Уебаться бы головой о стену

Закончив стрим, парни потихоньку расходились. Фремтаймер остаться не смог, да и не хотел наверно, а Ярик опять в тильте, тоже домой едет. Саша и рад уйти, но Кореш останавливает, хватает за локоть, ведёт обратно. — Блять, Лёш… Не надо, ну… Ты же не собираешься… делать это? — с неким страхом спрашивает, резко остановившись посреди комнаты, пытается освободить руку. — Собираюсь, — сознаётся Лёша, подходя к онемевшему от страха юноше. Аккуратно берёт его за тонкие запястья, и толкает на пол. Младший отлетает к холодной стене, сильно ударяясь об неё затылком. Юноша нависает сверху, на лице играет злая улыбка. — Слишком милое у тебя личико для парня — продолжает он, замахиваясь. Саша сжимается, закрывает лицо руками, ожидая удара. — Что ж, не впервой — грустно усмехается он про себя, понимая, что сам виноват, будет мне уроком, не оставаться ни с кем наедине. И уходить раньше. Резкая боль в животе вырывает его из размышлений. Лёша же не тупой бить по лицу, а так — можно. Градом сыплются удары, всё тело ломит, но даже это ещё терпимо, это уже привычно… Они же были друзьями, ему то парень чем помешал? Вопрос «за что?» уже давно не интересует Сашу — «просто так», чтоб расслабиться, выплеснуть злость, но… Почему он? Почему всегда он, чем парень это заслужил? Горькие слёзы обиды стекают по бледным щекам, оставляя тонкие разводы. — Так то лучше — заключает Кореш, останавливаясь, и оглядывая своё «творение». Бьёт он умело, сильно, по самым чувствительным местам, но не ломает ничего. Юноша поднимает младшего, усаживает себе на колени, срывая толстовку, — неплохо ты с Ильёй развлекаешься. — говорит он, оставляя поверх чужих следов новые. И зачем? Показать, что Саша теперь его? Тупо, - Или не Эксайл даже? Кто? Нравится перед парнями ноги раздвигать, а? Шлюхой быть хочется? – продолжает издеваться Кореш Видит, что младшему ответить нечего, тем более в таком положении, видит, как он расстраивается, как слова задевают его, как парень чуть не плачет от обиды. И Лёше это нравится. Нравится даже больше чем сам Саша, больше чем любой секс, больше чем чтобы то ещё. Нравится морально унижать, уничтожать, предавать, доводить до слёз, выводить на эмоции. Парадеев молчит, а смысл? Лёше ничего не докажешь. Саша лишь неуверенно качает головой. — Тебе я себя ебать не дам, я не шлюха — процеживает сквозь зубы, ударяя ногой по коленям. В ахуе от неожиданности, Лёша ослабляет хватку, и младшему даже удаётся вырваться. Да, повезло, он молодец, не сдался. Но сильные руки тут же возвращают в предыдущее положение, опуская юношу с небес на землю. Надо было думать сначала. Пытаться исправить что-то сейчас — просто смешно. Дальше всё как обычно, процесс Саша совсем не помнит — да и зачем? Больно, низко, плохо — что ещё? Потерянное доверие. Ко всем, без исключения. Незнакомцам, друзьям, близким. Отвращение. От себя мерзко. Больше нет жалости ни к кому. Ни к другим, ни к себе. С такими чувствами он отключается.