Teach me love

      "Бруно приносит несчастья" всегда твердили маленькому Камило, рассказывая, что из-за его дяди пострадало немало людей.

"Он очень странный и жуткий" "Он сказал, что урожая не будет, и что в итоге? Почти все посевы не взошли" "Он сказал, что мой ребёнок умрёт, и на следующее утро я нашла его мёртвое тело"

      Рассказы людей из деревни о нём были не самыми приятными. Иной раз совсем не верится, что такое было.       Камило лишь один раз поинтересовался почему же Бруно ушёл из семьи. Абуэла рассказывала о видениях, что сводили его с ума, о том, что он разговаривал сам с собой, что был помешан на чёрной магии, амулетах и разных безделушках, которые валялись везде, куда ни глянь, как он выражался, "на удачу".       Он мог стучать по столу, по стенам, по голове, сыпать по всему замку соль и сахар. И вот, сойдя окончательно с ума, он ушёл из дома и больше не возвращался. Но перед этим он всё твердил о каком-то видении, что никто не должен о чём-то знать. Без остановки бормотал себе что-то под нос, стал более неловким, чем раньше. Стал ходить по ночам, а днём мог ни разу не выйти из своей комнаты. Альма сказала ему, что он не помогает людям, а лишь пугает их, что это не может так дальше продолжаться, и он должен что-то сделать. А после Бруно будто испарился, исчез, не оставив и намёка о себе.       Сейчас Камило семнадцать, он давно не верит в эту историю, в которой, грубо говоря, много белых пятен. Но он понимает, что никто ему не расскажет ситуацию целиком, ведь никто её и не знает. Кроме самого Бруно.       Но иногда взрослые всё-таки упоминают, не в лучшем, конечно же, свете, но всё же, некоторые истории с его участием. И Камило, будучи большим любителем размышлять о разных вещах, неоднократно задумывался над ними.       Он подолгу размышлял. Не приукрашивают ли взрослые ситуацию в свою сторону? Ставили ли они себя на место Бруно? В конце концов, это же просто его дар! Он его не выбирал!       Рассказывать о своих размышлениях он, конечно же, не собирался никому, ведь знал, что его не поддержат за такие мысли. Это не его роль.       Его роль — быть послушным мальчиком, помогать семье и людям, а не думать о каком-то сумасшедшем. Да и с тех пор прошло больше десяти лет, никто толком ничего не помнит о Бруно. Он стал своеобразной легендой для всех.       Но не для Камило. Для него Бруно являлся чем-то загадочным, тем, что тянет к себе своей таинственностью. Поэтому жителей деревни преследовали всевозможные расспросы маленького мальчика о своём родственнике. Но как только об этих выходках внука узнала Альма, в голову Камило вбили страх. Но не перед Бруно, а перед абуэлой.       Она говорила ужасные вещи: что он заставляет её переживать о нём, что заставляет семью волноваться и переживать, что люди говорят какой он странный и что она не хочет, чтобы Камило так себя вёл.       Маленькому ребёнку привили мысль, что он не должен вести себя так, как он хочет. Он должен вести себя так, как хотят другие. Камило начал подстраиваться под них, менять характер, начиная от строгого и спокойного и заканчивая энергичным и инфантильным. Он мог болтать часами напролёт о разной чепухе, но при этом ни разу не выдав свои настоящие мысли. Он мог заниматься многими вещами, но никто ничего не знает о нём настоящем. Хотя и сам Камило был бы рад узнать о себе. Что он любит? Что ненавидит? Полагается на сердце или разум? К чему лежит его предрасположенность?       Каждый раз, приходя в свою комнату, улыбка стиралась с лица, приходило полное безразличие. Насильное проявление эмоций и навязанное поведение так надоели, что хотелось невозможного — отдохнуть от самого себя, вернее от этой противной оболочки шута. Столько взглядов приковано к нему каждый день, но никто его не видит. С каждым днём поедающих его изнутри мыслей становилось всё больше и больше.       Ночь теперь существует не для сна, а для чтения книг и ухода в себя. Утро же стало не для завтрака, а для полудрёма в кресле или за собственным столом.       С нервозностью пришли и содранные в кровь заусенцы, обкусанные губы и тремор. Редкие передёргивания всего тела или отдельных его частей: рук, ног, головы, плеча– часто пугали своей внезапностью. Синяки под глазами скрывались даром перевоплощаться, также как и мелкие самоповреждения в виде раны на губе или следов от ногтей на ладонях.       С Камило всё прекрасно, даже отлично, он самый счастливый ребёнок в мире, пока не зайдёт в свою комнату и не разобьёт пару зеркал, что так раздражали и дразнили его.       Книги помогали уйти от гнетущей реальности, показать, что мир может быть понятным, что ты не один. Или сделать лишь видимость этого, ведь дочитывая книгу до конца, Камило чувствовал лишь пустоту.       В стрессовые моменты жизни, когда паника охватывала всё тело и разум, заставляя трястись и рыдать, помогали отрезвить разум те самые осколки зеркал. Камило не идиот, как считали многие, он не стал бы резать себя на видных местах, он не хочет привлекать к себе излишнее внимание. Поэтому бёдра и плечи покрыты красными, фиолетовыми, белыми полосами.

***

"Что-то я проголодался"– подумал Мадригаль, вспоминая, что три последних дня точно ничего не ел, умело обхитряя семью за столом, создавая видимость трапезы. Утром он не завтракает, так как спит, в обед он помогает деревне, а вечером берёт тарелку поменьше, чтобы была иллюзия большого количества еды. Выходя из комнаты, Камило заметил начинающийся рассвет и, постояв пару минут в недоумении, "Что? Уже утро?", поплёлся в сторону кухни, пытаясь идти тише, иначе может схлопотать от Долорес. Уже стоя в проходе на просторную кухню, он смотрел на человека, что, при свете маленькой свечи, спиной к вошедшему, пытался что-то сделать. Он бормотал себе под нос, иногда прерываясь, чтобы услышать писк. Красные глазки крыс на спине незнакомца посмотрели на Камило и в кухне послышалось не то шипение, не то вопль. Человек слегка повернулся, лишь чтобы увидеть причину такого поведения своих компаньонов. Его яркие зелёные глаза светились, прожигая Камило взглядом. Свеча тут же погасла, послышался глухой стук, а после стремительные приближающиеся шаги. В области затылка почувствовалась тупая боль, а затем пустота.

***

Проснулся Камило днём, в своей комнате и с жуткой болью в голове и шее. Первый вопрос: "Какого чёрта?". Второй вопрос: "Кто именно меня принёс сюда?". А потом он начал проматывать в своей голове секунду за секундой этот инцидент. Его не волновала боль, и что родители, возможно, переживают за него. По-хорошему, надо бы рассказать родителям или ещё кому. Но зачем? Этим он только поднимет панику или же на него скинут пропажу чего-либо, если это был вор. Но у него есть одно предположение, лишь одно, кто это мог быть. И тут паззл складывается воедино, голова опустела, общая картинка прояснилась. – Бруно?– восторженно и слегка неуверенно произнёс он. Это воодушевляло и настраивало на некоторые идеи. Камило ведь всегда к нему тянуло, так что мешает ему сейчас найти его? Резко встав, у юноши потемнело в глазах, шея начала ныть, в затылке прилила новая волна боли. Совладав с равновесием и, чуть не упав, он подошёл к большому зеркалу. Единственному, которое отражает именно его внешность. Шея болит не так, если бы он спал неудобно, а так, будто на ней царапина, но Камило не помнит, чтобы он где-то поранился. Отодвигая рубашку в сторону, виду открылся пластырь, который был благополучно сорван. На шее красовалось два небольших отверстия, что выделялись на коже бледностью и уже засохшей кровью. Не трудно было догадаться кто это сделал, главный вопрос — зачем?       Камило понимает, что найдёт ответы только у Бруно. Поток воодушевления охватил мальчишку. Он долго ждал чего-то интересного, раньше же ему не позволяли такого бурного проявления эмоций, но сейчас-то никто не видит.       Спустившись в столовую к ужину, он уже был готов к расспросам и причитаниям, но, заметив побледневшее лицо и вялый вид Камило, семья поумерила свой пыл, ограничившись лишь упрёками.       Ужин прошёл потрясающе, впервые за долгое время появился аппетит. Уже когда все разошлись, Камило остановил Долорес, чтобы поговорить. Та уже как будто знала причину разговора, поэтому, издав писк и опустив взгляд в пол, начала нервно потирать запястье. – Ночью ты не просыпалась? Даже я слышал какой-то шум в доме. – Это всего лишь крысы, не переживай так,– Долорес отвела глаза влево и потёрла мочку уха. – Будь это крысы, они не наделали бы такого шума. Рассказывай. – Ты ведь был там, зачем меня расспрашивать? – Мне интересно куда он пошёл. Ты ведь слышишь абсолютно всё, и мне, по правде говоря, тебя очень жаль. Прошу, расскажи мне. – Ладно, хорошо,– активно жестикулируя, она глубоко вздохнула и продолжила шёпотом.– Я думаю, что это дядя Бруно. Он часто ходит по дому, но может исчезнуть посреди коридора, или комнаты. Как именно он это делает я не знаю, но он вечно бормочет что-то себе под нос, это меня пугает. Как же я долго терпела, скрывая его присутствие и никому не рассказывая. Слушай, я знаю,что ты хочешь его найти, я тебе помогу с этим. Каждую ночь он появляется на кухне. Однажды я его пыталась поймать: просидела там всю ночь, но он так и не появился. Слушай, хочешь его поймать — прячься получше. Сиди как можно тише, не издавай ни единого звука. Прошлой ночью он тебя ударил, ужасный звук был, будь осторожнее. – Ого, Долорес. Пока что я удивлён, что ты никому это не рассказывала. – Ты не представляешь, какой это груз с плеч. – Ты упоминала, что он исчезает. В каких местах? – Не думаю, что тебе это что-то даст. Ну хорошо. Первое: он может пройти по лестнице к комнатам, но, пройдя её полностью, тут же исчезнуть. Второе: вон там,– она указала на зеркало в углу кухни– Третье: около гостевых спален прямо посреди коридора, четвёртое: напротив часов в гостиной. Их много, но в этих местах он пропадает особенно часто. У меня никак не доходят руки проверить что в этих местах такого. Может, тайный проход? Как думаешь? – Будет очень интересно узнать. Это всё? – Я не уверена, но он может уходить из дома. Это очень редко происходит. – Ясно. Хорошо, значит, сегодня я попробую с ним встретиться– уже в голос начал говорить Камило. – С кем встретиться?– они тут же обернулись в сторону вошедшей Пепы.– Пора спать, почему вы ещё не в комнатах?       Долорес пропищала, наклонилась к Камило, пожелала удачи и мигом убежала с кухни.       Взгляд Пепы остановился на сыне, который тоже поспешил удалиться. Неспешным шагом он прошёл к матери, пожелал сладких снов и ушёл к себе.       Над головой Пепы образовалась сероватая тучка, которая мигом исчезла, стоило ей глубоко вздохнуть.