прочитай мои мысли (и прими приглашение на свидание)

чимин умеет читать мысли, сколько он себя помнит. разгневанная на него мамаша из-за того, что он занял качелю, которую хотел её сын? бывало. профессор-педофил? тоже был случай. лучший друг, боявшийся его реакции на каминг аут? да, запишите. но дело даже не в том, что все эти случаи были (и по правде говоря, в большинстве из тех случаев, в которых он читал мысли, он хотел провалиться сквозь землю), а в том, что, чтобы читать мысли ему нужно прикоснуться, обнять или сжать человека. и действительно, такие случаи бывают и что с ними станет. он не слушал чужие мысли, даже когда к нему прикасались нечаянно, не зная, что он умеет. да только вот к нему уже полчаса как пристал ким сокджин — пятикурсник, не отличающийся особой эрудицией и готовый сделать что угодно за одобрение своих дружков. чимин всего на третьем курсе и ему ещё пахать и пахать, а когда такие как сокджин мешают обучению, то хочется побыстрее с ними разобраться. но чимин пофигист. он определённо не сможет сказать что-то, чтобы этот джин смылся вместе с другими пятикурсниками из столовой. чимина он раздражает, а джин услышал слушок в местной курилке и хочет проверить. — всё будет как по маслу, чимин-ще, если ты станешь со мной содействовать. чимину на это хочется лишь рассмеяться и вспомнить пару физры, на которой джин при всех назвал его «жирной свиньёй». или же напомнить, что содействие мало что изменит. дипломат из сокджина хуевый, а из его однокурсников не нашлось того, кто бы осмелился подойти к чимину, у которого вместо лица камень, и так все три года учёбы здесь. к чимину, который ни с кем здесь не дружит, хотя хотелось бы. в столовую заходит юнги — одногруппник сокджина. они оба на музыкальном, но юнги гораздо более хорош, по не скромному мнению чимина. он нередко отваживал настырного джина подальше от чимина, который каждый раз незаметно подкладывал ему в портфель любимый юнгиев сок из автомата в холле университета в знак благодарности. он замечает их и с недовольством направляется в их сторону. юнги не выглядит так, будто бы может уложить высокого джина на лопатки, однако его ледяной и обжигающий взгляд заставляет чимина съеживаться в толстовках, даже если он не был адресован ему. а хотелось чтобы был. только другой. более дружеский и мягкий. чимин посылает в день как минимум пятнадцать взглядов и ни одного ответ, только если это не касается джина. чимин не знает о юнги многого, но кое-что выцеплял из слухов. например, что тот хорошо играет на гитаре и очень добрый человек. девчонки западают на его бледную кожу, многочисленные браслеты и острый язык. — джин, мне нужно ещё раз повторить? — нет, что ты, вовсе нет. мы болтаем. джин выставляет руки вперед в защитной позе и машет ими, активно мотая головой. через пару секунд он с лукавым выражением лица поворачивается на чимина, сидящего вместе с ними за столом. юнги недоверчиво присаживается рядом. переписываемый конспект по экономике остаётся забытым, когда чимин с усталостью выдыхает и принимается массировать пальцами виски. — тогда что тут происходит? — видишь ли, я кое-что услышал. — ага, и мы тоже. стоящие сзади джина сонхун и тэмин мелко кивают. юнги переводит брезгливый взгляд с них на чимина. — и что за слух? — что чимин читает мысли. — угу. чимину хочется смеяться. да так чтобы с нотками истерики. джин не даёт ему проходу, начиная с марта месяца, задалбывая всем, чем только можно и глумясь над его фигурой. близился октябрь. — и какая вам разница? — юнги приподнимает бровь, не сводя взгляда с чимина. их с нятяжкой можно было назвать друзьями, однако именно юнги чимин порою хочет выплакаться о системе образования или всё том же джине. — ну как же! — джин пищит так, будто бы эта информация доступна для понимания только на ультра звуке. — я хочу удостовериться. я даже готов сделать это последним, но мне, чёрт возьми, необходимо знать! юнги переводит скептический взгляд на одногруппников. — отстаньте от него. — я уйду только после проверки! на лице чимина на вряд-ли можно что-то прочитать кроме вселенской усталости и равнодушия. от него не отвяжутся, пока он не сделает этого. юнги начинает возражать, прежде чем чимин перебивает его, соглашаясь. — о’кей. только я возьму не твою руку сначала, джин. юнги переводит удивлённый взгляд на него, якобы спрашивая «а кого? мою?». чимин кивает. юнги осторожно протягивает руку. на них глазеет половина столовой. рука юнги мягкая и холодная, оплетенная витиеватыми венами, просвечивающимися под тонкой кожей. сам юнги выглядит хрупким, не только его руки. чимин вкладывает руку в свою, ощущая контраст его пылающей кожи с другой, совсем не тёплой. он не любит копаться в чужих мыслях. это как грязное белье — потом еле отмоешься, так их ещё и куча. мысли юнги не быстрые, скорее всего усердно сдерживаемые их хозяином. — ну что? загадай ему что-нибудь. — джину не терпится. «хэй, ты… эм, ты можешь читать меня?» «моргни пять раз подряд, если ты можешь это делать.» чимин моргает с тем же каменным, но чуть порозовевшим лицом. — загадай ему что-нибудь! скоро моя очередь! юнги смотрит на него так, будто бы многое хочет сказать, и даже в глазах и чертах его лица можно увидеть какую-то загадку, которую чимин ещё не разгадал. «вау, я даже и не думал, что когда-либо смогу испытать такое.» чимин моргает, не желая это комментировать. в мгновение он ловит юнгиевы запреты самому себе смущаться и хоть как-либо показывать это. всё ещё держа руку пятикурсника в своей, чимин выгибает бровь. видя это, юнги заливается краской. «кхм, что ж, у тебя есть. эээ скажем доступ в мои давнишние мысли?» джин настойчиво барабанит руками по столу, в то время как юнги и чимин неотрывно глядят друг на друга. чимин кивает, и юнги заметно напрягается. «что если, то есть… ты не мог бы…» — хватит торчать! скоро пройдёт время ланча! — заткнись нахуй. юнги грубо отрезает, немного сжимая руку от раздражения. чимину тут же прилетает извинение за это. «прости» — ничего. это наверняка выглядит странно со стороны, однако чимину до любопытных студентов нет никакого дела. совсем скоро он закончит с этим, пойдёт на пары, а позже купит сок, чтобы в удобный момент подкинуть его юнги. юнги и сам берёт его каждый раз, когда у него собирается лишняя мелочь. «возможно, то есть… я могу сказать тебе кое-что?» чимин кивает головой. его усталость уходит на второй план, как ненужная вещь, когда его влюблённость так глядит на него. так будто бы им даже не нужны слова — они поймут друг друга по глазам. «я надеюсь, что не покажусь тебе настырным. однако мне всё ещё трудно держать мысли под контролем.» вдруг чимин так ярко и чётко видит картинку спящего себя, наверняка надолго отпечатавшуюся в чужой голове. через секунду его окружает рой таких картинок, на которых он дремлет или отвечает лектору, ест или залипает в телефон. юнги безбожно смущается, желая вырвать руку, но чимин не даёт ему этого. губы в один момент слипаются, а во рту становится совсем уж сухо. он с усилием просит: — продолжай. «ты нравишься мне, чимин. и мне очень приятно проводить с тобой время, так что ээ не согласишься ли ты пойти со мной на чашечку кофе?» чимин тупо моргает, никак не реагируя. его что, только что позвал на свидание юнги? юнги, который мастер ледяного взгляда и таких же рук? он в замешательстве. джин агрессивно требует своей очереди. чимин переводит осоловелый взгляд на него и отпускает руку юнги (который старается не поникнуть), обращаясь к пятикурснику: — юнги признался мне и позвал на свидание, тупая ты псина. верь не верь, но доказывать тебе лично я ничего не собираюсь. тетрадка по экономике, справочник, пенал — всё это летит в его сумку. он обходит стол под нарастающее недовольство джина и протягивает руку юнги. — ты тоже мне нравишься. погнали отсюда? юнги сплетает свои холодные пальцы с горячими чиминовыми и поднимается со скамейки. — погнали. — пак чимин, я тебя из-под земли достану, но ты мне ещё докажешь! — завались, а. они выходят из столовой, не торопясь и явно приковывая к себе внимание. поговаривают, чимин читает мысли, если к нему прикоснуться. а правда ли это? юнги убедился на собственной шкуре.