь, не убирая ладоней, и спрашивает тем же голосом, что и пару секунд назад: — Давно у тебя это? Пит молча качает головой, отчего-то только сейчас замечая, что плащ Стрэнджа не на плечах его хозяина. Док хмурится и отходит на шаг, разглядывая парня, будто видел в первый раз в своей жизни. Рук больше не было, но Питер все равно ощущал тяжесть. Чуть скосив глаза, он почувствовал, как сердце вновь сделало кульбит. Плащ покоился на его плечах, шелестя полами. Пит вопросительно посмотрел на мага, но тот упорно молчал. Плащ же поднял свой воротник и игриво пощекотал им нос парня. Тот вымученно улыбнулся, ощущая усталость во всем теле. — Он у вас всегда такой игривый? Быстрый взгляд синих глаз. — Ты ему нравишься. Паркер вновь поднял уголки губ. Плащ окутал парня с ног до головы, стараясь успокоить и согреть все ещё дрожащего Пита. Только благодаря плащу тот стоял на ногах. И Питер понимал это, чувствуя, как его тело держал магический артефакт, уберегая от падения. Тишина заполнила помещение, давя на сознание. Ему здесь не место. Пит это понимал, ощущая всем своим существом колючий взгляд. Он откашлялся и неловко высвободился из плаща, который тут же улетел с пиццей в полах. — Спасибо, что помогли, — проговорил он резко осипшим голосом. — Распишитесь, пожалуйста, — несмотря ни на что, Питер всё ещё держал в руках — хоть уже изрядно дрожащих — планшет с документами и ручкой. Парень сделал пару шагов навстречу, но ноги неожиданно подкосились, так что Питер снова за этот день потерял равновесие, на что он просто закрыл глаза. Пит уже понял, что поцелуй с полом неизбежен, как вновь почувствовал, что его тянут вверх. Всё-таки соизволив открыть свои омуты, Паркер поднял голову. На него смотрел Стрэндж, вопросительно изогнув бровь. Подхватить парня он не успел, но схватить за ворот смог. — Тебе стоило лишь попросить, и я бы самолично устроил свидание со своим полом, обойдясь без всяческого ущерба для тебя или него, — горько усмехнулся Стивен, удерживая курьера. — Если не попытаешься встать, твоя ветровка треснет по швам, а я глубоко сомневаюсь в наличии у тебя таланта к швейному мастерству. До Пита не сразу дошёл смысл сказанных ему слов: голова разрывалась на мелкие кусочки от боли; а когда дошло, что от него хотят, то закатил глаза и всё-таки медленно, а главное — успешно попытался встать. С мага в одну секунду слетела маска веселья, и теперь его глаза встревоженно скользили по лицу парня, пытаясь предугадать истинное состояние Паркера. Руки же крепко держали плечи в случае нового приступа. Наконец взгляд, полный абсолютной серьёзности, остановился прямо на усталых глазах Пита. — Ты знаешь, что сейчас произошло? — Я потерял равновесие. Питер в глубине души догадывался, что сейчас было. И это его пугало. — Верно, — кивнул Стивен. — Ты потерял равновесие. А потерял ты его из-за панической атаки. Паркер сжал челюсти. Он знал, что такое панические атаки. Впервые они появились после смерти Тони. Мэй множество раз пыталась заставить его сходить к психологу, видя измотанного племянника. Он буквально ходил по мукам, но каждый раз отнекивался или же сбегал. А затем они просто ушли. Панические атаки ушли. И сейчас, по всей видимости, решили вернуться. — У тебя был недавно какой-то стресс? Может, столкнулся со своим страхом, кого-то потерял? Пит внутренне сжался. Потерял. И ещё как. Но рассказывать он не собирался. — Возможно, — уклончиво ответил Питер. Мужчина смотрел прямо в глаза напротив, прищурившись. Паркер молчал, стоически выдерживая что-то подозревающий взгляд. Парень прекрасно понимал, что Стрэндж знает — именно знает, — что с курьером что-то произошло. Панические атаки не возникают из ниоткуда. И, как оказалось, не уходят в никуда. Но Пит искренне молился, чтобы док не стал расспрашивать его. Иначе Паркер просто-напросто расплачется, как маленький ребёнок, всё рассказав. А его такой исход не устраивал. — Что ж… — протянул Стивен. — Твоё счастье, что я могу помочь. Убрать всё полностью не удастся, но это лучше, чем ничего. Он коснулся двумя пальцами левой руки — указательным и средним — лба парня. А Пит чувствовал, что один за другим снимаются обручи, сжимающие его голову. Боль проходила. Головная уж точно. Через пару секунд Стрэндж убрал пальцы, но рук от плеч не оторвал. — Лучше? Пит облегчённо кивнул. Конечно, чёрт возьми, лучше. Мозг словно выдохнул, зажил заново. — Спасибо, — ответил он. — Стоять можешь? Снова кивок. Стивен сделал шаг назад. Питер остался без опоры. Только он. Глубоко вдохнув воздух, Паркер сделал шаг и… Остался на ногах, не упал. Он рискнул прибегнуть к более радикальным мерам — подпрыгнуть. Камень с души свалился, когда не потерял равновесие. Стрэндж самодовольно улыбнулся и выхватил из рук документы и ручку для подписи. — Я спасаю тебя уже второй раз, Питер. Паркер закатил глаза. — О, да ладно. Выпендриваться будем или всё же подпи... Пита пронзила вспышка, словно молния. Гром среди ясного неба. Сердце пропустило удар. Только что маг назвал его по имени. Это же не могло быть галлюцинацией, верно? Паркер абсолютно точно слышал своё имя полминуты назад. Питер. Разве это возможно? Мог ли Стивен вспомнить его? И если допустить, что он действительно вспомнил, может, вспомнят и другие? Может, тогда у него наладится жизнь? Пит встретился с резко посуровевшим взглядом Стрэнджа. — Что ты сейчас сказал? — нахмурился он, не отводя глаз. Но парень не остался в долгу. — А вы? Стивен вздёрнул бровь, показывая свою заинтересованность и недоумение. — вы назвали моё имя, — пояснил Паркер. — Меня действительно зовут Питер, но с чего вы это взяли, если я вам его не говорил. Маг поджал губы, прищурившись. Пит отступил на шаг, но глаз не отпустил. Он буквально видел, как шестерёнки Стрэнджа крутятся, набирая скорость. Стивен был растерян, хоть это и можно было увидеть лишь при внимательном изучении. А это было сложно, ведь ледяной взгляд пробирался в самую душу. — Когда делал заказ, — медленно начал мужчина, — спросил самого расторопного курьера. Девушка, ответившая мне, оказалась очень болтливой особой. Вот и назвала твоё имя. Ложь. Паршивая и неправдоподобная ложь. Раскрытие имён наказывалось увольнением. Об этом знали все, так что никто не стал бы так рисковать. Питер не был психологом, но чувствовал, — Стрэндж сам не верит в то, что говорит. Но и объяснить то, откуда знает парня, не в состоянии. А это значит, что он так и не вспомнил. Но ведь его имя маг назвал. Может ли это быть простым совпадением? Если да, то значит это чертовски невероятное совпадение, граничащее с чудом. Парень на секунду закрыл глаза. Надо это оставить: и мысли, и надежду. Ни к чему хорошему это не приведёт. А ещё одна паническая атака ему не нужна. — Так зачем ты это сказал? Пит моментально выныривает из водоворота, захватившего его разум. Он уже мечтает о том, чтобы убежать отсюда. Рано или поздно его мозг и сердце не выдержат. Паркер слишком устал от всей этой дряни. — О чём вы? — спросил, проклиная всё на свете и вспоминая, что он уже успел сказать, чтобы так задеть мужчину напротив. — Ты спросил, буду ли я выпендриваться. Зачем ты это спросил? — не отступал Стивен, делая шаг вперёд. Питер уже открыл рот, чтобы сказать, что это просто фраза, какую может сказать кто угодно, как резко закрыл его, причём так, что челюсти сбрякали. Парню казалось, что он сходит с ума. Явно затянувшийся дурной сон. Эта фраза, она… "Выпендриваться будем или всё же подпишем?" это переделанное: "А, выпендриваться будем. Ну, тогда я Человек-паук". Паркер сказал эти слова во время знакомства со Стрэнджем, и, видимо, маг запомнил их больше всего, ассоциируя с Человеком-пауком, ассоциируя с самим Питером. Поджав губы, Пит сглотнул ком, образовавшийся в горле. Каждый раз, заходя в это здание, он испытывает себя на прочность. И прямо сейчас Паркер чувствует, что уже на пределе. Парень из последних сил выдавливает из себя улыбку и отвечает, пожав плечами: — Это просто слова. Ничего такого. Он видит, что Стивен не верит. Не верит всеми фибрами рациональной и иррациональной частей. Но и не верить Стрэндж не может, потому что это действительно просто слова, которые может сказать любой человек. Маг молча кивает, принимая слова Пита, подписывает бумаги и отдаёт их изрядно уставшему от этих эмоциональных горок парню. Питер, тоже не издав ни звука, кивает в ответ и удаляется, чувствуя себя невероятно вымотанным. Усталость, скопившаяся во всём теле, требовала свободы. Паркер хотел сейчас лишь одного — лечь и забыться во сне. Да, было бы неплохо. Паркер уже готов выскользнуть на улицу, как его окликают. — Питер. Он оборачивается и видит Стрэнджа. Он не ушёл, как тогда, а значит… Пит измученно рычит про себя. Да какая разница, что именно это значит? Паркер не хочет знать, что это значит или могло бы значить. Не хочет знать ни сейчас, ни завтра, ни послезавтра. Он вообще не хочет здесь больше находиться. Про себя Питер клянётся, если его ещё хоть раз отправят сюда, он уволится к чёртовой матери. Иначе морально от него ничего не останется. — Береги себя, — глухо раздаётся в зале. Питер хмурится и пытается разглядеть хоть что-то на лице Стивена: эмоцию, знак, который расставит всё-всё на свои места. Но он этого не видит. Так что остаётся лишь одно — уйти. — Хорошо, — кидает он и выползает из здания. Ноги не держат, а в глазах скапливаются слёзы. Он ничего уже не хочет. Просто нет ни сил, ни желаний. Лишь обволакивающая усталость, вышибающая весь дух. Пит поёжился. Ветер дует с Запада, принося влагу и прохладу. Дует с Запада, развевая старое, тем самым даря дорогу новому.