Питомцы Сакуры-тян

На улице, в проулке среди домов, сидел маленький грязный котенок. Он упрямо смотрел на прохожих, но не просил приюта или корма, просто хотел запомнить сам момент своей слабости. Недавно он был едва ли не принцем, у него были любящие родители и брат, и вот… он все потерял – вся его семья, весь его клан уничтожен. Как и его детство. Он не успел вырасти и понять цену жизни, взамен жизнь швырнула его в настоящий ад безразличия других, одиночества и накатывающего страха перед неизвестным. Котенок давно не ел, но шастать по помойкам как другие коты не стал. Он решил умереть гордо, решил, что не поддастся глупым людям, которые так виноваты перед его семьей. В который раз он услышал девчачий писк маленького человека: - Ой, какой милый котенок! Но стоило людям подойти, как он выражал взглядом им весь свой гнев и презрение – из-за них пострадала его семья и он сам погибает из-за них... Сегодня ему стало особенно плохо от голода, а тут еще и дождь прошел, и какая-то машина окатила его грязью. Он дрожал, смотрел уже не на вспыхивающие огни людской улицы, а на мокрый асфальт, куда его от слабости клонило все больше и больше, но он решил сидеть так долго, как сможет и боролся с собой и своим голодом силой воли, отданной ему по наследству его родителями и братом… - Бедняжка, как давно ты тут сидишь? – сказала очередная человеческая девица. Он видел носки ее туфель – какие-то глупые, с бантиками… Сейчас он выскажет своим взглядом все свое презрение. – Ух ты! Какой сердитый… Тебя обидели, да? И ты явно давно не ел, малыш… И ты весь продрог! Ах! Вот уж не ожидала такой подарок в день рождение. Неожиданно ее руки взяли его: котенок слабо сопротивлялся, мяукнул – на большее не хватало сил. И вдруг она прижала его к своей груди – грязного и мокрого, накрыла своим шарфом и, вот так придерживая, пошла… Он пару раз недовольно мяукнул, но было так тепло… Тепло… Котенок понял, что он умер – слишком хорошо. Он где-то, где тихо, не слышно страшных машин, топающих людей, их грубые как у собак голоса; он там, где вкусно пахнет и где тепло и сухо – наверное, это тот самый кошачий рай, о котором говорила мама… И вдруг в ноздри прямо-таки впился, вонзился ошеломляющий запах. Котенок резко открыл темные глаза в каком-то теплом и светлом помещении, и увидел перед собой миску с чем-то нежно розовым, пахнущим так, что слюни сами потекли, а пустой желудок скрутило от тоски. Почему-то он зарычал, зашипел, зафыркал и, подскочив на слабые лапы, стал есть, хотя упал и неловко завалился на миску. Что это? Почему так вкусно? В его поле зрения появились руки человека и тот самый голос, что подобрал его, сказал. - Не торопись, малыш… - Ррр-мряуу! – грязная шерсть встала на дыбы – во рту не проглоченная вкуснятина, которую он жадно впихивает в себя и заодно шипит на эту недотепу. Что она делает в кошачьем раю? Это прислужница? Так и должно быть – человеки в услужении высшей расы кошек. Значит, он все же умер… - Не переживай, я вот тебе еще молочка налила… - руки поплыли вверх и теперь котенок видел лишь ноги и вторую миску с чем-то белым и чуть колеблющимся по краям чашки. Он не переставал рычать на глупую человечицу – что она там себе думает!? Но внезапно первая вкуснятина кончилась, и он стал вынюхивать всю тарелку в надежде не еще один кусочек, но увы – котенок все съел. И тут его лапа оказалась во второй миске и тут же промокла. - Ха-ха! Какой же ты милашка! Вот же! Чего она смеется? Котенок недовольно фыркнул и стал облизывать мокрую лапу и замер. Капельки белого… напоминают маму… Он принюхался и попробовал это – молоко. Сам понимая, что эта глупая девица потешается над ним, он не мог остановиться – голод и желание насыщения победили гордость и даже посрамили его глупые мечты. Молока оставалось еще довольно много, как рука девушки взяла его и понесла куда-то. Он недовольно запищал, но так растерялся, что забыл сопротивляться. Котенок понял: если он испытывает такие негативные чувства, и все еще слабость – вряд ли он умер. А девица замыслила недоброе, когда посадила его в глубокую гладкую чашу и на него вдруг полилась вода. - Уж прости, - виновато сказала девушка с розовыми волосами - так говорил брат называется шерсть на голове людей. – Мне надо тебя отмыть, чтобы понять, что с тобой делать дальше… Признаться, я не думаю, что мне разрешат тебя здесь держать. Я снимаю квартиру и не знаю как хозяйка относится к животным. Но как я могла пройти мимо? Тем более в такой день... – Девушка беспощадно игнорировала недовольное мяуканье котенка и натирала его чем-то пахучим и все лила и лила на него теплую воду. Это не похоже на дождь. Вода лилась из трубки над головой котенка… Купание продлилось несколько минут, после она укутала его в полотенце и стала растирать его черную шерсть и смотреть, буквально прощупывать его кожу. Он сопротивлялся, мяукал, пытался кусать и царапать, но она только смеялась над его ослабленными попытками защититься. А потом она достала ужасную шумящую штуку, которая делала ветер, монотонно гудя. Девушка направила на него эту штуку и на котенка обрушился теплый, даже обжигающе горячий воздух. Он зашипел, задергался, но вместе с этим горячим воздухом, ему на голову и спину опустилась рука человечицы, которая стала гладить его по голове, обдавая горячим воздухом. На сцене его эмоций появилось неведомое ранее блаженство! Какой восторг! Несмотря на эту ветреную штуку, рука человеческой девушки успокаивала его, словно мама прикрыла лапками… - Прости, малыш, мне надо было тебя искупать. Скажи же – сейчас лучше… А сейчас расчешу тебе шерстку и совсем будет хорошо, - девушка, без предупреждения, пальцами стала чесать его по голове и шее – сам того не ожидая, котенок заурчал и вытянулся навстречу ее рукам. Как же хорошоооо! Особенно там, где все время чесалось, и он не доставал своими лапками… Пусть иногда ее пальцы застревали в путанице его черной сваленной шерсти, и она больно дергала его кожу, пытаясь высвободить руки, но остальное было невероятно приятно! У нее какие-то волшебные пальцы – она будто знала, где он сам не достает! Котенок развернулся на спину и поймав лапками ее руку, стал кусать ее пальцы – такие большие, не обхватить ртом, но он усердно кусал ее, пока она не вскрикнула и, оставив его на какой-то возвышенности, ушла. - Такой хорошенький, но кусачий! Как больно! Котенок вроде остался доволен: показал кто главный, но теперь ее пальцы не гладили его. И судя по ее охам – не будут… Чего она такая нежная? И тут девица прошла, придерживая руку, в которой немного кровоточил палец, и котенок притих – это он сделал? У него был старший брат, который часто учил его всяким вещам – как прыгнуть, как повиснуть, как увернуться - они боролись, но, конечно, котенок всегда проигрывал, и брат тукал его лапой по лбу. Но он никогда не кусал котенка так, чтобы появлялась кровь. Девушка села рядом и стала заклеивать чем-то липким свою рану. Котенок притих: когда он разыгрывался, мама терпела до последнего, но, если он перебарщивал, могла его куснуть так, чтобы и ему стало больно. Но эта девушка просто обрабатывала свою рану. - Не делай так больше, ладно? – ласково сказала человечица. Котенок теперь внимательно смотрел на нее: какая она страшная – большие зеленые глаза, розовые волосы и вся такая… голая без шерсти, даже с этой одеждой. Уродливые создания эти люди! И все же… неприязнь именно к ней не такая сильная как к другим. Девица потянулась и, зевнув, пробормотала: - Завтра подумаем, что с тобой делать… А пока надо бы спать устраиваться. О! Конечно… а умеешь ты в туалет ходить? Нет, наверное, ты ведь уличный, да…? И все же ты такой хорошенький без всей этой грязи – глаз не оторвать… Она что-то стала искать в шкафу и вскоре перед котенком была поставлена коробка с мягкой подстилкой. - Смотри: здесь спать, а тут, - она взяла его на руки и понесла в какую-то гладкую комнату – здесь странно пахло цветами, хотя их не было, и стояла совершенно чудная кровать из металла. И та чаша, в которой его мыли тут же. И еще какая-то странной формы, вроде стула. Он толком все не рассмотрел в тот раз и потому сейчас принюхивался и вертел головой – силы появились… Девица показала ему на коробку с газетами. - А здесь пока можешь делать свои дела. Это временно, потом купим тебе туалет. Ну, или… Ах, даже не знаю! Надеюсь, у меня получится оставить тебя. Девушка устроила его коробку у своей кровати и уложила его на что-то мягкое, с таким странным теплым запахом. А сама пошла куда-то и вернулась с какой-то палкой во рту – от нее приятно пахло мятой, после человечица выключила свет и устроилась на постели. - Спокойной ночи, малыш… Он не собирался спать – люди опасны, им нельзя доверять. Стоит только расслабиться, как жди беды. Котенок сел и стал смотреть на спящую девушку. Глаза слипались от сытного и вкусного ужина - впервые за долгое время. Он во что бы то ни стало решил противостоять сну, однако организм вскоре сдался, без его разрешения. Котенок проснулся от того, что его гладили, а сам он неожиданно мурчал – именно от этого он и проснулся – так он мурчал, когда был совсем маленьким, когда мама была рядом… - Прости, что разбудила, малыш, но мне надо уйти – я тебе оставила покушать и… в общем, покушай. Он не сразу понял, что происходит, и только после того как ушла эта человечица, котенок проснулся окончательно и увидел в миске те вчерашние вкусности. Он не успел подумать – нужно ли есть, а вдруг она отравила их, но уже ел – инстинкты сработали раньше разума. Это было… вкуууусно! Его крохотный и забитый под завязку желудок запел от восторга. Котенок даже облизал тарелки и стал умываться – тщательно, как учила мама. Удивительно, но теперь он не был таким неприятным на вкус как раньше… кажется, даже пахло от него свежее. После он понял, что надо срочно в туалет и походив по квартире, нашел укромный уголок и сделал там свои дела – закапав их, как учила мама. Котенок потом стал ходить по дому этой девушки и смотреть что у нее тут есть. Он и сам не понимал зачем она похитила его, но пока он хорошо поел и выспался, он чистый – даже не пришлось долго умываться. И она вроде как не злая. Может человечица с розовыми волосами задумала его забрать себе? Но его-то она не спросила! Котенок сердито урчал, хотя по квартире и нюхая вещи девушки – как много непонятного и лишнего! И тут он зашел в комнату со скользким холодным полом, а на полу валялось что-то махровое и уютное цвета травы. И это так вкусно пахло, что, недолго думая, котенок покрутился, устроился и улегся, а после и заснул. - …Вот ты где прячешься! – девушка подняла его и взяла его уютную постельку и кинула в большую корзину. - Мяаау! – недовольно задергался котенок. - Уж прости, но не надо лежать на моем полотенце. Потому что у тебя теперь есть собственная кроватка! Ах, может я поторопилась, но не удержаться! – она посадила его на мягкую лежанку, пахнущую совсем не так тепло, как вчерашняя коробка и сердитый котенок тут же выбрался из нее. – Не нравится? Ну вот… - Мяааау! – котенок фыркнул и цапнул ее лапой, когда она снова протянула ему руку. - Ой! Больно! – девушка сунула поцарапанные палец в рот. – Какой ты сердитый. Но не надо на моем мокром полотенце спать. Я же тебе такую прелесть купила… Ах, какой сердюнчик! Но ты все равно такой миленький! Самый красивый котик, которого я только видела! Перестань, малыш… Хм… - Она, все еще посасывая окровавленный палец, задумалась. – Надо бы тебе имя придумать. Я бы хотела надеяться, что ты останешься у меня, но, возможно, придется мне тебя пристроить в другом месте… Она ходила до дому, что-то ставила, расставляла, и вот снова взяла его на руки и усадила среди мягких игрушек. - Сделаем пару фотографий и выложим в сеть. Ты такой красавчик, что за тебя толпы должны драться… Эх… - Она прошептала в сторону. - Я тоже хочу тебя себе оставить, но моя хозяйка… такая страшная! Эта женщина сущий дьявол! Котенок все еще сердился на девушку и не понимал, что она говорит и зачем подсаживает к нему ближе эти комки пыли. Глаза котенку слепила какая-то розовая штука, которую девица все наставляла на него и улыбалась, говоря: - Вот эта хорошо вышла! О, Боже! Какой ты тут милашка! Просто кавайка! Ах, а здесь ты такой смешной! Эту удалю, она смазалась, а вот эти неплохие, нормальные… Котенок разозлился – он ничего не понимал и сердито стал кусать и бить лапами игрушку. Но эта девица только умилялась. В конце концов он выдохся и уже пошел в ту комнату с гладкими полом – вот только на полу там уже не было ароматной и мягонькой постельки. Но тут он унюхал этот запах в большой корзине – зацепившись, котенок забрался туда и нашел эту приятную подстилку и, недолго думая, улегся там и заснул. - Малыш, тут нельзя спать. Тут вещи для стирки! Ох, что же ты так цепляешься? Посмотри, как я тебе все постелила – разве тебе там не больше нравится? Она снова отнесла его на лежанку, и котёнок просто перебрался на пол – из вредности. - Такой малыш, а столько важности и гонора! – и тут она взяла его и поднесла к своему лицу. Котенок отчаянно брыкался и мяукал, но вдруг заметил, как внимательно смотрит на него эта человечица – неужели съесть хочет?! – Знаешь, я не должна была бы делать такое, но пора тебе имя дать, не думаешь? Девица внимательно разглядывала его и что-то бормотала, выдавая какие-то странные звуки вроде: «Яма, Фурито, Укобон». - Нет, твое имя должно быть особенным, сильным – ты ведь такой важный малыш… Вот даже вроде котенок, но кажешься мне таким взрослым… Девушка смешно корчила какие-то рожицы, даже высунула язык, и котенок задумал его цапнуть, но не дотянулся. - Сасуке! Нет, даже так – Саске-кун! Саске-кун - вот как я тебя назову, маленький гордец! Саске-кун, нравится тебе твое имя? Может тебе и фамилию придумать? Я нашла тебя в магазинчика вееров, может…? Котенок фыркал, вырывался, но человечица упорно звала его этим «Саске-кун». Ему не нравилось. Ему не нужно другое имя, у него было свое, которое дала ему мама и оно… котенок понял, что так давно не видел свою маму, что забыл, как она звала его. Стало так грустно, что он замяукал и девушка прижала его к своей груди и стала гладить и чесать. Он чуть посопротивлялся, но почему-то вспомнилась мама, как она умывала его, укладывала спать, как грела его и любила… И эта девушка, кажется, не желает ему зла, кажется, она почему-то любит его. - Мяааау! Вот и повелось: куда бы он не пошел, слышал от нее – Саске-кун, Саске-кун… А потом и сам не заметил, как стал отзываться на это «Саске-кун». И вот так котенок стал Саске-куном. Сначала он не понимал, что его человечица хотела отдать его другим, однако что-то поменялось и он стал жить у нее. Не то чтобы Саске было плохо, но он скучал по маме и брату с отцом. Он хотел их увидеть и найти, стараясь не вспоминать, что их уже больше нет… Это человечица звалась Сакурой и она хорошо кормила его, давала такие вкусности, которых он прежде никогда не ел, покупала ему игрушки, подушки и много всего. Она даже купила ему собственный домик с точилкой для когтей и туалет, к которому он быстро привык, потому что там его лапки всегда оставались чистыми! Саске было вполне удобно что она заботится о нем и даже ничего не требует взамен, а просто сядет порой, и умоляет ей на колени взобраться или погладить хочет, а он, само собой, не дается. Девушка расстраивается, но все равно кормит его, ухаживает, а вот недавно купила что-то потрясающее, которое чешет ему спину и голову и даже хвост! Саске в этом случае и с мясом не в состоянии был сдерживаться и мурлыкал даже помимо воли. Сакура просекла его слабость и гладила его этой супер-чесалкой несколько раз в день. Он хотел сопротивляться, но блаженство от этих чесалок слишком велико. - Саске-кун, я дома! – девушки иногда не было очень долго, и он обыкновенно исследовал квартиру, сидел там и там, спал на ароматном полотенце в комнате с плиткой, которая звалась ванной комнатой. Иногда нарочно прятался, чтобы она волновалась, но чаще просто засыпал, скучая по родителям и брату. Он вспоминал их каждый раз, как оставался один, но уже грустил не так сильно. И не то чтобы он не хотел быть с родителями и братом, котенок упорно представлял, что потерялся, но правда была и она была суровей, чем хотелось – он сам видел как они погибли. Он хотел к родным, туда, откуда не возвращаются… Но в тоже время, эта глупая девушка так заботится о нем, нежничает, чешет за ушком и животик, а еще так вкусно кормит, как он никогда не ел. Саске хотел уйти, но и хотел остаться. И каждый раз, когда уходила она, он забирался на подоконник окна и смотрел как фигура девушки в окне становится все меньше и меньше: было что-то тревожное в ее спине, но он никак не мог понять, что так беспокоит его. Только слышать, как звенят ключи в замке, стало для него каким-то успокоительным. Кроме того, Сакура всегда приносила что-то вкусное для него. Котенок никогда раньше не ел того, что она давала - не такое вкусное, по крайней мере; Сакура будто знала это и всегда говорила – курочка в соусе, лосось, говядина с овощами. Саске-кун был по-своему счастлив: позволял себя любить, но держал разумную дистанцию. Это все-таки человек – низшая раса, которая и должна прислуживать котам и кошкам. Ему даже нравилось, что эта человеческая девица так поклоняется ему, нравилось видеть, как она расстраивается, когда он уходил с ее коленей или не позволял гладить себя. Саске даже стал мириться с тем, что теперь с ним живет человек. Но однажды появился он.