Два Солнца

В это время года, когда с земли уже давно ушёл сверкающий снег, отцвели вестники весны — подснежники, природа пробудилась от долгого зимнего сна, зацвела и засветилась сотнями оттенков глубокой зелени и яркими летними красками. Поля во Франции благоухали разнообразными душистыми, сводящими с ума в летние жаркие дни, ароматами. На огромные пространства раскинулся ковёр, состоящий из многих прекрасных и лучистых цветов. Их распустившиеся бутоны, освещённые тёплыми потоками солнечного света, покачиваются на ветру, демонстрируя свою гордую неповторимость. А ветер разносит дурманящий аромат природы, радуя глаз туриста и трудящихся фермеров, которые возделывают эти небывалой красоты поля с раннего утра до позднего вечера. Именно в этой стране, в разгар летнего сезона, решили остановиться наши герои. По началу они путешествовали из одной страны в другую. Покинув морские берега Флориды в США, они направились в Испанию, но и там пробыли относительно недолго. Всё ещё не восстановившееся до конца здоровье Лиама давало о себе знать. Он чах буквально на глазах. Худел и бледнел с каждым днём, хотя и продолжал, с улыбкой на измученном лице, говорить что всё в порядке. В конце концов было принято решение остаться во Франции. Свежий и богатый ароматами трав воздух должен был помочь Уиллу поправиться. Богатые поля, засеянные сиреневыми цветами лаванды, несли в своем пьянящем аромате целебный эффект: дарили душевный покой и умиротворение, которого так не хватало бывшему преступному консультанту. Именно на эту чудодействующую силу цветов изначально рассчитывал Шерлок. Поэтому, он очень хотел поселиться где-нибудь в тихом местечке на окраине, в деревеньке на севере страны, где эти цветы пылали и росли во всем своем великолепии. Чтобы по утрам Лиам мог любоваться чудесными пейзажами Франции и дышать через открытое окно волшебным и успокаивающим воздухом, который разносил по уголкам страны тихий ветер. А Шерлок, в свою очередь, смотрел на своего дорого и близкого сердцу друга, заглядывал в его карминовые глаза и наслаждался преломляющимися в них солнечными лучами. Но увы, детективу нужно было работать, много и усердно, чтобы обеспечить свою жизнь и жизнь Уилла. Строго говоря, на себя и своё удовольствие Шерлоку было наплевать. В конце концов, даже бросить курить не проблема, ведь, к сожалению, сигареты не бесплатные. Но вот его друг… Он был слишком слаб и ещё до конца не оправился после того жуткого падения. О нём нужно было заботиться, относиться с вниманием. Детектив знал, что от него многое скрывали. Лиам с тех пор ни разу не заговорил с Шерлоком на эту щепетильную тему о произошедшем. Он ничего ему не рассказывал. А дурные мысли продолжали крошить на мелкие осколки и так порядком израненную душу преступного консультанта. В общем, от идеи жить в домике в сельской местности пришлось отказаться. Они остановились близко к центру страны. Пусть их и не окружали красочные поля, но под окнами между домов тут часто росли небольшие ухоженные садики, клумбы с кустарниками и цветущими королевскими ирисами. Выбор пал на скромную, небольшую по величине квартирку, под окнами которой росли барбарисы. Своими алыми плодами и бордовыми листьями они украшали террасу, радостно сверкая на солнце. Позже выяснилось, что из сотни других сдаваемых, с приемлемой ценой, квартир, Шерлок остановился именно на этой, потому что эти небольшие по величине кустики хорошо сочетались по цвету с глазами Уилла. Второй потом часто шутил, что если бы не барбарисы, то Шерлок не выпрашивал бы это место, стоя на коленях перед пожилой, преклонных лет, дамой, сдающей это временное пристанище для нуждающихся. Женщина терпеть не могла иностранцев, а потому изящно отклоняла все просьбы и обещания младшего Холмса. Благо, в тот момент, на помощь пришёл Лиам и сразу очаровал арендодательницу своими изящными манерами и воспитанием. А когда она, испугавшись его бледного вида, поинтересовалась самочувствием нового клиента, он уклончиво ответил, что живя под одной крышей с такой чудесной и доброй девушкой мигом поправится. В итоге, квартиру наши герои сняли по цене, чуть-ли не в половину меньшую, от изначальной. Шерлок ещё долго ворчал, что Уильям мог бы не демонстрировать свои обольстительные способности во всей красе, или, иначе говоря, ревновал. Но он всё-равно был рад, что всё так сложилось и был благодарен своему другу за помощь. Обычно, в будние дни, детектив работал, а Уилл сидел дома и восстанавливал своё пошатнувшееся здоровье. Чтобы скрасить унылое время, и не дать своему солнцу утонуть в мыслях самобичевания, как он один раз уже хотел в реке Темзе, Шерлок иногда носил ему книги и Лиам читал, читал их с запоем, не выпуская из рук по несколько дней. Иногда преступный консультант, отрывался от увлекательных книжных страниц, просто смотрел в окно, в даль, на пейзажи этой незнакомой ему страны. Рассматривал красивые парижские домики или облака, бесшумно бороздящие воздушные просторы, своими пышными боками заслоняющие солнце. И всегда окно в его комнате было открыто, поэтому Уилл часто слышал стук лошадиных копыт и грохот повозок, крики людей, говорящих на своём родном французском, пение птиц, шелест листвы на кустиках пламенного барбариса. Всё это дарило ему покой и безмятежность. А свежий воздух должен был укрепить здоровье больного. Покупать Лиаму литературу детектив начал после того, как узнал, что он знает французский. Причём в совершенстве. А потом хлопнул себя по лбу, и вспомнил, что для дворянина знать французский язык это обязательное правило, показывающее твоё благородное происхождение. Сам Шерлок читать не очень любил и душа у него больше лежала, как ни странно, к поэзии, чем к прозе. Но так же как и всё он учился в школе и поэтому знал многих писателей. Брал книги Достоевского, Толстого, других всемирно известных авторов. Один раз принёс Шекспира, но, как выяснилось его Уилл знал наизусть, поэтому детектив стал с большим интересом и дотошностью знакомится с литературным опытом своего друга, узнавая в нём новые интересные грани. Все-таки по любимым произведениям и мнению человека о книге составить его «психологический портрет» труда не составит. Шерлок ещё в детстве очень любил читать книги, но не ради сюжета или поучительных мотивов. Читая книгу он анализировал её и заглядывал в самые глубокие уголки души автора. Сразу понимал, как жил этот человек, чем занимался. Разгадывал его прошлое и раскрывал тайны характера человека. Но несмотря на все старания детектива Лиаму лучше не становилось. Конечно, природа Франции оказала свой целебный эффект — преступный консультант стал чаще улыбаться, бледность почти ушла, а его тяжёлый взгляд, направленный в пустоту, становился более осмысленным, но этого было недостаточно. Один раз, когда Шерлок зашёл в его комнату, увидел, как Уилл плачет. Он плакал тогда как человек, потерявший абсолютно всё в своей жизни, бессильно сложив руки и глядя в потолок. Холмс в тот раз ничего не сделал. Не смог. Просто уставился в пол и ушёл. Сбежал, как трус, поджав хвост. Это так на него не похоже. Что бы сказал Ватсон, если бы увидел этот слабый побег? Что Холмс тряпка? Что ему надо заботиться о тех, кто ему дорог? Шерлок знал это, но увидев такого Лиама, он испытал то, чего ещё никогда в жизни не испытывал. Может, конечно, это чувство было ему когда-то знакомо, но это было слишком давно. Чувство будто твоё сердце превратилось в подушечку для иголок. И вот в один момент в нее вставили сразу всю иголочную коллекцию. Острая, пронзительная боль, выбивающая из колеи, даже такого стойкого человека, как Шерлок. Конечно, сложившаяся ситуация не могла долго продолжаться. В мире правит одна истина — всё кончается. Вот и этой хрупкой иллюзии гармонии было суждено надломиться… В один день Шерлок, вымотавшись на работе, вернулся домой. Там его уже дожидалось одно пренеприятное известие. Уильям пропал. Исчез, испарился. Он сбежал из дома. То ли не смог выдержать гложущее его изнутри чувство вины, то ли… А впрочем, какая разница? Он пропал, и его нужно было вернуть. Вернуть домой, согреть, напоить тёплым чаем и объяснить, что его любят, что он не обуза, что Шерлок только рад о нём заботиться… Детектив, не обнаружив дома своего друга и моментально проанализировав ситуацию, бросился сломя голову на его поиски. Они продолжались всю ночь, до самого рассвета. Шерлок уже успел обежать город несколько раз, заглянуть во все углы и подворотни, которые уже давно успел выучить наизусть. Только под утро, он наконец-то вспомнил, что он детектив, и решил выключить, накрывшую его с головой впервые в жизни, панику, и включить свою чудесную голову, которая в последнее время иногда давала сбой: сказывалось переутомление. Даже гениям нужен отдых. Ответ пришёл сам собой. Так быстро, что Холмс даже удивился. Понял как сильно зачерствел его мозг, раз он не додумался до этого сразу. Тем временем на горизонте ярким, огненным диском поднималось солнце. Ласковыми утренними лучами оно встречало природу и жителей этого города, дарило покой, согревало. Растения разворачивали свои, закрывшиеся на ночь, пышные бутоны, живописными лепестками приветствуя восход. Маленькие ростки и листья деревьев потянулись, радостно качаясь на ветру, сверкая ночной росой, которая золотой пылью окутала целый город. А младший Холмс тем временем уже был близок к своей цели. Он бежал на встречу Солнцу. Двум Солнцам. И одно из них, Шерлок любил больше жизни, поэтому не мог остановиться несмотря на ужасную боль во всём теле после его ночного забега. И вот, наконец-то, он увидел вдалеке фигуру стройного, даже худого, юноши, объятую ласковым потоком утренних лучей. Он шёл по огромному лавандовому полю навстречу свету. Его охристые волосы, развевались на ветру, переливаясь словно чистое золото. Сиреневые цветы оттеняли лучезарный мужской образ, тихо плывущий по цветущему океану. Накинутое сверху тонкое одеяло, подобно парусу, поднималось, отбрасывая кривую тень на благоухающие соцветия. Солнечный блеск преломлялся в каплях росы, осевшей на бутонах, из-за чего лавандовые волны пенились и светились, подобно водной глади. Шерлок остановился, поражённый этой великолепной картиной. Он смог пошевелиться только когда Лиам уже почти скрылся за горизонтом. Опомнившись, детектив побежал ещё быстрее чем до этого, любуясь красотой и стройной грацией фигуры своего друга. — Я уж было подумал, что ты не придёшь, — сказал Уильям и обернулся, услышав приближение Шерлока. — В таком случае твой мозг дал сбой. Сам прекрасно знаешь, что я скорее в лепёшку разобьюсь, но найду тебя, — Холмс тяжело дышал, стоял опершись руками о свои колени, но его глаза — цвета морских глубин, светились абсолютным счастьем. — Да, ты прав. Но и ты не лучше. Должно быть не весело было промотать по городу кросс в пятнадцать километров. — Одиннадцать с половиной. — … Конечно, — выражение лица Лиама никак не поменялось, когда он услышал, что ошибся. Казалось, Шерлок забеспокоился гораздо сильнее. Лиам расстелил на земле свою накидку и сел, обняв тонкими кистями острые коленки. Вздохнул, и на мгновение его лицо исказилось, выражая нестерпимую муку, но тут же разгладилось и он направил свой взгляд на горизонт, наслаждаясь красками золотого рассвета. — Садись. Ты наверняка устал, — отсутствующим тоном предложил Уилл, не отрывая глаз от неба. Шерлок послушно приземлился рядом, потирая уставшие ноги и вглядываясь в порядком осунувшееся лицо приятеля. — Если бы мы встретились пораньше, то я смог бы показать тебе звезды, — задумчиво сказал бывший преступный консультант. — Я не интересуюсь звездами. — Зря, — Лиам выпрямил ноги, сложил свои руки в «замок» и через несколько мгновений спросил: — Чем же ты тогда интересуешься? Шерлок будто всю свою жизнь ждал только этого вопроса. Сразу оживился, задвигался, несмотря на явную усталость, и прямо, глядя в лицо своему другу, ответил: — Вот уже давно, несколько месяцев с момента нашего с тобой падения с Тауэрского моста меня интересует только одна вещь, — в глазах Уилла мелькнула тень обречённости. Он уже знал, что скажет детектив, поэтому с виноватым видом стал рассматривать кончики своей обуви. — Ты и твоё состояние. Уилл вздохнул и закрыл руками лицо, но одумался и тут же убрал их. Осмелившись взглянуть на Шерлока, он поднял взгляд, встречаясь с глубокой синевой двух глаз — водоемов. — Я… В общем… — впервые красноречивому преступному консультанту было так сложно подобрать слова. — Извини, что доставляю столько проблем. Шерлок молчал. — Я думал… Да, действительно… Это очень глупо. Глупо было уходить из квартиры, знаю. В ответ ничего. Уильям начинал нервничать. — Ты наверняка очень сильно беспокоился. Раз столько пробежал. Прости меня, за то, что я ушёл. Просто мне… Вдруг захотелось проветриться и… вот… Тишина. Лиам старательно отрывал кожу на пальцах вокруг ногтей. — Ладно, я ушёл потому что считал себя полнейшей обузой. Конечно я понимаю, что далеко уйти у меня не получилось бы, но я больше не мог находиться в квартире. Почему я не умер тогда? Что мне теперь делать? Как мне искупить вину? Я больше ничего не понимаю. В ответ ни звука. Лиама это начинало бесить. Он хлопнул ладонью по покрывалу и злобно посмотрел на Шерлока. Который всё ещё молчал. — Шерли? Ничего. Нет, это уже не идёт ни в какие границы. — Мистер Холмс, ответьте что-нибудь! И тут Шерлок рассмеялся. Звонко и заливисто, так как умел смеяться только он. — Прости, прости! Виноват. Ты был так разговорчив. Не хотелось тебя перебивать. А все-таки, как я тебя расколол, а? А вот Лиаму было вовсе не до смеха. Он злился сейчас прямо как Льюис. Уму непостижимо! Но Шерлок все-таки не дурак и понимал, что его другу сейчас нужна помощь и поддержка. Но если это понимание будет односторонним, то это бессмысленно. Он был очень рад, что впервые за долгие месяцы услышал от своего непутёвого приятеля хоть что-то из его внутренних мыслей. Для начала очень неплохо. — Ты, кажется, хотел показать мне звезды? — Вы же не любите их, Мистер Холмс. — Но я люблю тебя. И мне хотелось бы делить с тобой твои интересы. Так что же? Тонко, метко и ёмко. Как всегда Холмс. Лиам даже замешкался после такого ответа. Но быстро взял себя в руки и вся его злоба мигом сошла на нет. — Хорошо. Я познакомлю тебя с красотами ночного небосвода, Шерли. — ответил бывший преступный консультант и улыбнулся. Чисто и искренне. После чего пододвинулся к Шерлоку поближе и снова заглянул в его глаза. — Твои глаза похожи на ночное небо. — А-ха-ха! Это хорошо. — заметил светящийся от счастья детектив и добавил, но уже тише: — Скажи-ка, Лиам, ты бы смог поделиться с небом своими мыслями? — Нет. Зачем мне делится этим с чем-то неодушевлённым? — ответил Уильям и начал с интересом рассматривать скатерть. — Я могу поделиться с тобой, Шерли. Казалось, Шерлок сейчас лопнет. Настолько широко и довольно он заулыбался. Он присмотрит за Лиамом. Покажет ему красоту этого мира. И вместе они проложат новый путь. Путь исцеления и помощи нуждающимся. В своём стиле, конечно же. Но всё это будет потом. А сейчас можно полюбоваться залитыми солнцем пейзажами и думать о закате.