certificates 18+

Когда Питер входит в спальню — свою, между прочим, спальню — то уж никак не ожидает увидеть там Тони в строгом костюме. — Что происходит? — Пятница, дверь, — не успевает Питер возмутиться, как дверь закрывается, а Тони снова отдает команду. — Музыку. И тут уже Паркер попросту теряет дар речи. Потому что Тони начинает медленно двигаться под музыку. Он прислоняется к двери, не отрывая взгляд от уверенных движений, впитывая картинку. Редко можно увидеть такого Тони Старка. Тот скидывает ловко пиджак, вертит бедрами и Питер понимает, что он готов тут же забить на все глупые обиды, раз для него устроили такое представление. Он уверен, что все это только ради его прощения, и от осознания кружится голова. От вида перед глазами твердеет член. Но Питер готов только смотреть на это божественное тело, что медленно оголяется перед ним. В стороне уже лежат брюки и рубашка, и когда Старк поворачивается спиной, Питер растерянно икает, не зная, смеяться ему или стонать от ударившего в голову возбуждения. Потому что на чертовом Тони Старке белье с Человеком-пауком. И это настолько же смешно, насколько выбивает дыхание из лёгких переполняющими чувствами к этому человеку. А когда утром сонный и обласканный Питер видит на кровати столик с любимым фруктовым чаем и двумя сертификатами, он тянется к Тони и шепчет: — Ты потрясающий. *** Баки ничего не подозревает, когда Пятница закрывает за ним дверь в спальню, и даже когда видит перед собой одетого в свой лучший костюм Брока, который пахнет любимыми духами Барнса, и вообще выглядит как с обложки новомодного журнала. Стив сидит в кресле, спокойный и с предвкушающей улыбкой, что заставляет Баки занервничать. Он, повинуясь подзывающему жесту, опускается на пол рядом с креслом Стива, откинувшись головой на его колени, и тут же чувствует пальцы в своих волосах. Внимательно смотрит из-под полуопущенных ресниц, как Брок начинает странно дёргаться. А потом по комнате разносится музыка и Рамлоу начинает танцевать. Баки в жизни бы не подумал, что тот может так двигаться. Брок редко когда позволял себя трахать и о его гибкости можно было только догадываться. Но сейчас он предстает в полной красе и Баки смотрит, как заворожённый, когда Брок подходит к нему и начинает соблазнительно выгибаться прямо перед его лицом. Кто-то определенно сегодня будет выебан. Стив смотрит потемневшим взглядом, изредка дёргая Баки за волосы, распаляя желание, пока тот внимательно смотрит на Брока. — Какой же ты охуенный, — Барнс выдыхает резко и не дожидается окончания песни, притягивает Брока на колени и сжимает в руках. Стив коротко царапает ему затылок и тихо хмыкает, услышав рычание. А потом склоняется к уху. — Потянешь обоих, котенок? Барнс стонет довольно, ловко пробирается под оставшееся белье на Броке, подставляя губы поцелуям Стива и толкаясь пальцами металлической руки в подготовленную для него дырку. Толкается бедрами вверх, ловит пальцами мурашки на загорелой коже от удовольствия и нагло трахает пальцами, прижимая Брока вплотную. В этот вечер все для Баки и так, как любит он. И он натягивает обоих, а потом натягивает себя, и отрубается под утро полностью удовлетворённым. Запах кофе заставляет его открыть глаза, уставившись на яркую улыбку сонного Брока, которую он так обожает, и прижаться сильнее к обнимающему его Стиву. — И этот правильный сноб разрешил тебе притащить в нашу постель кофе? — довольно жмурится Баки, принимая из рук Рамлоу чашку. — Это было трудно, — сокрушается Брок, от чего Барнс смеётся, а Стив рядом ворчит. Но тянется за своей чашкой и оставляет благодарный поцелуй на губах Рамлоу. А Баки смотрит на них и чувствует себя очень хорошо.