Они бы пережили ураган

      — Подай мне тот гвоздь, — Макс кивает головой в нужную сторону.       Рома поспешно хватает его и передает на раскрытой ладони.       — Я так рад! — последний улыбается широко и искренне.       — Еще бы. — Максим ухмыляется самодовольно и слезает со стремянки после пары крепких ударов молотка.       Их совместное творение — терраска в доме Оксаны. Пока девушки трудятся на работе, хотя обещали уже скоро вернуться, они решили присмотреть за домом и заодно обустроиться. Жилплощадь мелковата для двоих взрослых людей, но никто из них не жалуется, пока они вместе и могут спать на двуспальной кровати.       — Эта картина просто смех и грех, — Рома прикрывает рот в смехе.       — Это самый лучший мем в мире, отвали, — Макс легонько пихает его в плечо.       На главной стене красовалась «Свеча роза» в изящной рамке. Окси будет не в восторге, думает Максим, но не ей же здесь жить — значит, все под контролем.       — Остались наклейки тут и там, еще пара постеров с Суперменом и Дэдпулом, и это будет наше райское гнездышко!       — Макс, какое райское гнездышко... — Рома закрывает лицо руками в смешанных чувствах. — А еще ты забыл про плакат с Дэмианом и Паучком. — Он кидает недовольный взгляд на своего партнера.       Макс молча принимается развешивать плакаты Ромы, а у последнего жутко болят скулы: всегда так, когда они вместе. Слишком хорошо и солнечно, даже если бы на улице был ураган, они бы справились с этим вместе.       Когда комната уже пестрила и места оставались только для микроскопических стикеров, оба свалились на кровать и уставились в потолок, обклеенный флуорисцентными звездочками.       — Всегда о них мечтал, — невпопад в ноты тишины говорит Максим и продолжает пялиться на уменьшенный масштаб небесных светил.       — Я тоже, — Рома поворачивается к нему. — Никогда бы не подумал, что все кончится вот так.       Максиму тоже приходится отвлечься и повернуть голову:       — Кончится? Это только начало, Ром. Никаких концов, закрытых дверей, конечно, метафорических, другие двери должны быть закрыты, ну, ты знаешь, в общем выход есть. Наш выход оказался началом другого пути, уже вольного.       — Вот это тебя унесло, — чертовы скулы уже не выдерживают.       — Обращайся.       — Обращаюсь.       Нежные поцелуи внезапно покрывают лицо Максима. Он довольно мычит и, вбирая в свои руки чужое лицо, отвечает тем же.       Скрип половиц отвлекает: с порога на них уставились Оксана и Надя.       — Емае, дверь бы закрывали хотя бы, — Оксана берет за ручку дверь и показушно хлопает ею.       Ее ворчание и смешки Надежды слышатся еще пару секунд, и после парни заливаются смехом.       — Нет, ну ты видел их лица? Умо-ора, — Макс утирает глаза и трет щеки. — Вот поэтому надо закрывать двери!       Оксана вернулась через пять минут, когда они уже занимались своими делами по разные углы кровати: Максим играл в «Angry birds», а Рома отвечал бывшей. Она похлопала глазами, явно не ожидая увидеть такую картину через пять минут, а что похуже, но пожала плечами.       — Вы, может, и устали, проделав такую работу, — Окси осмотрела постеры и обклеенный потолок, — но от помощи с ужином никто из вас не отвертится.       — Да, мам, сейчас, — Макс показал рукой одну секундочку.       Оксана нахмурилась.       — Толку от вас, как от быка — молока. И только посмей исковеркать мою фразу, — Оксанино лицо сморщилось в отвращении предполагаемого панча.       — Да блин. Не буду. Сейчас мы придем, не кипишуй. Бабка, ты таблетки пила? — он многозначительно оборачивается на свою подругу.       — Да, — Оксана шумно выдыхает и снова скрывается за дверью.       Максим убирает телефон в штаны и подсаживается к Роме.       — Кому строчишь?       — Дине.       — А-а, передавай ей привет.       Рому чмокают в щеку, и прежде чем он успевает среагировать, виновник ретируется на кухню.       — Засранец, — и все же он улыбается, отправляясь за ним следом, оставив телефон в террасе.