Стань моим бестселлером

Вечером того же дня Илья занимался уроками после одиночного ужина. Макс же, обдумав слова коллеги, начал собираться, понимая, что надо что-то делать, а предложение развеяться, отдохнуть, сменить обстановку — не так плохо. «Может, и правда, я уже схожу с ума от четырёх стен…» Сходив в душ, зачесав аккуратно волосы, надев чистую чёрную рубашку, белые строгие штаны, он нанёс дорогой одеколон. Заметив суету за мужчиной, брюнет прошёл в комнату, застав того за застёгиванием рукава рубашки. — Уходишь? — поинтересовался парень, стоя в проходе, облокотившись о косяк, попутно ловя зевок в ладонь. — Илья! — испугался тот, не услышав приближения юноши. — Не пугай так, — немного раздражённо попросил блондин, не смотря даже в сторону собеседника. — Да, буду поздно или вообще утром, так что не жди. — Закончив с рукавами, он прошёл мимо парня в коридор. — Макс, я что-то сделал? — оставаясь стоять как и прежде, неожиданно спросил сожитель, поджав губы. Услышав вопрос, Макс и застыл. Чертыхнувшись мысленно, переведя дух, он повернулся и подошёл ближе к парню. — Илья… — позвал он собеседника. — Что ты мог сделать? Не придумывай, — натянуто, нежно улыбаясь, проговорил писатель. — Да? — неуверенно переспросил парень, недоверчиво смотря на кумира, который избегал прямого взгляда. Ответом послужил кивок. — Всё, мне пора, будь умницей и ложись рано отдыхать, — вернувшись к изначальному пути, натягивая уже пальто, попросил Макс, под присмотром брюнета, стоя спиной, не желая показывать раскаяние в глазах и грусть, ведь частично врал ему. «Ты ничего не сделал, это я…» — надевая туфли, думал Березов. Коротко взглянув на стоящего позади, он снова натянул лживую улыбку, помахал и после покинул квартиру. Илья, провожая мужчину, дождавшись, как дверь закроется, поджал губы, опустил глаза и со всей дури ударил кулаком в стену, немного счесав косточки… Сидя в такси, Макс обдумывал, смотря в окно, наблюдая за вечерним городом. Мысли о брюнете были сильно навязчивы, заставляя мужчину злиться, не вынося эту пытку. Но помимо этого он переживал, что Илья мог что-то заметить, и он плохой актёр. Выдохнув, пытаясь утихомириться… машина как раз остановилась у входа в клуб. Пройдя, как и в прошлый раз, он попал в знакомую атмосферу, что окутала его почти сразу. Тряхнув головой, желая опустошить её, натянув обворожительную улыбку, прошагал вглубь, направляясь прямо к бару, желая осуществить задуманное. Приближаясь медленно, осмотрел периметр вдоль стойки, ища жертву. Блондинка, громко разговаривающая по телефону — мимо. Брюнетка, коротко стреляющая глазками, заприметив так же писателя — нет, смотрел дальше… За барной стойкой сидела ещё одна, скучающе водя пальцем по краю бокала. Невысокая, с длинными тёмно-русыми волосами, одета в невызывающее синее коротенькое платье под белые зимние сапожки на шпильке. — Бармен, мне стакан рома, а даме прошу обновить её напиток, — подойдя аккуратно, как будто невзначай, сделал заказ. — Спасибо, но не стоит, — проговорила та, поднимая скучающий взгляд карих глаз на писателя. — Простите мою бестактность, я просто увидел, что девушка чем-то опечалена, и подумал, смогу хоть немного помочь, — мило улыбаясь, извинялся блондин, заслужив короткий смешок. — Спаситель одиноких девушек? — иронично поинтересовалась она, ехидно улыбаясь. — Не знаю, а вы одинока? Присяду? — спросил тот разрешение, аккуратно осматривая собеседницу. Получив короткий кивок, умостился за соседним стулом. — Сегодня да, парень бросил, сказал, что сильно скучная для него… — поведала русая, принимая новый бокал белого вина, кивая бармену в знак признательности, пока тот подавал напиток для блондина. — Я, конечно, вас близко пока не знаю, но интуиция мне подсказывает, что он олух, — слова мужчины немного забавляли девушку. Сам же романтик понемногу отпивал алкоголь, наблюдая за реакцией собеседницы. — Наверное, вы правы… — коротко ответила она, улыбаясь, отводя смущённый взгляд. — Можно узнать ваше имя? — Таня. А ваше? — Макс… Вечер близился медленно к ночи. Народа становилось больше, а музыка громче. Макс же с новой знакомой — пьянее, а значит раскованнее, особенно девушка, которой прямо пришлось общение с писателем. После пары новых бокалов, уже общаясь с новым знакомым по душам, жалуясь на неудавшегося любовника, Макс тем временем вроде даже внимательно слушает рассказчицу, сочувствует ей, замечая даже её милоту. Тихий смех, короткие неловкие касания. И вроде вот оно, но нет — лучше не становится, мысли не уходят. Даже улыбаясь прелестной девушке, что очень симпатична и интересна, мысли уводят в другую сторону, заставляя повышать градус и ставки. Выходя из шумного клуба, придерживая пошатывающуюся Таню, параллельно продолжая беседу, Березов вызывает такси. — Мы же продолжаем вечер? — интересуется русая, обхватывая руку писателя. — Конечно, просто здесь шумно, предлагаю место поспокойнее, — убрав телефон, ответил писатель, осматриваясь по сторонам, высматривая нужную машину. — К тебе поедем? — невзначай, хихикая, спросила она, рассматривая собеседника слегка туманным взглядом, со слегка пунцовыми щеками. — У меня бардак, так что давай лучше отель, да и атмосфера там лучше, — соврал блондин. Девушка хотела что-то спросить или возразить, но подъехало такси. Открыв галантно дверь, пропустил спутницу, что, сделав реверанс, села на сиденье. Макс, обойдя, сел с другой стороны. Холл ранее зарезервированного отеля. Ресепшен с приветливой девушкой, что вручает ключ, предлагая дополнительные услуги. Они выбирают лишь шампанское. После, идя дальше, не обращая внимания на окружение. Двери лифта закрываются, пряча их от остальных, напряжение нарастает. Русая подаётся, писатель прижимает, закрепляясь в страстном поцелуе, но отдающем послевкусием фальши, сухости, но он не обращает внимания — не сейчас, он не сдастся, всё так, как должно быть. Отстранившись, сбивчиво дышит. Двери открываются, аккуратно прихватывает тонкую женскую кисть, увлекая вслед за собой. Найдя нужный номер, открывает электронным ключом, пропуская красавицу первой, заходя следом в тёмное помещение с широкими окнами на верхних этажах, открывая чудесный вид на зимний ночной, по-своему живой город, но им это сейчас совсем не интересно. Скидывая верхнюю одежду, сапоги, Таня проходит к двуспальной кровати с балдахином, садясь вызывающе с краю, ожидая блондина, что, скинув туфли, попутно расстёгивая не спеша рубашку, смотря в карие глаза, полные ожидания, идёт следом. Нависнув, аккуратно целует пухлые губы, медленно залезая на кровать, крадясь словно хищник. Девушка оплетает его шею, отвечая. Свободной рукой он прикасается к нежной коже новой знакомой, заходя на затылок, спускаясь ниже, аккуратно пальцами, нащупав застёжку, тянет медленно вниз. Прерывая поцелуй, помогает снять ненужный объект одежды, оставляя её в одном нижнем, кружевном белье чёрного цвета. Одобрительно улыбаясь, возвращается к губам, переходя медленно на шею, вызывая короткий томный вздох. Решив, что одной полуголой находиться нечестно, Таня принимается стягивать рубашку мужчины, стараясь не мешать приятным ласкам, хозяйничая дальше по широкой спине. Блондин лёгким движением прошёлся кончиками пальцев от бедра, вызывая приятные мурашки, о чём свидетельствовали постанывания под ним, дойдя рукой до аккуратной груди, слегка её сжав. Во время процесса он отключил голову, стараясь действовать на уровне инстинкта, но что-то плохо выходило: девушка всё сильнее распалялась, в то время как он сам был холоднее арктических ледников. Кровь не бурлила, тело не реагировало на раскрепощённую спутницу. — Что? Вспомнил о любимой? — как будто заметив внутренний диссонанс мужчины, томно прошептала она, более дразня. Для Макса же это был сильнейший удар, вышибающий всё… Оскалившись от осознания, что нихера не работает, как бы он ни старался, отстранился, озадачив русую. Поднявшись, начал раздражённо собираться, натягивая рубашку. — Прости, я ляпнула, не подумав, — растерянно бегая глазами, сидя всё так же на кровати, извинялась Таня. — Всё нормально, это я виноват, затея с самого начала была провальной, — направившись ко входу, проговорил блондин, нащупывая в темноте свою обувь. — Ты это, прости, если хочешь — оставайся, всё оплачено. Виновато посмотрел он на собеседницу, что обидчиво поджала губы, с почти мокрыми глазами. — А ты куда? — тихо поинтересовалась вслед. — В бар… Глубокая ночь, темнота поглощала комнаты. На кровати спит брюнет, обнимая подушку, закутанный в одеяло. Как-то уж слишком громко открывается дверь, создавая шум в коридоре. Илья подрывается от неожиданности, не спеша покидать комнату, пытаясь понять, что происходит, лишаясь последних остатков сна. Прислушиваясь, улавливает знакомый недовольный голос, что что-то бурчит. Резкий звук от падения, громкий мат. Испугавшись, выбегает на грохот, застывая в шоке от увиденного. Держась за голову, даже придерживаясь рукой об стену, пошатываясь, пытаясь разуться, стоит Максим, что-то бубня под нос, неразборчивым, пьяным голосом. — Макс, что происходит? — испуганно интересуется брюнет, пытаясь отойти от шока, не ожидая такого поворота. — Илья! — поднимая туманный взгляд, воскликнул мужчина. — Я разбуд…ил тебя…? — еле волоча языком, сбрасывая пальто на пол, поинтересовался он. — Ммм… прости… — тихо извинялся он, опершись плечом об стену, чуть ли не съезжая по ней, придерживаясь рукой. — Ты пьян?! — недовольно спросил парень, наблюдая за пришедшим. — Неее, я просто очень хочу спать, — отнекивался тот, виновато улыбаясь, пытаясь аккуратно продвинуться вперёд. Не совладав, к сожалению, с гравитацией, блондин начал лететь вниз, и лишь реакция парня помогла не познакомиться с полом его лицу, подхватив в последний момент. — Ага, я вижу. Ты вообще-то тяжёлый, — возмутился подросток, пытаясь удержать. — Не прикасайся! — как ошпаренный, оттолкнул он юношу, упавшего на пятую точку. Сам же кое-как отшатнулся назад, упершись рукой. — Что ты творишь?! — поглаживая ушибленный копчик, возмутился подросток. — Прости… — тихо и испуганно прошептал блондин. — Пожалуйста, прости меня… Моя голова… ммм… прости, — повторял писатель, прикрыв ладонью лицо, закинув голову слегка назад. — Макс… — озадаченно прошептал Илья, пытаясь хоть немного понять, что происходит, почему человек перед ним так извиняется, что с ним творится. — Прости… пожалуйста, не надо… мне просто надо… — пытаясь встать, бубнил Макс, стараясь взобраться по стенке, но, не контролируя тело, сползал обратно. — Давай я помогу… — уже аккуратнее предложил брюнет, присев просто рядом. — Не-не-не, я сам… — махая рукой, отказывался пьяница. — Что сам? Ты встать не можешь! — не выдержал всё же парень, в очередной раз возмутившись. — Прекрати! — в ответ вскрикнул раздражённо блондин, осознав обеспокоенно, поднял взгляд, смотря в испуганные глаза напротив. — Прости, Илья, не бери в голову… — оскалившись, виня себя за резкость, снова вымаливал прощение. — Хватит! — парень рассердился не на шутку. — А ну, вставай! — пресекая любые попытки отбиться, пытался поднять кумира. — Илья, ты не понимаешь… — моляще бубнило тяжёлое тело, всё так же сопротивляясь. — Я, блядь, всё не понимаю, но меня это задрало, вставай! — парировал юноша, продолжая попытки поднять кое-кого. Сдаваясь, Макс поднялся, не без помощи подростка, конечно, параллельно пытаясь найти опору в стене. — Что, к чёрту, случилось, что надо так надираться?! — риторически поинтересовался брюнет, не ожидая ответа. — Ты… — еле слышно прошептал писатель. — Что? — застыв, расширив глаза от удивления, спросил рядом стоящий. — Ты случился… — вися немного на хрупком теле, громче повторил блондин. — В смысле? — растерявшись, парень аж повернулся, желая вглядеться в лицо кумира, отчего тот снова падал, но всё же, успев сориентироваться, прижав Илью к противоположной стене, чтобы удержаться, закинул одну руку над головой, а второй, упираясь сбоку, не давая путей отступления, встретившись, наконец-то, взглядами. Слишком близко — хватает всего одного движения. В нос бил запах крепкого алкоголя, заставляя немного морщиться. Затуманенные серые глаза, смотрели с грустью, сожалением в непонимающие карие, что бегали, пытаясь понять происходящее. Но помимо тех эмоций, в серости проглядывалась нежность, которую пытались утаить. — Макс… — тихо прошептал парень, не отрывая взгляда, пытаясь понять, что ему делать, но так же не желая двигаться, будучи озадаченным бурей эмоций в глазах напротив. Аккуратно наклонившись, смотря в медленно расширяющиеся карие омуты, Максим накрыл своими губами противоположные. Осторожный, медленный жест, как будто боясь спугнуть. Воспользовавшись заминкой, проник глубже, пытаясь переплестись с чужим языком. То, что Илья был в шоке, — это ничего не сказать. Он был в ахуе, стоя как прикованный, пытаясь осознать происходящее. Он прижат к стене мужчиной напротив, который его неожиданно поцеловал. Прогоняя эти мысли по кругу, он не мог поверить, но всё же начал неуверенно, медленно отвечать, расслабляя напряжённое тело, отпуская тревоги. Неловкий поцелуй перерастал в более настойчивый, страстный. Но воздух заканчивался… — Что ты со мной делаешь?! — задав вопрос в голос, тяжело дыша, поинтересовался блондин, сползая медленно вниз, обняв за талию юношу, который, смотря вперёд расширенными глазами, с пунцовым лицом, с прерывистым дыханием, дотронулся кончиком пальца своих слегка опухших губ. — Зачем засел в моей голове… — продолжал тот. Отойдя от случившегося, опустив взгляд вниз, наблюдая за мужчиной. Приняв решение, освободился из цепких рук, повторил попытку помочь тому подняться. Макс в полудрёме снова что-то бубнил невнятное. Кое-как всё же дотянув пьяное тело в спальню, на последнем рывке, подскользнувшись об край упавшего одеяла, вместе полетели на кровать. Будучи снова слегка прижатым, Илья пытался выбраться из-под тяжёлой тушки. Как будто почувствовав это, писатель сам повернулся на бок, но вместо того, чтобы отпустить парня, приобняв, притянул ближе, уткнувшись носом ему в затылок. Косясь, прислушался к ровному дыханию кумира. Поджав немного ноги, чтобы не свисали, юноша, прикрыв глаза, с улыбкой на устах, заснул следом. Веки открывались тяжело, будто набитые свинцом. Голова болела от напряжения, как будто готовясь в любой момент взорваться. Рука затекла от непонятной тяжести. Пытаясь ею пошевелить, что-то мешало, ещё и возмущалось. Совладав с болью, найдя в себе силы, Макс приоткрыл глаза, видя перед собой спящее лицо Ильи, тактично лежавшее на его затёкшей руке. Не поняв, думая, что ещё не проснулся, прикрыл обратно, надеясь, что после наваждение пройдёт. Паника стучалась в двери его сознания. Приоткрыв один глаз, за ним второй, которые вместе куда-то расширялись, тело напряглось от приходящего осознания, но шевелиться или подскакивать тот не спешил, желая разобраться в масштабе разворачивающейся ситуации. Они лежали на кровати друг напротив друга: голова юноши удобненько устроилась на руке мужчины, а свободная рука блондина, приобнимая, лежала у того на талии. «Что происходит?! Ни черта не помню…» — напрягая извилины, думал тот, изучая дальше, бегая растерянными глазами. Аккуратно опустив взгляд вниз, отметил, что парень полностью одет, да и он сам тоже, что позволило хоть частично выдохнуть… «Всё же я не настолько козёл, уже отлично…» Выяснив это, Березов всё же пытался понять, что привело к такому повороту, стараясь вспомнить хоть что-то. — Может, ты перестанешь так на меня пялиться? — поинтересовался напротив, приоткрыв карие глаза, застав писателя врасплох во время мозгового штурма. Придя в себя, Макс всё же отскочил, но оказалось, что они были почти с краю, от чего чья-то тушка полетела вниз. — Макс! — испуганно следом подскочил брюнет, осматривая упавшего на наличие повреждений. — Ай-ай… — поглаживая ушибленный бок и придерживая больную голову, скривился от неприятных ощущений блондин. Убедившись, что боль вроде как отступает, Макс всё же поднял глаза, чтобы встретиться с обеспокоенными карими, владелец которых стоял над ним, протягивая руку. — Вставай… — Илья… — прошептал, потянувшись в ответ, но перед самым касанием застыл, а после отдёрнул руку. — Прости… — опустив глаза, начал аккуратно подниматься сам. — За что? — поинтересовался озадаченно парень, убрав непринятую руку. — За всё… — сев на край кровати, опустив руки на колени и повесив голову, устало проговорил писатель, пытаясь прийти в себя до конца. — Илья, я ничего плохого тебе не сделал? — аккуратно задал тревоживший его вопрос, напрягшись всем телом, блондин, ожидая ответа, надеясь, что всё ограничилось лишь совместным сном. — Ты толкнул меня, когда я пытался тебе помочь, — спокойно ответил брюнет, стоя рядом, наблюдая за собеседником, думая о своём. Поджав губы от услышанного и зажмурив глаза, осыпал мысленно себя руганью. — Это всё? — надеясь на положительный ответ, боясь всего, уточнил виноватый, но парень молчал. — Илья… — тишина в ответ, обстановка как-то уж накалялась, чувствуя это каждой клеточкой тела, неловкость так и витала в воздухе. — Илья, что случилось? — медленно спросил блондин, поднимая озабоченный взгляд на парня, который, отвернувшись, держась за одну из рук, напряжённо молчал. — Не молчи, ответь мне, пожалуйста… — умоляя, озабоченность сменялась страхом. — Ничего, — коротко ответил тот как-то уж неуверенно, так и пряча глаза. — Илья, я же вижу, что ты врёшь. — Я сказал — ничего такого, — резко повернувшись со слегка смущённым лицом, возмутился юноша, заставляя бледнеть писателя. — Так, мне пора собираться… — резко поведал тот, уходя быстро в сторону ванной. — Не, подожди… Илья! Куда ты убегаешь? — подскочил, поспешил за собеседником, который, сжав кулаки, пытался успеть закрыться за дверью. — Стой! — схватив рукой створку, мешая её закрыть. — Что случилось? — стоя по ту сторону, не унимался взволнованный Максим, уже и забыв про похмелье. — Ничего, дай мне собраться! — возмущаясь, тянул деревяшку на себя, сопротивлялся брюнет. — Извини, но ты врёшь мне! — констатировал тот факт, повысив слегка голос. — Лучше так, чем снова наблюдать за тобой разбитым! — опустив ручку, от чего мужчина аж отшатнулся, чуть не упав, на повышенных тонах признался Илья. — Илья, я… не… — пряча уже сам взгляд от пронзительных карих, почесывая затылок, пытался придумать оправдание. — И это ты мне за ложь втирать будешь! — уже парень перешёл в наступление, загоревшись, стоя у входа. — Илья… — виновато поднял блондин глаза. — Что «Илья»? Я помню, как меня зовут, но вот я как раз нихера не понимаю, что с тобой в последнее время происходит. Я правда пытался… Но хватит! Или мы говорим по душам, или я ухожу… Не желаю быть тем, кто тебя разрушает! — почти на одном дыхании выпалил ультиматум проживающий, сложив руки в замок. — И куда ты пойдёшь? — тихо поинтересовался Макс, будучи ошарашенным поведением парня. — А это уже будет не твоя забота… — не отступал оппонент. — Не моя забота?! — переспросил злостно блондин, не веря своим ушам. — Молодой человек, а вы, часом, не оборзели, я… — замялся, понимая, чего чуть не ляпнул в сердцах. — Что, слушаю!? — подливал тот топлива, не желая идти на попятную. — Иль… Макса загнали в угол. Он прекрасно видел, что собеседник что-то скрывает, и незнание того, что именно, поедало его. Но, как Илья и сказал, тот был не лучше… Он мог промолчать, как обычно, отвернуться, но тогда, возможно, Илья сдержит угрозу и уйдёт, а он этого не хотел. Очень не хотел. Не только потому, что переживал за его благополучие, но и потому, что сам уже заметил, как стал зависим от него. Он был свежим глотком для затворника, как Максим, который и правда раньше жил лишь работой. Сколько он себя помнит, он ни с кем сильно не сближался. Может, только с сестрой, да и то — когда были детьми. После — лишь знакомые, люди, коим можно довериться и, возможно, назвать друзьями. Но брюнет, что стоял сейчас перед ним в ожидании решения… Нет, он совсем другое дело. Друг? Не-е, даже сейчас, смотря на него, это смешно звучит. Уж точно чувства, что были испытаны, не раз дружескими не назвать… Улыбнувшись слегка своим мыслям, принимая поражение: — Ладно, я тебя услышал, — уступил безысходно блондин, поднимая руки вверх, знаменуя победу стоящего напротив, который сменил гнев на лёгкое удивление.