Путь служанки или Послушная девочка Смолдер

Смолдер медленно подошла к двери, держа перед собой поднос, и, слегка пригладив на голове гребень, взялась за ручку, войдя в просторный полутемный зал, который напоминал ей библиотеку в Школе Дружбы, где также как и здесь всюду стояли книжные полки, а на стенах висели портреты с величественными пони и грифонами. Повернув голову, она посмотрела в дальний конец зала, где находился широкий камин с придвинутыми к нему креслами и, издав глубокий вдох, направилась в ту сторону, стараясь не сильно раскачивать поднос, на котором у нее стояла вазочка для конфет и свежезаваренный чай, что она приготовила своей хозяйке. «Хозяйка», – мысленно повторила дракон, чувствуя от этого слова прилив радости и наслаждения. Она очень любила свою хозяйку и хотела во всем ее слушаться. В конце концов, она была ее преданной служанкой и должна была в точности исполнять все ее пожелания. На секунду остановившись, Смолдер посмотрела вниз, придирчиво разглядывая свой наряд горничной, который состоял из небольшого черного платьица, чулков и белого фартука. Она хотела убедиться, что ее юбка нигде не помята, а бантик на шее висит ровно. Хозяйка очень не любила, когда Смолдер появлялась перед ней растрепанной, и дракониха тщательно следила за своим внешним видом, чтобы никогда ее не разочаровывать. Убедившись, что все выглядит безупречно, Смолдер продолжила идти к камину и, вплотную подойдя к одному из кресел, приветственно села, приподняв край своей юбочки. – Госпожа, – с улыбкой произнесла дракониха. – Я принесла ваш чай. – Ну наконец-то, Смолдер, сколько можно тебя ждать? – произнесла сидевшая в тени кресла кобылка, которая слегка подалась вперед и посмотрела на служанку. – Извините, госпожа, я знаю, что задержалась. Дело в том, что когда я готовила вам чай, печь на кухне потухла, и мне пришлось сходить за дровами, чтобы заново ее разжечь, – с легким румянцем отозвалась дракониха, чувствуя себя виноватой оттого, что хозяйка была ею недовольна. – Ясно. Надеюсь, ты хотя бы сделала его таким как я люблю? – О, разумеется, госпожа. Я сварила ваш любимый ромашковый чай и слегка остудила его, чтобы он не обжег вам губы. – Молодец, Смолдер, ты хорошая девочка, – довольным голосом отозвалась кобылка, вызвав у драконихи прилив радости, который она испытывала всякий раз, когда ее хвалили. Поставив поднос на кофейный столик, она взяла чайник и чашку и стала наливать своей хозяйке чай. – Эй-эй, держи чашку ниже, а локти слегка опусти. И не наклоняй так резко чайник. Ты же не хочешь меня обрызгать, верно? – осуждающе произнесла кобылка. – Что вы, хозяйка, я бы никогда так не поступила, – поспешно произнесла Смолдер, делая как ей сказали. Она очень не хотела огорчить свою госпожу и все же испытывала небольшое удовлетворение оттого что та ее поправила. Ведь дракониха просто обожала, когда ей приказывали и говорили что надо делать. Тут она почувствовала, как край ее юбочки начал медленно подниматься вверх. Слегка повернув голову, она увидела позади себя мерцающее облачко телекинеза. – В чем дело, Смолдер? Тебя что-то смущает? Или ты не хочешь, чтобы я смотрела на твои трусики? – со смешком спросила хозяйка. – Что вы? Конечно же нет, госпожа. Я принадлежу вам, и вы вправе делать со мной все, что захотите, – краснея, сказала дракониха, тут же отворачиваясь и продолжая сервировать чай пока ее хозяйка задирала юбку и любовалась ее шелковым бельем. Потом Смолдер почувствовала, как по ее ноге заскользило копыто, стремительно поднимаясь вверх. Она закрыла глаза и томно вздохнула. Ох, как же она любила, когда хозяйка ее трогала. – Прошу, госпожа, ваш чай готов, – наконец произнесла служанка, закончив с сервировкой. – Молодец, Смолдер, я очень довольна тобой. – Спасибо, госпожа, для меня большая честь служить вам. А теперь, с вашего позволения, я бы хотела пойти и приготовить вам спальню, – сказала дракониха и, отвесив низкий поклон, приготовилась выйти из зала, но тут почувствовала, как ее лапы коснулась нежная волна телекинеза. – Подожди, дорогая. В спальню мы можем сходить и позже, а сейчас я бы хотела отблагодарить тебя за проделанную работу, – произнесла кобылка, делая ударение на слове "мы". – Уверяю вас, госпожа, это совершенно излишне, – от волнения сложив лапы перед собой, сказала Смолдер. – Ваша благодарность уже высшая награда для меня. – Это верно, но я считаю, что ты заслуживаешь большего, – заявила кобылка и, магией притянув к себе дракониху, посадила ее рядом. – А еще, что от этой награды ты точно не откажешься. Она нежно обхватила шею Смолдер и та почувствовала теплоту ее дыхания. – О да, хозяйка, эту награду я жду уже очень долго, – мечтательно прошептала Смолдер, готовясь ощутить сладкий поцелуй на своих губах.

***

Внезапно где-то за окном запел петух. Смолдер открыла глаза и, непонимающе моргнув, посмотрела на улицу, где начинало помаленьку светать. Поглядев на будильник, стоявший возле нее на тумбочке, она тут же его отключила, чтобы он не разбудил ее соседку по комнате – Оселлус, которая в отличие от нее не просыпалась в такую рань и не ходила по утрам на школьный стадион, чтобы потренироваться. Сев на кровати, юная дракониха с удовольствием потянулась. «Ух, опять этот сон, как же он мне надоел», – подумала она, вспоминая тот абсурд, что ей снился. Прикрыв рот лапой, Смолдер приглушенно зевнула, и уже хотела было встать и выйти из комнаты, но тут почувствовала у себя промеж ног что-то липкое. – О нет, только не это, – смущенно прошептала она, откидывая в сторону покрывало и разглядывая свои ляжки, которые блестели от смазки. – Я снова кончила. Осторожно выбравшись из постели, она посмотрела на свою соседку, которая все еще мирно посапывала и, укрывшись одеялом, на цыпочках направилась в сторону ванной комнаты. Закрыв за собой дверь, Смолдер с ужасом посмотрела на свое отражение. – Ох, как же мне стыдно. Я опять утратила над собой контроль. И все из-за этих дурацких снов, которые преследуют меня каждую ночь, – сердито произнесла она, включая душ и быстро забираясь в него, чтобы подмыться. Все это началось три дня назад, когда она впервые увидела тот безумный сон, где в образе горничной прислуживала какой-то неизвестной пони. Она не знала, кто это такая, и даже не помнила ее лица, но во сне она всегда испытывала к ней непреодолимое влечение и желание во всем ее слушаться. И это было ужасно! Для дракона желание кому-то служить считалось страшным позором, и Смолдер никак не могла понять, как же она дошла до таких постыдных фантазий. Да, ей, конечно, нравились милые вещи, такие как платья, бантики и изысканные манеры, но чтобы так резко перейти от платьев к желанию кого-то слушаться… нет, это было немыслимо! – Наверное, все дело в этом месте, – вслух рассуждала она, обильно натирая свои чешуйки мылом. – Здесь все слишком добрые и услужливые. Вот я и начала перенимать всякие глупости. Но я не такая. Я дракон! Сильный и неукротимый дракон! И никому не должна подчиняться. Особенно пони. Она вновь вспомнила кусочек своего сна, желая усилить негодование. Как она носила наряд горничной, сервировала чай и как хозяйка… трогала ее. Смолдер громко вздохнула. Стоило ей вспомнить о том, как та прикасалась к ней и пробовала поцеловать, и ее тело тут же обмякло и слегка потеплело. Она непроизвольно замерла и почувствовала, как ее лапа сама собой тянется к ее расширившейся дырочке. – Нет! Сейчас же прекрати! – тут же одернула она себя, отчаянно борясь с искушением, которое никак не хотело ее покидать. Теплое прикосновение госпожи, ее глаза, жар идущий от ее губ. – Госпожа, – тихо простонала Смолдер, и ее лапа вновь оказалась в опасной близости от хвоста. Несколько секунд посопротивлявшись, она наконец сдалась и словно зачарованная погрузила два пальца себе в щелку, принявшись быстро ими двигать, представляя, что это делает хозяйка. Следующие пару минут дракониха энергично мастурбировала, пока не почувствовала как по ее пальцам потекла смазка. – О да, – с наслаждением прошептала она, раскрасневшаяся вставая на колени. Из ее рта вырвался небольшой язычок пламени, который тут же погас под струйками воды. «Молодец, Смолдер, ты хорошая девочка», – где-то в мозгу раздался голос хозяйки. – Спасибо, хозяйка, – закрыв глаза, тихо промурлыкала дракониха. – Эй, Смолдер, ты там? Можно мне войти? – вдруг услышала она за дверью голос Оселлус. – Нет! – испуганно воскликнула дракон, заставив свою подругу громко ойкнуть. – В смысле, одну минутку, я уже почти закончила и сейчас выйду, – тут же прибавила она, поспешно выключая душ и накидывая на себя полотенце. Плотно обернувшись в него, она подошла к двери и запустила в ванную свою сонную соседку. – Ну все, можешь идти умываться, – сказала Смолдер. – Спасибо. И прости, что напугала тебя, – тут же извинилась чейнджлинг. – Напугала? Меня? Ха, ну что за вздор?! – тут же беззаботно произнесла Смолдер. – Я просто так увлеклась чисткой своих чешуек, что совсем позабыла, что живу здесь не одна. – Понятно, – кивнула Оселлус. – Ну а сейчас ты пойдешь на стадион? – Само собой. Я люблю хорошенько размяться. Это помогает мне немного расслабиться перед тем как целый день сидеть в душных классах и слушать скучные лекции наших преподавателей, – потянувшись, заявила Смолдер. – Ну не знаю, а мне они кажутся интересными, – возразила чейнджлинг. – Конечно, ведь ты же у нас вся такая прилежная ученица. Все задания делаешь, лекции никогда не пропускаешь. Клянусь, если бы я не видела тебя и директора Твайлайт в одном месте, то решила бы, что вы с ней – это одно лицо. – Что ж, буду считать это комплиментом, – сказала Оселлус, подходя к раковине и доставая зубную щетку. – Ага, как скажешь, – отмахнулась Смолдер, приготовившись покинуть комнату. – Кстати, профессор Рэрити, попросила меня сегодня сходить к ней класс и забрать оттуда пару коробок с тканями, которые нужно отнести в ее бутик. Ты мне не поможешь? – Ну не знаю. Идти в бутик, – с легким румянцем сказала Смолдер, решив для вида немного поупираться, хотя на самом деле очень хотела там побывать и посмотреть на красивые платья. – Это ведь так далеко. Может, попросишь кого-нибудь еще, скажем, Галлуса или Йону? – Просила, но Галлус сегодня будет весь день помогать профессору Дэш, а Йона сказала, что в обед к ней приедут родственники. У других тоже есть свои дела, так что ты единственная, у кого я еще не спрашивала. Оселлус умоляюще посмотрела на подругу. – Прошу, кроме тебя мне больше не к кому обратиться. – Ох, ну ладно, – с притворным вздохом согласилась Смолдер. – Я помогу тебе с этими тканями. Но не больше. Если вдруг выяснится, что мне придется делать что-то еще, я тут же улечу, поняла? – Конечно, спасибо тебе огромное! – радостно произнесла чейнджлинг обнимая дракониху, которую это немного смутило, особенно после того, что с ней было в душе. – Ну все, хватит. Не люблю я эти понячьи нежности, – высвободившись, сказала Смолдер. – Я просто помогу тебе отнести коробки. Так что незачем меня тискать. А теперь, если ты не против, я полечу тренироваться. И открыв дверь спальни, она вышла в общий коридор.

***

– Вот, профессор Рэрити, мы принесли ваши ткани, как вы и просили, – сказала Оселлус, когда они вместе со Смолдер пришли в бутик «Карусель» с несколькими крупными коробками, доверху нагруженными рулонами с тканью. – Ох, спасибо вам, девочки, вы меня очень выручили, – поблагодарила их белая единорожка, открывая одну из коробок и извлекая оттуда нежно-зеленую ткань. – Да, это именно то, что мне нужно, чтобы закончить свою новую весеннюю коллекцию. – Не за что, профессор Рэрити, мы всегда рады помочь вам, – сказала чейнджлинг. – Верно, Смолдер? – Ага, нас изумрудами не корми, дай только кому-нибудь помочь, – не очень-то искренне отозвалась дракон, которой пришлось нести большую часть этих коробок. – Кстати, я как раз сейчас работаю над одним из будущих нарядов. Хотите посмотреть на него? – спросила пони, убирая ткань обратно и поднимая коробку телекинезом. – С удовольствием, профессор Рэрити, – охотно согласилась Оселлус. – А ты что скажешь, Смолдер? – спросила у драконихи единорожка. – Нет, спасибо, – отмахнулась та. – Мне это не интересно. – Ой, да брось, ведь тебе же нравится носить пла… – хотела было сказать Оселлус, но резкий толчок от Смолдер заставил ее замолчать. – Ш-ш-ш, – зашипела она. – Извини, – болезненно поморщившись, сказала чейнджлинг. О том, что Смолдер любит носить платья, знали лишь ее друзья и парочка родственников, и она не спешила рассказывать об этом кому-нибудь еще. Особенно учителям. – Ну хорошо, тогда подожди нас тут, а мы пока сходим наверх, – сказала Рэрити, вместе с Оселлус поднимаясь на второй этаж. – Ага, можете не спешить, – ответила Смолдер, довольно потирая лапы. Впервые за долгое время у нее появилась возможность пройтись по бутику «Карусель» и полюбоваться на красивые платья, надетые на манекены. Тем более, пока ее никто не видел она могла ненадолго выйти из образа дерзкой и крутой драконихи и немного помечтать о том, как она носит все эти изумительные наряды и как ею восхищаются окружающие. – Да, моя дорогая, я тоже очень рада, что вы смогли прийти на мой праздник, – разглядывая красивое голубое платье с лентами, сказала Смолдер, представляя себя хозяйкой на балу, и подбоченившись стала прогуливаться по кругу, разговаривая с невидимой собеседницей. – Что? Вам нравится мой наряд? О, благодарю. Я заказала его у одной известной модельерши из Понивилля специально для этого случая. И хотя у меня и так очень много платьев для торжественных мероприятий, я никогда не упускаю возможности приобрести себе что-нибудь новенькое. Хи-хи, спасибо. Вы точно знаете, как сделать комплимент. Кстати, а вы слышали о том, что… Тут она замолчала, когда заметила что подошла к манекену, на котором было надето короткое платье горничной. Оно было невероятно красивым, с белым фартуком, длинными чулками и очаровательной черной юбкой, а сверху на голове у манекена был надет милый чепчик. – Нет, только не это, – покраснев, прошептала Смолдер, не в силах оторвать от него взгляд. Сон, о котором она уже успела позабыть, вновь всплыл в ее памяти, и она невольно подошла ближе, принявшись любоваться этим нарядом, представляя, как она расхаживает в нем с метлой, пока хозяйка говорит ей, что надо делать. «Нет-нет, дорогая, стой прямо, ты же не хочешь, чтобы я в тебе разочаровалась?» – раздался у нее в голове пленительный голос. – Нет, хозяйка, – прошептала Смолдер, выпрямляя спину. «Молодец, хорошая девочка». – Спасибо, хозяйка, – словно в трансе произнесла дракон, испытывая приятную теплоту в груди, которая медленно стала расползаться по всему ее телу, а лапы снова потянулись вниз. – Что? Понравился наряд? – вдруг произнес совершенно другой голос, и Смолдер, испуганно вздрогнув, увидела возле себя Рэрити, позади которой стояла Оселлус. – Эм, н-нет, я просто… эм… просто смотрю, – заикаясь, произнесла дракониха, застигнутая врасплох, и тут же попыталась сменить тему: – А зачем вы сшили его? Ведь это же одежда горничной, и ее не носят на улице. – Верно, дорогая. Этот наряд я сделала на прошлой неделе по заказу одной влиятельной дамы из Кантерлота, которая решила приобрести у меня что-нибудь изящное и привлекательное для своих служанок. И если этот образец ей понравится, она купит еще дюжину таких, – ответила единорожка. – Кстати, если захочешь, я могу сшить еще один специально для тебя. – Что?! О нет, не надо. Мы – драконы не любим носить одежду. Особенно такую… откровенную, – краснея, произнесла Смолдер. – Ого, вы только посмотрите на время! Мне уже давно пора бежать, чтобы сделать эти… ну… свои дела. И, сказав это, она выскочила из бутика и, расправив крылья, улетела прочь. – Что это с ней? – спросила Рэрити. – Не знаю, профессор, – пожала плечами Оселлус. «Да что же со мной сегодня происходит? – тем временем, думала Смолдер. – Я словно с ума схожу! Мне не должны нравиться наряды служанок, и я не должна хотеть кому-то подчиняться. Ух! Это все те сны! Мне надо как-то от них избавиться! Может, в аптеке Понивилля найдется что-нибудь, чтобы их прогнать? Да, точно! Слетаю-ка я туда и куплю себе какое-нибудь лекарство против этих снов!»

***

– Спокойной ночи, Смолдер, – поздним вечером сказала Оселлус, откладывая в сторону книгу и выключая лампу у себя на тумбочке. – Спокойной ночи, Оселлус, – ответила дракон, положив в рот пару капсул с волшебным лекарством и запивая их водой. В аптеке Понивилля сказали, что они помогут ей контролировать сны и видеть лишь то, что она захочет. «А это значит, что этой ночью мне больше не придется ходить в наряде горничной и наливать кому-нибудь чай, – зевнув, подумала она, опуская голову на подушку и закрывая глаза. – Сегодня я наконец-то увижу нормальный сон дракона, а наутро проснусь как никогда бодрой. Да, все будет в порядке». Она еще немного полежала, размышляя о том, как победила свой странный недуг и через пару минут заснула, принявшись тихо похрапывать.

***

Словно смертоносный вихрь Смолдер пролетела над деревенькой, где жили яки, и своим огненным дыханием подожгла несколько соломенных крыш. Она больше не была такой малышкой как прежде, а стала страшной и неукротимой драконихой, которая по размеру была больше горы. Яки попытались ее остановить, метая в нее копья, которые лишь беспомощно отскакивали от ее непробиваемой чешуи. – Ха, жалкие глупцы! Ни одно копье не в силах мне навредить! – насмешливо прорычала она, разворачиваясь в небе и вновь направляясь к деревне. Разумеется, Смолдер не хотела никому причинять боль ни в жизни, ни даже во сне, но после тех постыдных фантазий она была так рада, что увидела что-то новенькое, что не стала сопротивляться всему происходящему и в образе огромной драконихи принялась терроризировать небольшие деревеньки, как это делали ее предки в старину. – Да! Как же я счастлива! – схватив с улицы повозку и запустив ее вдаль, захохотала она, готовясь приземлиться на площадь и вступить в битву с защитниками деревни, что на трясущихся ногах вышли ей навстречу. – Ну я с вами позабавлюсь. Вы и понять не успеете, как я вас уничтожила, – как хищница оскалилась она, но тут где-то неподалеку раздался знакомый чарующий голос: – Ай-ай, Смолдер, ты ведешь себя очень нехорошо, и твоей хозяйке это не нравится. Неужели ты подумала, что эти таблеточки тебя спасут? – Нет, только не это, – испугалась дракон. – Я не для того воспитывала тебя, чтобы ты потом ушла. Твое место не здесь, а у моих ног. Ты должна служить мне и подчиняться. – Да, хозяйка, – послушно произнесла Смолдер, почувствовав знакомый прилив покорности и смирения, которые делали ее очень счастливой. – Вот и молодец, хорошая девочка. А теперь спустись на землю и подойди ко мне, – приказала хозяйка, и Смолдер увидела на холме неподалеку знакомую кобылку. Приземлившись возле крохотной фигурки, закутанной в длинный дорогой плащ, дракониха послушно приблизилась к ней, сложив за спиной крылья. – Хорошо, а теперь надень это, – приказала хозяйка, поднимая вверх большой ошейник, который идеально подходил для шеи Смолдер. – Н-но… – засопротивлялась дракон. – Я не думаю, что мне стоит… – Ты что, хочешь ослушаться меня? – спросила кобылка. – Нет, хозяйка. – Тогда надень его. Отбрось непослушание и прими свой путь. Смолдер все еще недоверчиво смотрела на ошейник. – Ну же, не бойся, – заботливо произнесла кобылка. – Он такой милый и красивый, а еще, – она повернула его набок, – на нем выгравировано твое имя. Он же тебе нравится, правда? – Да, хозяйка, – согласно кивнула дракониха, невольно испытав восторг при виде собственного имени, которое словно манило ее и говорило, что это ее судьба. – Тогда надевай. Порадуй меня, – сказала кобылка, протягивая его Смолдер, и та послушно просунула в него голову. И тут же из большой и страшной драконихи она стала прежней малышкой-драконом, одетой в платье горничной. – Да. Вот так. Я знала, что ты меня не разочаруешь, – приобнимая ее, сказала хозяйка, цепляя к ее ошейнику поводок. – А теперь идем, ты должна вернуться к своим обязанностям. И если будешь меня слушаться, я тебя отблагодарю. Она засунула свое копыто ей в трусики. – Да, спасибо вам, хозяйка, – со счастливой улыбкой на лице сказала Смолдер, послушно следуя за ней к возникшему на горизонте величественному замку. И пока они шли, где-то в глубине ее разума промелькнула мимолетная мысль: «Ну вот, опять!»