Дом Великой Кузинатры или дом на изнанке мира

Сон слетел. Не знаю, что меня разбудило. Плечом чувствую тепло бедра моего Дракончика. Поворачиваю голову к любимому. Его рука лежит рядом на моей подушке, я могу дотянуться до неё губами, но решаю этого не делать. Драко спит, сидя, привалившись к стене. Его лицо безмятежно, губы кривятся в легкой улыбке. Мне не хочется нарушать его спокойствие. В последнюю неделю он сам не свой, хоть и не признается в этом. Его, как и меня терзают плохие предчувствия, а еще ему снятся кошмары. Каждую ночь он просыпается в немом крике, с расширенными от ужаса глазами. Пусть спит. Где-то на грани слышимости звучит музыка. Я всматриваюсь в любимое лицо. Слушаю его мерное дыхания, вдыхаю только ему присущий аромат и чувствую, как замирает от нежности сердце. Подступает к горлу ком. Каждая клеточка моего тела ощущает надвигающуюся беду. Мне хочется схватить любимого прижать к себе и никогда не отпускать. Рвать зубами всякого кто посмеет приблизиться к нему. Откатываюсь на спину и сажусь. Придвигаюсь к Драко, тяну руку, что бы его обнять, но моя рука проходит сквозь него. Понимаю, что он полупрозрачен. Мгновение и он полностью пропадает. - Драко!!! – мой крик отражается от стен, комната пуста. В ярости ударяю кулаками в стену. - Любимый, - обреченный стон, сквозь спазм в горле. Глаза сухие, но сердце рвется на части. - Не уберег. Мерлин, не уберег, – несколько секунд сижу не подвижно, а потом вскакиваю и бегу одеваться. Натягиваю на себя все, что подвернется под руку. Изношенная ткань рубашки рвется от резких судорожных движений. Я не обращаю внимания. В мозгу бьется она единственная мысль «Мари точно знает, где он. Надо идти к Мари». Уже одевшись, я ловлю свое отражение в зеркале. Оттуда на меня смотрит небрежно одетый оборванец, с шальными глазами в них горит яростная решимость. Отворачиваюсь и глубоко дышу успокаиваясь, концентрируюсь на образе гостиной. Это единственное место, где я знаю, что можно застать Мари. В свою личную комнату она никого не пускает. Образ комнаты заполняет весь мой мир. Под веками я вижу мельчайшие детали. Не открываю глаз выхожу в коридор и оказываюсь именно там, куда и желал попасть. В гостиной обставленной старинной гнутой мебелью. Небольшая зала пуста. Обхожу комнату по периметру, выглядываю в коридор. Мари тут нет. Меня переполняет злость, хватаю с камина вазу и швыряю об стену. - Мари!! – кричу в бессильной ярости. - Ай, ай, сынок, как не воспитано, - ехидный голос раздается у меня за спиной. Я резко оборачиваюсь и вижу хозяйку комнаты в кресле у окна. Она одета в фривольный халатик и курит свою неизменную трубку. - Извините, - хриплю я не искренне, - Мари, Драко пропал, у меня на глазах. Ушел в сон. Я видел как вы шушукались. Вы знаете, что ему снилось все эти дни? – впиваюсь взглядом в спокойное лицо, выискивая на нем скрытые эмоции. - Ну, допустим, - она глубоко затягивается и смотрит на меня спокойным кукольным взглядом. - Мари! – кидаюсь к ней. Встаю на колени у её ног и хватаю тонкую ручку. - Мари, умоляю, скажите все, что знаете. - Если я не ошибаюсь, его призвало Сердце дома, пристанище Кузинатры. - Но он же вернется? - Вернется, наверное. Успокойся, милый. Ты ничем ему не поможешь. В том месте свои законы, туда не попасть двум душам за раз. Нам остается только ждать. - Как долго? - Не знаю, - она тянется к винтажному столику, берет пепельницу и аккуратненько вытряхивает свою трубку. Потом вновь набивает трубку и прикуривает. Глубоко затягивается и выпускает дым сквозь зубы в пол. - Я слышала о случаях, когда там пропадали сутки и даже больше. - Были случаи, когда не возвращались? - спрашиваю я, а сам боюсь услышать ответ. Мари отворачивается от меня, задумчиво курит, а потом говорит безразличным голосом. - Некоторые возвращаются совершенно измененными. Истаивают как призраки, теряя к существованию всякий интерес. Это не смерть это другое. Я вскакиваю с колен, подбегаю к бару и хватаю первую попавшую бутылку, присасываюсь к горлышку и пью. Жгучая жидкость обжигает рот, гортань. Смывает горечь и ужас. Я кашляю и давлюсь. Воздух не желает проходить сквозь горло. Голова плывет от крепости напитка и нехватки кислорода. Несколько мучительных мгновений я борюсь за вздох, но вот уже спазм отступает, я получаю первый волшебный глоток воздуха. Перевожу взгляд на бутылку. Колумбийский Ром* 75%. Адский напиток. - Живой? – спрашивает Мари, вполне равнодушно. - Живой, - сиплю в ответ. Валюсь в кресло рядом с баром, прихватив бутылку с собой. Второй глоток идет легче. Обжигающий напиток даже в чем-то вкусен. - Мари, скажите мне, это самое Сердце может поведать Драко как отсюда выбраться? - Почему ты так решил? - Потому, что-то такое говорил Мэтр. Советовал начать с поисков Сердца. - Может. - Мари, Вы же знаете этот секрет? – говорю я, отставляя бутылку в сторону. - Нет и мне это не интересно. - Мари, я знаю, что это не так, но я сделаю вид, что поверил Вам. Встаю и пошатываясь двигаю к выходу. Алкоголь и переполняющий ужас за любимого истратил последние силы. Мари сидит в своем кресле посасывая прогоревшую трубку и смотрит в сторону. - Сладких снов, Мадам Закрываю глаза и выхожу в коридор. Открываю глаза уже в комнате Драко. Кровать пуста. Прохожу к столу, падаю на стул. Опираюсь локтями на столешницу, роняю лицо в ладони. - Дракончик, я жду тебя. Жду. Любимый возвращайся ко мне скорее. * Разделение рома на значимые группы усложнено тем, что, по сути, не существует единого стандарта для рома. Вместо этого ром определяется различными правилами и законами стран, производящих этот спиртной напиток. Среди различий в определениях: крепость напитка, минимальная выдержка и даже стандарты для наименований.. Примером различия крепости может служить Колумбия, правила которой требуют, чтобы ром, произведённый в этой стране, имел крепость не менее 50 % http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%EE%EC википедия