POV Гилберт Байлльшмидт
11 января 2012 г., 22:37
«В атаку» - отдаёшь рукой приказ,
А я прошу лишь: «Брат, не надо»,
Но яростный укор в стальных глазах,
И через миг уж вспыхнет канонада.
И я шепчу, уже едва не умоляя:
«Оставь всё, брат, нам этого не надо».
Но встречных жертв огонь лобзая,
Нещадно придаёт в пламеня ада.
Сметая всё, ты страны покоряешь,
И этот мир почти в твоих руках,
Ты толпами людей уничтожаешь,
Планету окуная в дикий страх.
В решеньях твёрд, ни разу ты не усомнился
В святейшей истине кровавого пути,
Не раз огнём холодным опалился,
По раскалённым углям впредь вместе нам идти.
И жалости не зная, не ведая испуга,
Лазурные глаза залились серостью свинца,
А в наших душах рвёт и мечет вьюга,
Обманчиво вливая горький яд в сердца.
Тогда ты был невиннейшим дитём,
А я пронизал твой разум пылкими мечтами,
Голубизна в очах сияла, с каждым днём
Всё больше походя на сталь со льдами.
Не знаю, как мне теперь нас называть,
Но «братья» с верой снова повторяю,
Великий (мне ведь так Вас величать?),
О, Третий Рейх, от вида одного я замираю...
Жестокую расправу с врагами ты ведешь,
Ты душу вытравить готов, не колебаясь,
Любому смертный уголок найдёшь,
Кто будет против нас, зловеще ухмыляясь.
Остался я единственным, один я тот,
Кем, ты бесспорно дорожишь,
Но всеми силами скрываюсь от пустот
И вижу: лихорадкой ты дрожишь.
Настойчиво меня ты вопрошаешь:
«Что вдруг случилось, брат? Скажи…»
Но я безмолвен, себе же ты лукавишь,
Накрывшись пеленой жестокости и лжи.
А я всесилен, да, но загнан я в тупик,
Слежу без слов за шатким миром,
От силы я – той слабости двойник,
Кой позавидовать комическим сатирам.
В моих глазах весь мир пылает,
И красные зрачки становятся алей,
В твоих глазах он в муках погибает,
И матовая кожа становится бледней.
Нас изнутри пробрал свирепый холод:
Это не страх, не боль, нам это незнакомо,
Но настигают нас ударом серп и молот,
И страны неожиданно выходят все из комы.
Ты, задыхаясь от открытого раненья,
Мне что-то говоришь безмолвными губами,
Ты не страшись: та рана не смертельна,
А я тебе давно всё высказал глазами.
Я вижу, брат, ты не кидай слова на ветер,
Мне плохо также, наш народ изнемогает,
Пришло и наше время, месть раскрыла веер,
И мощь, что мы имели, увы, нас не спасает.
Они все вымещают злобу на тебе,
Что долго их давила, увечья нанося,
Терпи, сейчас мы - жертвы на войне,
Терпи же, брат, иначе нам нельзя.
Я сделку свершу; прошу горячею мольбою…
Меня вероломом ты не считай,
Всегда только помни – я лишь с тобою.
Меняю честь на жизнь твою, знай.
Меня сковали и в плен уж уводят,
Я обернулся, мне стыдно взглянуть,
Но есть уговор: тебя, брат, не тронут.
А ты на земле, схватился за грудь.
От боли жгучей ты страдаешь,
А я всё также молча ухожу,
Голубыми очами вслед провожаешь,
Меня ты простишь, встречи жду.