Ты мой вещий сон

— Хонджун! – мягкий голос обволакивает слух Хона, после чего тот прикрывает глаза от наслаждения. — Хонджун! – повторяет тот же голос, зовя к себе. Ким нехотя поднялся из сугроба, оттряхнул своё чёрное пальто, встал прямо, оказавшись посреди зимнего леса, в компании самого себя. Оглядев вокруг голые стволы деревьев, напоминавших ему ледяные колонны, поддерживающие антаблемент древнегреческого замка, находящегося где-то на отшибе острова Крита. От этого гнетущего одиночества Хонджуну стало жутко. Вдруг, в его спину прилетел увесистый снежок, от чего молодой человек не на шутку испугался и бросился в бегство. Бег показался ему очень странным, будто Хон бежит не по щиколотку в снегу, а по пояс в воде. — Хон! – его снова окликнул тот же голос, и позади, послышались попытки догнать Кима. Хонджун резко остановился и развернулся в сторону зовущего, почти умоляющего повернуться голоса. Перед ним стоял не менее перепуганный парнишка, пытающийся восстановить тяжелое, после пробежки дыхание. — Прости, милый, я не хотел тебя напугать, - проговорил тот, внимая на него полными раскаяния глазами. Худые руки заключили Хонджуна в крепкие и теплые объятия. – Сильно испугался? – прозвучал риторический вопрос, ведь брюнет это и сам прекрасно понял, когда уткнулся в грудь Хона, почувствовав быстрое биение сердца, как у загнанного охотником зверька. Хонджун проснулся рано утром, истекая холодным потом. Избавившись от отдышки, тот стал внимательно оглядывать помещение, сон показался жутко реалистичным, что он был готов проснуться в окружении сотни тысяч, одинаково холодных деревьев зимнего леса. Но увядшие цветы на подоконнике; вещи, разбросанные по просторной комнате; темные шторы, выполненные из плотной жаккардовой ткани, не дающие проникать в комнату даже малейшим лучам света; занимающая законное место на высоком потолке, экстравагантная люстра, из чешского хрусталя, совершенно не списывающаяся в современный интерьер; знаменовали о том, что Ким находился в своей квартире. Этой жилплощадью он обзавелся, когда ему исполнилось двадцать два, на деньги, унаследованные от дальнего дяди, о существовании которого он даже не подозревал. Хонджун лениво потянулся в кровати, но время на часах, заставило подскочить и побежать собираться на работу. На ходу даже получилось выпить кофе, и сообразить на своей, светловолосой голове некое подобие укладки, в то время как глажкой рубашки, Ким снова решил пренебречь. Влетев в строгие темно серые брюки, началась самая нелюбимая часть сборов – найти пару одинаковых носков. По классике, основы основ холостой жизни – лучшим решением, Хон находит пойти в разных носках, дабы сократить время поисков нужной пары, как носку, так и ему самому. Ким Хонджун уже два года работает журналистом, в одном из самых популярных в Сеуле журнале, научно-популярного жанра. Журнал рассчитан как на специалистов из других областей знания, так и на малоподготовленных читателей, в том числе, подростков. Сегодня предстоял значимый день – генеральный директор журнала распределял между сотрудниками темы статей, для Рождественского выпуска. Хонджуну очень льстил тот факт, что почти в начале своего писательского пути, ему уже удалось добиться таких высот. Именно поэтому день распределения тем, он ждал больше, чем день рождения. Довольные журналисты выходили из кабинета начальника, обсуждая темы, которые им достались. Войдя в кабинет, Хон увидел мужчину лет пятидесяти; с густыми темными бровями, не смотря на уже давно поседевшую макушку; длинным и удивительно ровным носом, переносица которого, старательно удерживает очки в увесистой металлической оправе; а также ярко-выраженными носогубными морщинками, — который был тем самым генеральным директором. — Ким Хонджун! Здравствуйте! – начальник опередил приветствие своего подчиненного, всем своим видом показывая доброжелательный настрой. — Здравствуйте! – приглашение присесть было принято, и Ким сел напротив директора. — Для вас у меня есть кое-что особенное, Ким. Мужчина стал перебирать папки на своем столе, в поисках заветного листа. — Что же? – не скрывая любопытства, поинтересовался молодой человек. — Я приберег эту тему, специально для вас, Ким Хонджун. Дело в том, что я вижу в вас огромный потенциал писателя. Я уверен, что вы блестяще справитесь с написанием статьи по этой теме. Вот только моя память уже не позволяет мне помнить всё наизусть.. Куда же я мог положить этот листочек. Пока директор открывает все свои ящики, намереваясь найти тему для Хонджуна, тот с нетерпеньем ждёт какого-то чуда. Хон успел пофантазировать, что на заданную тему, у него получится настолько сносная статья, что ему вручат огромную премию, повысят в должности и сделают настоящей знаменитостью. — Ах, вот же он! Ваша тема – «Вещие сны, и о чём при этом сигнализирует подсознание». Мечты Хона моментально разрушились, не успев даже устояться у него в голове. Дело в том, что Хонджун ярый скептик, для него вещие сны равносильны походу к цыганке, чтобы та нагадала ему десяток детей. Но, чтобы не разочаровать своего наставника, он не подает вида, и с решимостью доказать самому себе, что он сможет умело навешать лапшу на уши тем, кого в будущем угораздит прочесть эту статью, отправился раздумывать о её написании. Поужинав в своем любимом ресторане в центре Сеула, Джун приехал домой, где принялся за изучение научных материалов, по выданной теме. Ким пытается набросать хоть какое-то подобие плана, засучив рукава, и набирая ловкими пальцами текст на клавиатуре, наслаждаясь при этом горечью крепкой сигареты. — Не знаю как тебе, но мне крупно повезло с темой. Из динамика телефона отозвался злорадствующий голос коллеги Кима, и по совместительству его друга – Чхве Сана. — И что же за тема тебе досталась? Как с научной точки зрения поиметь Чон Уена? Или как ролевые игры влияют на половую активность партнеров? Или же, тебе дали тему о минусах и плюсах онанизма, то есть удовлетворения полового инстинкта путем раздражения половых органов? Если да, то статья у тебя выйдет искусная! Хон еле договорил, сдерживая подступающий приступ истерического смеха. Но собеседник на удивление молча ждал, пока Хонджун закончит ехидничать. — Ты почти угадал, Ким. Моя тема звучит как «Секс как наука: факты об удовольствии». И я действительно утру тебе нос этой статьей, уважаемый мой. А у тебя какая тема? Хонджун монотонно зачитал тему статьи, добавив в конце томный вздох, обозначающий недовольство. — Вот как.. Это ведь довольно интересно! — Я не знаю, как я буду писать про то, во что сам не верю. Ты же веришь в удовольствие и секс, и будешь писать, основываясь на собственном опыте, закрепляя это научно доказанными фактами. — Нуу, знаешь. Бабушка моей прабабушки видела вещий сон. Он действительно сбылся… — Да? И что же ей снилось? – немного приободрившись, спросил Ким. — То, что её упекут в психиатрическую больницу. И ведь, правда всё так и случилось. После этого разговора, скептицизм Хонджуна только вырос. Приняв контрастный душ, парень долго лежал, уставившись в потолок, и всё-таки сумел уснуть в своей одинокой постели. — Нам нужно выбраться из этого леса, милый. – Настаивал всё тот же мальчик с большими добрыми глазами. Он взял Джуна за руку, и повел через лес, попутно переплетая пальцы в замок. Но не для того, чтобы Хон не смог вырвать свою руку, а для того, чтобы подарить ему своё тепло. Они шли очень долго, но пейзаж всё никак не менялся. Начала наступать ночь, холодная и страшная ночь. Крики ворон отзывались леденящим звоном в ушах, а рука в его руке, сжалась крепче. Где-то рядом послышался волчий вой. — Хонджун, мне так страшно! – молодой человек заплакал, и из его больших глаз покатились хрустальные слезы. Ким проснулся, так как что-то заставило его тело резко вздрогнуть. Обнаружив, что он проспал почти до самого вечера, он не нашел ничего лучше, чем окунуться в работу с головой, в попытке не думать о ночных кошмарах. Спустя пол года его кропотливой работы над статьей, она уже была напечатана в Рождественском выпуске журнала. В преддверии праздника, Хонджун пошёл выгуливать своё новенькое чёрное пальто. Главные улицы усыпаны людьми, которые бегают из магазина в магазин, пытаясь найти самый лучший подарок. Хон устремляет свой взгляд человека, и когда он скрывается из вида, Джун выбирает новую жертву для наблюдений. Такой жертвой стал и темноволосый мальчик в бежевой дубленке, внимательно рассматривающий витрину магазина детских игрушек, своими большущими глазами, так широко распахнув их, будто он видит этот мир в первый раз. Изумившись этим милым зрелищем, Хонджуну стало интересно, что же так сильно заинтересовало юношу. Подойдя к нему ближе, он готов был провалиться сквозь землю– это ведь главный герой его снов, приходящий к нему исключительно ночью, пытаясь вывести из этого проклятого леса вот уже на протяжении полугода. Парень, заинтересовавший Джуна, наблюдал за игрушечным паровозиком, который неспешно передвигается по рельсам, проложенным по всему магазину. У него было много вагонов, из окошек которых светил теплый свет, а из трубы, как и у настоящего паровоза – валил пар. Молодой человек представлял того, кто мог бы сейчас находиться в этом паровозике, придумывал им имена, внешность, характеры. Продумал абсолютно всё, вплоть до цели поездки и места назначения. Из раздумий его вывела тёмная высокая фигура, приблизившаяся к нему. Если бы не отражение незнакомца, внезапно появившегося так близко, он бы не заметил, то, как выпал из реальности. Пока темноволосый был околдован волшебством Рождества, Хон выиграл немного времени, для того, чтобы отойти от шока. — Это же вы! – Джун развернул незнакомца к себе лицом, взяв за локоток. — Я? – испуганно спросил тот, будто что-то натворил. — Вы! Точно вы! – твердил Хонджун, становясь всё увереннее в своих словах, проговаривая их вслух. — Я? А что я? — Вы снитесь мне каждую ночь! — Быть такого не может, я вас совсем не знаю. — Как вас зовут? — Сонхва, Пак Сонхва. — Вы всё время звали меня во сне, звали по имени. Но вашего имени вы никогда не называли. — А вас как зовут? — Хонджун. — Что ж, Хонджун, так красиво ко мне ещё не подкатывали на улице. — Это не подкат! Это чистая правда! Хотите верьте, хотите нет, но я вас так просто теперь не отпущу! Сонхва не успел возразить, как Хон потащил его пить глинтвейн к себе домой. Пообщавшись неделю, молодые люди нашли много общего, например то, что оба одиноки. Поэтому, когда Хонджун предложил Хва провести Рождественскую ночь вдвоём, тот не думая согласился. В ночь Рождества Сонхва с Хонджуном обменялись подарками, и каково было удивление обоих, когда они подарили друг другу одинаковые свитера. —Сонхва… Только ты сможешь вывести меня из этого леса одиночества и страданий..