Сделаем ночь безумнее?

Тем вечером Чифую и Баджи убегали домой со всех ног, слыша в свой адрес маты от каких-то парней, с которыми дрались. Мацуно совершенно безмолвно согласился на предложение брюнета о ночёвке в своей квартире, ведь ему было не до этого: запыхавшийся парень пытался не задохнуться от смеха, когда смотрел на бежавшего спиной вперёд Кейске, показывающего отстающим от парочки обидчикам средние пальцы. Он поддел его за локоть, когда Баджи чуть не свалился на спину, запнувшись об собственные ноги. Это было потрясно. Все эти эмоции и ощущения безмятежности, что окрыляли блондина, хотелось высечь в воспоминаниях и никогда не забывать. Заходя в дом и быстро закрывая дверь, Чифую опёрся спиной о стену и тяжело выдохнул. — Ну и ночка. Безумство какое-то, — отозвался Баджи, впутывая руку в волосы и небрежно убирая их назад. Блондин согласился и посмотрел на друга. Такой взъерошенный и… горячий, черт возьми, облокотился на противоположную стену небольшого коридора и взглянул на Мацуно. Чифую укусил внутреннюю сторону щеки, Баджи поджал губы. — Может, сделаем её ещё более безумной? — чуть тише спросил Мацуно. Кейске коротко и быстро вздохнул. Это было отпускным рычагом для обоих. Парни тут же прижались друг к другу и слились в ярком, настойчивом поцелуе. Руки обоих нервно сжимались на чужой одежде, зарывались в волосы, блуждали по шее – прикасались везде, отчего у Чифую покалывало кожу. Мацуно не знал, почему так реагирует, от адреналина, полученного за вечер, или от приятных действий брюнета, но он точно понимал, что так влияет на него Баджи. А Кейске в свою очередь даже думать ни о чем не мог, кроме как о губах, руках, щеках, шее Чифую: он раз за разом целовал каждый участок нежной кожи, что открывал блондин, не насыщаясь. Мацуно начал потихоньку терять контроль и плавиться от прикосновений, получая удовольствие и не давая его взамен, как ему казалось, но Кейске только наслаждался, когда блондин давал прижимать его к стене и целовать, целовать, целовать. — Можно я?.. — тихо и хрипло спросил брюнет прильнув к шее и вновь прикасаясь к ней губами, смотря на лицо буквально тающего друга. — Да, да, — просяще сказал блондин и закусил губу, когда Баджи всосал белую кожу, оставляя за собой покрасневшее пятнышко. — Ты такой сладкий, — проговорил Кейске и облизал след, чуть прикусывая шею, отчего Чифую тихо простонал и зажал дрожащие губы. Кейске почувствовал острую необходимость поцеловать их, что моментально и сделал, нежно проходясь собственным языком по языку партнёра, когда тот приоткрыл рот для углубления поцелуя. Голова Чифую гудела, руки сплетались на плечах, пуская пальцы в мягкие локоны, губы начинали болеть, но он не останавливался, отвечая брюнету в более нежной манере, чем минутами ранее. Все было до жути хорошо и правильно: Мацуно чуть отходил от стены, а Баджи вновь примыкал к парню; Чифую заходил в комнату, а брюнет выслушивал его тихие полустоны, когда спускался к чувствительной шее друга; блондин, не выдерживая, плюхнулся на кресло, а Кейске сел на его бёдра, проходя поцелуями от шеи к щекам парня. Хотелось зацеловать каждый участок этой фарфоровой кожи, к чему Баджи успешно шёл, пока Чифую не прижался пахом к Кейске. Они шумно выдохнули и взглянули друг на друга, ища в глазах что-то, чего нельзя описать словами. — М-м, Баджи-сан, мне немного больно, — признался Чифую спустя секунды и поёрзал на кресле. — Оу, прости, — сказал брюнет и встал с бёдер Мацуно, утягивая его за руку и садясь на кровать, — можем поменяться местами, — сказал он, двигая бровями, и Чифую не смог сдержать смеха. Но предложение все-таки принял. Следующие поцелуи происходили медленно, почти лениво, Баджи все также спускался к шее и оставлял новые засосы, покусывал шею, проходился по ней языком, отчего Чифую выгибался и стонал, цепляясь за волосы и плечи друга. — Тебе не тяжело? — спросил Мацуно, вздыхая, ёрзая на бёдрах брюнета. — Нет, мне охуенно, — ответил парень, поддевая пальцами футболку и стягивая ее с тела блондина. — Мне тоже, — сказал Чифую, поднимая руки. Как только футболка была брошена на пол, Мацуно надавил парню на грудь и Баджи послушно прилёг на спину, левой рукой облокотившись на локоть, а правая удобно легла на бедро блондина. Чифую натянул лёгкую ухмылку и пробрался пальцами под футболку друга, следя взглядом за открывающимся низом живота. Чифую не верил, что это происходит с ним на самом деле, это было так чертовски приятно, поэтому он продолжал. Мацуно закусил губу, когда почувствовал лёгкую дрожь, и приблизился к шее брюнета. Он на секунду оторвал взгляд от неё и легко поцеловал парня в губы. — Могу и я?.. — спросил он, спускаясь практически невесомыми поцелуями к ключицам. Как только Баджи кивнул, Чифую начал медленно втягивать нежную кожу шеи в рот, наблюдая за оставленными покраснениями, пока Кейске звучно выдыхал и перемещал руки на ягодицы Мацуно, слегка сжимая и наслаждаясь тихим мычанием партнёра. — М-м, Чиф, — простонал Баджи, когда потерся пахом о ногу Мацуно. Руки парня вынырнули из-под футболки и начали расстёгивать джинсы, тем временем как Баджи просунул пальцы под спортивные штаны блондина. Когда Баджи огладил кожу ягодиц и смял её в руках, Чифую чуть не подавился воздухом. Кейске прижался своим пахом к паху и Мацуно звучно простонал, когда между ними появилось сильное трение. Они правда этим занимаются? Голова Мацуно упала на плечо брюнета и Чифую тяжело выдохнул. — Прости, мне не стоило? — спросил Баджи и переместил руки на поясницу. — Всё в порядке, — Чифую подвинул руку брюнета к прежнему месту и поднял глаза на парня, — продолжай, — прошептал он в губы и начал новый поцелуй. Руки Баджи двигались так же медленно и нежно, как и губы, постепенно увеличивая темп. Мацуно стонал в поцелуй, Баджи вместе с ним, хотя последний не был уверен, что это можно назвать поцелуем; они будто прижались губами друг к другу, но никому это не мешало получать удовольствия от толчков тел. — Быстрее, быстрее, — тихо говорил Чифую, а Баджи прислушивался и сильнее вбивался в податливое тело. — Бля, Чиф, ты такой горячий, — вырывалось у брюнета, на что Мацуно автоматически ответил «ты тоже», толкаясь бёдрами одновременно с Кейске. Блондин прижался губами к щеке и мазанул к уху, кусая мочку партнёра. После громкого низкого стона, Чифую подвинулся и продолжил кусать хрящ, не следя за движениями таза. Будучи на пределе, он оторвался от уха Кейске и прогнулся в спине, чувствуя последние толчки Баджи и его тяжёлые стоны. На тело напала долгожданная истома и Мацуно закусил губу, прикрывая глаза. Он почувствовал, когда кончил Баджи: по его телу прошла ощутимая дрожь и пальцы сжали задницу до колкой боли, которая на удивление ощущалась очень приятно. Когда блондин открыл глаза, он увидел тяжело дышащего Кейске и его подрагивающий кадык, к которому тут же прильнул, чтобы поцеловать. Потом подняться чуть выше по шее. Затем перейти на подбородок. И к искусанным, алым губам. — Это было потрясно, — сказал Баджи, смотря в глаза блондина, на что Мацуно кивнул и свалился рядом с брюнетом. Прошло немного времени, пока оба парня не отдышались. — Я хочу спать, — пожаловался Чифую и Кейске повернул голову к блондину. Лица уставились друг на друга и смотрели, пока Мацуно не прикрыл глаза. Баджи с усталым стоном поднялся и, когда он начал вытаскивать одеяло из-под Чифую, тот сам встал и навалился на брюнета, приобнимая. Кейске было довольно проблематично снимать джинсы с ног, когда его обнимали, но он как-то умудрился это сделать и затолкать их обоих под одеяло. Какое-то время он попросту смотрел на сопящего блондина и кротко поцеловал его в лоб. — Я люблю тебя, — сказал он перед тем как обнять Мацуно. Сердце Чифую, и без того бешено колотящееся, ускорило ритм. — И я тебя, — еле слышно ответил блондин, когда почувствовал такое же быстрое биение в груди Баджи. Улёгшись вдвоём поудобнее, парни и сами не заметили, как уснули в объятьях друг друга.