Сиделка

— Диничка, вот и всё. — Света провела ладонями по обнаженным лопаткам. — Массаж окончен. — поцеловала в плечико. Арбенина недовольно заворчала, завертела головой. Ей мало, пусть Света дальше продолжает. — Всё должно быть в меру, главное не переусердствовать, тем более в лечении. Я хотела тебе ещё сегодня иголочки поставить. — Я не хочу иголочки, я хочу целоваться. — заканючила Диана. — Диничка, бегать же ты, хочешь? Придется немножечко потерпеть. — Выбора у меня нет, да? — сложила бровки домиком. — Свет, — взяла ее за руку, которая была такая теплая. — Пока я буду в образе дикобраза лежать и страдать от невыносимой боли ты мне почитаешь? — Не выдумывай, это не так уж и больно. Неприятно, да, но все же терпимо. Почитать? — Света слегка растерялась. — Ну, хорошо! Под Динкины ай, ой, заяц, больно, Света поставив иголочки села рядышком.Взяла в руки телефон. — Я хочу, тебе, прочитать строчки, которые мне очень нравятся. Надеюсь, ты, не против? «Сказка о дожде» Белла Ахмадулина. Если забуду, то подсмотрю в телефоне. Арбенина слушала внимательно, не сводя с нее своих изумрудных глаз. Голос доктора ласкал и приятно обволакивал, она так бы слушала и слушала. Прочитав последнюю строчку Света замолчала и слегка улыбнулась. — Мне понравилось, почитай ещё! — Ну, хорошо! «Бабочка» — Бродского? — Да. Это один из моих любимых поэтов. А ещё я люблю Александра Сергеевича. — Как там? «Я помню чудное мгновенье: передо мной явилась ты» — Да, да. Динка, ты, будешь слушать или нет? — Света совсем смутилась под ее пристальным взглядом. — Заяц, конечно, слушать буду. Я просто хотела сказать, тебе, что у меня есть целая библиотека. Она находится в доме на втором этаже. И я, тебе, ее обязательно покажу, когда смогу ходить. Сама я очень люблю книги, но только на бумаге. Электронку не особо воспринимаю. Очень люблю книжный запах. — С удовольствием посмотрю на твою библиотеку. Мне очень интересно какие книги нравятся известной гонщице. — На самом деле у меня книг много: есть Бродский, Пушкин, Ахматова, есть зарубежная классика. Даже детские книжки имеются. Я детям всего Пушкина перечитала: про Балду, сказку о царе Салтане. Ой, Светуль, я вспомнила забавный момент. Сейчас быстренько расскажу и, ты, будешь мне читать. — Конечно, рассказывай, я слушаю! — Диана в своей манере рассказывать была неподражаема. — Так вот… Марта мелкая была, ходила за мной гуськом пол-утра и все айби-би, да айби-би. Весь день я пыталась понять, что же все-таки хочет от меня мой ребенок. Но, тайна была разгадана только вечером. Собралась я Теме и Мартише почитать перед сном, достала книжки и говорю выбирайте, что будем читать. Мартиша тычет пальчиком в Айболита и такая айби-би, айби-би. У меня глаза тут же по пять рублей, округлились. Так вот чего, ей понравился добрый доктор Айболит, который лечит зверюшек. У нас, видимо, это семейное. Мне тоже очень нравится один очаровательный доктор, который к тому же, как выяснилось, классно читает стихи. — Почитай ещё, мне нравится! На небе не облачка, во всю светило солнце. Время шло к обеду, Гриня радостно приносил мячик Диане, Марта колдовала над рыбой на решетке, а сама хозяйка дома наблюдала за очередной партией в теннис, болея то за Тему, то за Светулю. Погода чудесная, любимые, родные люди рядом. Кайф! Что ещё нужно для счастья? Но, как говорится, не было печали, да черти накачали! За воротами остановилось такси, из него вышла женщина в возрасте, в кепке и в спортивном костюме. Она требовательно нажала на звонок. Железная дверь незамедлительно была открыта Закаром. Вручив ему два чемодана и сухо поприветствовав, Галина Анисимовна зашла на участок. Заметившие ее двойняшки переглянулись. Появление бабушки означало лишь одно — все, спокойная жизнь накрылась медным тазом. Опять начнется, что вилки с ложками не там лежат, а почему это Гриня бегает по всему участку, у него должно быть свое место. Марта опять занимается ерундой? Ну какой скульптор? Переводчик, вот хорошо оплачиваемая работа. Знание языков в жизни больше пригодится, чем ляпание в глине и грязи. Царственной походкой подошла к дочери. — Здравствуй, Диана, ты, как? — поцеловала в щеку. — Еле ведь доехала, попался ужасный водитель. Думала не доеду, в машине душно и невозможный запах бензина. Отвратительный сервис, ехал так будто дрова везёт. — Здравствуй, мама. А позвонить заранее было не судьба? Закар, бы тебя привез. — Я хотела сделать сюрприз. — Ну в какой-то мере он тебе удался… А, это Светлана, — Арбенина представила стоящую рядом женщину. — Свет, это моя мама Галина Анисимовна, любительница сваливаться, как снег на голову. — Здравствуйте, очень приятно.— Сурганова улыбнулась. — Я медсестра, помогаю Диане восстановиться. — Ясно. — бросив мимолётный взгляд на медичку, женщина направилась к Марте, которая шла к ней на встречу. Тем самым, как говорится взяв весь огонь на себя. Забрав у Закара чемоданы, внучка поинтересовалась у любимой бабули надолго ли она к ним приехала? Озвучив тем самым вопрос, который всех волновал и даже Гриню, ведь ему было разрешено теперь гулять только в определенном месте, а не по всему участку. — Как только закончится ремонт в ванной, так сразу и уеду. Это зависит от рабочих, точнее от степени их криворукости. — Идем, помогу занести чемоданы. — через пару мгновений Марта с Галиной Анисимовной скрылись в доме. — Свет, все хорошо? У моей матери очень тяжёлый характер, не обращай внимание. — Динь, все нормально. Не переживай. — Ну, тогда пойдем есть, судя по ароматным запахам. — Арбенина повела носом. — Рыба готова. Послеобеденное солнце спряталось за серые тучи, которые постепенно заволакивали поселок. По просьбе Дианы Артёмом были принесены с антресолей шахматы и сидя за столиком, женщины с азартом пытались обыграть друг друга. Эту партию выигрывала Света. — Заяц, так значит, да? — насупилась Диана. — Да! Динуль, ну извини. Шах и мат. Увлекшись игрой друг с другом они не заметили, как пришла незваная гостья, они и звонка не слышали, ее вероятно пустил Закар. Незнакомка не обращая внимания на Свету бросилась обниматься и целовать Диану. — Ася, какого хрена? — гаркнула офигевшая Арбенина, отпихивая ее от себя. — Диан, я соскучилась. Вот решила навестить. Мы же не совсем чужие друг другу люди. — Серьезно, не чужие? А что же, ты, в больницу так ни разу и не пришла? — Вообще-то я звонила и не раз! — оправдывалась незваная гостья. — Все! Гайрабекова, иди на хер! Звоню Закару. — она достала из кармана телефон. — и, он тебе быстро напомнит, где дверь, если, ты забыла! Мужчина пришел быстро. — Закар, проводи девушку и больше никогда, ни под каким предлогом не пускай ее сюда! — Блядь, Арбенина, я просто поговорить хотела. Не трогай меня. — обратилась она к мужчине. — сама уйду, если мне тут не особо и рады! Небо чернело, громыхало. Видя, что Света молча уходит, Диана бросилась следом, надо обязательно остановить. Задела колесом стол, резные фигурки с шахматной доски скатились в траву на радость Грине, будет теперь чего погрызть. — Свет, Светуль, подожди не уходи! — Дин, если у тебя уже есть отношения, зачем нужно было со мной что-то начинать? Скажи мне! — В серых глазах читался такой спектр чувств. С новой силой грянул гром и пошел дождь. — Заяц, послушай, у меня была с ней интрижка, да. Но ничего серьезного. Она ещё организатор гонок, мы часто пересекались. Громыхнуло ещё раз и пошел дождь стеной. — Я когда встретила тебя, то сразу забыла всех. — Диане было все равно, что одежда ее сейчас совсем намокнет, ей было важно, чтобы Света сейчас не ушла вот так по глупости. — Вы, чего тут под дождем делаете? Мокните? А я за вами пришла. — протянула Свете второй зонт. — Мартон, скажи, я ведь всегда жду встречи со Светой? Как только, ты, уходишь я начинаю ждать. Свет, не уходи! — обратилась она к растерянной женщине. — Дочь, скажи ей, Гайрабекова просто приперлась. — А, ну понятно. Света, я ещё не успев толком проснуться иду в кондитерскую за свежими пирожными Света же должна прийти. Света то, Света се. А эта футболка мне идёт? Думаешь, ей понравится? И вот так целыми днями. — Заканчиваем с лирикой и идём ко мне в домик. Маман, Света промокли все насквозь, идёмте скорее, так и заболеть недолго. — Заяц, ты, не уйдешь? — Да, да, Мартиша пойдёмте скорее. — Вот и прекрасно! Там сухо и тепло, заодно и выясните отношения без посторонних глаз. … — Заяц, так, ты меня ревнуешь, да? — Диана покрыла волосы полотенцем. — Арбенина, хватит болтать! Давай переодевайся быстрее! Так и заболеть недолго. — она распотрошила стопку чистого сухого белья заботливо принесеного Мартой. — Мой заяц, меня ревнует, круто! — с придурковато- счастливой улыбкой Диана вытирала полотенцем волосы. — Ревнует, ревнует только сильно не зазнавайся! Едва успели переодеться, как в домике резко стало темно. — По ходу опять вырубило электричество. У нас в поселке так часто бывает! — Диана пыталась в темноте нащупать руку или плечо любимого доктора. — Динь, я здесь! Жалко конечно, а я хотела посмотреть фигурки, которые стоят на полке. Кто их делал? Они ведь все ручной работы? — Да, это Марта делала, это же ее обитель, дадут свет посмотришь! Есть, конечно, привезенные из-за границы из разных путешествии, было время я ей много привозила. Диане хотелось не о глиняных фигурках говорить, а чувствовать откровенно Свету рядом и чтобы горячее дыхание касалось мочки уха. Появление Марты в дверях в дождевике и с фонарем в руке, который был очень похож на сказочный, выдернуло Арбенину из своих мыслей. — Маман, ну как, вы, тут? Там так по-адски громыхает! Темка сварил вам глинтвейн по своему особому рецепту! — достала из небольшой сумки термос и две кружки под напиток и поставила на небольшую тумбочку, которую потом подкатила к небольшому диванчику, на котором сидела Света. Зажгла три пузатые свечи. Одну оставила на тумбочке, другие две расставила по комнате. — Блин, я забыла канапэшки и шоколад! Это же самое вкусное. Сейчас принесу, а потом надо будет бежать спасать Темку от нравоучении любимой бабули. Пока Марта ходила, Диана разлила горячий, ароматный с пряными нотками и красным вином, напиток по кружкам. И залюбовавшись, с трепетом смотрела, как Сурганова обхватив кружку руками сделала несколько глоточков. — Ммм, очень вкусно! Надо будет у Темы попросить рецепт. — Ну, попробуй, мне вот, засранец, не колется! Ты, ему нравишься, думаю тебе он скажет. Арбенина- младшая забежала, быстро поставила контейнер, положила шоколад. — Сильно не шалите! — накинула капюшон и скрылась в пелене дождя. Две женщины улыбались друг другу и даже в тусклом мерцании свечей было видно, как горят их влюбленные глаза. Им не обязательно было говорить, чтобы понять друг друга. Но им важно было касаться.