Увидь меня во тьме...

Утром Феликс не обнаружил Лёши рядом с собой. Он встал с кровати и поплелся в сторону душевой. Глаза не хотели открываться, поэтому парень принял решения постоять под прохладной водой, заодно и умыться. Он взялся за ручку двери, та оказалась открыта. Феликса смутило то, что оттуда шёл пар. Он поднял глаза и увидел Лёшу, явно удивленного и немного засмущавшегося. Феликс, как только понял, что произошло, моментально захлопнул дверь и уже из комнаты извинился перед Лёшей. — Все нормально, не извиняйся. — Раздался из душевой голос Лёши. — В-все равно, прости! — Феликс залился краской, из-за сильного волнения акцент был хорошо слышен. Через несколько минут Лёша вышел. Несмотря на прохладу в комнате, на нем был только полотенец, обмотанный вокруг пояса. Волосы, хоть и были мокрыми, уже начали завиваться. Феликсу до сих пор было стыдно, он опустил глаза: — Ты же не злишься? — Поинтересовался он. — Нет, конечно же. Ты чего так реагируешь? — Лёша присел рядом. — Н-ничего… И вообще, иди оденься! Из-за тебя вся кровать будет мокрой! — Феликс вытолкал Лёшу в коридор, повернув его в сторону комнаты 315. Лёша пожал плечами сам себе и зашёл в свою комнату. Там он надел джинсы и толстовку, вернулся обратно к Феликсу. Он встряхнул волосами, специально обрызгав парня с ног до головы. Тот лишь возмущённо шикнул и протёр очки от капель, от чего на краю футболки появилось пару мокрых пятнышек. Парень надел очки обратно и полным серьёзности взглядом посмотрел на Лёшу. Тот ответил вопросительным взглядом в ответ. — Может будешь жить здесь? — Феликс пристально смотрел в ядовито-зеленые глаза парня. Лёша поперхнулся воздухом, закашлялся. — Я не против. — Он обнял Феликса принялся готовить обоим кофе, так как они до сих пор не завтракали. В свою очередь, Феликс разогревал молоко, чтобы заварить в нем пакетики овсянки с клубникой. Завтрак вышел сытным, кофе взбодрило обоих. Овсянка оказалась сладкой и без добавления сахара. Феликс немного поморщился: сладкое ему не очень нравилось. Лёша взял это на заметку. Феликс почти доел свою кашу, но был не в силах опустошить даже маленькую пиалку с овсянкой. Он отодвинул её от себя, запивая приторный вкус горьким кофе без сахара. Лёша удивлённо посмотрел на парня и проглотил последнюю ложку его любимой каши. Он взял тарелочки и поставил их в раковину. Мыть посуду было лень, поэтому он просто залил их водой, чтобы мелкие остатки овса не присохли намертво. Идти куда-то не хотелось, дождь барабанил по окну, говоря, что выходить не стоит. Из-за плотных туч в комнате, да вообще на улице, было достаточно темно, несмотря на одиннадцать часов утра. Сверкнула молния, через пару секунд послышался гром. От неожиданности Феликс вздрогнул, сильнее вжавшись в объятья Лёши. — Ты чего? — Спросил тот, посмотрев на Феликса, глаза которого медленно наполнялись слезами. — Боюсь гроз. — Прошептал парень. Лёша ничего не сказал, лишь поглаживал Феликса по спине, успокаивая его. Он вытер слезы с белоснежного лица парня и кратко поцеловал его в губы. Оба улыбнулись и продолжили смотреть сериал. Телефон Феликса завибрировал. Тот поднял трубку: — Алло? «Buon giorno. Augusto gentile è tuo padre?» (Добрый день. Аугусто Джентиле ваш отец?) Раздался незнакомый голос из трубки. — Sì. (Да) — Ответил Феликс. В его голосе слышались нотки презрения и страха. «Sono la polizia. Chiamiamo per informarti che tuo padre è stato trovato morto a casa sua.» (Это полиция. Мы звоним сообщить, что ваш отец был найден мертвым в своем доме) — Come è successo? (Как это произошло?) — Холодно спросил парень. Он поглядывал на Лёшу, который всем видом показывал, что ему не терпится узнать, что происходит. «Commettere suicidio. Impiccarsi.» (Совершил самоубийство. Повесился.) — Cosa devo fare? (Что мне нужно делать?) — Все также холодно спрашивал Феликс. Его лицо не выражало ничего. В глазах читалась одновременно радость и печаль, хоть он всей душой ненавидел своего отца. «Devi venire. Altri parenti hanno rifiutato, devi organizzare un funerale.» (Вам нужно приехать. Остальные родственники отказались, Вам нужно организовать похороны.) Феликс расширил глаза и посмотрел на Лёшу полным страха взглядом. Сказав полицейскому что-то, он положил трубку. Руки парня тряслись, в глазах читался страх. Не просто страх, а будто перед смертной казнью. Он продолжал смотреть на Лёшу, который не понимал, что происходит. По лицу Феликса скатилась первая слеза, затем вторая, третья. Вот уже он в истерике, не может ничего сказать, все слова спутались, речь превратилась в смесь заикания, русского и итальянского. Лёша прижал парня к себе, гладил по спине. — Т-ш-ш. Успокойся, я здесь. Что бы ни случилось, я буду рядом. Слышишь? Я буду рядом. — Лёша покачивался, успокаивая парня. Феликс продолжал плакать. Довела его не новость о кончине отца, а то, что нужно возвращаться в ненавистный ему дом, устраивать похороны, на которые нет денег, видеть лица гадких родственников, которые отказались оплачивать погребение, но обязательно придут туда, чтобы показать, мол, какие они хорошие, выслушивать нотации и соболезнования от них и стоять рядом этими мерзкими людишками, которые готовы на все, чтобы выставить себя в лучшем свете. Прошло двадцать минут, Феликс начал успокаиваться, речь становилась более понятной. Парень поднял голову, посмотрел красными глазами на Лёшу. — О-отец умер. Нужно ехать…т-туда, домой. — Парня по-прежнему трясло. Лёша поглаживал его предплечья, пытаясь окончательно привести его в порядок. — Но мы же вернёмся? — Мы? — Удивился Феликс. Он подумал, может, Лёша ошибся, перепутал слова или что-то в этом духе. — Мы. — Подтвердил Лёша, — Ты думал, я тебя одного отправлю домой? Лёша продолжал гладить Феликс по спине, рукам, голове. Постепенно истерика парня сошла на «нет» и он смог нормально объяснить, что нужно похоронить отца; что все отказались от этого, и что его родственники обязательно придут на похороны. Лёше не было страшно, он не волновался за билеты, за оплату процесса похорон и так далее. Он просто хотел быть с Феликсом в трудную минуту его жизни. Парень лёг на кровать, Феликс последовал его примеру и уткнулся лицом в его грудь. Лёша обнял его. Никто не проронил ни слова. Через пару минут послышалось сопение; Лёша слегка отстранился, поглаживая Феликса по голове. Он спустился ниже, так, чтобы его лицо находилось на одном уровне с лицом парня. «За что тебе всё это?..» — Подумал Лёша. Он рассматривал уснувшего парня, где-то внутри поднималась злость на всё: на отца, который издевался над Феликсом, на родственников, которые забили на него, на то, что все это время он не мог быть рядом, потому что, попросту, не знал его. Он хотел быть с ним в момент смерти его матери, хотел защищать его от издевательств отца, может даже, сверстников. Злость закипала в нем, пыталась вырваться наружу, но смотря на мирно спящего парня, Лёша моментально остывал. Он не хотел, чтобы его мальчик испытывал ужас, страх, не хотел, чтобы он видел злость, не только самого Лёши, но и людей вокруг. Парень провел кончиками пальцев по веснушчатому носу, вытер следы от слез с щёк Феликса. Он взял телефон, открыл сайт покупки билетов. Глаза на лоб полезли от высоких цен. Парень тихо встал, чтобы не разбудить Феликса, аккуратно закрыл за собой дверь и направился в свою комнату. Там он открыл телефонную книжку и набрал какой-то номер. Пару гудков, трубку взял мужчина сорока лет. «Алло?» — Донеслось из трубки. — Привет, дядь Коль, как дела? Как жизнь? — для приличия поинтересоваться Лёша. Как-никак полтора года не общались. «Да потихоньку. Ты как?» — Тоже. Я это…с просьбой звоню тебе. Мне и моему…другу срочно нужны билеты в Италию на пару дней. Я бы и сам купил, только цены «выше крыши». Сможешь помочь? Я, если что, в долгу не останусь. Позарез нужны. «Всё настолько срочно? Ладно. Я попрошу знакомого, он достанет билеты в полцены, не меньше. Что хоть произошло?» — Николай немного занервничал. Как тут не нервничать, если племянник ни с того, ни с сего звонит, просит билеты найти. — Как все разрешится, я обязательно расскажу. Сейчас, главное, билеты найти. — Лёша ходил по комнате взад-вперед, накручивал золотистые волосы на пальцы, кусал губы. «Ладно-ладно. Я тебе позвоню, как найду билеты.» — Отлично. Спасибо огромное. — Лёша попрощался и положил трубку. Он снова тихо направился в, ставшую такой родной, комнату 312. Он тихо открыл дверь, зашёл. Феликс продолжал спать. Лёша аккуратно лёг рядом, продолжая наблюдать, наслаждаться спящим чудом. Феликс хотел уткнуться в Лёшу, помешали очки. Блондин снял их с парня, положил на тумбу. Из-за отсутствия очков, волосы Феликса упали ему на глаза. Лёша заправил их за ухо, открыл шрам; он, почти не касаясь, провел кончиками пальцев по бледно-розовому следу. Феликс открыл глаза, все ещё красные, после инцидента час назад. — Все нормально. Можешь ещё поспать. — Прошептал Лёша. Феликс усмехнулся. — Да как тут спать, когда ты меня лапаешь. — Губы парня растянулись в улыбке, оголив белоснежные зубы. Лёша слегка покраснел. Как тут не смутиться. — Я не лапал тебя. — Парень отвёл взгляд. — Нет, так нет. — Феликс поднялся, притянул ноутбук к себе, поставив его на колени. Он свернул вкладку с сериалом и открыл новую. В поисковике он ввёл «Билеты в Италию дёш…» Парень не успел допечатать, Лёша положил руку на клавиатуру и отрицательно покачал головой. — Я уже договорился. Мой дядя позвонит, как найдёт билеты. Конечно же, не даром. Максимум в пол цены. — Зачем ты звонил? Я бы сам справился. — Феликсу было то ли стыдно, то ли неловко за то, что кто-то другой, чужой, помогает справиться с проблемами. — У него есть друзья. Влиятельные друзья. Я бы и не звонил ему, если бы не они. — С-спасибо. — Феликс крепко обнял парня, запустив руку в его волнистые золотые волосы.

***

Раннее утро, ещё нет шести часов. Телефон Лёши громко вибрирует. Тот вяло поднимает трубку. — Алло? «Извини, что так рано. Мой знакомый нашёл билеты на 22 июля.» — Сколько стоят? — Лёша встал, отошёл от кровати, где спал Феликс. «5000 каждый. Это минимальная цена, дешевле нигде нет.» — Господи! Огромное тебе спасибо! «Можешь подъехать, забрать их через полчаса? Позже я уезжаю на неопределённый срок.» — сообщил дядя. — Да, конечно. Куда? — дядя сообщил адрес. На удивление, это было довольно близко. Лёша оделся, украдкой поцеловал парня в щеку и ушёл. Он решил прогуляться, ведь идти всего пару кварталов. Через двадцать минут он был уже на месте, следом подъехал чёрный джип, оттуда вышел Николай. Он протянул два билета, той же рукой забрал десять тысяч, которые Лёша заранее зажал в ладони. — Ты так вырос. — подметил дядя. — Ха-ха. Ничего, вроде, не изменилось. А вот тебе идут усы, долго растил? — Поинтересовался парень. — Год. Все никак не мог нормально уложить их, психовал и сбривал. — дядя горделиво закрутил кончики усов и улыбнулся, — Ой, уже почти семь. Я поехал, не хватало ещё, чтобы опоздал. Пока. Николай сел в машину, опустил стекло и помахал рукой. Тем же ответил и Лёша. Дядя уехал, а парень развернулся и пошёл обратно. Возвращался он немного быстрее, чем шёл на встречу. Лёша тихо закрыл за собой дверь. Феликс продолжал спать. Парень поставил турку на плиту, засыпал кофе и залил водой. Тоже самое сделал и второй раз. От аромата кофе Феликс проснулся. Он потёр глаза, волосы торчали в разные стороны. — Ты такой смешной. — Лёша подошёл, зачесал рыжие волосы парня назад, — Так хотя бы не торчат. Феликс в ответ хмыкнул и пошёл умываться. Вернулся через минуту. — Пей, пока не остыл. — Лёша поставил чашку на стол перед парнем. Тот отсербнул немного и зашипел. Видимо, было слишком горячо, — Осторожней. Лёша сел рядом, кинул пару кубиков сахара в свою чашку. Кофе, действительно, оказался очень горячим. — У меня для тебя сюрприз. — С улыбкой произнёс Лёша. Глаза Феликса немного расширились и стали ярче. — Какой? — Тот отставил наполовину пустую чашку с кофе, чтобы не выронить её из рук. Лёша достал из кармана джинс два билета и положил их на стол. Серебряный пунктир по краям билетов блеснул, оставив слабого солнечного зайчика на белой чашке. — Вылет 22-го июля, домой 28-го. — Сообщил Лёша.