Принц Каэнри'ах

– Вы приговорены к смертной казни, Дилюк Рагнвиндр, за покушение на честь принца, – Крепкий мужчина стоял над красноволосым парнем, держа в руке не менее крепкую верёвку, дабы лезвие на механизме не упало вниз преждевременно. На улице шумели люди, прося отменить казнь. В их глазах был небылой страх. Когда всё это началось? Раньше Кэйа был обычным рыцарем ордо Фавониус, а сейчас он принц Каэнри'ах. Она восстала вновь и вместе с ней остальные узнали настоящую личность Кэйи Альбериха. – Вам не даны последние слова, – Утвердил стоящий перед Дилюком мужчина, со сложенными за спиной руками, – Господин не окреп после вашего нападения на него, а это значит, что вы недостойны погибнуть по назначению и правилам. Бледный мужчина поднял голову на товарища, кивая ему. – Опустить механизм. Рука крепкого парня начала расслабляться, норовя отпустить верёвку, но не тут то было: его конечность схватили и крепко сжали, не давая лезвию опуститься до конца. – Я очень недоволен вами. Без моего на то приказа, вы хотели лишить человека жизни, – Синеволосый сурово глядел на своих товарищей, до побледнения сжимая руку своего подопечного. – Простите нас, лорд, – Светловолосый упал на колени, наклонившись, в знак почтительного приветствия, – Господин, к чему ваша повязка? Здесь никто не осмелится осквернить вас. Снимите же её. – Не тебе решать, что мне делать, Альберт, – Недовольно произнёс Альберих и повязал верёвку на специальное крепление, а после снял кандалы, освобождая красноволосого из оков. – Вы чуть не погубили моего брата на виду у всего народа. Скажите, не соизволить ли мне снести голову вам? – В мгновении ока в ладони Кэйи появился еле заметный блеск. Его глаз бога был готов направить свои силы на "противников", но синеволосый вовремя остановил его. – Приведите господина Дилюка в мои покои. И без глупостей, – Последние слова парня прозвучали настолько гневно, что его помощник весь сжался от страха, но поспешил выполнить просьбу принца. Кэйа устало выдохнул, сидя на мягком диване и покачивая в руке стакан с вином, глядя в окно. Раздался скрип двери: в комнату кто-то зашёл. Лениво повернув голову в сторону, голубоглазый взглянул на пришедшего человека. Это был Дилюк. Молодой парень без капли смущения прошёл внутрь комнаты, глядя прямо в глаза "брата". Он сел напротив него, складывая руки на груди. – Зачем я здесь, Кэйа? Оставил бы меня там, было бы меньше проблем, – Эта была лишь маска безразличия. И парень это знал. На самом деле, ему хотелось крепко обнять Альбериха и больше никогда не отпускать, но гордость не позволяла. – Так ты хотел умереть, мастер Дилюк? – Он пустил тихий смешок, обратно переводя взгляд в окно, – Мог бы сказать, тогда я бы не стал останавливать Альберта. – Что у тебя с глазом? – Этот вопрос мучил его всю свою никчёмную жизнь. Даже в юношестве его глаз был закрыт этой чертовой повязкой, которую хотелось снять к чертовой матери. – Тебе и вправду интересно? Знаешь, для твоего же благополучия, его лучше не видеть. Я не хочу, чтобы ты тут бился в конвульсиях от страха. Всё-таки.. – Не успел договорить синеволосый, как его перебили. – Не испугаюсь. Я с тобой жил чёртовых десять лет под одной крышей. Думаешь, какой-то глаз поменяет моё мнение о тебе? – Да, – Кэйа повернулся к тому лицом и тихо вздохнул, отставляя бокал в сторону. Он запустил руки назад, неспеша развязывая узелок на повязке. Мгновение, и с лица спадает кусок ткани, а за ней.. – Я знаю, что он.. – Прекрасен. – Что? – Он прекрасен, Кэйа. Рагнвиндр подсел к тому ближе, укладывая свою ладонь на щеку Кэйи, рассматривая жёлтый глаз, который будто состоял из чёрных кристаллов вен, что переливались на свету. Это протез? Нет, не похоже.. Но он так блестит, что глаз не оторвать.. – Не говори глупостей, Дилюк. Как это может быть прекрасным? Это тоже самое, что называть жабу красивой. – Знаешь, есть ядовитые лягушки, они яркие и очень красивые. – Вот именно, что ядовитые. Я тоже ядовит, мастер Дилюк, – Кэйа вздохнул, неосознанно ластясь к руке Рагнвиндра, когда тот начал поглаживать его щёку, – Перестань.. Ты даёшь мне ложные надежды, брат. Если ты хочешь отомстить за своего отца, то, сделай это по другому, пожалуйста.. Убей меня, избей до смерти, издевайся надо мной, но не делай так.. Я не хочу жить в туманных мечтах. Парень вздохнул, беря его за руку, хотя отстранить, но тот лишь придвинулся к нему ещё ближе, опаляя губы прелестным жаром. – Прости меня, Дилюк.. – Я давно простил тебя, брат. Что-то кольнуло глубоко в сердце. Последний раз он называл его так, когда Крепус ещё был жив и их отношения были просто чудесными. Альберих закрыл глаза, поджимая губы, но это не удалось сделать до конца, ведь его уста накрыли чужие, кружа в страстном танце. Эти давно желанные губы наконец коснулись его. Сколько веков он ждал этого момента?.. Неизвестно никому. Кэйа закинул руки на его шею, прижимая к себе ещё ближе. Опасно горячо. Но так приятно, что хочется тонуть в его объятиях. Руки, губы, дыхание, горячее тело – всё это теперь принадлежит Кэйе. Он рад. Чрезмерно рад. Но в груди становится так пусто, когда он отстраняется.. Хочется ещё. Повторять до тех пор, пока губы не опухнут. И Дилюк это понимает, снова втягивая того в страстный танец. Они не понимают, сколько времени прошло. Час? Может два? А может уже наступил другой день? Они утонули в чувствах друг друга. Но.. Прошло всего десять минут. Это, одновременно, хорошо, но так плохо.. Почему они так мало друг с другом, думает один. А второй размышляет о том, что у них ещё впереди весь день. Кэйа неосознанно принимает лежачее положение, заставляя Дилюка лечь на него. Внизу живота скрутился комок возбуждения. С одной стороны это приятно, но с другой уже нет сил терпеть. Синеволосый восторженно охнул, когда чужая рука дотронулась до паховой области. Он что, мысли читает? Стоит Альбериху подумать о чём-то подобном, так он сразу это выполняет. Или, всё настолько очевидно, что и догадываться не нужно? Губы разомкнулись и сразу стало как-то тоскливо, но в следующую секунду по комнате разносится несдержанный стон. Он что, чертов волшебник?! Хватает одного касания к шее, чтобы растаять окончательно. Чертов Дилюк. Откуда он знает, что шея – слабое место принца? Хотя, постой-ка.. Они ведь жили вместе, что ж ему не догадаться? Когда они в юношеском возрасте нашли у Крепуса журнал восемнадцать плюс характера, то на иллюстрации можно было заметить, как парень опаляет шею прекрасной дамы поцелуями. Слишком любопытные дети решили узнать, почему же девушке так хорошо. Тогда-то Дилюк и узнал слабое место Кэйи. Пока Альберих находился в своих раздумьях, юркий язык Рагнвиндра уже переместился на его ключицы. Ему всегда они нравились. Такие четко выраженные, без единой царапины. Их хотелось опятнать и сделать своими. К чему он и приступил. Стянув с брата рубашку, Дилюк, вскоре, опустился и на грудь, пока Кэйа жалобно просил убрать ладонь от паха. Слишком много ощущений. Он буквально был готов взорваться, но честь не позволяла спустить прямо в штаны. Тогда бы он опозорился перед самым близким человеком и стыдился бы этого всю свою жизнь. – Дилюк.. Пожалуйста.. – Он откинул голову назад, обхватывая спину красноволосого ногами, – Я больше не могу, Дилюк.. Только он хотел что-то ответить, как в дверь постучали. Кого это черти принесли? – Лорд Кэйа, с вами всё хорошо? Мы слышали непонятные звуки из вашей комнаты. Этот нищий что-то сделал? Альберих сразу понял кто это. Альберт. Снова он. Что же ему нужно от него в такой момент? Он даже и слова вымолвить не мог, пока Дилюк продолжал снимать с него одежду, оголяя ноги и таз. Черт.. Он продолжает дразнить.. Это нехорошо. Стук в дверь продолжался, ведь, на вопросы подданого ещё никто не ответил. Кэйа резко поменял позу: он оседлал Рагнвиндра и стянул с него портупею с рубашкой, накинув на себя одеяло, когда услышал негромкое «Господин, я вхожу» от Альберта. – Лорд Кэйа, я.. – Парень резко обомлел от увиденной картины. Голубоглазый лениво повернул к нему голову, тихо вздыхая. – Что тебе, Альберт? Я разве не говорил, что ты и никто другой не имеет право входить в мои покои? Или, мне стоит сменить помощника? – Н-но, господин! Он оскверняет вашу личность принца! Вам дозволено оплодотворить девушку царских кровей и родить потомство, а не развлекаться с нижним сословием! – Достаточно. – Тот шумно выдохнул вновь, а после рывком поднял Дилюка к себе за шиворот, – Говоришь, мне не дозволено заниматься с ним сексом? Какие глупости, – Он бархатно засмеялся, – Я имею право делать всё, что захочу. Хоть при всех с ним займусь этим. А ты, Альберт, проваливай, и чтобы тебя я тут больше не видел, я понятно объясняюсь? Парень хотел было ещё что-то сказать, но увидев гневный взгляд принца, поспешил удалиться. Кэйа усмехнулся, а после взглянул на Дилюка, который был не менее довольным. – Так, для тебя уже невесту нашли, а ты тут со мной развлекаешься? – Ох, сколько этих невесток было, – Он усмехнулся вновь, неспеша опускаясь вниз, – Но ни с одной из них мне не удалось выйти на нужный контакт. Уж больно они скучны и.. – Подняв взгляд на брата, он растянул губы в улыбке, – Не способны принести удовольствие. Рагнвиндр раздражённо цыкнул, слегка хмурясь, но продолжая глядеть ему прямо в глаза. – Помнишь наш первый раз, Дилюк? Мы ещё были совсем юны и не понимали, что делали. Но, тем не менее, ты прекрасно меня тогда трахнул. Не соизволишь ли сделать это и сегодня, раз уж начал? Я надеюсь на тебя. Из-за слов Кэйи что-то щёлкнуло либо в мозгу, либо в члене и тот резко перевернул его под себя, снимая с себя оставшуюся одежду. – Ты выводишь меня из себя. Если хочешь, чтобы всё прошло гладко, то помолчи. Иначе, я прямо так тебя трахну. – Конечно, это всё было запугиванием, ведь он никогда не любил заниматься сексом грубо, но, всё же, Кэйа знал, что он действительно может трахнуть его так, что он потеряет сознание, когда привыкнет к ощущениям. Они полностью избавились от одежды. Смазка была уже на руке, а в Кэйе волнообразными движениями шевелились пальцы. Они были слишком длинные, поэтому с лёгкостью доставали до простаты. Кто же знал, что это так приятно? Когда они были юны, то первый раз прошёл несколько болезненно, но, всё же, удовольствие получили оба. Альберих тихо постанывал, прикрывая рот тыльной стороной ладони, закинув ноги на плечи брата. – Дилюк.. Не медли, прошу.. Я сейчас и так взорвусь, блять! – Он тихо похныкал, глядя прямо на красноглазого. Тот тихо вздохнул и вынул три пальца, которые уже свободно помещались в нём, а после, подставил свой член к сжатому колечку мышц. Кэйа затаил дыхание, наблюдая за ним. – Резко или нежно? – Рагнвиндр поднял взгляд на принца, проходясь головкой по анусу, – Я ведь знаю, какой ты мазохист. – Блять, ты серьёзно?.. – Он шумно выдохнул, – Только попробуй войти медленно! Я тебя придушу. Голубоглазый хотел было сказать что-то ещё, но в него резко вошли, выбивая весь воздух из лёгких. Он почувствовал резкое головокружение. Что это?.. Опустив голову вниз, он поджал губы. Он кончил. Так позорно, лишь из-за одного проникновения! Что с ним такое? Он не понимает, но с Дилюком Кэйа становится совершенно другим человеком. Парень тихо усмехнулся, наблюдая за изумленным братом. – Ты так хотел принять в себя мой член, что тут же кончил? Не верится. Капитан Ордо Фавониус, а по совместительству и принц Кэинри'ах, кончил от члена в себе. Представляешь, что будет, если кто-то об этом узнает? – Нашел время, когда дразнить.. Гордиться должен, что от твоего члена я кончил, а ты, как маленькое дитя, дразнишься, – Кэйа знал, как правильно выйти из ситуации. Теперь уже ухмыляется он. Рагнвиндр раздражённо цыкнул и принялся быстро двигаться, сжимая бёдра синеволосого в своих пальцах. Как же охуенно хорошо. Объект его обожания стонет под ним так развратно, что можно было бы кончить прямо сейчас. Кэйа весь извивался под ним, прося ещё и ещё, что Дилюк и выполнял, ведь не мог отказать его просьбам. Частые толчки по простате доставляли обоим огромное удовольствие. Дилюк перевернул Альбериха на живот, входя в него вновь, двигаясь под новым углом. Он повернул голову Кэйи к себе, впиваясь в желанные губы. На губах вкус железа: Кэйа прокусил ему губу, но это ничего, по сравнению с тем, что чувствовало его сердце на протяжении всех лет разлуки с ним. Дилюк отрывается от губ синеволосого и прижимается к "странному" глазу губами. «Что он делает?» Первое, что подумал Альберих, изумлённо глядя на него. Этот поступок чертовски интимнее, чем секс или поцелуи. Глаза неосознанно заслезились. Он рад видеть его таким. Рад, что он простил его. Рад быть рядом с ним. От всех мыслей его отвлёк свой стон и стон Дилюка. Они кончили вместе, крупно содрагаясь. Это всё из-за чёртово глаза? Бред.. Кэйа шумно выдохнул, завалившись на кровать полностью, а за ним и Дилюк. Он не спешил выходить, ведь, Альберих настолько сильно сжал его, что тот, даже если бы попытался, не смог этого сделать. И только когда тот расслабился, вынул свой член, заваливаясь рядом. – Дилюк, ты меня ненавидишь? – Лёжа головой на груди брата, спросил тот. Они уже успели искупаться и на данный момент отдыхали. – С чего ты взял? Я же сказал, что давно простил тебя,– Рагнвиндр тихо вздохнул, поглаживая синие прядки волос своими пальцами. – Тогда что ты ко мне чувствуешь? Ответа не последовало. Кэйа печально вздохнул и приподнялся, глядя в сторону. Видимо, произошедшее между ними было всего лишь ошибкой. – Помнишь наше обещание в детстве? Красноволосым также приподнялся, а после вынул из штанов нож, беря руку Кэйи. Тот без капли сомнения протянул тому большой палец, тихо вздыхая и кивая. Дилюк провел лезвием по пальцу, из-за чего образовалась ранка и из неё начала сочиться кровь. Красноволосым отдал кинжал брату, чтобы тот сделал тоже самое. – Я никогда не возненавижу тебя. Ведь.. Они соединили большие пальцы вместе, глядя в глаза друг друга. На мгновение показалось, что глаза заслезились. – Люблю тебя, – Продолжил Кэйа, поджимая губы. – Я люблю тебя, Кэйа Рагнвиндр. Тот тихо хмыкнул и всхлипнул, завалившись в объятия Дилюка. Их история могла закончиться печальней, появившись Кэйа на секунду позже. Но, всё обошлось. К счастью.