Отголоски их души

Это утро выдалось слишком тяжелым. Крики с самого утра получше всякого будильника, особенно если кричат на тебя. Беловолосый парень сел, дверь в его комнату громко захлопнулась, а женщина которая кричала с громким топотом ушла. Наверняка будить Дрима, их комнаты находились слишком далеко друг от друга, но никто не жаловался ведь даже если протесты будут ничего это не изменит. Вот ноги спускаются с кровати, ноги быстро находят тапки ибо взгляд был опущен в пол. Кажется парень заснул за работой. Какой? Тот пол ночи писал рассказ который придумал сам, можно прочитать последний отрезок, почему бы и нет: Женщина тяжело вздохнула, на глаза наворачивались слёзы от обиды, что может быть хуже предательства любимого. Её длинное платье развивалось на ветру, босые ноги кровоточили после побега из места которое когда-то та называла домом. Она не понимала только одного чем она это заслужила. Мир встал против неё, а одной боротся слишком тяжело, и бесчисленные попытки приводили к очередному краху. Длинный мост был пуст, но дело не в ситуации, а в том что была глубокая ночь и если кто-то и проезжа, кому есть дело до неё. Этот шаг станет последним в её жизни. Тело дрожало, и можно было это списать на холод, была уже поздняя осень и снег успел лечь на землю тонким ковром, на самом же деле проблема была не столько в холоде сколько в страхе, она думала что это будет просто, раз и всё. Оказалось это гораздо сложнее, но переступив через это он отпускает поручни моста и поддаётся немного вперёд позволяя телу рухнуть вниз.. Дальше было не дописано, писатель явно не знает стоит ли сохранять ей жизнь, или дать этому рассказу плохой конец заканчивая всё похоронами. Хотя сейчас было не до рассказа. Поднявшись беловолосый сразу же схватил со стола резинку заплетая непослушные волосы достающие до области чуть ниже лопаток в беспорядочный и временный пучок. Он хотел бы их состричь, но нельзя, правила не позволяют делать слишком весомые изменения. Он накинул на плеч Халат и вышел из комнаты уходя в ванную.Многие уже могли догадаться кто это. Найтмер посмотрел в зеркало, часть волос он всегда оставлял на лице перед тем как пойти в академию. Почему? Всё дело в отвратительном шраме на его лице, он слеп на один глаз, а ведь казалось должно было начинаться всё хорошо. Найт умылся, прохладная вода подарила заряд бодрости окончательно выводя их дремоты, тот решил сполоснуться перед тем как пойдёт одеваться.

***

Солнце, на улице раздавался смех двух парней, те шли по парку и держались за руки. Казалось до мира им не было никакого дела. Фиолетовые глаза Кошмарика смотрели на родственную душу, лицо партнёра вызывало улыбку, а его белоснежные крылья манили ладони норовя прикоснутся к густому оперению. На лице Коши был яркий румянец, ведь обычно комплименты ему не делали. Был только полдень, в академию было не нужно, каникулы. Сейчас было тёплое лето, многие ездили или летели на море желая искупаться в прохладной водичке, но парни обходились мороженым. Они болтали о всяком, темы были бредовые в стиле "как прошло утро", "было ли что-то интересное и запоминающееся", "или прошлое", Да тот же вчерашний день попал под их обсуждение. Это любовь, ведь так. Парень был обходительным, одарял лёгкими поцелуями и нежными касаниями, комплименты и цветы. Их дарят только девушкам в основном, но и такое было приятно. Те сходили на сеанс кино, успели ещё погулять, и не заметили как наступил вечер..

***

Найтмер смотрел на себя в зеркало, уже одетый и готовый к очередному дню.Часть небрежно выстриженных почему-то волос была собрата в короткий небрежный хвостик сзади сбоку. остальные свободно лежали на плечах, а чёлка лежала на лице закрывая уродливые шрамы. Завтракать тот не стал, разве-то заварил себе крепкий кофе. Выглядел тот бледно, синяки под глазами были замазаны лёгким макияжем который придавал лицу кошмара живой вид. За столом сидел Дрим, возле плиты стояла мачеха. Найтмер с ней не особо ладил, хотя лучше будет сказать вообще не ладил. Раньше он принимал все её слова, а теперь не грех и нахуй послать неугомонную женщину что усыновила его и Дрима. Она была сестрой их матери, та слегла на покой после некоторых событий, Найту сложно принимать то что эта женщина так напоминает её, словно злой близнец. Это немного ранило, он знал что мама его любит, но слышать как та кто так похожа на прекрасного и любящего человека называет тебя ублюдком, и выродком бьёт ниже пояса. И вот опять она при Дриме начала выговаривать что Кошмар был слишком долго в ванной, и ему не стоит там засиживаться, ведь не он платит за воду, казалось бы развитая страна, но за некоторые коммунальные услуги те всё же платят. Дрим просил их не ругаться, но кого это останавливает? Хотя и Дрим не был таким уж святошей каким выглядел, Найт знал это как никто другой, но эта женщина превозносила Дрима как нечто чистое, достойное всеобщей любви, в отличие от бесполезного лунного близнеца. Но это и не так важно. Допив кофе тот покинул дом. Конечно же тот после лёгкого душа переоделся, он носил в основном тёмную одежду и не соблюдал основной дресс код академии. Чёрная рубашка, широкий пояс больше походящий на корсет делающий и без того тонкую талию более узкой, чёрные брюки с широкой штаниной и ботинками с небольшой платформой делая его немного выше чем он есть. На ладонях были черные перчатки, раньше он носил белые, на те быстро пачкаются, на плечах было тонкое черное пальто средней длинны с поясом. По пути тот встретил своих друзей, или скорее можно сказать участников банды, ближе всего к нему жил Киллер, далее был Хоррор, Даст, Эррор, Кросс.. Те обсуждали чем будут заниматься, как будут сдавать работу, просили списать у друг друга, кроме Найта, Кросса и Оши. Так что только двое. Дойдя до академии, те разошлись на какое-то время, двое училось на более младших курсах и это был Кросс и господин Ошибкин. Найтмер пошёл в библиотеку, там он проводил большую часть своего времени, да и здесь у них с бандой сбор. Библиотекарша любила Найтмера и дала ключи от кладовой знаний и рассказов. Среди них был ключ от так сказать вип комнаты, в Академии были разрешены клубы и секции, и Найтмер с Эррором решили прикрываться книжным клубом, куда никого не пускали. Киллер с Дастом обились от Найта и Хоррора по пути, потому что рыбный заметил кое кого, и грех было не доебаться до личности которая ему столь интересна, а с другом такое проворачивать ещё лучше. Они сказали что подойдут потом, на что Кошмар лишь кивнул не произнося не слово, казалось это было традицией, Найтмер всегда молчал до полудня после того как покинет дом. Он не объяснял это, и не обязан. Уже в библиотеке Найтмер кивком поприветствовал библиотекаршу которая уже привыкла к подобному поведению парня на что всегда улыбалась кивая в ответ. Найтмер зашёл в комнатушку, он сел в доставленное им и плохишами сюда когда-то кресло. Они в принципе оборудовали это место под себя, каждый выделил себе личную зону и решили где будет общее место. Кресло Найта смотрело в сторону его личной книжной полки, она заполнялась книгами которые тот читал, и их было много учитывая что поти вся она была заставлена. Некоторые тот перечитывал. Тот достал со столика рядом книгу в синем переплёте, внутри лежала закладка которую для кошмарика сделал Дрим. Времени было ещё предостаточно для того что бы посидеть в тишине. Хоррор стоял на против до момента пока не проследил короткий жест ладонью со стороны кошмара позволяющий тому войти в границы чужого уголка, самого чистого и опрятного, даже если и была пыль, её было не много. Хоррор сел на ковёр кладя голову на ноги Найтмера, на что послышался недовольный вздох, кажется тот не правильно понял на что ему намекают, но это явно было не страшно, ибо ладонь кошмара легла в густые волосы паня зарываясь в них тонкими изящными пальцами что порой перебирают струны скрипки. Об этом знали толь Эррор, Дрим и Хоррор. Тот случайно застал Найта за данным процессом. Ладонь едва поглаживала глупую головушку. Найтмер говорил Хоррору часто что тот на вроде собаки у него, собаки которую тому не разрешали завести, и тот благополучно заменил её. Обидно? Да, Хоррору обидно сто его считают псиной, но он был и не против, ведь каждое мгновение в компании его босса была для него словно маной небесной. Он со всеми мог проводить время по отдельности, но что бы так близко никогда, так что Хоррор считал себя особенным мальчиком.